Клыкастая забота

–Такеши… –уже проговорил под нос себе Шинго, когда Наказато ушёл к себе в машину, уезжая после проигранной гонки с Evo против какого-то-там-черта, чьё имя Шинго не удосужился даже запомнить, ибо нехер: прийти на их территорию в “грязных ботинках” и так публично унизить всю команду. Так ладно он и остальные ребята – переживут, тревожнее было за самого Такеши, у которого уже третье поражение подряд. Шоджи знал какой Такеши человек: знал как он реагирует на стресс, на давление со стороны, на порочащие честь и достоинство команды поступки, на повреждения его любимой GT-R 32, к которой его эмоциональная привязанность выше, чем у любого другого владельца этого Скайлайна. Но самое главное, он знал, что сейчас Наказато очень и очень хреново и черт его знает, что он удумает и где решит потеряться в этот раз – молодая кровь, как никак. Шинго делал вид, что ему все равно на Такеши. Однако, в момент, когда Emperor уехали, единственное, что хотел Шоджи – поддержать товарища по команде, которого ещё пару недель назад он пытался скинуть с места лидера, но после позорной аварии и сломанной руки брюнет, наконец, понял, что единственный, кто сможет быть достойным главой Night Kids – никто другой как Такеши. Уже ни для кого не секрет, что у их команды… Мягко говоря, тяжёлые времена: суммарно 4 поражения подряд за месяц – тот ещё позор, но, по правде говоря, Шинго был благодарен, что те же Red Suns не “пинали труп”, хотя их командой уже сложно назвать – настоящая мафия с живой легендой во главе. Но не суть важна. Не сейчас уж точно. –Парни, я на заправку сгоняю, не вешайте нос, этих выскочек на эволюшенах, если не мы, так на Акаги или Акине точно на место поставят, а этот спойлер я ему голыми руками вырву и выброшу с горы, –какие-то речи не были фишкой Шоджи – это дело Наказато, но сейчас нужно было что-то сказать, да и Такеши был не в состоянии. Ну и номер два в команде тоже надо периодически оправдывать не только красивыми приемами на дороге. Заведя мотор Цивика, Шинго поехал на спуск, приблизительно понимая, где сейчас мог быть Наказато. Темную дорогу освещали лишь фары машины, поэтому парню приходилось напрягаться, чтобы увидеть в глубокой темноте черный, как ночь, Скайлайн. Деревья начали редеть, а в моменте совсем пропали, открывая вид на ночной Миоги, и только забор безопасности ограждал туристов от падения с высокой горы. Именно сюда и завернул Шинго, припарковав машину рядом со знакомым Ниссаном. Водитель GT-R’а стоял, облокотившись плечом о дерево с сигаретой во рту, наблюдая за ночными огнями, словно зверь, который следит за порядком на своей территории. Шоджи обошёл черную машину вокруг, наклоняясь к правой фаре, которая была нещадно разбита как и часть бампера, и провел возле них рукой, словно утешая избитого в драке. После этого карие глаза перевелись на Наказато, который даже не удостоил новоприбывшего вниманием, что было типично для его поведения: часто отстраненного и молчаливого. Поэтому Шинго также молча подошёл со спины и встал рядом, окидывая взглядом вид ночной улицы. –Ты как меня нашел? –глупый вопрос, ответ на который оба знают, но никогда не произнесут вслух. –Да так, мимо ехал, да и тут вид красивый – решил остановиться посмотреть, – ложь, причём наглая. –Допустим в тебе проснулось чувство прекрасного, –попытка шутить, уже хорошо. –Ага, –Шоджи вставил в зубы сигарету, хлопая себя по карманам, сначала толстовки, потом брюк, но нигде не нашёл свою бензиновую зажигалку. Наказато лишь молча подошёл к парню, прикрывая сигарету рукой от ветра и поджег её своей зажигалкой, ловким движением пальцев закрывая ее обратно, на что Шинго также молча благодарно кивнул, делая долгожданную затяжку. Гонка была нервная для всех, особенно для Такеши, поэтому молчаливый перекур был как нельзя кстати. Тишина для них была многим: они часто громко препирались, словно для показухи, а потом оба молча сидели на заборах безопасности, выкуривая одну сигарету на двоих. И таких моментов было не сосчитать, но они никогда об этом не говорили и не обсуждали. Просто как должное, просто чтобы было, просто им это было нужно обоим. Первым докурил Такеши, сминая окурок ногой на земле, и облокотился на дерево вновь, уже глядя на свой Скайлайн грустными глазами. А Шинго смотрел на печального Такеши, боль которого разделял если не полностью, то хотя бы немного, а потому неслышно встал рядом, давая понять, что с этими проблемами он не один, а машину починить смогут, главное что с самим водителем все хорошо. Наказато краем глаза увидел как приблизился Шинго и перевел темные глаза на парня, который тоже, в свою очередь, смотрел на GT-R, поэтому аккуратно взял брюнета за подбородок и, повернув к себе, также аккуратно коснулся тонких, потресканных, но уже таких родных губ, постепенно углубляя поцелуй, пока за спиной не оказалось то самое дерево, в которое Такеши теперь упирался широкой спиной, зарываясь руками в мягкие длинные волосы, а язык уже касался чужого, действуя смелее с каждой секундой. Сопротивления никогда не было, ни с одной из сторон, поэтому они оба были уверены во взаимности подобных моментов, которые завтра будут забыты и о них никогда не вспомнят. Все-таки, ночь была интересным временем. Такеши прижал парня к себе за талию, словно он хотел скрыть их обоих за спиной от нежелательных глаз, на что Шинго лишь тихо фыркнул, обнимая брюнета за плечи. Уже было достаточно прохладно, поэтому парни, ради общего блага, не распускали руки под одежду, довольствуясь тем, что имели. –Прохладно как-то, –прошептал Шинго в губы напротив, мелко целуя после этого. –Можем поехать ко мне домой – так будет ближе, –Такеши говорил также тихо и ткнулся носом в шею парня. Шоджи лишь молча кивнул, отодвигаясь от брюнета, чтобы двинуться к машине.

***

Худи с майкой полетели в другой конец комнаты к черной куртке и свитеру, оставляя своих хозяев в одних джинсах, пока они покрывали друг друга поцелуями. Причём, не как в том закутке у дороги, а более страстно и чувственно, уже не боясь каких-то случайных и непрошенных взглядов со стороны. Губы Шинго исследовали шею Наказато, оставляя на ней кучу различных следов. Единственный плюс холодов – это несколько слоев одежды за которой не видно следов ночных похождений. –Шинго, блять, аккуратнее, –после громкого стона, проговорил Такеши, когда его укусили за шею особенно сильно, словно нарочно хотели наследить. –Обойдёшься, –самый очевидный ответ, за которым последовал ещё один такой же укус в плечо, –я в душ. И быстро поцеловав в лоб, Шоджи покинул футон, поправляя уже запутанные волосы и оставляя Такеши одного. –Идиот, –укусы пульсировали и Наказато провел по ним, получая от их наличия странное удовольствие. Когда Шинго вернулся в одном белье после душа, он застал Такеши, который, лёжа на спине, рассматривал потолок, а на деле, скорее всего, просто задумался. Как обычно. –Задолбал уже грузиться. Забей и расслабься, –с этими словами Шоджи сел сверху на брюнета, который, почему-то, все ещё был в штанах, –мог бы и подготовиться. Все, убери руки. Оттолкнув чужие руки, которые, к слову, были чуть больше его собственных, Шинго сместился ниже, чтобы расстегнуть ширинку, а вместе со штанами, стянул и нижнее белье, высвобождая член, который без внимания потерял раннее настроение. Сделав пару движений руками, парень широко прошелся языком головки органа, вызывая тихое мычание. Сдерживается. Надоел, ей богу. Сколько раз было и сколько раз он держится до последнего. –Такеши Наказато, если ты и твоя принципиальная и гордая задница будете себя так вести, то хрен с маслом ты получишь и пойдёшь дрочить в ванную, а я уеду домой, уяснил? –одним движением руки Шинго убрал мокрую челку с лица, чтобы увидеть смущенное и слегка потерянное выражение лица Такеши. Ну да, он не уйдет, но припугнуть Наказато хотелось, ибо нечего строить из себя тут сильного и независимого. В ответ ему лишь кивнули с недовольным лицом, а Шоджи лишь победно хмыкнул и резко погрузил член в глотку на середину длины, вызывая у парня стон, который прикрывал рот рукой, а последующие движения заставили полностью лечь на футон, закрывая лицо руками полностью: Шинго начал понемногу ускоряться, вбирая в рот все больше у не самого маленького размера. Наконец, взяв до упора, брюнет дал себе перевести дыхание, ибо дышать с членом во рту было несколько проблематично. В это же время Шинго мог слышать сбитое дыхание над собой, которое иногда смешивалось с нетерпеливыми полу-стонами. Волос коснулись чужие пальцы, зарываясь в них, несильно хватая. Ого, Такеши решил взять инициативу? Шоджи стало интересно, поэтому и не сопротивлялся. Давление руки на волосах ощущалось приятно и сейчас единственной задачей Шинго была расслабить максимально глотку, ведь к этому размеру он привыкал довольно долго, да и сейчас иногда возникали трудности, но намного меньше. Почувствовав редкие пульсации, Шоджи самостоятельно передавил основание члена, скидывая со своих волос дрожащую руку. Или это его трясло? А хрен его знает. –Шинго, сука, –прошипел сквозь зубы Такеши, когда парень освободил рот, лишая только-только наступившего удовольствия. –Мне кажется, если делать список всех ласковых прозвищ, которые ты мне даешь, то “сука” будет на первом месте с огромным отрывом, –съязвил Шинго, удерживая твёрдый член в кольце пальцев,– будь пооригинальнее. –С членом во рту ты, хотя бы, молчишь, лучше возьми его обратно и не пизди много, –парировал Наказато, вызывая у Шоджи наигранный шок. –Ой, ой, неужели наш Такеши умеет показывать зубки? –Шинго, ты… –сдавшись, выдохнул парень, принимая поражение в этой словесной перепалке. Стянув оставшееся белье с себя, Шинго устроился между чужих бедер, выдавливая смазку, которую он принес из ванной, в то время как парень снизу устроил свои широкие ладони на его талии. И, о Боже блять, если Шоджи комплексовал из-за своего относительно стройного телосложения, из-за чего его вес был нехарактерным для парня ростом около 175 сантиметров, то Такеши каждый раз ловил кайф, когда дело доходило до касаний тела. Изначально Шинго стеснялся этого момента, хоть по нему и не скажешь, что тот может чего-то стесняться или стыдиться, но с каждого раза стеснение уходило все дальше на второй план, испаряясь окончательно. Вот только он не знал: это было его окончательное решение, или это только с Такеши работало в совокупности. Проверить было не с кем, но надо ли было? К девушкам его тянуло слабо. Ну как? Не вставало, было дело. Насчёт Такеши не знал, не спрашивал, не хотел. В это время Шинго уже ввел в себя член на половину, кусая губы от неприятных ощущений. В моменте Наказато изменил положение, держа брюнета за бедра, чтобы тот не делал все один. Шоджи же рефлекторно обнял Такеши за шею, движением руки убирая с лица мокрые волосы, которые лезли в глаза и в рот, полностью отдавая ему контроль. Раньше, да, опять это раньше, если б Шинго сказали, что Такеши будет тем человеком, которому он будет отдавать управление над собой в интимных делах, то у того, кто это сказал уже было бы разбито лицо о перила. Эта мысль повеселила Шинго, отвлекая от ощущения проникновения. А также отвлекали поцелуи в разные места, поглаживания и разные слова, которые Шоджи не все даже разбирал, но сам их факт наличия делал ситуацию лучше. –Все хорошо, привыкай, –ещё один поцелуй в губы, чтобы занять друг друга. Сложно было поверить, что вечно язвительный и грубый Шинго, некоторые поступки которого выглядели сомнительными по всем фронтам, в постели превращался в очень жаждущего касаний и поцелуев кота, который на пике возбуждения чуть ли не хныкал. И опять же вопрос, это был он или именно Такеши так на него влиял? Ну, хер его знает. Хмурясь, Шинго требовательно углубил поцелуй, держа Такеши за лицо обеими руками, тихо скуля от ощущений внизу. Казалось, что тот сейчас расплачется от переизбытка эмоций. –Ты как? –разорвав долгий поцелуй, спросил Наказато. В ответ ему лишь с помутненным и полуприкрытым взглядом кивнули, желая возобновить поцелуй, на что брюнет не мог отказать, притягивая парня ещё ближе, хотя казалось бы… И, не прерывая мокрого поцелуя, Такеши пробно двинул бедрами и, убедившись, что это не вызывает дискомфорта, начал медленные движения, оставляя несильные укусы на шее и плечах, заставляя парня жмуриться и тихо стонать. Было много. Всего много. Организм просто не хотел воспринимать, что это все происходило в один момент, поэтому по мере увеличения темпа голова начинала кружиться сильнее, поэтому брюнет обнял Такеши за шею, изредка кусая в ответ. Тело пробило дрожью, болезненно сжимая пальцами бедра, вызывая вскрик у брюнета, чьи волосы полностью закрыли лицо. Наконец, заметив это, Наказато поправил мокрые пряди, приглаживая их назад, чтобы те не мешались. –Слушай… А тебе идёт, может зализываться будешь? –прерывисто и тяжело дыша, Такеши не упустил возможности вкинуть шутку, получая в ответ несильный удар в плечо, –ну ты как всегда. Отвлекая разговором, Такеши вошёл особо грубым толчком, вызывая у парня тихое ругательство, который ногтями впивался в спину, оставляя новые следы. Тепло разлилось внутри, заставляя замереть обоих. Чуть позже Шинго обматерит Наказато за это, но это будет позже, а сейчас первому нужно было унять лёгкую дрожь от собственного окончания, перед тем как открыть вечно недовольный рот.

***

–Вот сделаю тебе также, поймёшь какого мне каждый раз, когда ты так делаешь, –ворчливо вышел Шинго из ванной, руками выпрямляя спутанные мокрые волосы. Наказато, который курил у окна, закатил глаза, ухмыльнувшись с сигаретой в зубах. Шоджи подошёл ближе и вытащил эту сигарету из чужого рта, глубоко затягиваясь. –Мне нужнее, –бросил брюнет на недоумевающий взгляд рядом, на что получил только смешок. Наказато облокотился на подоконник, разглядывая просыпающийся городок и редко проезжающие машины. Такой пейзаж нагонял сна, а рассветное желто-розовое небо дарило чувство покоя. Тревожные мысли пока что отступили, точнее будет сказать, были посажены под замок, но увы, запереть эту дверь навсегда было нельзя, так уж устроено сознание человека. –Такеши-и, –лениво протянул Шинго, докуривая сигарету, –будешь опять загоняться из-за хуйни, то говорить уже будем иначе, и я обещаю, что этот вариант тебе уже будет нравиться меньше, понял? Наказато вышел из мыслей, обращая внимание на собеседника, который даже не смотрел на него, а куда-то вдаль, за крыши домов. В этом весь Шинго: своеобразная забота, которую не каждый оценит или поймёт. Немного грубая, клыкастая и колкая, но она была. Как умел, как воспитался и, в конце концов, как привык. Прикрыв глаза, Такеши улыбнулся уголками губ от нестандартного беспокойства за него: –Хорошо.