Трение наших душ

–Conseco. Заклинание было произнесено сидящим на траве юношей. Слабый ветер мотал из стороны в сторону завязанные в хвост волосы и развевал слишком короткую их часть, свисавшую на лицо. Яркие зелёные частицы — признак пустотной магии — разлетелись по воздуху, обтягивая своеобразной пеленой тело парня. Пара секунд, и тот уже исчезает для стороннего наблюдателя, оставляя после себя лишь след в виде примятой зелени. <…> –Как я и говорил, красотка, — Джон умело сделал «колесо», сопроводив выражающий полное разочарование взгляд своей голубоглазой копии ехидной ухмылкой, — процесс уже не обратить. Однако я смог выяснить, что его можно остановить. Последняя фраза была сказана с заметной гордостью, за которой, вероятно, скрывалось желание оскорбить уровень интеллекта собеседника. Пока Харрис крутил всевозможные трюки по кафе и рассказывал о своих невероятных успехах, его единственному слушателю оставалось лишь несколько потерянно пялиться на него. Юноша будто был не совсем «здесь», уходя в себя и размышляя на поднятую партнером тему со своей стороны. Длилось это, однако, недолго. Последняя фраза выдернула Лололошку из этого состояния, заставив напрячься и направить мозговую активность на более актуальную информацию. Вид довольного скорее собой, чем фактом добытой информации JDH стал пусть и привычным, но от того не менее контрастным всей обстановке. Казалось бы, юноши так и могли простоять молча целую вечность: один с нахальной улыбочкой, показывающей всю его нарциссичную натуру, а другой, в свою очередь, с полным осуждения и непонимания своего собеседника взглядом. Отнюдь не уместная пауза начала резала уши, создавая крайне неприятные ощущения засчет и без того напряжённой обстановки. В условиях катастрофически гнетущей тишины кафешка, которая на самом то деле была довольно большой для заведений такого формата, словно сжималась, стены начинали давить, температура повышаться, а кислород заканчиваться. Все вокруг будто бы хотело уничтожить мироходца, который сейчас с усердием сжимал в кулаке свой голубой шарф. Впрочем, всех этих жутких событий, созданных воображением от стрессовой обстановки, так и не произошло. Послышался тяжёлый вздох Лололошки, сам же он скрестил руки на своей груди, выражая некоторое недовольство обстановкой. –Ты так и будешь тянуть все, чтобы я, как ты сам выражаешься, «ничего не делал» в попытках выяснить хоть что то? Эта фраза и правда довольно часто слышалась от его альтер эго довольно часто. Пока юноша пытался обустроить хоть сколько то комфортное существование в очередной реальности, желая иметь крышу над головой, JDH изредка появлялся с очередной загадочной информацией, которую он, конечно же, нормально не объяснит, и вновь исчезал на неизвестное никому время. Видимо, ему всегда были важны лишь его исследования. Лололошка все равно не собирался заботиться о своём нахальном двойнике, потому его комфорт не был для парня очень уж важным вопросом. –Почему же сразу так грубо? — раздался обиженный голос, — твои слова задевают хрупкие струны моей души. Ты дашь мне закончить? На последней фразе голос юноши стал строгим и серьёзным, будто отчитывая начавшего ругаться копию. Парню стремительно надоедал диалог, который из-за «глупости и неспособности признать чужое превосходство» собеседника шёл явно медленнее, чем изначально планировалось. –Говори, Джон. Не буду больше прерывать тирады великого гения. Лололошке пришлось смириться с, как ему казалось, незрелым и чрезмерно ярким проявлением эмоций напарника. Последнее прозвище его альтер эго было произнесено не столько с сарказмом, сколько с упреком прущего ото всюду у обладателя янтарных глаз бахвальства. Тем не менее, и оно было в данной ситуации оправдано. Более злая и эгоцентричная версия юноши явно знала больше, чем сам он, а «не получить всю необходимую информацию» возможным вариантом исхода событий не являлось. Мироходец прекрасно понимал всю важность происходящего сейчас, от чего напряжение лишь росло. Его голова пухла от мыслей, что никак не могли упорядочиться, и начинала неприятно покалывать, обжигая нарастающей в геометрической прогрессии болью. –Ну-ну, не расстраивайся. Пусть ты и не блещешь своими когнитивными способностями и интеллектом, зато ты красивый. Проговаривая это очередное оскорбление в сторону Лололошки, Джон снял свои очки и начал крутить их в своих руках, разглядывая вытянутую прямоугольную оправу. –Как ты уже знаешь, все больше мироходцев, скажем так, заражаются странной болезнью. Не буду вдаваться сейчас в научные термины, тебе все равно не понять их. Скажу лишь, что несмотря на скорость ее распространения и развития в организме, мне удалось пообщаться с заражённым. Не правда ли, я хорош? JDH наклонился к своему собеседнику и приспустил солцезащитные очки такого же ярко-оранжевого цвета оправе, что и шарф, желая взглянуть в глаза оппоненту. Очки вернулись на свое место так же быстро, как и были секундами ранее с него сдвинуты, а их владелец продолжил свой монолог. Лололошка в это же время удивлённо прокручивал в голове рассказанную своим альтер эго информацию. Юноша, конечно, знал, что Харрис умен, легко манипулирует и может действительно многое, однако даже от него никак не ожидался такой результат. –Тот мироходец, как оказалось совсем недавно был подвержен изучаемому нами недугу. Точнее, изучаемому мной, — не без капли гордости добавил юноша, пытаясь вновь намекнуть на то, что напарник его не очень то полезен, — ты так и не продвинулся за все время. Как я выяснил, на ранних стадиях болезнь ещё не затрагивает память, однако продержится столь лёгкий перенос неполадков в организме совсем не долго. От пяти до семи дней, если быть более точным. Возвращаясь же к больному мироходцу, о котором идёт речь, я, великий учёный Джон Дейви Харрис, смог вовремя достать всю информацию! Между прочим, ты должен быть благодарен мне за такой невообразимо добрый жест, эти сведения многого мне стоили. Я долгое время гонялся за больным, чтобы тот, наконец, рассказал мне все. Теперь я знаю, откуда идёт заражение. Голос рассказывавшего словно подчинялся своим внутренним темпам и ритмам, выливаясь в пусть и довольна плавный, но, надо признать, рациональный и структурированный рассказ, слушать который было приятно, несмотря на излишние выпадки JDH. Однако Лололошка понимал, что это умение красивой речи было явно результатом долгой практики в ораторском искусстве и его изучения, и этот факт лишь придавал двойнику напыщенного образа. Желая показать свой интерес и увлечение информацией, юноша подался чуть вперёд к напарнику, сделав пару маленьких шагов. От прежней рассеянности не осталось ни следа, голубоглазый готов был прямо сейчас пойти навстречу новым приключениям. Хотя, конечно, понимать, в чем оно заключалось, тоже очень хотелось. Зная Джона, тот мог затянуть и в крайне опасную передрягу, сталкиваться с которой было бы самому себе дороже. Пусть учёный и не появлялся в последнее время часто, да и в целом проведённых со своей копией дней у него было маловато, можно сказать, и не было, он умел вовремя дать необходимую информацию, к тому же, своими визитами великий гений мог с лёгкостью развеять обстановку. Некая болезнь, о которой он говорил в данный момент — новый недуг, который в последний месяц начал распространяться среди мироходцев. За столь малое своё существование во многих мультивселенных у болезни на счету было уже довольно много жертв. Возможно, Харрис смог бы дать более точную статистику, однако это было далеко не по части Лололошки. Сложность изучения этого заболевания заключалась в скорости его развития. Спустя приблизительно час после окончания инкубационного периода, длительность которого пока что неизвестна, и проявления первых, самых незначительных и зачастую разнящихся от пациента к пациенту симптомов, у зараженного начинает проявляться перманентная потеря памяти и регресс в, казалось бы, привычных с самого детства методах закрытия банальных биологических потребностей, а уж о менее примитивных взаимодействиях с окружающим миром можно было забыть вовсе. Уже через два часа можно наблюдать дисфункцию речи и паралич конечностей, а через три часа судьба больного оканчивается смертью с симптомами, схожими с поражением нервной системы. Это, к сожалению, вся информация о течении болезни, которая известна на данный момент. На трупах, оставшихся после одоленных этим мором несчастных, были обнаружены следы крайне странных и неестественных деформаций. Если смотреть на них, создаётся ощущение, что для нечто, создавшего повреждения, тело пострадавшего было пластилином, смяв который можно было с лёгкостью оказаться около внутренних органов. В основном эти ранения были найдены в области головы и шеи, в некоторых случаях уходили и ниже по спине, однако так или иначе оставались в области спиного и головного мозгов. Характерным опознавательным знаком для именно этого явления стали противоречащие природе заломы на коже и небольшие дыры, диаметром доходящие всего до пары сантиметров. Отверстия эти всегда. были словно «залеплены» изнутри все той же кожей, оставляя микроскопические дыры и странного виды раны, заметно созданные искусственным путем. Данное заболевание наблюдается именно среди мироходцев, никто так и не смог достоверно установить, передаётся ли оно каким либо образом другим живым организмам. О лечение так же тяжело было сказать что то конкретное. Многие пытались изучать данную заразу, но исследования практически ни к чему не приводили, а в большинстве случаев учёные умирали от своего же объекта наблюдения, в ином случае научные сотрудники решали остановить изучения самостоятельно и не доводить до летального исхода. Никому не было известно ни кем является нулевой пациент, ни причины, ни места заражения. До столь смелого заявления Джона, конечно же. –Не томи, рассказывай скорее все, что знаешь, — выпалил Лололошка, устав от того, как долго JDH тянет разговор. –Оу, неужели моему красивому альтер эго понравились мои труды? Позже ты сможешь как следует отблагодарить меня, а сейчас, пожалуй, продолжим. Харрис начал задумчиво нахаживать круги около Лололошки, заведя руки за спину и скрепив их в «замо́к». Оранжево-черный клетчатый кончик шарфа периодически чуть колыхался за спиной юноши, словно постукивая его, а на разворотах выписываемых владельцем этой вещицы пируэтов точно приподнимался, придавая и без того прилизанному и аккуратному образу Джона больше некоторой эпичности. –Как я и предполагал, заражение исходит из новой для большинства мироходцев, неизведанной ранее и крайне странной реальности, в которую все пострадавшие так или иначе попадали. Путь к ней смогли найти совсем недавно, до этого о ней практически не было упоминаний даже во всех ресурсах, которые мне доступны в огромном количестве. Не знаю даже, кому понадобилось войти туда, однако нам предстоит выяснить, кем является эта загадочная персона. С хорошими умыслами ни один мироходец не расскажет о пути к медленной смерти, а слух о проходе в нужное нам место на удивление действительно хорошо разошёлся. Каким бы странным и необоснованным этот поступок со стороны пустившего сплетни не был, я поражён его умением распространять информацию. JDH, наконец, остановился около своей копии и наклонился поближе к ней, взглянув через очки в голубые глаза. На лице последнего читалось не самое лучшее отношение ко всему происходящему и смешанные эмоции от новых знаний. Лололошку преследовало тревожное чувство, словно его чуйка подсказывала ему остерегаться и обходить стороной эту тему. С другой до стороны, юноша прекрасно понимал, к чему постепенно ведётся диалог, и любопытство и личное желание помочь сжигало его, несмотря на то, что затея эта казалась крайне опасной. Впрочем, с его двойником все затеи являлись таковыми. Масла в огонь, к тому же, подливала привычная для Джона манера не рассказывать больше, чем, как он считает, собеседнику необходимо знать, и было заметно, что в ситуации с рассказом о заражении происходит так же. Да, возможно, голубоглазый не мог понять чрезмерно загруженные научные терминами объяснения, но он и не был совсем глуп, чтоб звать его только для ввода в общий курс дела. За все время знакомства со своим альтер эго парень понял, что если Харрис и поделится какой либо информацией, которую узнал, то неважные по его мнению подробности при желании узнать придётся добывать самостоятельно. –И, как я понимаю, ты хочешь, чтобы я отправился с тобой в эту странную реальность? Да, несомненно, я хочу понять, что происходит, хочу помочь другим мироходцам, но это же не может быть безопасным. Да и где гарантия, что ты не пропадешь на долгое время, оставив меня одного в неизвестном мне месте, как это случается всегда? Я не хочу вновь искать тебя. Вопросы эти был скорее риторическим, чем действительно интересующими юношу. Ни одна затея, которую придумывал Джон, не могла быть полностью безопасной, риски попасть в какую либо передрягу так или иначе присутствовали всегда. Однако, чем больше подобного опыта было, тем больше было понятно: без опасностей ничего действительно стоящее сделать не выйдет. Всегда есть шанс провалиться, однако сомнениям в себе и топтаниям на месте Лололошка всегда предпочитал пусть и рискованные, но дающие многое дела. Хотя и было бы хорошо, если бы его двойник хотя бы предупреждал о таком. Подобного рода неприятности — совсем не то, что хочется слышать в последнюю минуту перед тем, как что то случится. По поводу исчезновений же сложно было сказать что то конкретное. Уже давно стало понятно, что рассказывать о своих перемещениях — далеко не в характере юноши. JDH, заметив выражение лица партнера, с тихим смешком отошёл от него и продолжил свою речь. Его крайне забавляла реакция голубоглазого на рассказанную информацию, которую он, гораздо более умная и эрудированная копия, смог достать, несмотря на то, насколько сложно это было. Глупенький Лололошка никак не может наконец образумиться, какая жалость. –Я, конечно, знаю, что ты не слишком уж умен, но не настолько же, да и не знал, что внезапно наличие опасности остановит тебя и ты откажешься от увлекательного путешествия в неизвестность со своим гениальным двойником. Неужели ты и вправду думал, что реальность, в которой заражатся жуткий болезнью, процент летального исхода от которой в данный момент — все сто процентов, будет безопасной? Конечно-конечно, даже не сомневайся в этом, переместимся туда и замечательно отдохнём, самый настоящий отпуск от мирохождения. Что же насчет того, что я уходил от тебя, так и быть, могу не уходить в этот раз. Лололошка покачал головой в знак отрицания. Было отвратно от чрезмерной уверенности чертового Джона в своих словах. Альтер эго был до ужаса раздражительным, очень хотелось прочитать ему нотации об общении с другими людьми и отдохнуть от этого наглого выражения лица, но парню пришлось сдержать себя. Было понятно, что собеседник не сомневался в получении нужного ему ответа на свой вопрос, что показывало для юноши неважность его собственного мнения для партнера. Про себя голубоглазый решил, что ещё обсудит эту тему с напарником, хотя и от этого, конечно, едва ли вообще будет хоть какая то польза. Но сейчас необходимо было сосредоточиться на более важном вопросе. Мироходец отринул все лишние мысли и вновь вернулся к обсуждению перемещения в другую реальность. –Нет, Джон, погоди с оскорблениями. Я перемещусь туда с тобой. И да, спасибо за понимание, хотя бы в этой реальности я надеюсь с самого начала оказаться не в одиночестве. Услышав подтверждение своим ожиданиям, Харрис пару раз подпрыгнул и похлопал ладонями, выражая радость, если всю эта эмоция вообще существовала у JDH в чистом виде, без примеси гораздо более эгоистичных чувств. –Чудненько! Хоть где то ты способен принять правильное решение. Его копия лишь сдержала тяжёлый вздох. Слова эти комментировать было явно бесполезно, да и момент был не тот. Ко всему этому, юноша никогда не понимал, зачем его двойник постоянно делает, казалось бы, неуместные в тот или иной момент движения, но и спрашивать об этом, вероятнее всего, смысла не было. Во всяком случае, в данный момент это было, вероятнее всего, проявление эмоций. –Раз уж ты согласился, постарайся просто не умереть, твоё бездыханное тело будет мешаться под моими ногами — воскликнул Джон и отошёл от Лололошки под его же обозленный взгляд, повернувшись к соседней стене. Из рук янтарноглазого полились зелёные частицы магии. Они полностью подчинялись всем движениям создавшего их человека, кружились рядом с ним, как маленькие огоньки. Юноша начал будто бы рисовать в воздухе различные замысловатые фигуры и знаки, про себя же проговаривая довольно длинное заклинание, чего, однако, не было видно его альтер эго. Последний, в свою очередь, резко отскочил от напарника при появлении магии и встал в привычную для себя позу готовности к драке. Все начало происходить слишком уж быстро, потому эффект неожиданности определённо сделал свое дело. Тем временем JDH сделал завершающий взмах руками, вычерчивая в воздухе символ бесконечности. Раздался довольно громкий хлопок, а маг, явно довольный собой, отошёл чуть назад и взглянул на результат. Перед ним разверзся довольно большой, вытянутой вверх овальной формы портал. При взгляде на него казалось, что он вобрал в себя всю тьму и стал подобен самой пустоте. Эта казалось бы, бескрайняя темнота была пленяще-манящей, она будто бы зазывала к себе, манила и очаровывала, заставляя окунуться в нее с головой и позволить себе утонуть в ней же. Края портала же были очертаны тёмным витающим дымом, который местами сливался с чернотой самого портала. В этом дыму кружились маленькие, но вместе с тем необычно приметные белоснежные частицы. Однако даже они, несмотря на, казалось бы, олицетворяющий все светлое цвет, не прибавляли общему виду портала более доброго вида. Яркость этих маленьких искр сильно слепила глаза, если взглянуть на них, а края словно могли врезаться, впиться в кожу и оставить миллионы мельчайших порезов. При взгляде в эту, по ощущениям, бездонную дыру портала, Лололошку как будто схватили за горло и начали душить непонятные эмоции. Они точно желали, чтобы юноша поддался им, задыхлся от этой хватки, починился им и потерял в них же себя. Голубоглазый помотал головой в попытках отринуть странные эмоции. Портал, конечно, казался жутким, но ничего того, что нафантазировал себе юноша, случиться уж точно не могло. Все это — лишь глупые образы перевозбужденного воображения. В тот же момент раздался голос Джона, прерывая кажущуюся мистической и непривычной из-за царящей вокруг атмосферы тишину. –Ну, и чего ты застыл, уже струсил? Жду тебя на той стороне, если, конечно, моя столь совершенная копия не решит сбежать, поджав ножки. Джон обернулся к партнёру и вновь, присняв очки, подмигнул ему. Затем же он помахал на прощание рукой и с лёгкостью, без лишних колебаний упал спиной в портал. Однако, он не упал, как ожижал Лололошка от падения назад. В ту же секунду, как тело юноши коснулось портала, из него начали появляться десятки тонких, костлявых, однако полностью чёрных рук. Они подхватили Харриса и, удерживая его, уже самостоятельно затаскивая в телепортирующую бездну под спокойную улыбку JDH, который явно знал, каким образом происходит перенос. Произошло это все буквально за пару секунд, и вот уже парень исчез в тьме портала вместе с этими необычными удерживавшими его конечностями. После перемещения напарника Лололошка также робко подошёл к порталу. Телепортация выглядела. Страшно. Действительно страшно. От этого действия навевались лишь крайне жуткие ассоциации. Юноша несмело коснулся этой «черной дыры», желая пощупать, что из себя представляет портал. Однако сделать это голубоглазому не дали. Даже столько лёгкое и, казалось бы, неважное прикосновение вновь пробудило чёрные руки, перенесшие ранее Джона. Они потянулись к Лололошке, и, несмотря на то, что тот успел убрать свою руку от портала, схватили его. Хватка эта была жёсткой, руки сильно сжимали тело. На каждую руку и ногу юноши телепорт будто выделил штук так по пять своих конечностей, которые сейчас не давали ему выбраться из этой мертвой, костлявой, столь ужасно ощущающейся хватки. Руки эти потащили мироходца в портал, параллельно сами же в него втягиваясь. Лололошка зажмурил глаза, когда его лицо было уже прям около портала. Он не хотел даже знать, какой вид открывается, когда глаза касаются переносящей тьмы. Открыть глаза юноша смог только тогда, когда руки портала отпустили его. Ощущения были такие, будто бы мироходца выкинули, и сейчас он летит в неизвестность. Вид же вокруг был такой, будто бы Лололошка оказался внутри портала. Судя по всему, так оно и было. Вокруг царила темнота, не было видно буквально ничего. Руки, что выкинули парня, исчезли, будто ушли обратно на наружнюю сторону. Юноша не мог понять, что происходит. Его словно тянуло вниз, он будто бы падал, однако движения вокруг не было. Его будто бы поместили в вакуум. Голова постепенно становилась тяжелой, рой мыслей не давал юноше покоя. Окружающая его тьма одновременно вселяла страх, будто передавая неизвестность, что ждёт Лололошку в будущем, и давала полное отсутствие эмоций, не выражая буквально ничего. Юноша разрывался между этими двумя крайностями и ходил по тонкому льду, стараясь удержаться свое состояние в норме. Не было понятно сколько прошло времени, голубоглазый потерял счёт ему. Организм его был сильно перегружен от такого количества эмоций и напряжения, да и перехода был крайне сложным. Секунда — и юноша потерял сознание. <…> Тело Лололошки выпало, оказавшись лицом к земле и чуть проехавшись по ней же, из такого же портала, в который юноша зашёл, однако уже в другой реальности. Место, в котором он появился, выглядело очень необычно для привычных ему местностей. По всей земле вместо травы рос какой-то странный, ярко-красного цвета мох. Вокруг было довольно много деревьев, листья которого были так же в оттенках алого, встречались и такого же типа кусты. Слабый ветерок, едва разгоняющийся до 4-5 метров в секунду создаёт не самую приятную прохладу, обдувая со стороны севера. После кошмарных эмоций во время перемещения это место казалось наиболее умиротворяющим из всех, что вообще можно придумать. Лололошка постепенно начал приходить в себя, оправляясь от тяжёлого перемещения между реальностями. Он медленно открыл глаза и начал осматривать местность вокруг, впервые знакомясь с ней. Яркое солнце после долгого пребывания в отключке слепил глаза, из-за чего тяжело было поднять голову и осмотреться нормально. Однако, слепнуть юноше пришлось недолго. Внезапно некий силуэт подошёл к нему, загородив тем самым свет и дав возможность поднять голову без желания отвернуться. Поняв это, мироходец взглянул вверх на загородившего всю яркость. Джон. Не сбежал, все-таки, и правда сдержал свое обещание. Взгляд Лололошки наполнился надеждой на действительно неплохое приключение, во всяком случае, радовало то, что начинается оно не в полном одиночестве. Юноша и правда был очень благодарен своему двойнику. Осваиваться в одиночку в неизвестной реальности было бы ужасно сложно, да и тем более в такой, в какую занесло напарников в данный момент. Голубоглазый на момент будто бы стал маленьким ребёнком, которого мамочка вытаскивает из очередной драки во дворе и залатывает раны. Харрис казался его спасителем, Ноем, собравшим ковчег, на котором Ло был одним из животных. –Фу, у тебя мох во рту. Убери это, тебе не к лицу. Заявление JDH разбило всю атмосферу и настроение, которым его альтер эго так проникся. Однако, Лололошка только сейчас заметил, что фраза это была действительно правдивой. Он повернул голову в сторону и резким движением с некоторой долей отвращения и опаски выплюнул растения. Затем юноша, наконец, встал, поправил очки, которые немного съехали на бок, и оттряхнулся. –Так то лучше, постарайся больше не пачкаться, это портит твой прекрасный имидж, а так как мы практически полностью идентичны, я могу это и на себя принять. Что ж, отпустим лишние прелюдии. Мы можем, наконец, начать наше приключение! Джон, сказав эту фразу, сделал колесо, а затем уже вернулся обратно к Лололошке. Последний же, глядя на это личное представление от его напарника, лишь молча понимал: начинается новое путешествие, которое все ещё таит в себе множество тайн и неожиданностей. Никто не знает, что ждёт парней впереди.