Привычка от которой не отказатся

-Модди, я спать – на макушке оставили поцелуй, а тёплые объятия пропали с плеч ученого, что весь день потратил на написание кода для автоматизации занудного процесса, который тратил кучу времени бывшего жнеца, а у того его и так катастрофически не хватало. – Не засиживайся допоздна.  -Хорошо, Пакет.  Шляпник ушёл, прикрыв дверь за собой. Он скорее всего не дождётся в кровати Модди, что через секунду забыл о просьбе, и Пугод уснёт, а учёный либо уснёт за компьютером, либо приползёт спать только под утро, из-за ругани Пакета. Новоиспеченный злодей устало выдохнул. Как ему строить свои козни если важная часть его жизни, в лице МоддиЧата, не спит по ночам, укрепляя мешки под глазами и совершенно теряясь в мыслях из-за усталости.  Так уже было. Жнец, твердя о работе, калечил своё здоровье и психику недосыпом и переработкой засыпая спустя почти сутки бодрости. Модди словно смеялся над Пакетом, что следил за своим здоровьем. Ученый знал, что нужно ухаживать за собой, но интерес к работе словно вдохновение приходит неожиданно и спонтанно, озаряя уставший мозг необыкновенной идеей.  -Надоел. – процедил шляпник, вставая с кровати. Он нарочито громко топал по деревянному полу, предупреждая работягу о скором выговоре. Дверь с громким стуком о стену открылась, пугая Модди. – Ты прямо сейчас идёшь спать! – жнец не успел открыть рта, как его схватили за руку, таща к спальне.  Пугод знал, что ведёт себя глупо. Модди взрослый человек, что способен о себе позаботится, но он особо не сопротивляясь идёт за шляпником спать. Оба знали, что это должно было произойти, ведь было уже не раз, но Пакет не знал, что учёный обожал прикосновения парня к себе. Он каждой частичкой души любил ощущать тепло чужого тела, но сказать об этом он не мог. Вернее, не хотел, чтобы Пугод этим злоупотреблял, а если он узнает, то он будет.  Каждый раз, когда Пакет сжимает ладонь учёного в своей, Модди обещает себе, что скажет шляпнику о том, чтобы тот просто обнимал его чуть-чуть дольше и крепче и жнец готов будет бросить все свои дела и пойдёт спать, обнимая такого родного дурака, но не говорит, чувствуя, как тепло пропадает, и сжимая губы от собственной слабости.  Злодей остановился, вынуждая сделать тоже самое Модди. Пугод помнил, с какой любовью тот смотрел на него в точно такой-же момент. С искренним, не скрытым за маской безразличия, восхищением и обожанием. Так как смотрел на шляпника только жнец. Всегда, когда Пакет ловил взгляд учёного на себе, щёки, как назло, розовели даже при друзьях, даже когда это совершенно не уместно.  Пугод обернулся, отпуская руку Модди, чтоб положить свои ладони на его щёки. В тёмных карих глазах всё такая же любовь, что скрывалась за непониманием действий шляпника. Хотя он сам не знал, почему продолжает оставлять жнеца работать по ночам, почему не заставляет его заботится о себе хоть чуть-чуть.  Пакет целует Модди. Нежно, аккуратно, словно боялся, что его оттолкнут и перестанут смотреть так. Но шляпника только обняли, разорвали поцелуй всего на секунду чтобы пробубнить, что-то о том, что они собирались спать и о том, что им нужно поговорить. Пугод боялся потерять жнеца в его вечно выкладываемой работой, боялся, что когда-нибудь он придёт обнять ученого перед сном, а ему скажут сухое “не мешай”. Но вот уже сам Модди ведёт шляпника к их спальне, чтобы укутать в одеяло оставить поцелуй на лбу и обнявшись уснуть.  Поговорить они смогут утром, но забудут, оставив диалог на вечер, а потом это всё повторится опять. И может ещё раз, а может и два. Привычка засиживаться до ночи у Модди никуда не денется, он просто будет уходить спать, когда Пугод начнёт отпускать жнеца. Этот ритуал нужен Пакету только для того чтобы обдумать произошедшее за день или неделю.  Негласное правило оставлять все переживания, где угодно, но не в спальне главная причина, почему Модди и Пугод продолжают чувствовать комфорт рядом с друг другом, причина по которой они искренне влюблены во всё это и причина, по которой Модди будет сидеть допоздна за работой. Чтоб дать его парню подумать и устать окончательно не только физически, но и морально. Свет от лампы выключают,шорох одеяла, тёплые, почти жаркие объятия и пожелание спокойного сна. И вот уже в их доме нет бодрствующих. Есть только тишина, убаюкивающая своим уютом, и горящая настольная лампа, что будет тратить свой свет напоминая о произошедшем.