La maldición del lirio negro

      Комната Каталеи была погружена в полумрак, лишь тусклый свет луны пробивался сквозь неплотно прикрытые шторы. Несмотря на усталость, сон не шел. Она лежала, уставившись в потолок, словно пытаясь разглядеть там ответы на вопросы, которые роились в её голове. Висящие на стене часы тикали, отмеряя минуты, которые казались вечностью. Каждый щелчок отодвигал её всё ближе к полуночи, к моменту, когда всё должно было решиться. Лежа в постели, она прокручивала в голове все возможные сценарии. Что, если её план провалится? Что, если существо, захватившее Аниту, окажется сильнее, чем она предполагала? Эти мысли, как назойливые мотыльки, бились о стены её сознания, не давая покоя. Когда стрелки часов неумолимо поползли к полуночи, Каталея наконец решилась. Собрав остатки мужества, она тихо встала. Её движения были отточены до автоматизма – никаких лишних звуков, никаких резких движений. Она знала, что каждая секунда имеет значение. Пора было действовать. Она осторожно прbоткрыла дверь своей комнаты, и её взгляд сразу же встретился с ещё двумя парами глаз. Застывшие в коридоре, словно тени, ожидающие её Бруно и Альма. Сердце Каталеи ёкнуло. «Ну вот, – подумала Каталея, чувствуя, как к горлу подступает комок. – Теперь придётся пройти последнее испытание. Испытание их доверием». – Каталея, – Альма нарушила тишину, её голос был тихим, но отчетливым, как звук колокольчика в предрассветной мгле. – Ты уверена? В этом простом вопросе было всё: и её страх за крестницу, и сомнения в правильности затеи.Каталея кивнула, стараясь выглядеть увереннее, чем чувствовала себя на самом деле. – Да. Тем-более. другого выхода всё равно нет. Кто-то должен разорвать этот порочный круг, в конце-то концов. Бруно шагнул вперед, его взгляд был пронзительным. – Ты понимаешь, что ты собираешься сделать? Ты уверена, что готова к последствиям, какими бы они ни были? Мы здесь, чтобы помочь тебе, но только если ты сама действительно этого хочешь. И если считаешь, что это единственно верный путь.... Lоговорить Бруно не успел так, как на весь коридор совсем рядом послышался возглас Альмы, которая ведомая дурными предчувствиями решила заглянуть в комнату Камило и его там...не оказалось. И что ещё страшнее, постель Мирабель тоже была пуста. – ДЕТИ ИСЧЕЗЛИ!!! – раздалось на весь дома так, что Каталеа и Бруно вздрогнули а остальные члены семьи Мадригаль, ещё сонные, мигом повысовывались из своих спален. – В каком смысле «исчезли»?! – выдавила Пеппа, буквально подлетев к Альме и тоже заглянула в комнаты Камило и Мирабель, желая удостовериться в происходящем лично. Естественно, из-за нервного напряжения над головой Пеппы моментально начало формироваться грозовое облако и по дому разнеслись звуки раскатов грома, полностью выдавая внутринее состояние своей хозяйки. – Пеппа...постарайся успокоиться... – Это я ещё держу себя в руках.Скажите спасибо, что тут ещё нет метели или урагана! – огрызнулась женщина, но все-таки сделала глубокий вдох и начала что-то бормотать себе под нос для самоуспокоения. Правда, хватило её ненадолго. Уже через пару минут, прямо в коридоре, хлестал настоящий ливень и один раз сверкнула молния. – Похоже Камило с Мирабель пошли в особняк – первым озвучил Бруно догадку, которая пришла на ум многим, но никто не решался сказать это вслух. – А вот теперь мне правда пора! – решительно заявила Каталеа, ломанувшись к выходу. * * *       Тяжелые, скрипучие ворота особняка поддались с неохотой, впуская Камило и Мирабель в «царство вечной тьмы». Мгновение они стояли, словно приросшие к полу, посреди просторного, но столь же заброшенного вестибюля. Пыль толстым слоем покрывала всё: от массивных,  опутанных паутиной люстр, висевших под высоким потолком, до потрескавшегося паркета, по которому, казалось, не ступала нога человека десятилетиями. Собственно, так оно и было. Стены, когда-то, вероятно, украшенные роскошными обоями, теперь были испещрены пятнами от сырости и плесени. От былого величия остались лишь призрачные очертания. Тишина здесь была не просто отсутствием звуков, а чем-то ощутимым, давящим. Она звенела в ушах, усиливая биение сердец, заставляя Камило и Мирабель чувствовать себя крошечными, уязвимыми песчинками в этом огромном, зловещем пространстве. «Куда идти?» – промелькнула мысль у обоих одновременно. Перед ними возвышалась широкая, обшарпанная лестница, ведущая на второй этаж. Словно притягиваемые неведомой силой, они сделали первый шаг, шарканье их ног по пыльному полу казалось оглушительным в этой звенящей тишине. Именно в этот момент, когда их ноги коснулись первой ступеньки, в воздухе перед ними вспыхнул огонек. Неяркий, пульсирующий, похожий на свет от старого фонарика. Он возник словно из ниоткуда, заставив ребят замереть. И прежде чем они успели осознать, что происходит, перед ними, словно материализуясь из самой тьмы, выросла женская фигура. Она появилась внезапно, бесшумно, как призрак, вызванный их страхами. Не успев даже осознать её присутствия, Камило и Мирабель, охваченные паникой, одновременно заорали что есть мочи. Их крики, казалось, разорвали звенящую тишину особняка похлеще чем в любом фильме ужасов. Но прежде чем их вопль успел затихнуть, две руки, быстрые и неожиданно сильные, зажали им рты, пресекая любые звуки. Их глаза расширились от ужаса, они пытались вырваться, но держали их крепко. Когда их зрение привыкло к внезапной темноте, они смогли разглядеть лицо той, что заставила их замолчать. В то время, как они ждали старую безобразную и злобную колдунью, это оказалась молодая девушка. На вид едва ли старше их самих. – Закрыли рты.Взяли себя в руки.И следуйте за мной. Анита не появится, в лучшем случае, ещё полчаса. Вы ведь друзья Теоны, верно? Мирабель и Камило одновременно закивали и незнакомка наконец отпустила их, надеясь, что те больше не заорут как резаные. – В принципе, я так и подумала. Она уже успела о вас немного рассказать. – Погоди, если ты не то чудовище, которое здесь хозяйничает...тогда кто?– растерянно поинтересовалась Мирабель. Руки и голос у неё её подрагивали от пережитого стресса. – Я хотела представиться, но вы запаниковали. Зовут меня Соня, я тут работала служанкой во времена, когда особняк ещё..., ну в общем, был населен людьми. – Чего?Служанкой? – растерянно лупая глазами переспросил Камило, перестав вообще что-либо понимать, – Но как это возможно, тебе сейчас должно быть от силы лет 60, если не больше?! – Я призрак. Технически да, на сегодняшний день мне бы стукнуло 60 или что-то около того, но учитывая события, из-за которых особняк опустел и превратился в филиал Ада на земле, я теперь всегда выгляжу на тот возраст, в котором умерла. – Призрак? А как же ты тогда до нас дотронулась?И почему мы тебя видим? Если только мы с Камило не тронулись умом назодясь в этом оосбняке всего пять минут... Соня слушая вопросы, которыми сыпала Мирабель, лишь усмехнулась: – А вот за это спасибо самой виновнице случившегося. Технически, я умерла, ведьма завладевшая особняком высосала мою энергию. Но проклятие особняка таково, что он по-прежнему населен не упокоенными душами тех, кого Анита убила. Это своего рода переходное состояние между миром живых и миром мёртвых. Вы же видели, как я появилась.Я могу также материализоваться где угодно...ну, в стенах дома разумеется...и да, благодаря проклятию у меня даже осталось некое подобие физической оболочки, но от этого не сильно легче. Если вам удастся отправить ведьму, откуда она пришла,я и другие обитатели этого дома освободимся.Ну а пока что, приходится довольствоваться вот такой своеобразной иллюзией. – Звучит жутко....– пробормотал Камилло, переваривая услышанное. – И много вас тут? Соня поморщилась, как будто только съела лимон, но ответила: – Достаточно. Пойдемте, поищем вашу подругу.Может, заодно познакомлю вас с Теодорой. У нас тут то ещё веселье, несмотря на присутствие Аниты. – Кстати, об этом! А разве...эта ведьма не всегда где-то рядом? Как-то по тебе не скажешь, что ты жила здесь в постоянном страхе все 50 лет – вставил свое слово Камило, а Мирабель в поддержку кивнула. Вопросов к Соне у обоих была куча. – И да и нет. Джуллиан почти всё время пропадает снаружи, ищет для нее новые жертвы. Пока его нет, она тоже почти не показывается. Анита...точнее, то, что 50 лет назад ею завладело, в основном, обитает в комнате на третьем этаже.До нас ей нет никакого дело, мы для нее уже испорченный товар. Таково проклятие...вроде мы ей уже ни к чему, но и освободиться не можем. Последние слова Сони повисли в воздухе. А в глазах Камило и Мирабель отражался страх, смешанный с новым, неожиданным чувством – робкой надеждой, что среди этих призрачных теней найдётся та, что сможет указать им путь к спасению.