Венера-Юпитер

Ты Венера — я Юпитер

Ты Москва — я Питер

Люди, помогите дышать

Ты Венера — я Юпитер

Ты Москва — я Питер

На одной орбите опять

Ранний закат при условиях, что сейчас лето и уже пять вечера давно не удивлял. Приятный ветер обдувал её остывшее лицо. Глаза упорно оставались открытыми, пусть и мокрыми. Нет. Она никогда не осуждала и не будет осуждать за слёзы. Так что, здесь ей сейчас комфортно, ведь никто не видит поплывшего во всех смыслах взгляда мутных глаз. Вертела она этот стресс на воображаемом половом органе, ибо это просто тяжело быть таким невозмутимым человеком, какие бы условия не накатывали. За некоторое время, пока она сидела на этой крыше, уже успела и даже подремать, и слегка так поистерить, поканючить, даже что-то станцевать и в конце концов успокоится и сесть рядом с краем крыши. Было тяжело. Она этого и не отрицала. Столь длительные съёмки знатно сказывались на психике каждого, и не важно, актёр ты или оператор. Поэтому, то, что случилось у неё, а именно нервный срыв, в ходе которого, она сбежала, было понимаемо. Никакого осуждения. Болтая ногой на бездной в лице девяти этажей, она лишь спокойно смотрела вперёд, надеясь, что ветер смахнёт её слёзы и ей станет чуточку легче. Вдруг, дверь на крышу распахнулась. Тихая до боли знакомая поступь прозвучала. Однако, шаги раздавались недолго и этот кто-то остановился.

…некоторое время назад…

— У тебя есть свободное время? — замялась Горе, сжимая в руках часть своей кофты. Они уже завершили съёмки и дружно все собирались домой. Однако, после вопроса Горе, Лиза едва не выронила одну из камер, которую снимала со штатива. Горе тут же подскочила, готовая поймать.

Не хватало нам ещё одну камеру разбить

Но к счастью, им повезло и камера осталась на штативе. Одновременно произведя тяжёлый вздох, Лизы тут же словили недоумённый взгляд Жени. — Что-то случилось? — спросила Лиза, явно думаю, что Женя что-то скажет за камеру. — Не-не, просто проверяю, всё ли у вас в целости, — мило улыбнувшись, вскоре Женя повернулась к остальной части команды. — Так что, ты хотела спросить? — Лиза подняла глаза на Горе, у которой был наверно впервые на её памяти такой растерянный вид. — Ничего, — явно огорчилась Горе, попросту мрачнея на глазах. — Если хочешь, то сопроводи меня до дома, а после и погулять можем сходить, — не растерялась Лиза, лишь неловко почесав затылок сквозь длинные локоны. — Оп-оп, живём-живём, ура, — обрадовалась Горе, тут же оживившись.

По пятам друг за другом ходим

Как ты там? В моём телефоне

Неспроста не подобрать пароли

К твоему сердцу, что ли

Скажу спасибо городам

Что не разделили нас

Зачем мне быть отдельно от тебя

Ведь я так не хочу сейчас

— Эх, блин, надо ж всё собрать, — протянула Лиза, однако осмотрев площадку, быстро передумала. — Держи, — протянула Женя карту памяти со своей камеры, которую случайно уронили на съёмках. — Буду беречь, ведь иначе за пересъём вы меня придушите, — приняв карту, шутканула Лиза. — Есть такое, — ответила Горе, маяча рядом. Вскоре, у них вышло собрать всё оборудование и разбрестись до метро. С кучей пересадок. Несколько раз они просто чуть ли не падали друг на друга, что было довольно забавно. Горе так точно раз пять заваливалась на Лизу. Отчего в один момент они просто стали стоять в обнимку. Вечером было довольно прохладно, поэтому Лиза была в джинсовке, пока Горе просто гоняла в своей кофте с пауком. Тыкаться носом в приятно пахнущую джинсовку Горе нравилось. Особенно, пока Лиза этого не видела. — О, нам выходить из две остановки, — уведомила Лиза, обратив внимание Горе. — О, класс. Побываю у тебя ТУТ дома, — подняла голову Горе, прислонившись уже без всякого стеснения к плечу Лизы. — Ага. Прикольно. Кстати, у меня там есть дополнительное спальное место, — будто бы с намёком сказала Лиза. — М-м-м, ты можешь кого-нибудь привести и тебе даже будет куда этого человека расположить, — хмыкнула Горе. — Есть такое, — поезд начал тормозить, отчего Горе в самых лучших традициях завалилась на Лизу, не удержав равновесие. Сама же Лиза вжалась в ограждение и крайне забавно-недоумённо косилась на Горе. Штатив пусть и был в чехле, так ещё и довольно лёгким, всё равно неприятно упирался в спину. — Ноги после съёмок не особо держат, — неловко улыбнулась Горе, по сути даже не соврав. — Я предлагаю присесть, — указала ладонью на находящиеся рядом свободные места Лиза. — Так ведь, нам же выходить скоро, — возразила Горе. — Я просто считаю странным, если мы будем зажиматься в углу, чтобы не падать, — то, с каким выражением это было сказано, вызвало некоторое смущение на лице Горе. — Оу, — крайне забавно было видеть, как Горе неловко. Лиза впервые за всё это время видит именно такую реакцию. Это было на удивление приятно. У неё непроизвольно получилось смутить Горе. Если уж на то пошло, то это было крайне забавно-милое явление. Не заметив, как взгляд незаметно упал на тёмные тёплые глаза, Лиза продолжила думать свои думы. Горе заметила, как та глазами застряла на её лице, словно что-то обдумывала, однако скрип тормозов привлёк внимание Лизы, отвлекая от всего. Проморгавшись, Лиза вдруг поняла, что смотрела всё это время в милые карие глаза, которые крайне лукаво на неё смотрели. Застыв так на пару мгновений, они продолжили смотреть друг на друга. А потом поезд остановился. Причём так резко, что Лиза чудом не улетела сама вглубь вагона, словив при этом Горе, которую действительно ноги не держали, отчего было не понятно, как она вообще ходила, когда должна была левитировать. Правда она чуть было не схватилась за рюкзак, что находился за спиной Горе, но быстро перенаправила руки на плечи. Лицо у Горе было самую малость напуганным. Наконец-то они остановились. Машинист попросил покинуть вагоны поезда, ибо на путях возникли сложности. Они обе переглянулись с некоторым пониманием того, какая ситуация могла такое вызвать. Стоило им выйти, как Лизе в глаза бросилась не особо-то и защищённая лестница. — По-любому, кто-то с моста бросился, — бросила Лиза. — Ага. Как думаешь, почему? — хмыкнула Горе. — Любовь, — протянула Лиза. — Ага, — хмыкнула Горе. — Кстати, как дела на личном фронте? — мягко уточнила Лиза, положив руку на плечо. — Никак не идут, а что? — Горе подняла свои очаровательные глаза от низа, устремившись в лицо неловко улыбающейся Лизы. — Интересно просто, — скучающим голосом ответила Лиза, но было очевидно, что это не совсем так, заодно убрав руку с плеча. Покинув метро, они обернулись, чтобы окинуть здание взглядом. Ну, Лиза так точно. Горе просто заинтересовано затормозила. Лиза быстро достала телефон и стала проверять маршрут. Проверив, Лиза довольно ухнула. — О, не так далеко идти. Пошли тогда по прямой, а потом нам за углом и через двор, — с улыбкой сказала Лиза, потянув Горе за собой, хватая за кисть руки. — У-у-у, а ты точно не маньяк? — ухмылка была такой яркой, что Лиза на мгновение зажмурилась, чтобы увидеть довольные глаза своей тёзки. — А какова вероятность того, что мы обе можем оказаться маньячками? — подняла одну бровь Лиза. Горе лишь хихикнула и непроизвольно потёрла щеку, ибо внезапно защекотало. Странно. Мышцы лица будто щемить стало. Холодно что ль? Да вроде нет. — Ты кстати высоты не боишься? — вдруг загадочно зарулила Лиза, уводя с основных дорог именно тогда, когда ей кажется слегка поплохело. — Нет, — честный, но довольно тихий ответ привлёк взгляд Лизы. Перед глазами Лизы стояла Горе, но сильно побледневшая. Взгляд был несколько растерянным и расфокусированным. А руки тряслись. У Горе. Тряслись руки. Такого просто не могло произойти! Но это было. Она стояла и чуть ли не задыхалась. В шею конечно не цеплялась, но было видно, что ей не приятно и видно это было по лицу, а точнее по тому, как напряглась челюсть. Взяв Горе за руку, она ощутила тот бешеный пульс. Он был таким сильным и быстрым, что можно было только удивляться тому, как сердце ещё не сбежало. — Сводила ребёнка на крышу, — слегка огорчённо притянула Лиза, вскоре слегка приобняв Горе.

И может эту песню

Никогда ты не услышишь

Но я вновь на нашей крыше

Вспоминаю как ты дышишь

(Как же ты дышишь)

Та вцепилась в её джинсовку, словно это был последний шанс вообще в жизни. Несколько минут порывистых дёрганий, шумного дыхания и постепенного затихания привели к тому, что Горе в итоге умудрилась задремать на её плече. А ведь им ещё до её дома топать. Пришлось под руку тащить, словно пьяную подругу. Была уже такая ситуация просто. Лизе самую малость за неё неловко было. — О! Мы где? — вдруг встрепенулась Горе, стряхнувшись с плеча Лизы, что вторую явно огорчило. — Почти уже у моего дома, — чуть улыбнулась Лиза, все же не теряя надежды. — Ты в порядке? — А должна быть нет? — Тебе в дороге поплохело, не мне, — уточнила Лиза. — Блять, прости, что напугала, просто давно не было панических атак. Они когда происходят, я ощущаю себя маленьким ребёнком лет десяти. Да и обычно рядом с кем-то «безопасным» их ловлю. А тут с тобой. Странно. — Всё нормально. Я же поняла, что тебя надо успокоить, это любой бы заметил. Мы кстати уже почти дошли. – Ты, это. Не обижайся насчёт безопасных, просто мы не так часто видимся, так-то ты для меня «безопасная», – подняла руки Горе. – И не думала, сказала, как сказала, – кивнула Лиза. Они остановились рядом с типичной панелькой. Такая типично-серая постройка из старого времени. Она была не очень высокой и навевала чем-то старым. Было видно блоки. — Пару парадных и мы на месте, — сказала Лиза и протянула свою ладонь Горе. Та лишь молча приняла её, вызвав лёгкую улыбку у Лизы. Они вместе пошли до дороге, лишь изредка оборачиваясь назад, чтобы проверить не едет ли на них авто. Руки пришлось разъединить лишь, чтобы зайти во внутрь здания. — А нам на какой этаж? — подняла брови Горе. — На четвёртый. — О, чудно. Физическая тренировка на вечер, всегда мечтала о таком, — стала ёрничать Горе, что вызвало лишь блик на очках Лизы и крайне необычную реакцию от неё же. Резкое движение вперёд и вниз, и вот уже Горе старательно держится руками за плечи Лизы, чтобы не съехать вниз, пока та несёт её, словно похищенную невесту. Несколько раз правда Горе чудом только не ткнулась в шуршаший пакет, но он крайне удачно съехал пониже и у Горе осталось оба глаза. — Ого, ты такая сильная, — восторженно удивилась Горе, несколько раз задевая коленом живот Лизы. — Конечно. Я ведь тоже своего рода машина, — хмыкнула Лиза, что ощутила Горе. — У тебя такие крепкие плечи, мне такое нравится, — вдруг закокетничала Горе, непроизвольно напрягая живот. — Скажу только, что пресс у тебя, что надо, мисс Горенская, — Лиза напрягла свои руки, а вместе с ним и плечи. И вдруг остановилась. Горе даже не заметила, как они оказались на нужном этаже. Ловко достав ключи, тем самым, вызвав их звон, Лиза быстро открыла нужную дверь, пока Горе непроизвольно обхватила её ногами, чтобы дверь не пачкать. Зайдя во внутрь, Лиза закрыла дверь и лишь потом поставила Горе на землю, аккуратно спуская, держа за бёдра. — Спасибо за доставку, — хихикнула Горе, что было для неё непривычным. — Всегда пожалуйста, — развела руки Лиза, начав разуваться. — Самая приятная доставка в моей жизни, — брови Горе слегка подпрыгнули и она начала стаскивать кроссовки. Стащив с себя шуршалку со штативом, пока Горе снимала не самый лёгкий рюкзак, Лиза достала из обувницы рядом тапки, прикинув по размеру какие нужны Горе и вытащив обе пары, бросила их на пол. Подпихнув пальцами пару для Горе, Лиза быстро переобулась и пошла в ванную. Благо она там была недалеко. — А джинсовка? — слегка недоумённо протянула Горе, глядя, как Лиза идёт в ванную. — Точно, я думала же, что что-то забыла, — чуть ли не стукнула себя по лбу Лиза, вернувшись обратно, — спасибо, что напомнила. — Всегда пожалуйста, — лишь тихо проговорила Горе в спину уходящей Лизы. Лиза довольно бодро принялась намыливать руки, когда позади неё прижалось чьё-то знакомое горячее тело. Смущение в кои-то веки себя показало, затронув уши и слегка щёки. — Спасибо тебе, правда, ты такая классная, так выручила меня, честно. Спасибо, — хрипловатым голосом проговорила Горе, в конце концов отлепляясь от Лизы, чтобы тоже помыть руки. Правда от её голоса по телу Лизы пробежалось сотни тысяч мурашек. Румянец вспыхнув ещё больше, отчего казалось, будто Горе собой умудрилась разбудить в ней давно спящий костер, будучи сама бензном или тем самым вездусущим огнём. Тяжело вздохнув, Лиза вытерла руки лежавшим рядом полотенцем и покинула ванну. Рядом была кухня и, именно туда она и зарулила. В целом, еда была. Причём готовая. Надо было лишь разогреть.

Ты Венера — я Юпитер

Ты Москва — я Питер

Люди, помогите дышать

Ты Венера — я Юпитер

Ты Москва — я Питер

На одной орбите опять

Ты Венера — я Юпитер

Ты Москва — я Питер

Люди, помогите дышать

Ты Венера — я Юпитер

Ты Москва — я Питер

На одной орбите опять

— Ты сама это приготовила? — Горе подняла свои большие глаза, уставившись на Лизу. — Ага. Чтоб потом не заморачиваться, сделала так. Всё равно я живу одна и нахожусь тут обычно либо. — Я так же делаю. Правда, у меня обычно гора посуды копится, — подметила Горе. — Я знаю. Ты говорила об этом на каком-то из стримов, — Лиза вновь посмотрела на Горе, но та сама повернулась. — А ты смотришь? — Ещё бы я не смотрела, — буркнула Лиза, отвернувшись, а сама стала вспоминать, как она это всё смотрела, не отрывая глаз от Горе в этом маленьком окошечке. Фиолетовый действительно был её цветом. Хотя любой не занятый командой цвет мог стать её. Но почему-то вот фиолетовый за ней закрепился крайне надёжно. Он по-особенному подчёркивал черты лица. Особенно нос. Нос становился таким, больше синеватым, чем фиолетовым, но всё же, выглядело просто обалдеть. Да и в целом, Горе всё подходило. Такой она человек. Почему ещё не модель, ведь у неё такая роскошная внешность? Да и вообще, Горе в целом являлась довольно мягким человеком, чего нельзя было сказать по тем шортсах. — Ты есть будешь? Или продолжишь смотреть на меня? — подняла одну бровь Горе, тыкая ту вилкой, а точнее другой его сторону Лизу в плечо. Лиза внезапно проморгалась, протёрла очки и стала есть. Ужин по сути кончился довольно быстро, а потому стоило пойти помыть посуду. Горе отошла исследовать остальную часть жилья и пропала с её радара видимости. Выдохнув от некоторого облегчения, Лиза стала мыть посуду и анализировать, что она узнала о своей любимке: 1) Она не любит мыть посуду ✅ 2) Не состоит в отношениях ✅ 3) Возможно имеет какие-то виды на неё ❓ 4) Слишком красивая, чтобы быть человеком ✅ 5) Любит красивые штуки, отчего не прочь сфоткать и сфоткаться в таком месте ✅ Всё говорит за то, чтобя они сходили завтра на крышу. Это не свидание, что вы. Просто покажет ей красивые виды. А сколько фоток потом будет. М-м-м, хуета. Не квест, но та ещё нервотрёпка. — Погоди, но ты же говорила, что у тебя есть запасное спальное место? — недоумённо протянула Горе из соседней комнаты. — Ну да, а что? — Я вижу только диван и кресло, — эти слова заинтриговали Лизу и вскоре она оказалась на пороге. — А. Так кресло тоже раскладывается, — протянула Лиза, слегка склонив голову. — А да? — забавно удивилась Горе, — никогда бы не подумала. — Ну да. Надо постельное бельё достать. — Мне нравится твоё предложение, — улыбнулась Горе. — Что за лев этот тигр, — буркнула Лиза, отводя взгляд в сторону от восторженного лица Горе. — М? — Горе подняла свои amazing eyes, что просто добило шкалу милоты в Лизе. — Так бы и тискала тебя. Раскрасить бы тебя и будешь как настоящий котёнок, — Лиза вдруг забормотала, вызывая лёгкий румянец и ступор в Горе. Горе заглянула в шкаф, что стоял рядом и нашла там необходимое для сна на диване. Лиза же полезла в ящик от кресла. Постельное бельё её там ждало. — Ого, какое узкое кресло, — забавно удивилась Горе. — Я могу туда лечь, и тогда от узости кресла страдать буду только я, — сказала Лиза, крайне расслабленно проводя ладонью по обивке кресла. — Хорошо. Кстати диван двухместный. — И? Ты же вроде предпочитаешь спать одна, — подняла одну бровь Лиза. — Ну, если ты не захочешь спать в кресле, то милости прошу к своему шалашу. Но это так, на будущее. — Какие интересные предложения, — протянула Лиза. — А то, — горделиво выпрямилась Горе с лёгкой ухмылкой на губах. — Я кстати в душ собираюсь пойти, а ты? — У меня нет с собой ничего для моей башки, но просто ополоснуться было бы неплохо, — призадумавшись, таки выпалила ответ Горе. — Я тебе, если что дам гель для душа и одежду. Запаска с собой? — Очень мило с твоей стороны было это спросить. Да, с собой. — Кто первым пойдёт? — Давай ты тогда, — крайне мило предложила Горе, но Лиза тут же засопротивлялась, ибо Горе дай возможность и она уснёт. — Убедила. Я пошла. Вскоре, в ванной стала шуметь вода. На диване уже лежали штаны с футболкой, которые Лиза брала, как пижаму на всякий случай, благо пижамок было две. Хотя, Лиза предпочитала спать в одной лишь футболке, чтоб ноги дышали. Спать голышом с гостями тот ещё экстрим и проверять она это не собиралась. Через минут десять, Горе вновь уже была на пороге комнаты, крайне неловко переступая его, будучи в одном лишь полотенце. Обычно закрытые плечи, были вновь соблазнительно свободны. Светлая, чуть ли не белая, кожа, на которой, если сильно присматриваться, можно было заметить едва видимые вены. Они выглядели такими привлекательно мягкими, что Лиза даже залипла на них. Очаровательная взмокшая шея, позади которой слегка торчали волосы, которые не поместились в тот интересный причесон на макушке, закреплённый крабиком. А затем раздался шмыг носом и флёр романтики тут же сдулся, словно его и не было. — Я всё, ванна свободна, — поёжилась Горе, покрываясь мурашками. Лиза было потянулась, чтобы коснуться светлой чистой кожи, но тут же остановилась, взяла всё своё добро и молча ушла намыливаться.

가 만날 운명 아니어도

너와 내가 함께 할 수가 없어도

이미 늘 같이 노력해왔지

Чтобы найти своё место вместе

Ты Венера — я Юпитер

Ты Москва — я Питер

Люди, помогите дышать

Ты Венера — я Юпитер

Ты Москва — я Питер

На одной орбите… (опять?)

Проснуться в объятиях любимого человека? Нет, ну Лиза правда бы хотела, но забыла с кем ночует. Так что, обнимашки ей были обеспечены. А блин. Точно.

…события прошлой ночи…

— Блять, чо так тесно тут, — Лиза старалась быть тихой, но попытки устроиться поудобнее никаких плодов не принесли. — Иди сюда, — раздался тихий шёпот с дивана. Мокрые волосы тут же оказались нв лице, отчего Лиза на мгновение почувствовала себя так, словно, она в море и её накрыла волна с головой. Убрав локоны, Лиза непонимающе покосилась в ту сторону и забавно замерла. Однако, неожиданное прикосновение горячих пальцев на её бедре вызвало нехилый румянец с обеих сторон. — Извини, я ненарочно, — неловко шепнула Горе. — Продолжай. — Что? — от неожиданности выдала Горе в полный голос. — Что? — раздалось ехидно из кресла. Лиза крайне быстро сползла со своего места, встав в полный рост рядом с Горе. Её горячее дыхание щекотало открытую шею Лизы. Едва трясущиеся руки продвинулись вперёд, касаясь рёбер напротив. Однако, Лиза промолчала, поэтому Горе аккуратно спустила руки, чтобы обвить талию и обнять ту. Горячие щёки тёзок касались друг друга, ровно как и тёмные волосы. Едва заметное дыхание от Лизы и какое-то томное от Горе. — Ты как? — Нормально. — Вот и поговорили. — Ага. Они посмотрели друг на друга и захихикали. Уличный свет их едва освещал, отчего было сложно понять иной раз выражение лица собеседника. Но то, как блеснули глаза Горе, отразилось внутри век Лизы ещё надолго. Горе улыбалась и, взяв руку Лизу в свои две, едва ощутимо коснулась кисти своими горячими губами. — Предлагаю поспать всё же вместе, — хрипловатым голосом предложила Горе. — Предложение принято. Предложение обработано. Предложение в процессе исполнения, — Лиза постаралась сказать это, словно робот, но получилось так себе, поэтому она приступила к тому, чтобы затащить ту в постель. Перехватив свою кисть, она смогла поймать разгорячённую ладонь Горе. Убрав другую руку за спину Горе, Лиза своими прохладными губами коснулась костяшек, вызывая много, просто over dohuya мурашек. Если бы Лиза видела глаза Горе, то она бы всё поняла. Зрачки стали настолько большими, что стали похожи на чёрные дыры, поглощающие вселенные. А затем Лиза оставила Горе в покое и внаглую легла на диване. — Я сейчас вернусь, — небрежно брошенное звучало несколько жалобно. Горе быстро забежала в ванную, словно боролась со стаей львов и ванна сейчас её единственное убежище. Рассматривать себя в отражении на тот момент казалось странным, по ощущения, зрелищем. Огромные зрачки на фоне радужки практически терялись. Щёки словно окрасили красной акварелью, смочив водой, настолько они были яркими. И даже губы казались краснее обычного. Открыв воду с холодным краном, она намочила руки и прислонила их к щекам, пытаясь, хоть так потушить огонь, что разожгла Лиза. Не помогло. И тогда решила умыться полностью, чтоб по итогу испугаться странному отражения, где позади неё кто-то стоял. Это была Лиза. Правда, без линз, крайне сложно было это понять. — Всё хорошо, это я, — подняла руки Лиза, когда Горе шарахнулась в сторону, чудом только не снеся всё со своего пути. — Блять, — схватилась за сердце Горе, продолжая течь лицом. Лиза довольно заботливо его вытерла и просто отдала по итогу полотенце той для удобства. Правда удивления в глазах напротив было и без того много. — Пошли спать, а то потом не встанем, — протянула Лиза, потащив Горе за собой из неяркой ванны. — Хорошо, — послушно согласилась Горе, напоминая ребёнка. Горе устроилась там же, где и лежала, а вот Лиза постаралась лечь так, чтобы не задевать Горе и в итоге- Лиза просто легла спиной к Горе, когда та взяла и обхватила её за талию со словами: «хватит ёрзать». По итогу замерев, Лиза расслабилась, чуть поудобнее устроилась и довольно скоро отключилась. Чтобы утром проснуться в странных объятиях с Горе. Они лежали в странных объятиях довольно близко лицом к лицу. Отодвинувшись, Лиза погладила Горе по волосам и подскочила на ноги. Голова закружилась и резко заныла. Схватив очки в одну руку, она довольно быстро расчесала волосы расчёской. После уйдя на кухню. Включив чайник, она ушла в уборную, после прополоскала рот и умылась. Сделав себе и Горе вкусного чёрного чая, она довольно ловко стала делать бутерброды, когда сзади кто-то подошёл и обнял её за талию, потеревшись щекой об спину. — Спасибо, — промурчала Горе, отлепившись от спины и уйдя куда-то вглубь коридора. — Аэм, всегда пожалуйста, — несколько растерялась Лиза, но на всякий случай, сделала побольше бутербродов. — А-о-а-о-о-а-о-а-о-а, пасыба, — мягким голосом протянула Горе, со всей своей любовью глядя на Лизу. — Я тебе потом хочу ещё одно место показать, благо оно не так далеко, — интригующе ответила Лиза, откусив бутер напополам. Горе начала активнее жевать, не желаея терять и минуты. Лиза же более спокойно ела, не спеша, ведь до начала съёмок есть ещё время, и это уже вечером именно, что. — Что за место? — словно неугомонный щеночек, завелась Горе. — Давай соберёмся и посмотрим, а там уже дело практики, — улыбнулась Лиза, ведь такой настрой у Горе ей нравится больше. — Ну ладно, сейчас. Горе крайне очаровательно надула губы, словно ей пять и действительно пошла собираться.

…некоторое время спустя…

— Ура! Вид с этой крыши был просто чудесным. Хотя они были не так высоко. Девять этажей как бы. Так ещё и на лифте. Но вид красивый, это да. Так ещё и рассветный. Солнце только стало вставать, окрашивая небеса в разные цвета. Вон там было лиловое изобилие, напоминающее смородину и чернику, а точнее их смесь. Солнце давало оранжевые, жёлтые и красные цвета, от чего казалось, будто небо состоит из фруктов: апельсинов, бананов и клубник. Всё это выглядело завораживающе, если учесть облака, которые добавляли небу контраст. — Это очень красиво! — это восхищение было ярким и громким, совершенно не портя утро, а лишь дополняя. — Я знала, что тебе понравится, — улыбнулась Лиза, небрежно пожав плечами. — Очень. Сфоткаешь? — горящие глаза Горе наткнулись на лицо Лизы, вызывая кучу мурашек своими телодвижениями. — Да, конечно, — перехватила телефон в свои руки Лиза и стала фоткать. «Ну модель», «моя хорошая», «умничка первоклассная» и всё такое раздавалось от Лизы за время фотосессии. Горе на это особо и не реагировала, но порой было видно, как её щёки краснеют, а глаза нет-нет, да улыбаются. — Хорошая крыша, мне нравится, — обнялись Лизы. — Расскажешь, как нашла это место? — Та просто, гуляла рядом с домом, а пацаны просто говорили про крышу рядом. Ну я и проверила, — сказала Лиза Горе лишь улыбнулась, принимая данные слова к сведенью. У них появилась своя крыша. Место, где они всегда могли найти друг друга.

Ты Венера — я Юпитер

Ты Москва — я Питер

Люди, помогите дышать

Ты Венера — я Юпитер

Ты Москва — я Питер

На одной орбите опять

Ты Венера — я Юпитер

Ты Москва — я Питер

Люди, помогите дышать

Ты Венера — я Юпитер

Ты Москва — я Питер

На одной орбите опять

Ты Венера — я Юпитер

Ты Москва — я Питер

На одной орбите

Люди, помогите дышать

Лёгкая поступь знакомых шагов и рядом с ней кто-то остановился. Раздался звук трения ткани и на её плечи, которые были закрыты лишь в одну футболку, упала тёплая джинсовка, в рукава, которой она сразу просунула руки. Сзади были поправлены волосы, чтобы они там не застряли, мешая движению головы. Движение головой и два взгляда пересеклись. Карие глаза против серо-голубых. — Горе, ты как? — ласково раздалось от Лизы, когда она подсела к Горе рядом. — Уже получше. Спасибо, что пришла, — чуть улыбнулась Горе, однако в глазах не было видно радости, лишь благодарность. — Чтобы я и не пришла искать тебя на нашу крышу? Было бы слишком глупо не пойти тебя туда искать, — горько усмехнулась Лиза. — И это я ещё фору тебе дала, потому что девочки очень сильно перепугались. Ты потом выйди к ним, они там внутри ждут, успокоишь их, чтоб не нервничали. Особенно Женя. Эта больше всех перепугалась, что ты что-то сделаешь с собой. Я поэтому-то и летела сюда с надеждой найти тебя в том же месте. — Спасибо, — одно слово, а сколько ещё бвло сказано шёпотом. Горе, честно взяв Лизу за руку, благодарила её за всё, отчего та крайне мило краснела. — А давай мы слезем, а то меня такая высота малость напрягает, — нервно хихикнула Лиза. — Оу, да, конечно, — быстро сориентировалась Горе, крайне легко слезая с края. Протянув ладонь даме, та смогла спокойно слезть. — Благодарствую, рыцарь Горе́ли, и в благодарность данному подвигу презентую вам, вот это, — чтоб Горе не начала возмущаться неверному ударению, Лиза произвела такое действие, от которого Горе попросту застыла. Резкий чмок в щёку. Удивлённые глаза Горе. Её же ладонь на месте поцелуя. Сильный румянец на лице. Недоумённое хлопанье ресниц. — А. — Да я же- — Ты меня с толку сбила, — растерянно сказала Горе, но вскоре во взгляде появилась собранность и лёгкая чертовщинка. Такая. Сумасшедшинка. Так что, Лиза даже моргнуть не успела, когда оказалась зажата в объятиях Горе. Её прохладный нос упирался прямо в подбородок, отчего Лиза поёжилась и слегка опустила голову. Тем самым случайно задевая нос Горе своими губами. Вид у той был до прелестного забавно-удивлённый. Но когда Лиза помимо того, что чмокнула нос, так ещё и подула на него, та и вовсе потерялась. — Горе? — позвала Лиза, пусть и понимая, что глупо звать человека, когда вы буквально в обнимку стоите, но всё же стоило попытаться. — А? Я могу тебя.? — Что? — Ну- — Да, давай уже! «Когда вы понимаете, что хотите провести остаток своей жизни с кем-то, вы хотите, чтобы остаток вашей жизни начался как можно скорее». © Нора Эфрон. — Чо они так долго? Уже полчаса прошло! — вспыхнула от злости Женя, явно не готовая ожидать ещё больше. Она уже было рыпнулась, когда Саша остановила её, положив руку на плечо. Но даже, если бы Алекс этого не сделала, то ничего страшного. Горе и Лиза сами вышли к ним. Сначала Горе, затем Лиза. Вид у обеих был одуревший и словно влюблённый. На лице у Горе сияла улыбка взаимнолюбящего человека, что было видеть приятно, если помнить, что было раньше. И на Горе была джинсовка Лизы, всё-таки было довольно прохладно. — Ты как? — заботливо из-за плеча Жени спросила Саша. — Мне уже полегчало, спасибо за заботу и то, чтот беспокоитесь, правда, — слегка стыдливо и глядя в пол, таки выразилась Горе. — Это что? — затянула Тай. — Горе, ты признаёшься, будто в любви нам, фу, — крайне забавно поморщилась Эля. — Просто я не твоя, вот ты и бесишься, — усмехнулась Горе, слегка делая шаг назад, чтобы врезаться в Лизу. — Хорош балаган разводить, — закатила глаза Женя. — Всё, пойдём! У нас ещё дела есть, — сказала Саша, потянув за собой команду. Тогда, как обе Лизы просто шли, держась за руки и периодически переглядываясь. Они выяснили для себя что-то новое, чего раньше не было в их жизни. Главное теперь пройти проверку временем и расстоянием. А дальше… «Именно в самые темные моменты мы должны сосредоточиться, чтобы увидеть свет». © Аристотель.