Вспоминай мои шрамы

Скрипя тормозами по мокрому асфальту, чёрная иномарка остановилась напротив дверей круглосуточного магазина. Не заглушая двигатель, Эврум тут же выскочил из салона, попав под поток проливного дождя. Крупные капли мгновенно впились в его белую рубашку, заставив её тем самым прилипнуть к груди и плечам. Тёмные пряди волос потеряли свою форму, упав на лицо детектива. Поспешно оглядевшись, парень стал вглядываться в темноту улицы, стараясь разглядеть хоть какие-то очертания человеческого силуэта. — Чёрт! — зашипел он, резко открывая дверь своей машины. Мокрыми руками парень схватил телефон и сразу поднёс его к уху. — Рован, слышишь меня? — спросил тот, но на другой стороне провода был лишь грохот падающих с неба капель. Никакого намёка на дрожащий и сдавленный голос Рована не присутствовало. Захлопнув дверь машины, Эврум поспешно оглядел пустую дорогу, не убирая телефон. — Рован! — вдруг вскрикнул парень, метаясь взглядом по ночной улице. Почувствовав нечто странное, он сорвался с места и влетел в двери круглосуточного магазина. Стоящий за прилавком продавец тут же одарил его заинтересованным взглядом, скользнувшим по мокрой одежде. — Вам чем-то помочь? — Да, где садик «Радуга»? — спросил Эврум, глянув на того озадаченным взором. — Вон, здание через дорогу, — указал мужчина в стекло витрины. Эврум тут же бросил взор на двухэтажное здание. Больше не задерживаясь, парень выскочил из магазина навстречу хлещущему ливню. Забыв обо всём, он пронёсся по дороге, даже не замечая машин. Обогнув тротуар, парень почти сразу столкнулся с железными воротами, что окружили двор здания. Метая взгляд из стороны в сторону, детектив посмотрел на экран телефона, что уже погас. По экрану бил дождь, стекая ровными линиями и огибая его пальцы. — Рован! — снова вскрикнул Эврум в надежде, что парень откликнется. Словно по велению судьбы раздался гул звонка, что током прошёл по телу Эврума. Судорожно смахнув с экрана мобильного устройства крупные капли, он принял входящий звонок. — Рован, где ты? — машинально спросил детектив, прислушиваясь к шуму на той стороне провода. — Обернись! — раздался сдавленный голос. По его приказу Эврум резко развернулся. Вглядываясь в темноту, парень не сразу смог заметить очертания человеческой фигуры. Рован стоял в переулке, прижимаясь к каменной стене практически лицом. Эврум, не раздумывая, бросился к нему, и только под светом фар проезжавшей мимо машины смог разглядеть избитое бледное лицо. — Рован! — вскрикнул детектив и подхватил того под руку, этим самым лишив его опоры. Рован был готов провалиться на землю, но руки сами вцепились в мокрую одежду Эврума. Стараясь удержать парня на ногах, детектив перехватил его руку, резко перебросив её через своё плечо. Скалясь и шипя от боли, Рован снова вцепился в его рубашку, сжимая её до ломоты в пальцах. Под ногами уже образовалась кровавая лужа, а пропитанное алым оттенком полотенце почти сползло. — Не думал, что ты и впрямь придёшь, — признался Рован, косясь на парня. Заметив его взгляд, в котором застыло беспокойство, парень действительно не мог поверить в то, что Эврум оказался рядом. Человек, что даже понятия не имел, кто стоит перед ним, был первым и единственным, кто протянул ему руку помощи. Рован будто в замешательстве оглядывал встревоженное лицо Эврума, пытаясь вглядеться в его черты. — Дойти до машины сможешь? — спросил Эврум с вырвавшейся из груди тревогой. Но Рован не стал отвечать на его вопрос, и просто последовал за ним, стоило тому сделать первый шаг в сторону транспорта. Минуя ночной город, Эврум мокрыми руками сжимал руль машины. Вдавив педаль газа в пол, парень даже не обращал внимания на сигналы светофоров. Дождь беспощадно бил по стеклу, заставляя дворники работать усердней, а мотор реветь на полном ходу. Переведя встревоженный взгляд на Рована, что скрутился калачиком на пассажирском сидении, Эврум прибавил ходу. Алые линии уже впитались в мокрую одежду и струились по телу крупными каплями. Словно услышав биение собственного сердца, Рован устало разлепил длинные ресницы, к которым прилипли мокрые волосы. Уткнувшись лицом в окно машины, парень без интереса оглядел дорогу, что тянулась куда-то вглубь. Редко его ослепляло фарами проезжающих мимо машин, но всё же они приковывали его внимание. Поморщившись, Рован понял, что даже пошевелиться не может от озноба, который пробил его тело. В машине было достаточно тепло, но парень словно ощущал, как это тепло забирало больше, чем отдавало. Заставив себя повернуть голову, он сразу оглядел Эврума, что, вцепившись в руль, не сводил глаз с дороги. На мокрых плечах застыло алое пятно, а тонкая рубашка прилипла к его телу, словно прозрачная плёнка. Рован заметил медленно стекающие по шее и ключицам капли, что утопали под раскрытым воротом. Будто ощутив его взгляд, Эврум посмотрел на парня, стараясь не терять обзор дороги. — Потерпи немного! — Куда… мы едем? — сухими окровавленными губами спросил Рован. Сжимая руками свой торс, парень невольно ощутил, как присохшая кровь прилипла к футболке, больно задевая рану. — В больницу, — напряжённо ответил Эврум. Конечно же, его слова не обрадовали Рована, но спорить парень не стал. Сейчас его жизнь буквально была в руках этого человека, и он не желал, чтобы она так легко оборвалась. Как только чёрная иномарка въехала во двор городской больницы, Эврум заглушил мотор и поспешно выскочил из машины. Холодные крупные капли сразу окатили его, но парень, как и планировал, кинулся к двери пассажирского сидения. Слегка отпрянув, Рован позволил той открыться, и тут он столкнулся с обеспокоенным лицом Эврума. Ничего не спрашивая, детектив протянул руки к сидению. Стоило его ладоням коснуться сжатого тела Рована, как Эврум навис над ним, поднимая его на руки. Рован машинально вцепился в его плечи, позволяя тому поднять себя. Как только раненый оказался на руках, Эврум, не раздумывая, направился к дверям больницы размашистым шагом. Рован молчал, то ли не в силах говорить, то ли не зная, что сказать. Он лишь сжимал руками плечи детектива, непроизвольно уткнувшись лицом в его грудь. — Спасибо! — прошептал парень, и горячее дыхание скользнуло по груди Эврума. — Потерпи, скоро тебе помогут, — попросил Эврум, приближаясь к двери. Вцепившись в его плечи, как в спасательный круг, Рован и вовсе потерялся в пространстве. Прислушиваясь к ритмичному сердцебиению Эврума, парень не замечал происходящего и отключился раньше, чем оказался в дверях городской больницы. Эврум просидел всю ночь в приёмном покое. Парень не смыкал глаз, не в силах унять своё беспокойство. Уже к рассвету люди заполонили больницу, мечась в разные стороны, но о Роване вестей не было. Детектив лишь знал об операциях, что пришлось провести за эту ночь, но никто не сообщал ему о состоянии парня. Дождь стих, но оставил после себя немалые впечатления. Казалось, он всё ещё создавал то самое пугающее чувство прошлой ночи. Сжимая руки в замок, Эврум будто до сих пор чувствовал ослабленное тело Рована, что нёс к дверям больницы. Оглядев персонал в белых халатах, Эврум тут же наткнулся на врача, что направился к нему. Словно от молниеносного разряда, но детектив резко встал с деревянной лавки, оглядывая мужчину. Тот, потирая глаза после ночной смены, замер перед ним с весьма расслабленным лицом. Он будто прочёл тревогу во взгляде парня и вопросы, что тот не успел озвучить. — Не волнуйтесь, всё прошло успешно. — Как он? — встревожился Эврум. — Состояние стабильно, но парень потерял немало крови, поэтому сейчас к нему нельзя. — Какого рода были ранения? — Огнестрельное и ножевое, — рассказал врач. Эврума будто пробил озноб, что окатил всё его тело. Он поймал на себе взгляды многих наблюдателей, но сейчас даже они его не волновали. — Не беспокойтесь, оставьте свой номер, как только пациент придёт в сознание, вам сообщат. — Да, хорошо! — машинально ответил Эврум. Удовлетворённо кивнув, доктор оббежал глазами приёмное отделение и направился в сторону одного из шумных коридоров. Эврум же не стал медлить и по указанию врача сразу принялся заполнять нужные документы. Однако он знал лишь имя парня и примерный возраст, остальные поля, требующие заполнения, он пропустил, но даже этой небольшой информации врачам хватило. Главное, что сейчас имело смысл, это спасённая жизнь.

***

Не находя себе места, Лин мельтешил за спинкой дивана. Скрестив руки на груди, он периодически поглядывал на экран своего телефона, не скрывая нахлынувшего раздражения. Саум расположился в кресле и неотрывно смотрел в экран ноутбука. Однако он не мог не заметить повисшее в комнате напряжение. — Да где же он? — прошипел Лин, снова покосившись на выключенный экран телефона. Бросив мобильное устройство на диван, парень и вовсе замер, погрязнув в своих мыслях. — Жуарм не звонил, и Эврум куда-то делся, странно, не находишь? — Может, детектив решил сам поговорить с Жуармом? — предположил Саум, перебирая клавиши ноутбука. — Вряд ли он стал бы без нас что-то предпринимать. — Тогда не грузи меня своими вопросами, лучше послушай, — начал криминалист. Покосившись на парня в белой водолазке, Лин неосознанно скользнул заинтересованным взглядом по его лицу. — Я нашёл в базе данных номер матери последней жертвы и созвонился с ней. — Так и? — произнёс Лин и застыл в ожидании. — Она попросила встретиться лично, чтобы дать нам какую-то информацию. — Тогда поехали. — Поехали, — согласился Саум, медленно отставляя ноутбук. Парни вместе покинули квартиру и отправились в нужное место встречи. Прохладный утренний ветер сгонял с травы остатки крупных капель. Со стороны дороги доносился шум машин и отдалённых голосов. Минуя территорию городского кладбища, парни не спеша направились к одной из свежих могил. Они сразу заметили женщину в чёрном платье, что, сжимая салфетку в руке, сидела на скамейке, не сводя глаз со свежей земли. — Госпожа Зриам? — тут же позвал криминалист, подходя к ней. Тяжело подняв на парней затуманенные заплаканные глаза и смерив их взглядом, женщина удовлетворённо кивнула. Очевидно, ей было непросто осознать мысль о потери сына, и парни это прекрасно понимали. — Я криминалист Саум Бэртан, примите наши соболезнования. — Спасибо! — с трудом выдавила она. Шмыгнув носом, женщина снова перевела взгляд на сырую землю. Словно молясь услышать родной голос сына, она старалась не обращать внимания на любые звуки со стороны. Однако даже слабых нот его голоса женщине услышать не удалось. — Ранее вы спрашивали меня об Ицие, — с трудом напомнила женщина, покосившись на Лина. Парень тут же кивнул, не сводя взгляд с её осунувшегося бледного лица. — Вы можете рассказать, что произошло четыре года назад? Как ваш сын… — не закончил Саум, оборвав себя на полуслове. Но даже так женщина прекрасно поняла, что хотел спросить криминалист. — Тогда Ицый поругался с одноклассником, — начала женщина с дрожью в голосе рассказывать. Она будто снова очутилась в том кошмарном дне, что стал роковым в её жизни. — Когда всё случилось, я встречалась со следователем Дагамом и детективом, что вели это дело, — пояснила та. Лин заметно напрягся, слушая её слова. Но парень не спешил перебивать и просто молча стоял на месте, косясь на Саума. — Мне сказали, дело закрыли, а суд отклонил мой иск о получении компенсации. — Почему? — решил уточнить криминалист. — Сказали, что нет оснований и парень уже наказан по всей строгости. — Так, значит, дело всё же завели, — буркнул Лин, рассуждая о полученных фактах. — Я решила не оставлять это дело и направилась с визитом к опекуну того человека. — Опекуну? — машинально переспросил Саум. Заметив его настороженность, Лин тут же напрягся, улавливая суть его мыслей. — Но тот даже не захотел со мной говорить, — с болью произнесла она. На ресницах снова застыли слёзы, что женщина так тщательно пыталась скрыть. — Вы уверены, что парень был усыновлён? — решил уточнить Лин. — Да, Ицый как-то обмолвился, что у них в классе есть юноша, родители которого погибли. — Имя вспомнить сможете? — Нет, давно это было, — устало призналась та. Переглянувшись, парни обменялись озадаченными взглядами. Решив больше не доставать женщину вопросами, они попрощались. Однако покидать кладбище не собирались и замерли у ворот, рассуждая о недавно вскрывшихся фактах. — Сирота, значит, — озвучил Лин, с неким подозрением оглядывая территорию кладбища. — Это уже что-то! — Поясни! — Раз вся информация об этом человеке отсутствует, есть вариант, что в опеке может быть пара зацепок, — пояснил Саум, продолжая рассуждать. Лин перевёл на него заинтересованный взгляд, снова скользя им по худому телу. — Нужно узнать, сколько сирот ходило в эту школу, и, думаю, лучше начать с начальной, — рассуждал криминалист. — Так как Ицый был его одноклассником, возможно, парень изначально не был в их классе. — Тогда в начальной школе и впрямь было двадцать пять учеников, Ицый же переведённый. — Ты нашёл информацию о директоре школы? — решил спросить Лин, всё также глядя на своего коллегу. — Да, встречу назначил на завтра. — Тогда поищем информацию о детских домах в районе наших школ. — Да, поехали, нет смысла стоять здесь, — намекнул Саум и тут же покинул территорию кладбища, даже не взглянув на оставленные за спиной могилы.

***

Морщась от неприятного дневного света, что с трудом пробивался через тучи, Рован заставил себя разлепить глаза. Парень тут же заметил нависший над собой белый потолок. Длинные белоснежные стены тянулись к нему, а после касались белого кафеля. Пустая палата будто поглощала звуки, что доносились со стороны закрытой двери. Заставив себя оторвать голову от неудобной подушки, Рован зашипел. Его ногу и плечо тут же пронзила боль, а торс сдавило тугой повязкой. Лицо стянуло болезненными линиями, что, казалось, паутиной тянулись к шее. Размяв ноющую шею, парень прищурился, оглядывая больничную койку. Стоило его взгляду упасть на прикроватную тумбу, как он сразу обратил внимание на телефон. Тяжело вздохнув, парень с трудом оторвал руку от кровати, стараясь не побеспокоить капельницу. Неприятно ощущая, как игла находилась под кожей, Рован, шипя от боли, дотянулся до мобильного устройства. Оглядев его, парень выпрямился, поудобней расположившись на больничной койке. Пошарив в списке звонков, он без труда нашёл одно из знакомых имён. Словно понимая, к чему может привести его бездействие, Рован решил позвонить. Раздавшиеся гудки эхом разлетелись по палате, но после же их оборвал знакомый голос Гехана, раздавшийся на той стороне. — Слушаю! — Это Рован, — холодно предупредил парень. Почти сразу он услышал восторженные нотки, мелькнувшие в голосе Гехана. — Не ожидал, что ты лично мне позвонишь, — признался тот, даже не обратив внимания, с какого номера ему звонил парень. — Нужно, чтобы ты кое с чем разобрался. — Говори! — Дэон слетел с катушек, — начал Рован. Парень словно услышал, как все звуки на той стороне стали тяжёлыми, будто Гехан замер в ожидании продолжения. — Он забрал Ниана. — Твою мать, — раздался недовольный голос Гехана. Словно делая затяжку, парень тяжело вздохнул, и лишь после решил уточнить некоторые пробелы. — Ты знаешь, где он? — Ниан — нет, Дэон же мёртв. — Что? — послышался изумлённый голос. Рован покосился на дверь своей палаты, с интересом наблюдая, решит кто-нибудь войти или же нет. — Я убил его, тело в квартире Ниана, — холодно ответил Рован. Гехан замолчал, будто ожидая продолжения. — Я в городской больнице, окажи услугу, вытащи меня и разберись с остальным. — Рован, ты нечто, конечно же, я помогу! — воодушевился тот на другой стороне провода. — Адрес скину, не затягивай, Гехан, — проговорил парень, словно отдавая приказ. После же Рован убрал телефон, отключая звонок. Почти сразу в палате воцарилась тишина, что тянулась в стороны, окружая парня со всех сторон. С некой озадаченностью или даже холодом Рован бросил взгляд в окно. Той ночью он чуть не погиб, и только благодаря чуду смог спастись. Конечно, судьба здесь не играла роли, как и удачно сложившиеся обстоятельства. Парень уж точно был уверен в том, что обязан жизнью Эвруму. Осознание этого неприятным чувством прошло по его телу, заставляя старые и новые шрамы болезненно ныть.