Коллега по «несчастью»

      Варвара давно поняла, что ей нравятся девушки. Хоть это и было тяжело для ее понимания, но объяснить странный румянец, глупое поведение и привязанность к женскому полу по другому она не могла. У нее были свои фаворитки, по которым девушка фанатела, будучи сама актрисой. Ей нравились все представители прекрасного пола. От уверенных и харизматичных до стеснительных и милых. Не то, что бы она влюблялась в каждую проходящую мимо неё женщину, просто любила наблюдать за ними, подмечать их изюминки, делать комплименты и быть хорошей подругой. Она никогда не видела в них соперниц.       Многие актрисы жаловались на неловкость между своим партнёром по работе, но Варя могла похвастаться иначе. Ее никак не волновали поцелуи с парнями, которые она страстно отыгрывала на камеру, все равно ей надо скрывать свою ориентацию. Каждого мужчину на съёмочной площадке та считала лишь коллегой по работе, хотя некоторые и хотели сблизиться с шатенкой, на что, конечно же, получали отказ. Никто даже не подозревал, почему же Ветрова проводит так много времени со второстепенными героинями. И это было ей на руку.       О своем секрете Варя никому не рассказывала и не собиралась это делать, как минимум, пока не закончит свою карьеру. У нее был роман с одной моделью, но вторая унизила ее, признаваясь о том, что их отношения были для нее лишь продвижение. Это было ударом, но не таким сильным. После этого случая девушка молча влюблялась в моделей, актрис, телеведущих, и так же молча теряла интерес.       Иногда она боролась с мыслями. Стоит ли сделать каминг-аут или хотя бы признаться об этом своим близким людям? Но эти думки не приходили ни к одному умозаключению. И девушка продолжала свой обман, пока не поняла, что, кажется, ее тайне пришел конец, ведь на горизонте показался весьма интересующий ее персонаж…

***

             Это было подобно падению с самолёта или пронзанию поджелудочной острым скальпелем. Варя не могла объяснить это другими словами, только смерть перед влюбленностью. Еще никто и никогда не заставлял ее сердце издавать такую барабанную дробь. При чем, той девушке удалось это просто прекрасно, ей даже не надо было ничего делать, чтобы Ветрова с таким восхищением смотрела на нее.       Она была рыжей. Варя недолюбливала рыжих из-за своих собственных прихотей, но, видимо, ее мнение быстро меняется, когда это касается обладательницы завораживающих глаз. Говоря про глаза. Они были точный янтарь, которые светился в темноте и сверкал на свету. Длинные ресницы, мягкие черты лица, что украшали веснушки на ее румяных щеках. Ее руки, ноги, бедра, талия, шея — все это было подобно искусству. Девушку точно создал какой-то творец, что имел вкус, и Варвара была готова скупать все его произведения, если в них есть хоть капля от нее. Алёны Рыжовой.       Это была обычная съёмка, на которую Варя не соглашалась очень долгое время. Второстепенная роль? Серьёзно? Она выросла из этого уровня уже давно. Девушка не собиралась очернять свое имя очередной нудной драмой, даже, если та мелькает там весьма редко. Сейчас, она могла поклясться, что это была судьба. А как иначе? Ведь в этой нудной драме и снимался столь яркий и манящий цветок.       Ее роль совсем не подходила ее характеру. Алёна играла избалованную девушку с отвратным характером и воспитанием. В ее роли она часто разыгрывала сцены, в которых истерила, кричала на каждого человека и ненавидела свою соперницу, чью роль играла Ветрова. Это было прекрасно, видеть вблизи ее грозное лицо, язвить ей на камеру, пока та снова взрывается. А после слов «снято» мило улыбается и хвалит за такую идеальную игру. Это было на вес золота, если не измуруда.       Рыжова в жизни была безумно нежной, так же доброй и отзывчивой. Ее приход на площадку всегда сопровождался улыбками, словами поддержки и смехом гримёров, которых та веселила безвкусными шутками, как будто их взяли из журнала с анекдотами девяностых годов. Но это придавало ей особый шарм, и Варвара велась, подкрадываясь к своему лакомству как можно ближе. И так каждый божий день. Когда наступали последние дни съемок Ветровы в роли второстепенной сучки, она отбросила все запреты, так нагло заявляясь к рыжей в гримёрку.        — Варвара! — воскликнула Рыжова, замечая шатенку в зеркале, стоящую у двери в ожидании того, пока та ее заметит. — Вы всё-таки пришли. Я уж думала не ждать вас сегодня…       Алена игриво улыбнулась через отражение, продолжая заниматься своими делами, а именно — поедая обед.       — Вы расстроились, если бы я не пришла? — аккуратными шажками выстраивая путь к девушке, она спросила, ожидая услышать один ответ.       — Ммм… Думаю, что да! — задумавшись лишь на секунду, ответила та, отвлекаясь от еды.       — Это безумно льстит мне.       Рыжова снова улыбается, тщательно пережевывая пищу во рту. Варя чувствовала себя победителем по жизни, ведь видеть девушку такой, не под прицелом камер — было настоящей наградой. Ее кудрявые волосы ложились на загорелые плечи, а на груди красовалась золотая цепочка, что так идеально украшала открытые ключицы в ее вязанном свитере с вырезом.       — Что у Вас на обед? — прервав неловкую тишину, произнесла Алёна.       — У меня? — наконец-то обращая взгляд на лицо девушки, а не на шею, Варя безразлично ответила. — Ничего, я не привыкла обедать, особенно, во время съёмок.       — Вы, наверное, голодны… — расстроено сказала та, переводя внимание на свой ланч. — Может, захотите поесть вместе со мной? У меня сегодня жаренный рис и салат, это очень вкусно!       — Правда? — играючи, спросила шатенка, не скрывая ухмылку.       — Правда! Я часто ем рис, он питательный и содержит не так много калорий, и если Вы вдруг боитесь насчет своей фигуры, то он никак не…       Не успев договорить, Алёна вздрагивает, почувствовав касание к своим губам. Только это были пальцы, что держали рисинку. Варвара ловко положила крупу на язык, ощущая соленый вкус. Мыча от удовольствия, та одобрительно кивает.       — И вправду вкусно. Вы что-то говорили про калории, если я не ошибаюсь. Продолжайте.       Все еще находясь в неком омуте, Рыжова тихонько положила руки на свои колени, приоткрывая губы, дабы произнести хоть слово, но, кажется, сегодня не ее день. Девушку опять прерывают. Теперь это был менеджер Варвары, что звал ее по важному делу. Извинившись за прерванный диалог, шатенка вышла из гримерки, стуча каблуками. Оставшись наедине, ей явно стоило поразмыслить над этой ситуацией.       — Это безумие… — руки легли на рыжую голову, а щеки поравнялись со столом.

***

      Варе пришлось уехать со съёмочной площадки в тот день из-за непредвиденных обстоятельств. И на следующий она была в хорошем настроении. Не видеть актрису целый вечер было подобно пытке, особенно, когда эта актриса Алёна Рыжова, из-за которой та не спала всю ночь.       Но большей пыткой было не найти и следа от рыжей на съёмке. Ни в гримёрке, ни в туалете, ни на улице. Нигде не было Рыжовой. Постепенно, это все злило Ветрову, выводило из себя. Неужели она так зависима от нее? Что послужило такой реакции? Она должна выяснить что случилось, во что бы то не встало.       — Где Алёна? — запыхавшись, спрашивает Варя, находя режиссёра, сидящим за столиком на площадке.       — И тебе доброе утро, Варвара. — брюнет занят тем, что читает какой-то глупый журнал про моду, что его взгляд даже не поднимается в ее сторону.       — Эй! — выхватывая журнал из рук мужчины, она чуть ли не сминает груду бумаг всмятку. — Где она? У нее же съемки сегодня.       — Ты чего так завелась? Совсем страх потеряла! — Владислав был выше ее на голову, но попытка выхватить журнал из рук девушки не удалась.       — Ответь на вопрос!       Тяжело вздыхая, он переводит взгляд на место съёмок и возвращается к Варе, сминая губы.       — Я ее уволил.       — Что? — голос девушки срывается и кажется нелепым. Глаза лезут на лоб от слов режиссёра.       — Ты сама виновата в этом. Нечего было романы крутить на рабочем месте. Это тебе не игра, в которой ты можешь вести себя так беспринципно! — он разоряется злостью, отчитывая девушку как учитель школьницу. — Если про мой фильм пойдут слухи — тебе не жить. И мне плевать на твой статус, на наши рабочие отношения, которые раньше были хорошие. Я не потерплю такого громкого скандала в сторону моего произведения.       — Ты мог уволить меня! — громко заявила та, от чего остальные люди в здании стали странно смотреть на них.       — Ну уж нет! — ухмыляясь, ответил он, совсем не стыдясь. — Ты — моя реклама. Благодаря тебе рейтинги точно возрастут до небес. А героиню на такую безвкусную роль мы быстро найдем. Слушай, ты даже можешь сама ее выбрать, по своему вкусу там…       Пощёчина. Звон от удара раздался по всей площадке. На щеке у режиссёра появилась красная отметина. Дыша через силу и звона в собственных ушах, Варя собирается уходить, оставляя все как есть.       — А журнал! — вскрикивает мужчина, притрагиваясь к месту удара.       Бумаги летят обратно к своему обладателю и встречает он их двумя руками, словно это единственное, что у него осталось.

***

      Девушка сама не поняла, как оказалась на пороге двухэтажного жилого дома. Разузнав у знакомых номер актрисы, завоевавшей ее сердце, сейчас она терлась под небольшой крышей над лестницей, чтобы не промокнуть под ливнем, что пошел в самый неудачный момент. Ее макияж стерлся, укладка приняла вид кудрявого копна волос после дождя, а обувь испачкалась в грязи. Эта ситуация выглядела абсурдно, как девушка в нее попала?       Взяв себя в руки, шатенка всё-таки решилась позвонить в дверь, пожалев об этом еще пятьдесят раз. В доме послышались громкие шаги, от которых сердце забилось в угол. Это Алёна. Румянец сам по себе прилег на ее бледные от холода щеки.       — Кто там? — нежный голос Рыжовой вывел ее из кольи.       — Это Варвара. — хрепя, ответила девушка, боясь реакции актрисы на неожиданную гостью.       Дверь быстро отворилась, а за ней стояла Рыжова. В домашней одежде, состоящей из теплых штанов и футболки. Она казалась такой приятной и мягкой на вид, что Ветровой захотелось молча обнять ту, не объясняя ничего. Но шатенка слишком боялась запачкать и спугнуть ее.       — Не спрашивай, как я оказалась здесь.       — Хорошо… — произнесла Алёна, часто моргая. — Ты так и будешь стоять за порогом? Это плохая примета.       Получив согласие на вход, она медленно проходит в дом, слыша, как дверь со скрипом закрывается.       — Я не верю в суеверия.       — Но все же зашла. — ухмыльнулся Алёна, осматривая девушку. — Раздевайся.       Девушки не поняли как перешли на формальную речь, без этих «вы» их диалог казался совсем ребячим и даже дружеским (?). Снимая с себя мокрое пальто, Варя вешает его на крючок в прихожей. Ботинки хочется выставить на улицу, так как они выглядят слишком грязными и отвратительными на фоне аккуратной обуви Рыжовой.       — Будешь чай или кофе? — спрашивает Алёна из кухни.       — Нет. Я пришла, чтобы сказать тебе… то есть вам кое-что. — проходя вслед за девушкой, она встаёт посреди прохода.       — И что же?       — По поводу твоего увольнения. — она сглатывает, смотря сквозь рыжую бестию. — Это все, то, что ты потеряла роль из-за…       — Тебя?       — Да. — произносит она, но только потом понимает что Алёна сказала. — Ты знала?       — Можно сказать и так. — ее голос звучит все так же звонко и безрассудно, словно иа совсем не расстроена таким исходом. — Я подозревала, что это будет так.       — Блять.       Шатенка ударяет кулаком по стене, не давая себе смотреть на девушку, которую она так предала. Предала свое сердце. Влад был прав. Она сама виновата в этом. Любопытство, влюбленность, заинтресованость погубили ее яркий цветок, ради которого Варя наоборот хотела стараться.       — Знаешь, — шёпотом произносит Алёна, подходя к актрисе все ближе и ближе, сокращая дистанцию до иакой степени, что сжатой дыхание Варвары было прекрасно слышно, даже когда за окном бил град, — Я очень расстроена.       — Прости. Прошу, прости меня! Я лезла к тебе, а в итоге пострадала ты. Я не хотела этого, прости… — скрывая свою лицо за ладонями, тараторила девушка.       Пальцы веснушчатой тихо легли на острый подбородок Варвары, поднимая его так, чтобы глаза шатенки были настроены только на нее.       — Я расстроена тем, что такая прекрасная девушка больше не зайдет ко мне в гримёрку. Не будет болтать со мной о всякой мелочи, не будет изучать мое тело и лицо своим обворожительным взглядом. Что мы больше не сможем так «открыто скрывать» свои чувства друг к другу.       — Кажется, я сошла с ума… — произносит Ветрова спустя несколько секунд после слов девушки напротив. Ее руки дрожат, а глаза глядят только на губы своей коллеги.       — Я думаю, мы обе сошли с ума…       Обхватывая лицо Алёны, она тихо поглаживает щёку возлюбленной, на что та принимает ласки, словно кот которого почесали за ушком. Это было словно во сне. Губы, руки, пальцы рыжеволосой. Ветрова целовала все ее тело, оставляла поцелуи на мягкой, такой родной коже. Они были готовы утонуть в своей партнерше. Все было подобно урагану.       Секрет нуждается в двух носителях.