Люблю Себя

      Мадара был мертв, отныне Мадарой должен быть Обито, в конце концов кто если не он спасет людей от этого жестокого мира?       — Уже есть планы насчет родов джинчурики Кьюби, Обито? — Черная половина Зецу спросила хриплым тоном, несколько дней назад человек-растение донес Учихе новости о возможности захватить девятихвостого во время родов его джинчурики, женщины Узумаки по имени Кушина       Обито уже было 14, и он не хотел причинять вред сестренке Кушине, теплые воспоминания о том как она трепала его за волосы наполнили его разум, в то время у него все еще не было шарингана, однако воспоминания о ней все же были ярки и полны деталей. Обито не убил Какаши, он хотел чтоб Какаши жил и своими глазами узрел идеальный мир... того же Обито желал и для Минато-сенсея с Кушиной-нии       — У нас есть еще чуть более трех месяцев до ее родов, не так ли? Зачем спешить? — Не оборачиваясь спросил Учиха       Сейчас Обито был относительно занят, недавно он практиковал более точечное использование мокутона, даже смог вырастить наполненную чакрой деревянную маску что он сейчас разукрашивал. Это было довольно посредственное решение в плане маскировки как таковой, для того чтоб скрываться от чего-то вроде бьякугана по хорошему нужна специальная печать на внутренней стороне маски, вроде как она популярна в АНБУ, но как временное решение сойдей... Обито никогда не признается что ему нравилось рисовать все эти узоры на своей маске, а основной цвет маски был оттенком оранжевого не по случайности, а просто потому-что ему нравился этот цвет... и маски       — Обито-кун, разве ты не помнишь что говорил Мадара-сама? Импровизация это хорошо, но у тебя всегда должен быть какой-то план, неважно когда событие произойдет, мыслями ты должен быть уже там, далеко-далеко — Белая половина отозвалась и заставила Обито устало выдохнуть, Гуру-гуру обычно занимался шпионажем, так что Учихе приходилось иметь дело с этим черно-белым, Черный Зецу, воля Мадары, всегда вымогал от Обито большего, а белая половина всегда тому поддакивала, в такие моменты Обито старался поскорее закончить разговор и сбежать в измерение Камуи       — Я помню что говорил старик, не напоминайте мне... Я... Мне нужно некоторое время чтоб обдумать все что произошло, мы заполучили Нагато и Конан, скоро намечаются роды джинчурики, недавно закончилась Третья Великая Война, Коноха на днях получит нового каге, и это даже не половина... — Обито позволил верхней части тела упасть назад, театрально демонстрируя свою изможденность       — Ладно, я вижу ты не привык к грузу информации и ответственности, ничего страшного, это придет к тебе со временем, Обито — Все таки, за частую Черный Зецу неохотно отступал и давал Обито некоторое время на отдых, понимая что было бы глупо переусердствовать с едва ли подростком       Без какого-либо ответа, из глаза Обито вырывается спиральный вихрь что втягивает его в себя, унося Учиху в его собственное карманное измерение, измерение Камуи. В следующий момент молодой шиноби материализуется на одном из тускло-синих кубов своего измерения. Об конкретно этой способности своего мангекё Обито узнал уже после смерти Мадары, он даже показал это измерение Гуру-гуру и черным с белым Зецу, Обито был крайне самодоволен в течении нескольких дней после того как даже Черный Зецу был впечатлён...       В любом случае, Обито использовал столь величественную силу как личную карманную подсобку, место для отдыха и уединения...       *Каге Буншин Но Дзюцу*       Сложив руки в печать, отделив от себя часть чакры и ясно представив результат, возле владельца измерения появился его двойник. Он выучил эту технику у Мадары, а Мадара в свою очередь скопировал ее у Тобирамы. В любом случае, важнейшим отличием теневых клонов от каких любо других заключаться в структуре их тела, сложности в распознавании и возможности получать их воспоминания после рассеивания, превращая их в идеальных шпионов. Даже древесный клон выдаст себя как дерево при ранении, но не теневой клон, имея достаточно чакры он может даже получать ранения и истекать псевдо-кровью       — Карты? — Спросил его клон       — Карты — Ответил оригинал       Спустя несколько партий в дурака, довольно спонтанно, Обито попросил своего клона превратиться в Рин по только ему самому известной причине. За частую хенге, техника перевоплощения, это всего-лишь тонкий слой чакры наложенный поверх своего пользователя и маскирующий его настоящую внешность, те у кого больше чакры могут зайти дальше и уплотнить этот слой, делая желаемую внешность физически ощутимой, однако для теневых клонов это была буквальная трансформация. Теневой клон является просто чакрой своего оригинала что сформирована по его подобию, нет никакого органического тела что мешало бы полной трансформации, клон буквально может превратиться во что угодно и это будет по настоящему       Рин... Нет, его клон что принял ее облик вопросительно моргнул на него, сам Обито неловко ерзал на своем месте, он знал что она мертва, воспоминания о ней были выжжены в его памяти этим проклятым шаринганом, Обито знал правду, Какаши не специально убил Рин, Рин сама подставилась под его чидори... пожертвовала собой ради деревни, ради Конохи...       Кулаки Учихи нервно сжались, как же он ненавидел это все, систему шиноби, где Рин выбрала деревню вместо своей жизни, где отец Какаши был изгоем из-за того что спас своих друзей, система где деревня, правила, превыше друзей. Рин была для него мертва, настоящая Рин должна была остаться в живых, настоящая Рин не должна была погибать ради неблагодарной деревни, он создаст мир с настоящей Рин, в бесконечном цукиеми не будет боли и пустоты, все будут счастливы, каждый...       Заметив состояние оригинала, клон все понял, в конце концов они разделяли свои воспоминания. Клон сомкнул свои руки в печати общей экономной концентрации и с облаком дыма превратился в женскую версию своего оригинала. Те же шрамы на правой стороне лица, тот же отсутствующий левый глаз, только волосы длиннее и черты лица тоньше. Это была спонтанная идея, клон не знал чем руководствовался во время этого, единственное что он хотел так это успокоить оригинал... А еще кого-то обнять       В конце концов Обито уткнулся носом в шею своего клона, стараясь сдержать слезы и одновременно прижимаясь к источнику тепла, не желая отпускать