Всего один и только один повод

      Год прошёл с того момента, как потомок Соломона появилась в Аду, и это было совсем крохотным промежутком времени, но Форас, как и остальные демоны, хорошо помнил, насколько коротка человеческая жизнь. Поэтому в Аиде царило всеобщее оживление: хотя все старались это скрывать, каждый праздновал годовщину так или иначе. Герцоги не стали исключением, но тема праздников им не была близка, поэтому Форас тайно отправился в Ависос, чтобы посмотреть, как будут праздновать там.       Он логично предположил, что у его величества Вельзевула и регент должен прекрасно готовить, поэтому отправился прямиком во дворец. И не прогадал: прямо сейчас Баэль собирался лично готовить огромный праздничный торт. Он самозабвенно возился с ним добрых полдня, и всё это время Форас невидимкой следил за ним и записывал рецепт. Правда, некоторые ингредиенты его смутили, но он понаделся, что в Аиде сможет найти их аналоги.       К вечеру Форас вернулся домой, а на следующий день собрал других герцогов, чтобы испечь торт вместе с ними. Он долго думал, звать ли Гласеалаболаса, но тот пришёл сам вместе с Барбатосом.       — Это торт для его величества Левиафана, — поделился Форас своим планом, — в честь годовщины пребывания Раон в Аду. — При упоминании Раон все оживились. — Для начала нам надо найти ингредиенты.       Форас показал всем рецепт, и они разделились, чтобы пойти за покупками.       Торговля в Аиде была стабильной, на дефицит никто не жаловался, но и разнообразием рынок похвастаться не мог. Тем не менее Форасу даже удалось найти кое-какие продукты из Ависоса, и он вернулся во дворец со всем необходимым.       Несмотря на то, что их было трое, готовили они всё равно очень долго: Форасу то и дело приходилось отнимать у Гласеалаболаса яды, которые он норовил положить в торт, а Барбатос бегал на свой огород за розами, чтобы украсить ими коржи. Наконец торт был готов. Он выглядел аппетитго и приятно пах, но у него было странная аура, из-за чего его никто не решался попробовать. Однако это надо было сделать, чтобы убедиться, что он идеален для его величества Левиафана.       Тут пришла Раон, которую пригласил Форас. Выглядела она нервно.       — Ты будешь первой, кто попробует наш торт, — сказал Форас, намекнув на то, чтобы она согласилась. Раон замялась.       — Давайте лучше вы. В-вы его готовили…       Ей было трудно отказать, и тогда Форас решился. Он отрезал себе маленький кусочек и положил в рот.       «Это!..»       Это было настолько ужасно, что Форас не мог подобрать слов. Мало того, торт ещё и оьрадал какими-то сомнительными эффектами, потому что объяснить по-другому, почему вдруг Гласеалаболас превратился в быка, а Раон поплыла в сторону двери, было нельзя. Форас отшатнулся, не зная, какую эмоцию ему выразить, и промычал что-то невнятное.       — Так вкусно? Тогда я тоже попробую!       …Вскоре Барбатос и Гласеалаболас стонали в унисон с Форасом, а Раон суетилась вокруг них, вызывая скорую помощь.       — Я объявляю войну Ависосу, — прогудел позеленевший Гласеалаболас.       И Форас впервые в жизни был с ним согласен.