Пираньи

— Вице-президент корпорации «Вершина» Джакоб Хоффман и руководитель отдела инновационных разработок Ингрид Риггер, — и на сцену поднялись двое: мужчина средних лет в дорогом костюме, благоухающий элитным одеколоном, и его спутница — белокурая красавица 27-30 лет, также одетая со вкусом и роскошью. Они были одними из самых влиятельных людей в корпорации. Джакоб и Ингрид должны были ответить на вопросы репортёров и дать немного информации о работе компании и карантинных зонах. Это было необходимо, так как в последнее время на корпорацию обрушился шквал негативных новостей и комментариев. Необходимо было отвлечь внимание от компании, пусть даже не раскрывая всю правду. — Здравствуйте и спасибо, что пришли! От лица корпорации «Вершина» и от нас лично хотим выразить глубочайшие соболезнования всем родственникам, потерявшим близких в результате этой трагической катастрофы. Почти год назад в мире произошел выброс неизвестного заболевания. Корпорация «Вершина» одной из первых отреагировала на сложившуюся ситуацию, что позволило ввести карантинные зоны и эвакуировать население. Это проблема мирового масштаба. Речь идёт о совершенно новом и ранее неизвестном вирусе, который унёс уже более миллиона жизней. Мы пока не можем делать окончательные выводы. В прессе началась заказная информационная война против корпорации «Вершина». Утверждают, что мы скрываем точное количество жертв, и речь идёт уже не о десятках миллионов, а о сотнях. Говорят, что сверхлюди, или, как вы их называете, пираньи, абсолютно не контролируются властями, и самое главное, в карантинных зонах до сих пор есть живые люди. Поймите, эта ложь негативно сказывается на работе наших специалистов, которые контролируют ситуацию и рискуют своей жизнью. Также она влияет на наше общество, вызывая недоверие к властям и создавая нездоровое настроение в обществе. Единственное, о чём мы вас просим, — если вы не можете или не хотите помочь нам, то хотя бы не мешайте работать. Спасибо! Вопросы! В зале взлетели сотни рук заинтересованных репортёров. Ингрид нервно сжала карандаш за стойкой. Её учили, как правильно реагировать на сложные и выводящие из себя ситуации, а точнее, вообще не реагировать на них. Она улыбнулась своей профессиональной и красивой, хотя и искусственной улыбкой, и протянула руку, указывая на журналиста. — Пожалуйста, — Ингрид предложила задать вопрос. — Бей Цай, новости Китая. Господин Джакоб Хоффман, когда журналисты будут допущены в карантинные зоны? — Мы не можем брать ответственность за жизни тех, кто не является нашими сотрудниками. — Спасибо! Следующий вопрос! Рук немного поубавилось, и настроение белокурой красавицы-Ингрид заметно улучшилось. — Пожалуйста. С места поднялся очередной журналист, парень лет 30. — Абеле Томмазине, газета «Всё для итальянцев». Скажите, кроме ваших сотрудников в карантинных зонах есть ещё здоровые люди? — К сожалению, те, кто не успел эвакуироваться, погибли. — И что случилось с телами погибших? — Ну, по понятным причинам, они были собраны, кремированы, а пепел убран в утилизирующие контейнеры. Спасибо! Следующий вопрос! Да, главный секрет успешного сотрудника — дать ту информацию, которую надо и можно открыть, вовремя пресекая ненужные вопросы. Нужно уметь чувствовать эту грань и вовремя остановиться. — Алдис Крайсмис, газета «ТВ». Вы можете назвать какие-то сроки, когда корпорация «Вершина» очистит карантинные зоны или даст окончательный ответ о людях-пираньях: «Кто это такие?» и «Смогут ли они поправиться?» — К сожалению, мы не можем говорить о сроках в столь сложной и новой для нас ситуации. Но, как известно, в корпорации «Вершина» работают лучшие специалисты мира в области генетики, анатомии и физиологии. Они делают всё возможное, чтобы лучше изучить сверхлюдей, стабилизировать и контролировать ситуацию. Поверьте, у нас всё идёт по определённому плану, и ситуация держится под контролем. Пожалуйста, следующий вопрос. — Элис Хатуэр, новости науки. Около двух лет назад ваш сотрудник профессор Эригеил выпустил статью о вирусе, который меняет личность человека, делая его более устойчивым и физически сильнее обычного. Можете как-нибудь прокомментировать это, исходя из сегодняшней ситуации в мире? — Мы не в праве раскрывать наши тайны о проектах и сотрудниках. Мы можем сказать только одно: ни профессор Эригеил, который трагически погиб в катастрофе, ни какой-либо другой наш сотрудник не имеют отношение к ситуации, которая сложилась в мире. Следующий вопрос. — Кетрин Малисон, новости сегодня. На прошлой неделе мой коллега Пётр Саливар опубликовал запись, что в карантинных зонах до сих пор есть живые люди, а также пираньи, которые убивали патрульных. Ингрид закатила глаза и фыркнула. — Это видеомонтаж, и это сегодня уже осуждалось. — Пётр Саливар был убит после нескольких часов публикации записи. В зале прошло оживление, волна недоумения и негодования, и репортёры один за другим начали выкрикивать: «Как вы можете это прокомментировать?», «Дайте ответ», «Что твориться на самом деле?» Ингрид нервно закусила губу. Ситуация выходила из-под контроля. Нужно было срочно взять всё снова в свои руки. Она посчитала про себя до 10, сделала глубокий вдох и выдох, затем снова выдавила дежурную улыбку. — Простите, но у нас нет времени обсуждать слухи, теории заговоров. Мы сожалеем о смерти вашего коллеги. Спасибо всем! Пресс-конференция окончена! Мужчина и девушка спускались со сцены под возмущенные крики репортёров, но отвечать больше на вопросы они не собирались. Всё, что нужно, они сказали, дальше в дело пойдут другие службы и отделы, которые отчистят ненужную информацию из сети, а лишних людей уберут. — Наглая, циничная дрянь, — уже сидя в машине, высказался господин Хоффман. Он нервно постукивал по окну дорогущего автомобиля. Ингрид в это время названивала нужным людям, чтобы поскорее убрали эту Кетрин. Она действительно позволила себе слишком много лишнего. — Ты нужна мне в главной карантинной зоне. Уже прошел почти год, нам срочно нужны результаты. — Может быть, начать проект «Освобождение»? — Он ведь ещё не готов. — Зато это хорошая возможность его проверить. Мужчина и девушка переглянулись. Они долго смотрели друг другу в глаза, пока мужчина не отвёл взгляд и хищно улыбнулся. — Хорошо! Очень хорошо! Это поможет выиграть нам время!