(Don't) Keep the uniform on, Cap

— Отличная работа, парни! А теперь отдохните, вы это заслужили. — Да, капитан! — хором отвечает команда со смесью переутомления и очевидного облегчения в голосе.       Напряжённый гул двигателей самолёта заполняет всё вокруг, пока пилоты сажают его на военную базу в Пусане. Операция, физически изнурительная и бескомпромиссная, растянулась на целый месяц, испытывая всю команду на прочность. Однако когда пыль рассеивается, а рампа опускается, фигура командовавшего операцией Тэхёна, спускающегося по рампе, излучает ауру непоколебимой уверенности и власти.       Тэхён, в свои почти тридцать лет, всем своим существом воплощает силу и лидерство. Широкий разворот его плеч и подтянутое мускулистое тело выгодно подчёркиваются чёрной облегающей униформой офицера специальных сил, в полной мере раскрывая то, насколько хорошо он сложен. Его чёрные волосы растрёпаны, вдоль острой линии челюсти заметна тень щетины, лишь усиливающая его мужественный, почти опасный шарм. Каждый его шаг отражает вес ответственности, возложенной на его плечи, как капитана высшего ранга специальных сил, уважаемого и почитаемого всеми подчинёнными.       За ним выходит Хосок, который слегка уступает Тэхёну в росте и мускулатуре. Будучи стройным и гибким, он командует оперативной группой, а также является непревзойдённым маэстро, когда берёт в руки штурвал сверхзвукового самолёта. Его острый взгляд всегда сканирует окружение с точностью хищного сокола, явственно доказывая, почему его навыки пилотирования столь выдающиеся. На его чёрной униформе нашит знак различия пилота.       Следом идёт Намджун, яркий пример того, как в одном человеке сочетаются и мозги, и мышцы. Будучи капитаном медицинской команды, Намджун является одарённым хирургом, променявшим стерильную операционную больницы на непредсказуемость военного госпиталя. Его высокая поджарая фигура на всех действует успокаивающе, его руки, твёрдые и умелые, спасают людям жизни даже в самых сложных обстоятельствах. — Ещё одна операция успешно завершена, капитан Ким, — говорят несколько проходящих мимо солдат, выказывая ему уважение. — Нам надо отметить, Тэхён. Я уже давно хочу заглянуть в тот недавно открывшийся бар в центре. Что скажешь? — беззаботный Хосок широко улыбается, забрасывая руку на плечо капитана. — Это гей-бар, Хоб, — смеётся Тэхён, с улыбкой глядя на друга.       Из сотни человек в их элитном отряде лишь несколько парней геи или бисексуалы, в рядах армейских служащих нетрадиционная ориентация редкость. А Хосок, по наблюдениям Тэхёна за последние пару лет, интересуется только девушками… пока что. — Ну, и что? Может, я хочу попробовать что-то новое, не говоря уже о том, что вам, парни, отдых действительно не помешает. Я вот недавно отдохнул с одной милой девчонкой, ну а вы с Джуном когда в последний раз были с кем-то? Юнги тоже там будет, он запал на одного студента с розовой шевелюрой, который подрабатывает там барменом. Давай же, весело будет, — Хосок всегда такой, как луч солнца в их компании, старается всем поднять настроение и заполнить жизнь друзей хорошими воспоминаниями. — Юнги идёт в бар вместо того, чтобы работать над своим «супер» компьютером? Ну ни хрена ж себе, — смеётся Намджун, думая об их вечно ворчливом приятеле. Юнги в их отряде занимается кибербезопасностью и взломами, мастерски орудуя в тени. — У него новый «любовный интерес», как он сам это называет. Должно быть, этот парень настоящее чудо природы, раз смог отвлечь Юнги от его игрушек, — все трое смеются, с улыбкой вспоминая Юнги. — Не знаю, парни, я бы наверное лучше позвонил родителям и поговорил с сыном, — Тэхён задумчиво чешет голову, бросая преувеличенно невинный взгляд на Хосока. — Тэ, через два часа полночь, а твоему ребёнку завтра в школу, у мелкого всё хорошо, ты болтаешь с ним каждую свободную минуту. Научись думать о себе, по крайней мере когда он спит, а мы не на работе. Тебе надо пойти и как следует потрахаться, ты за все месяцы уже забыл, каково это, клянусь, я уже заранее чувствую, когда во время заданий ты бесишься, порой кажется, что, мог бы — убивал бы глазами. Да даже Джун успел приятно провести время с новым медиком, как там его зовут? — Ты про Джина? Он тоже придёт, как раз мне отписался, — подтверждает Намджун, вновь отвлекаясь на переписку с Джином. — С чего ты взял, что я найду там кого-то подходящего, Хоб? – Тэхён над переживаниями друзей лишь посмеивается. — Знаешь, «любовный интерес» Юнги приведёт с собой друга — «фигуристого и смазливого, как раз для Тэхёна». Это слова Юнги, не мои, — пожимает плечами Хосок. Тэхён переводит взгляд с него на Намджуна, несколько секунд раздумывая. А затем слегка кивает, улыбаясь. — О’kей, пойдёмте. Но надо переодеться. — Не, нет необходимости, приятель. Бар — часть военного городка. Иностранцы, которые приезжают для совместных учений, туда часто захаживают, так что… Форму можешь не снимать, кэп, фигуристый красавчик просто растает, — подмигивает Хосок. — О боже, перестань его так называть. У тебя хоть фотка есть? Я не уверен, что он прямо такой уж и фигуристый, а Юнги так и подавно веры нет, — Тэхён закатывает глаза, снова усмехаясь. — Погоди, он мне отправлял фотографии своего нового бойфренда с ним, они вроде как гуляли втроём. Хосок листает галерею в телефоне, мыча под нос какую-то попсовую мелодию. — Ага! Нашёл!       Несмотря на попытку сказаться нетронутым и незаинтересованным, Тэхён чувствует, как что-то внутри него шевельнулось от желания увидеть своего потенциального партнёра на ночь. Он смотрит на фото и сразу же находит их приятеля-блондина, рядом, облокотившись на его плечо, стоит красавчик с пухлыми губами и розовыми волосами, а возле него Тэхён видит того, от кого у него спирает дыхание.       Юнги совсем не лгал, когда говорил, что этот парень точно привлечёт его внимание. Этот парень просто очень красив. Чего только стоят его чёрные волосы длиной до подбородка. Его фигуру под одеждой-оверсайз разглядеть как следует нельзя, но лицо у него очень привлекательное, сочетает в себе резкие и мягкие черты одновременно. — Да, о’kей, эм, давайте заглянем и посмотрим. — Видишь, я же говорил, что он ему понравится, — Хосок толкает Намджуна в плечо, и оба смеются с очевидной реакции своего капитана. Тэхён решает их игнорировать, его мысли уже уплывают навстречу загадочному красавчику.

*******

Вчетвером они подходят к бару. — Юнгс, я поверить не могу, что у тебя есть парень. — Бро, для меня шоком оказалось уже то, что он ради этого решился выйти за пределы базы. Я думал, что он смастерит себе какого-нибудь андроида в партнёры. — Юнги — мой герой. — Да завалитесь, — отмахивается от них блондин, направляясь ко входу в здание. Но несмотря на посланный друзьям средний палец, он смеётся вместе с ними, закатывая глаза.       И вот вся компания заходит в бар, каждый в униформе своего подразделения. Взгляды сканируют находящихся внутри иностранных военнослужащих, что приехали на учения, а сейчас отдыхают возле барной стойки. — Китти, я так скучал! — раздаётся возглас со стороны парня с розовой шевелюрой, — очевидно, бойфренда Юнги. Он подбегает и накидывается на блондина с объятиями. — И я скучал… — шепчет Юнги, краснея щеками.       Они быстро чмокают друг друга в губы, вызывая у стоящей рядом троицы искренние улыбки за счастье своего сокомандника и друга. — Что будете пить, ребят? Я угощаю, — подмигивает им Чимин, не выпуская рук Юнги из своих. Каждый выбирает напиток по вкусу и делает заказ.       Тэхён усаживается на краю барной стойки, внимательно оглядывая пространство вокруг. Несколько лет назад он даже и представить себе не смог бы существование такого бара прямо на территории военного городка. Вот уж действительно, времена меняются очень быстро. Чимин оплачивает каждому заказ, вновь целует Юнги, а затем возвращается к работе, принимаясь за приготовление коктейлей. — Отличная работа, капитан Ким, — периодически слышит Тэхён от военных разных званий и даже национальностей.       Он лишь кивает в ответ, делая очередной глоток пива и наблюдая за партией в бильярд, что разворачивается за столом возле него. В какой-то момент его взгляд останавливается на тонкой талии, подчёркнутой футболкой-топом, и на обалденной подкачанной заднице, крепко обтянутой джинсами Calvin Klein. Его взгляд жадно скользит по этому телу, опускаясь с красиво очерченных плеч на тату-рукав на правой руке. И пока Тэхён не сводит глаз со своей потрясающей находки, парень поворачивается в его сторону, и Тэхён моментально чувствует волну возбуждения.       Если он не ошибается, то это красивое лицо и это горячее тело принадлежат тому самому другу Чимина. Он узнаёт его по той фотографии, но теперь, видя его вживую, склонившимся над бильярдным столом, демонстрирующим свои невероятные пропорции и хмурящим прекрасные черты лица от концентрации, Тэхён уверен лишь в одном.       Этот фигуристый парень из влажной мечты — его идеальный пассив. У него даже пирсинг в пупке есть, а глаза подчёркнуты слегка смазанным айлайнером. Капитан чувствует, как возбуждается, просто глядя на этого нереального парня перед собой. — Чонгуки, подойди познакомься с капитаном Кимом, а то он совсем в себя ушёл! — раздаётся крик Чимина с той стороны барной стойки.       Тэхён удивлённо смотрит в сторону розововолосого бармена, а тот лишь подмигивает ему, вновь возвращая своё внимание покупателям и своему парню, который смотрит на него с сердечками в глазах.       Чонгук прекращает играть и смотрит в сторону бара. Его глаза слегка расширяются, а на губах формируется ухмылка, стоит его взгляду остановиться на Тэхёне. Он медленно подходит ближе, двигаясь с элегантной лёгкостью, что подчёркивает силу, скрытую в его гибком теле. Чем ближе он подходит, тем отчётливее Тэхён может разглядеть сложный рисунок его тату, подмечая то, как чернила подчёркивают мышцы, переливающиеся под кожей. — Капитан Ким, да? — голос Чонгука это мягкая смесь уверенности и любопытства. Его глаза, тёмные и проницательные, смотрят прямо в глаза Тэхёна с ноткой вызова. — Это я, — отвечает Тэхён спокойно, несмотря на усилившееся сердцебиение. Вблизи Чонгук притягивает к себе внимание ещё сильнее, острая линия его челюсти и мягкость губ создают поистине дразнящий контраст. — Я о тебе наслышан, — продолжает Чонгук, облокачиваясь на барную стойку. — Ты здесь вроде как легенда. — Надеюсь, слышал только хорошее, — говорит Тэхён, делая глоток пива, чтобы скрыть эмоции. — По большей части, — дразнит Чонгук, улыбаясь шире. — Хотя, думаю, мне возможно придётся самому убедиться, всё ли, что о тебе говорят, — правда. — И что же конкретно обо мне говорят? — заинтригованный Тэхён выгибает бровь. — М, ну, например, что ты лучший среди капитанов в спец силах, никогда не отступаешь от цели и принимаешь любой вызов… Что справляешься с любыми сложностями, — беспечно перечисляет Чонгук, кончиками пальцев праздно оглаживая края стакана. — Неужели? — Тэхён наклоняется ближе, сокращая расстояние между ними. — А что насчёт тебя, Чонгуки? Что нужно мне знать о тебе? Например, что ты делаешь в гей-баре посреди военного городка? — Похоже, капитан, тебе придётся разузнать все ответы самому, — во взгляде Чонгука вспыхивает озорство. Прежде чем Тэхён успевает ответить, Хосок и Намджун подходят к ним с напитками в руках и с ухмылками на лицах. — Похоже вы двое поладите. Это, кстати, Чонгук. Друг Чимина, — говорит Хосок, хлопая Тэхёна по плечу. — Рад, наконец, официально с тобой познакомиться, — говорит Чонгук, протягивая ему руку. Тэхён её пожимает, чувствуя тепло и силу его ладони. — Взаимно, — отвечает Тэхён, не в силах проигнорировать разряд электричества между ними. Намджун усмехается. — Ну, Чонгук, чем ты занимаешься? — Я цифровой художник. Ещё иногда снимаю киберспортивные влоги на твиче, — отвечает Чонгук, выпуская ладонь Тэхёна и слегка поворачиваясь в бок, лицом к двум новым собеседникам. — Круто, — говорит впечатлённый Хосок. — Я видел несколько стримов по киберспорту. Ты, должно быть, очень хорош. — Не знаю, насколько я хорош, но это очень весело, — отзывается Чонгук с искренней улыбкой.       Между молодыми людьми завязывается приятный разговор, все четверо смеются и наслаждаются выпивкой. Тэхён осознаёт, что энергетика Чонгука его притягивает, а ещё то, как одним своим присутствием Чонгук словно освещает всё помещение.       По мере течения времени бар заполняется новыми и новыми людьми, но Тэхён не смотрит ни на кого кроме Чонгука. Он наблюдает за тем, как тот взаимодействует с другими, замечая, как легко он очаровывает всех, с кем говорит, и как всех людей вокруг тянет к нему словно магнитом. Очевидно, что красивое лицо – далеко не главное его достоинство; его магнетическая аура вызывает в окружающих его людях желание постоянно находиться в его обществе. В какой-то момент Чонгук извиняется и уходит в туалет, а Хосок наклоняется ближе к Тэхёну. — Ну, что думаешь? — спрашивает он заговорщическим тоном. — Я думаю, что он… интересный, — признаёт Тэхён, не сводя глаз с удаляющегося Чонгука. — Интересный? Да ладно тебе, Тэхён, ты на него практически слюни тут пускаешь, — дразнит Намджун, вызывая у Хосока смешок. К нему подходит Джин, присоединившийся к ним некоторое время назад, и он целует его в висок. Тэхён закатывает глаза, но не сдерживает просящуюся на губы улыбку. — О’kей, ладно. Он не просто интересный, он… действительно нечто. — Нечто, хах? Кажется, у кого-то краш, — с ухмылкой констатирует Хосок. — Заткнись, — отзывается Тэхён беззлобно. Он понимает, что тот прав; Чонгук пробрался к нему под кожу так быстро, как не удавалось никому уже много лет.       Когда он возвращается, то присаживается рядом с Тэхёном, соприкасаясь с ним коленями. Телесный контакт вызывает у старшего разряд тока по телу, и он сразу думает, почувствовал ли то же самое Чонгук. — Итак, капитан, — говорит Чонгук низким дразнящим голосом. — Чем ты занимаешься в свободное от спасения мира время? — Честно? Свободного времени у меня не то чтобы много. Но когда оно появляется, я провожу его со своим сыном, — смеётся Тэхён, сам себя этим удивляя. — У тебя есть сын? — выражение лица Чонгука смягчается. — Да, его зовут Тэджин, ему семь, — отвечает Тэхён с нежной улыбкой. — Здорово, — говорит Чонгук, и в его глазах такая искренность, что сердце Тэхёна пропускает удар. — Он — мой мир, — тихо говорит он, и на какое-то мгновенье весь шум вокруг них словно стихает, а они обмениваются взглядами столь интимными, словно кроме них здесь больше никого нет. — Так ты… папочка, м? — подмигивает Чонгук.       Тэхён на подобную смелость со стороны Чонгука хмыкает, наклоняясь ближе к нему до тех пор, пока между их лицами не остаются жалкие сантиметры. — Можно и так сказать, — отвечает он своим журчащим баритоном, который посылает стаи мурашек по спине Чонгука. — Тебя это пугает? — Пугает? Нет, — отвечает Чонгук таким же тихим голосом, смотря старшему в глаза. — Интригует? Определённо. — А ты, я смотрю, уверен в себе, да? — в глазах Тэхёна темнеет интерес, а его взгляд на секунду скользит к губам Чонгука прежде, чем вернуться обратно. — Только когда вижу то, что хочу, — выдаёт Чонгук, в глазах сверкает вызов. — Да? И чего же ты хочешь? — спрашивает Тэхён, опуская голос до шёпота и едва не касаясь его губ своими. — Возможно, ты узнаешь, — отвечает Чонгук, его дыхание смешивается с дыханием старшего, а напряжение между ними потрескивает электрическими разрядами. — Эй, пташки, мы начинаем партию в пул. Вы в деле? — голос Хосока пробивается сквозь их интимный вакуум, не давая их флирту перерасти в нечто большее. Тэхён и Чонгук обмениваются взглядами, продлевая момент близости ещё на пару мгновений, а затем синхронно выпрямляются. — Да, мы в деле, — говорит Тэхён неохотно, но игриво. — Отлично, посмотрим, на что ты способен, капитан, — поддразнивает Чонгук, во взгляде которого ещё горят угольки невысказанного обещания.       Они перемещаются к столу для бильярда, Хосок и Намджун подготавливают всё для игры. Джин стоит рядом, перебрасываясь несколькими фразами с новоприбывшими солдатами. Тэхён делает глубокий вдох, пытаясь перефокусировать своё внимание с манящего Чонгука на предстоящую игру. — Ну что, как разобьёмся по командам? — спрашивает Намджун, натирая кий мелом. — Предлагаю Хосок и Намджун против меня и Чонгука? — говорит Тэхён, бросая на Чонгука вызывающий взгляд и получая в ответ вздёрнутую бровь. — Меня устраивает, — соглашается тот, беря в руки кий и примеряясь к его весу. — Что ж, сыграем, — объявляет Хосок, поправляя шары и отходя в сторонку, чтобы Тэхён их разбил.       Игра начинается. Каждый игрок бьёт по шарам с математической точностью. Удары Тэхёна прицельно меткие, каждый его шаг продуман и рассчитан. Чонгук, напротив, играет с ленивой грацией, двигаясь медленно и уверенно. Из них выходит слаженная команда, их столь непохожие стили игры идеально дополняют друг друга.       По мере продолжения вечера, кокетливые насмешки между ними и не думают прекращаться. Каждый успешный удар сопровождается лукавым комментарием, а каждый промах — дразнящим подколом. Друзья наблюдают за ними с интересом, наслаждаясь химией, разгорающейся между этими двумя. — Неплохой удар, кэп, но я могу лучше, — мурлычет Чонгук, наклоняясь ближе к Тэхёну, пока тот просчитывает траекторию для следующего удара. Тэхён поворачивается, смотря на него, и их лица вновь оказываются слишком близко. — Докажи, — бросает вызов он с низким рыком в голосе. Чонгук ухмыляется, занимая его место. Шар гладко скользит по столу и падает прямо в лунку с мелодичным клацаньем. — Как я и сказал, — довольно мурчит Чонгук, оборачиваясь к Тэхёну с триумфом во взгляде. — Лучше. Тэхён усмехается, качая головой. — Ладно, этот раунд за тобой, — уступает он, вновь опуская взгляд на губы младшего. — Ладно, парни, продолжаем! Мы ещё не закончили, — хлопает в ладоши Хосок, разбавляя напряжение в воздухе.       Игра продолжается, воздух заполняют смех и игривые подколки. Несмотря на то, что у них здесь как-никак серьёзная игра, атмосфера остаётся лёгкой и весёлой, все наслаждаются редкой возможностью отдохнуть в хорошей компании.       Тем временем Тэхён понимает, что его влечение к Чонгуку усиливается с каждой минутой. Каждый взгляд, каждое прикосновение, каждое слово словно разжигают искры внутри него, вызывая такое приятное и уже полузабытое чувство. Ему кружит голову от опьянения, и он не может не думать о том, чем же закончится сегодняшняя ночь.       Когда игра наконец подходит к концу, оборачиваясь победой команды Тэхёна и Чонгука, они все вместе собираются у бара и заказывают каждый по второму напитку. Тэхён чувствует, как его омывает чувство удовлетворённости, такое редкое ощущение полного умиротворения и спокойствия посреди привычного хаоса его жизни. Бросая взгляд на Чонгука, смеющегося и болтающего с другими, он уже знает, что эта ночь — лишь начало чего-то нового и потрясающего.       Остаток вечера проходит в суматохе веселья, болтовни и ещё нескольких заходов в пул. Тэхён не может вспомнить, когда он в последний раз так отдыхал. А всё из-за одного притягательного молодого человека, который так легко и грациозно ворвался в его жизнь и перевернул всё с ног на голову.       Когда бар начинает наконец пустеть, Тэхён выходит на улицу вместе с Чонгуком, прохладный ночной воздух приятно контрастирует с теплом внутри. Они стоят в уютной тишине несколько мгновений, вслушиваясь в отдалённый рокот города. — Ну, что дальше? — спрашивает Чонгук, поворачиваясь к Тэхёну с небольшой улыбкой. Старший смотрит на него, чувствуя, как выжидательно бьётся в груди сердце. — Дальше я хотел бы узнать тебя поближе, — говорит он мягким, искренним голосом. — Если ты тоже этого хочешь. — С удовольствием, капитан. С большим удовольствием, — улыбка Чонгука становится шире, а в глазах вспыхивает озорной огонёк. Они медленным шагом направляются вниз по улице. С игривой ухмылкой на губах, Чонгук говорит: — Я должен тебе кое-что рассказать. Тэхён заинтригованно выгибает бровь. — И что же? — Мне исполнилось двадцать четыре две недели назад, — отвечает младший, осторожно наблюдая за его реакцией. Улыбка Тэхёна становится шире. — Двадцать четыре, да? Ну, поздравляю с прошедшим. Мне через несколько месяцев будет тридцать, — признаётся он, чувствуя лёгкую нервозность. Дело не в том, что его беспокоит собственный возраст, нет, но его волнует то, как Чонгук отреагирует на то, что между ними шесть лет разницы. Однако улыбка младшего всё так же неизменна. Хотя, пожалуй, становится ещё ярче. — Тридцать, а, кэп? Тебе не дашь ни дня больше двадцати пяти, — дразнится он, игриво толкая плечо Тэхёна своим. — Лесть откроет тебе любые дороги, Чонгуки, — усмехается тот, чувствуя тепло от присутствия рядом довольного младшего.       Эти дружеские подколы между ними кажутся чем-то очень естественным, складывается ощущение, что они знакомы уже несколько лет, но никак не часов. Пока они идут, Тэхён понимает, что его всё сильнее влечёт к Чонгуку, и с каждой проходящей минутой ему хочется узнать об этом парне всё больше и больше. — Ну, расскажи мне побольше о своём искусстве. Чем именно ты занимаешься? — спрашивает искренне заинтересованный Тэхён. — У меня много разных занятий, но в последнее время я увлёкся цифровыми портретами. Мне нравится запечатлевать выражения лиц и эмоции людей. Это потрясающе, сколько всего можно передать при помощи лишь нескольких взмахов кисти, — глаза Чонгука загораются, когда он начинает рассказывать о своём любимом деле. — Звучит здорово. Ты постишь какие-то из своих работ онлайн? Я бы с удовольствием посмотрел, — кивает заинтригованный Тэхён. — Вообще-то да. У меня есть аккаунт в Инстаграме, куда я выкладываю свои работы. Могу показать несколько, если хочешь, — предлагает Чонгук, вытаскивая из кармана телефон. — Конечно, — соглашается Тэхён и подходит к нему на шаг ближе, чтобы удобнее было смотреть на экран.       Пока Чонгук листает свою ленту, Тэхён восхищается его талантом и креативностью, что очевидны при взгляде буквально на любую из его работ. Портреты просто восхитительные, каждый наполнен жизнью и эмоциями. — Это потрясающе, Чонгук, — говорит он абсолютно искренне. — У тебя талант. — Спасибо, кэп. Из твоих уст похвала ещё ценнее, — Чонгук слегка краснеет в ответ на комплимент, а его губы растягиваются в робкой улыбке.       Они продолжают путь, вновь принимаясь обсуждать всё на свете. Тэхён с удивлением обнаруживает, что открывается младшему так, как давно не открывался никому другому, делится историями о своём сыне, о карьере, о планах на будущее. Чонгук внимательно слушает, взгляд его больших глаз полон теплоты и понимания.       Когда их путь подходит к концу, Тэхён осознаёт, насколько уютно ему рядом с Чонгуком, насколько приятно ему проводить с ним время. Это столь редкое чувство, которое он не испытывал уже несколько лет. — Сегодняшний вечер был… приятным, — мягко говорит он, останавливаясь возле своей машины. — Я очень рад знакомству с тобой. — Я тоже, — отвечает Чонгук столь же мягким голосом. Он делает шаг ближе, отчего они почти соприкасаются телами.       Воздух вокруг них искрится от невысказанного желания, а напряжение, сконцентрировавшееся в нескольких сантиметрах между ними, можно потрогать руками. Взгляд Тэхёна скользит по лицу младшего, внимательно оглядывая лёгкий румянец на его щеках и то, как его губы слегка приоткрываются в предвкушении. Дыхание Чонгука сбивается, а по спине бегут мурашки, когда Тэхён наклоняется ближе, опуская голос до хриплого шёпота. — Знаешь, Чонгук, — мурлычет он, опаляя ухо Чонгука своим тёплым дыханием. — Я думал о тебе весь вечер. — Да? И о чём конкретно ты думал, кэп? — Чонгук гулко сглатывает, чувствуя, как учащается пульс. Губы Тэхёна изгибаются в медленной лукавой ухмылке. — Я думал о том, как сильно хочу попробовать тебя на вкус, как хочу почувствовать тебя ближе, под собой. Ты и понятия не имеешь, что творишь со мной, Чонгук, — он поднимает руку и кончиками пальцев оглаживает линию челюсти младшего, посылая по его спине новую волну мурашек. — Почему бы тебе всё это мне не продемонстрировать, капитан? Покажи мне, что такого я творю, — дыхание Чонгука становится чаще, тело искрится от возбуждения. — Ты этого хочешь, Чонгуки? Хочешь узнать, насколько сильно я хочу тебя? — взгляд тэхёновых глаз темнеет, а пальцы уверенно обхватывают подбородок младшего. — Да, Тэхён. Хочу, чтобы ты показал мне всё, — кивает Чонгук, отвечая едва различимым шёпотом.       И с рыком чистого вожделения Тэхён сокращает последние сантиметры между ними, заключая губы Чонгука в пылающий поцелуй. Младший издаёт стон и оборачивает руки вокруг его шеи, притягивая ближе к себе до тех пор, пока их тела не сливаются в единое целое. Язык Тэхёна скользит в рот Чонгука, исследуя, стараясь распробовать, доминируя, сбивая дыхание младшего и разжигая лишь ещё больший голод. — Чёрт, какой ты вкусный, — шепчет Тэхён в губы Чонгуку, руками скользя по его телу и останавливаясь на его бёдрах, обхватывая и притягивая ещё ближе. — Весь вечер мечтал об этом. Чонгук впутывает пальцы в волосы старшего, потираясь своими бёдрами о его. — Тогда не останавливайся, — задыхаясь, говорит он. — Пошли ко мне. Я хочу тебя, Тэхён. Ты нужен мне. Взгляд старшего горит желанием, когда он слегка отстраняется, чтобы посмотреть Чонгуку в глаза. — Показывай дорогу, Чонгуки, — приказывает он грубым от возбуждения голосом.       И Чонгук, не теряя времени понапрасну, хватает Тэхёна за руку и тянет за собой в сторону своей квартиры, до которой, очень кстати, совсем недалеко. Они быстро идут по опустевшим улицам, крепко держась за руки и чувствуя, как предвкушение нарастает с каждым шагом. И когда они, наконец, подходят к двери квартиры младшего, оба уже едва сдерживают желание.       Чонгук возится с ключами, его руки дрожат, но присутствие Тэхёна за его спиной имеет успокаивающий эффект. Руки капитана скользят по его бокам, сжимая бёдра и притягивая к своей твёрдой груди. Губы Тэхёна касаются затылка Чонгука, посылая разряд тока по его позвоночнику, когда ему удаётся, наконец, провернуть ключ в замке и распахнуть дверь.       Они вваливаются внутрь, громко захлопывая за собой дверь. Тэхён времени не теряет, разворачивая Чонгука, прижимая к стене и накрывая собой. Их губы встречаются в голодном, отчаянном поцелуе, языки сплетаются, зубы сталкиваются, между телами закипает нестерпимый жар. — Ты меня с ума сводишь, Чонгук, — рычит Тэхён ему в губы, ладонями пробираясь под футболку младшего и оглаживая гладкую разгорячённую кожу. — Хочу сорвать с тебя всю эту одежду и рассмотреть каждый сантиметр твоего тела. Чонгук стонет, сжимая плечи Тэхёна. — Давай, — подгоняет он задыхающимся голосом. — Снимай всё, Тэхён. Снимай.       Во взгляде старшего пылает напряжение, пока он стаскивает с Чонгука футболку и отбрасывает её в сторону, перемещая руки на пояс его джинсов. — Ты понятия не имеешь, как сильно я хочу тебя, Чонгук, — говорит он, голос низкий и грубый. — Хочу сделать тебе хорошо, заставить тебя кричать моё имя. — Давай же, капитан. Покажи, как сильно ты этого хочешь, — дыхание младшего сбивается, а всё тело дрожит от предвкушения.       Руки Тэхёна работают быстро, расстёгивая пуговицу на его джинсах и стягивая их вниз одним ловким движением. На секунду он останавливается, жадно осматривая почти обнажённого Чонгука и любуясь его гибким поджарым телом. Чонгук стоит перед ним в одном лишь бельё, а его возбуждение натягивает эластичную ткань.       Глаза Тэхёна темнеют от похоти, когда он тянется рукой и забирается кончиками пальцев под ткань белья, медленно стягивая его вниз и открывая вид на его маленький, идеальной формы член. Дыхание Чонгука сбивается, а щёки пылают от смеси смущения и возбуждения, пока взгляд Тэхёна задерживается на его обнажённом возбуждении. — Взгляни на себя, Чонгуки, — мурлычет Тэхён, в голосе жидкое желание. — Такой маленький и милый. Ты действительно само совершенство, да? — Да, но я тоже хочу увидеть тебя без одежды… Как бы мне ни нравилось, как на тебе сидит униформа, кэп, пришло время её снять…       Дыхание Чонгука становится прерывистым, а сердце начинает биться быстрее от слов Тэхёна. Он прикусывает губу и вздрагивает от волны мурашек, когда старший делает шаг назад, чтобы избавиться от собственной одежды. Его форма падает на пол бесформенной кучей, открывая взгляду его сильное мускулистое тело во всей красе.       Глаза Чонгука расширяются, когда член Тэхёна оказывается на свободе, вызывая у него обильное слюноотделение от одного лишь его размера. Члена больше, чем у Тэхёна, Чонгук ещё не видел, — толстый, покрытый венами, а головка блестит от проступившей смазки. От этого зрелища его накрывает горячая волна возбуждения, а его маленький член дёргается. — Блять, ты просто огромный, — выдыхает он, не смея оторвать глаз от впечатляющей эрекции Тэхёна.       Старший мрачно усмехается и подходит ближе, оставляя между ними какие-то пару сантиметров. Он оборачивает ладонь вокруг своего члена, медленно скользя и прижимая головку к головке Чонгука и оглаживая их вместе. — Тебе нравится, Чонгуки? — голос Тэхёна больше похож на тихий рык, а его глаза неотрывно всматриваются в глаза младшего. — Нравится чувствовать мой большой член возле своего маленького? — Да, Тэхён, — втягивает воздух в лёгкие Чонгук. — Безумно. Это просто офигенно — то, насколько ты большой. Колени младшего едва не подкашиваются от ощущений, его глаза сами-собой закрываются, а с губ срывается мягкий стон. — Хороший мальчик, — мурлычет Тэхён, сжимая ладонью оба их ствола, и в его руке член Чонгука кажется совсем крошечным. Он начинает двигать рукой, его хватка крепкая и уверенная. — Посмотри, какой ты маленький по сравнению со мной, — продолжает Тэхён со смесью восхищения и похоти. — Твой крошечный член такой идеальный рядом с моим. Ты будто был создан для этого, сотворён специально для меня.       Чонгук всхлипывает, дрожа от удовольствия и эффекта, который оказывают на него слова Тэхёна. Он чувствует жар возбуждения старшего своим, а контраст между их размерами лишь усиливает его предвкушение. — Такой хороший для меня, Чонгуки, — продолжает нашёптывать Тэхён, касаясь губами уха младшего. — Такой идеальный. Как же я хочу трахнуть тебя, хочу почувствовать, как твоя маленькая узкая дырочка будет сжиматься вокруг моего члена. Чонгук забывает, как дышать, весь горя огнём желания. — Пожалуйста, Тэхён, — шепчет он дрожащим голосом. — Ты нужен мне. Хочу тебя внутри. Глаза старшего алчуще темнеют, а хватка его ладони на их членах усиливается, пока он прижимается своим лбом к Чонгукову. — Я растяну тебя, малыш, — обещает он хриплым от желания голосом. — Я так хорошо заполню тебя собой. Ты прочувствуешь каждый сантиметр моей длины глубоко внутри себя.       С последним, медленным движением Тэхён выпускает их члены и ведёт Чонгука к кровати. Он укладывает младшего на спину, широко раздвигая его ноги и усаживаясь между ними. Глаза Чонгука широко распахнуты и полны нетерпения, пока он смотрит, как Тэхён тянется к бутылочке смазки на его ночном столике и щедро выливает её на свои пальцы.       В следующую секунду его фаланги находят вход Чонгука, обводя кольцо мышц по кругу и осторожно проникая внутрь. Чонгук распахивает рот, выгибаясь на постели, пока Тэхён разрабатывает его, медленно и аккуратно растягивая. Ощущения очень интенсивные, удовольствие смешивается с лёгким жжением, когда старший добавляет сперва второй, а затем и третий палец, готовя его к тому, что скоро неизбежно произойдёт. — Ты отлично справляешься, Чонгуки, — шепчет Тэхён успокаивающую похвалу. — Такой узкий и такой совершенный. С нетерпением жду, когда почувствую тебя вокруг своего члена.       Пальцы Тэхёна двигаются с идеальной точностью, расходясь в стороны на манер ножниц и растягивая узкие стенки. Младший под ним стонет и извивается, выгибаясь навстречу его прикосновениям и сдаваясь в плен наслаждения, омывающего его с головой. — Боже, как же в тебе приятно, Чонгуки, — мурлычет Тэхён. — Так тесно, так горячо. Скоро я, наконец, погружусь в тебя, только представь, как ты будешь меня сжимать. Чонгук глотает воздух ртом, прикусывая губу, а его глаза закрываются. — Пожалуйста, Тэхён, — загнанно выдыхает он дрожащим голосом. — Я так хочу почувствовать тебя внутри. Хочу, чтобы ты заполнил меня. — Терпение, малыш, — ласково отзывается Тэхён, добавляя четвёртый палец и осторожно проворачивая фаланги внутри, вырывая из Чонгука задушенный стон. — Я должен убедиться, что ты готов принять меня. Я не хочу сделать тебе больно.       Чонгук весь дрожит от нетерпения, сжимая в кулаках простынь, пока пальцы Тэхёна безжалостно усиливают напор на все его нервные окончания. Он чувствует, как жжение от растяжки постепенно отступает, а ему на смену приходит глубокое, пульсирующее наслаждение, выбивающее кислород у него из лёгких. — Какой же ты красивый, Чонгуки, — шепчет Тэхён восхищённо. — Такой раскрытый и уязвимый. Мне нравится видеть тебя таким, полностью в моей власти. Чонгук распахивает глаза, встречаясь с пристальным взглядом старшего. — Возьми меня, Тэхён, — умоляет он едва слышно. — Я готов! Хочу тебя внутри. Пожалуйста.       Тэхён вытаскивает свои пальцы, оставляя Чонгука с чувством пустоты и отчаяния. Он наклоняется вперёд, приставляя головку к смазанному и растянутому входу младшего. Он поднимает на него глаза, ища последнего подтверждения. — Готов, малыш? — спрашивает Тэхён хриплым шёпотом. — Да, Тэхён, пожалуйста, — всхлипывает в ответ Чонгук, приглашающе раздвигая ноги ещё шире.       С глухим стоном Тэхён начинает проталкиваться внутрь, входя в узкую дырочку Чонгука головкой. Растяжка даётся с трудом, ощущения младшего обостряются до предела, но он этим по-настоящему наслаждается, дрожа всем телом в нетерпении. — Чёрт, какой же ты узкий, — рычит Тэхён, крепко сжимая бёдра Чонгука и используя их в качестве рычага. — В тебе просто охуенно, детка.       Чонгук задерживает дыхание, когда Тэхён толкается глубже, растягивая его своим толстым членом до предела. Он чувствует каждый сантиметр, каждую венку, а глубина проникновения заставляет его задыхаться и хватать воздух ртом. — Ты так хорошо принимаешь меня, Чонгук, — хвалит его Тэхён голосом полным возбуждения. — Просто посмотри, принимаешь меня целиком. Мой хороший мальчик.       Маленький член Чонгука в ответ на эти слова вздрагивает, а с головки соскальзывает капелька смазки. Он стонет, а его спина выгибается над постелью, когда Тэхён толкается до самого конца. Чонгук чувствует себя таким заполненным, что все его нервные окончания и мышцы пылают от нагрузки. — Господи, как же ты прекрасен, — мурлычет Тэхён, не сводя глаз с его лица. — Такой маленький, такой совершенный. Мой идеальный маленький пассив.       Щёки Чонгука безбожно краснеют от похвалы, а его мышцы сжимаются вокруг толстого члена старшего. От этого ощущения Тэхён издаёт глубокий стон и начинает двигаться, медленно выходя, а затем толкаясь обратно в уверенном, мощном темпе. — Взгляни, как хорошо ты принимаешь мой член, малыш, — продолжает старший своим тихим соблазнительным голосом. — В тебе так тесно, так жарко. Ты был создан для меня.       Чонгук откидывает голову на постель, закрывая глаза и сдаваясь на растерзание наслаждению. Растяжка, ощущение заполненности, то, как член Тэхёна проходится прямо по его простате с каждым толчком — всё это сливается в водоворот сильнейших ощущений, но ему всё мало. — Тэхён, — стонет он, сжимая простыни в кулаках. — Такой большой, как же хорошо. Обожаю. Без ума от твоего члена. — Молодец, малыш, — говорит Тэхён, а его толчки становятся жёстче, быстрее. — Нравится, да? Нравится, как я растягиваю и заполняю тебя? — Да, Тэхён, — выдыхает Чонгук, выгибаясь под градом безжалостных толчков старшего. — Очень. Мне так хорошо. Взгляд старшего покрыт пеленой желания, с каждым толчком он сильнее сжимает кожу на бёдрах Чонгука. — В тебе так хорошо, детка. Так узко, просто идеально. Ты мой, Чонгуки. Весь мой. Чонгук стонет, до треска стискивая простыни в пальцах и подаваясь навстречу с равным рвением. — Твой, Тэхён. Весь твой. Пожалуйста, только не останавливайся. Мне нужно ещё. Хочу тебя всего.       Грудь Тэхёна тяжело вздымается от напряжения, тело покрывается скользкой плёнкой пота, пока он вбивается в Чонгука с несдерживаемой страстью. — Я дам тебе всё, малыш. Отдам всего себя. Чонгук вздрагивает, когда член старшего бьёт по его простате глубоко внутри снова и снова. — Да, Тэхён. Прямо здесь! Пожалуйста, продолжай. Я так близко.       Тэхён чувствует отчаяние в голосе Чонгука, чувствует, как собственное удовольствие резко усиливается от слишком быстрого темпа. Но он ещё не готов подвести Чонгука к разрядке, пока нет. Он хочет подтолкнуть младшего к самому краю, увидеть, как он распадётся на части в его руках. — Ещё рано, малыш, — рычит он, замедляясь до мучительного темпа. — Я хочу, чтобы ты умолял. Хочу слышать, как ты будешь молить о моём члене в себе. Чонгук резко распахивает глаза, в его взгляде смесь безысходности с возбуждением. — Тэхён, пожалуйста, — всхлипывает он, активнее двигая бёдрами в попытке погнаться за удовольствием, до которого буквально рукой подать. — Рано, — повторяет Тэхён, его голос решительный, но насквозь пропитан обещанием. — Я хочу подвести тебя к самому краю, чтобы ты прочувствовал каждый сантиметр моей длины в своём нутре и чтобы хотел этого так, как ничего и никогда прежде. Чонгук начинает натурально задыхаться, содрогаясь от отчаянного желания. — Прошу тебя, Тэхён, — умоляет он срывающимся голосом. — Ты нужен мне. Пожалуйста, дай мне кончить.       Член старшего вздрагивает от прекрасного голоса Чонгука, срывающегося на отчаянные мольбы, Тэхён чувствует, как его самоконтроль вспыхивает, словно от спички. — Вот так, детка, — шепчет он, скользя ладонью к истекающему смазкой члену Чонгука. — Умоляй. Скажи мне, как сильно ты этого хочешь. — Тэхён, я прошу тебя, — стонет младший, жмурясь и толкаясь в ласкающую руку. — Я больше не могу. Умоляю, позволь мне кончить. Молю, Тэхён.       Ладонь старшего сильнее сжимается вокруг его члена, её движения медленные и нежные, соответствуют ленивым толчкам его бёдер. — Хороший мальчик, — хвалит он, его голос плавится до глубокого соблазнительного рокота. — Такой хороший, Чонгуки. Ты будишь во мне желание сломить тебя. Чонгук гнётся в спине, учащённо дыша, когда до него доходит смысл тэхёновых слов. — Да... Как же я хочу этого, боже, пожалуйста. Глаза Тэхёна чернеют, он крепче сжимает пальцы вокруг члена младшего и начинает ускоряться. — Хочешь кончить для меня, малыш? — спрашивает он. — Хочешь чувствовать мой член глубоко в себе, пока распадаешься на части? — Тэхён! — всхлипывает, дрожа, Чонгук. — Пожалуйста, дай мне кончить. Я больше не выдержу, правда. Ты нужен мне.       Тэхён ухмыляется, его глаза заполняются тёмным, животным голодом, пока он неотрывно смотрит на прекрасного парня, содрогающегося под его прикосновениями. Он видит отчаяние в глазах Чонгука, желание быть заполненным и растерзанным от удовольствия. Он наклоняется ниже, выдыхая младшему на ушко и тихим рычащим шёпотом говоря: — Просто посмотри на себя, Чонгуки, — мурлычет он, всё ещё надрачивая маленький член Чонгука с дразнящей медлительностью. — Такой отчаявшийся, такой нуждающийся. Мой личный маленький пассив, да? С такой тонкой талией и мускулистыми бёдрами. Господи, ты просто идеален.       Чонгук подаётся навстречу его движениям. Слова капитана вызывают у него мурашки, а каждое движение ладони обжигает огнём. — Да, Тэхён, — выдыхает он. — Выеби меня как следует. Пожалуйста, ты нужен мне. Я так хочу кончить. Тэхён усмехается, крепче сжимая возбуждение Чонгука в руке и толкаясь глубже в его приятную узость. — Да, вот так, малыш. Посмотри, какой у тебя маленький и милый член. Такой же идеальный, как и весь ты.       Его движения ускоряются, толчки становятся глубже и сильнее, каждый попадает чётко по простате Чонгука, вырывая из того вскрики. Всё тело младшего содрогается от неконтролируемого возбуждения, пальцы белеют от силы, с которой он стискивает кулаки, подходя всё ближе и ближе к краю. — Всё ещё такой узкий, малыш, — рычит Тэхён, крепче подхватывая его под бёдрами. — Ты был создан, чтобы принимать в себя мой большой член. Нравится, как я растягиваю тебя? Как заполняю собой? — Да… — стонет Чонгук высоко. — Безумно нравится. Ты охуенно большой. Я так близко. Хочу кончить, прошу тебя.       Тэхён смотрит на него с яростным желанием обладать. Он видит, как Чонгук близок к разрядке, но продолжает испытывать его на прочность. — Хочешь кончить, детка? — требовательно спрашивает он. — Хочешь чувствовать меня глубоко в себе, пока будешь кончать? — Да, — вскрикивает младший. — Прошу!       Тэхён толкается сильнее, быстрее, а его рука двигается в одном ритме с его бёдрами, надрачивая Чонгуку отработанными движениями. — Такой идеальный, Чонгуки, — хвалит младшего Тэхён. — Самый лучший. Сейчас ты кончишь, мой хороший. Кончишь так, как никогда до этого. С губ Чонгука срываются короткие отчаянные вздохи, дрожь возбуждения сдержать не получается. — Пожалуйста, Тэхён, — умоляет он голосом чуть выше шёпота. — Позволь мне. Прошу тебя.       С последним, мощным толчком Тэхён погружается в глубь Чонгука, сжимая ладонь вокруг члена младшего и давая ему, наконец, разрядку, которая так ему нужна. — Кончи для меня, детка, — рычит он.       Чонгук выгибается до хруста, отрываясь от постели, и издаёт гортанный вскрик наслаждения. Его маленький член дрожит в хватке Тэхёна, выплёскивая горячую, липкую сперму на его живот, пока он отдаётся во власть разрядке, о которой так долго умолял.       Тэхён с яростным, собственническим удовлетворением наблюдает за тем, как Чонгук под ним распадается на части, как его прекрасное лицо искажается в удовольствии, а тело искрит как раскалённый провод от мощной волны оргазма. Он чувствует, как накатывает его собственная разрядка, как сжимающееся, горячее тело Чонгука толкает его всё ближе и ближе к самому краю. — Ты самый лучший, малыш, — шепчет он, не скрывая эмоций. — Идеальный.       И с очередным сильным толчком Тэхён достигает оргазма, его член вздрагивает глубоко внутри Чонгука, заполняя младшего его горячим липким семенем. Несколько секунд он не двигается, оставаясь глубоко в Чонгуке и смакуя момент их полного единения, возведённый в абсолют идеальной совместимостью их тел.       Когда волны наслаждения понемногу утихают, Тэхён медленно выходит из Чонгука, не сводя глаз с его лица. Он наклоняется ниже, оставляя нежный поцелуй на его губах и чувствуя, как сильнее бьётся в груди собственное сердце, переполненное обожанием и гордостью. — Ты потрясающий, Чонгуки, — говорит он мягко и с теплотой. — Такой красивый, такой прекрасный. Моё совершенство. Младший открывает глаза с лёгкой довольной улыбкой на губах. — Спасибо, Тэхён, — шепчет он в ответ голосом, полным благодарности. — Это было… потрясающе.       Чонгук лежит, раскинувшись на постели, его дыхание по-прежнему тяжёлое. Он чувствует тепло тела старшего, прижимающегося к нему. Комната заполнена головокружительным запахом секса. Мягкие поцелуи Тэхёна расцветают вдоль его ключиц, а ладони нежно гладят его обнажённую, покрытую испариной кожу. — Потрясающе, — повторяет тихо Чонгук с оттенком благоговения. Он слегка поворачивает голову, чтобы заключить Тэхёна в нежный поцелуй, смакуя томительное послевкусие их страсти. — Это точно, — соглашается Тэхён довольным голосом. Он чуть отстраняется, окидывая взглядом разгорячённый румянец на лице Чонгука, его опухшие губы и тлеющее блаженство в глубине его чёрных глаз.       Несколько минут они просто лежат, окутанные жаром их страстного секса. Но с каждой новой секундой Тэхён чувствует, как внутри вновь натягивается струна желания. Вид красивого, распаренного тела Чонгука и ощущение его гладкой кожи под пальцами вновь разжигают в нём огонь, что удалось потушить лишь на несколько кратких мгновений.       Чонгук тоже это чувствует — жар вновь наливающегося кровью возбуждения Тэхёна, который не спутаешь ни с чем. Он смотрит вниз, и на его губах появляется понимающая ухмылка при взгляде на толстый, длинный член Тэхёна, снова твёрдый и готовый к действиям. — Похоже ты готов ко второму раунду, кэп, — дразнит старшего Чонгук соблазнительным шёпотом. Его ладонь скользит вниз и сжимается вокруг ствола Тэхёна, медленно лаская и оглаживая бархатную кожу, под жаром которой бьётся пульс. Тэхён издаёт предвкушающий рык, осторожно толкаясь навстречу ладони Чонгука. — Это ты так на меня действуешь, Чонгуки, — с нарастающим желанием в голосе говорит он. — Я не могу тобой насытиться. Взгляд Чонгука загорается озорством, и он усиливает свою хватку, а его движения становятся более уверенными. — Тогда давай второй заход ещё лучше, — предлагает он, понижая голос до хриплого шёпота.       Глаза Тэхёна темнеют от вожделения, пока он обдумывает заманчивое предложение младшего. Он сильнее сжимает его бёдра и притягивает ближе, пока их влажные тела не прижимаются друг к другу. Губы Тэхёна касается уха Чонгука, обдавая его горячим тяжёлым дыханием. — Тогда давай поднимем тебя, — шепчет он в ответ, в голосе смесь приказа и обещания.       Тэхён меняет позу, пододвигая их обоих к краю кровати. Чонгук охотно поддаётся, весь дрожа от нетерпения. Старший разворачивает его, прижимая грудью к большому зеркалу, занимающему большую часть стены. Соприкосновение с прохладной поверхностью посылает мурашки по телу Чонгука в противовес жару, исходящему от прижимающегося со спины Тэхёна. — Взгляни на себя, — раскатистый шёпот Тэхёна вибрацией отзывается по всему телу младшего. — Посмотри, как ты прекрасен.       Чонгук распахивает глаза и смотрит на их отражение. Его лицо раскраснелось, а распухшие губы приоткрыты в попытке отдышаться. Позади него стоит Тэхён, не сводящий с него взгляда, полного жадного голода. Он наблюдает, как руки Тэхёна скользят вниз по его телу, одна сжимает его бедро, а другая тянется, чтобы провести по его собственному члену, готовясь снова взять Чонгука.       Его пальцы проходятся по входу Чонгука, всё ещё такому же скользкому и податливому. Он проникает в него сперва одним, вызывая у младшего мягкий стон, а затем вторым, разводя их на манер ножниц, словно пытаясь растянуть ещё больше. — Такой раскрытый, — мурлычет он, обдавая дыханием шею Чонгука. — Идеальный.       С крепкой хваткой на бедре Чонгука Тэхён слегка его приподнимает, заставляя встать на кончики пальцев. Младший сильнее разводит ноги и приглашающе прогибается в спине. Член Тэхёна прижимается к его входу, и Чонгук делает резкий вдох, чувствуя знакомое давление.       Тэхён толкается в него с лёгкостью и наслаждением. Чонгук распахивает рот в неслышном стоне и смотрит в глаза собственному отражению, чуть прикрыв веки. Наблюдать за тем, как Тэхён наполняет и растягивает его — для него почти слишком. Он видит, что его собственный маленький член вновь налился кровью и истекает смазкой, и от этой картины по его телу проходит разряд возбуждения. — Не отрывай взгляд, — рычит Тэхён глухо. — Смотри, как я беру тебя.       Чонгук подчиняется, приковывая взгляд к зеркалу, пока Тэхён начинается двигаться. Его ритм медленный и размеренный, а каждый толчок глубокий и точно выверенный. Старший крепко удерживает его в своих руках, не позволяя опуститься с носочков, и уверенно трахает под углом, который на каждом толчке заставляет младшего вздрагивать. — Блять, Тэхён, — всхлипывает он с задушенной мольбой. — Сильнее.       Хватка Тэхёна усиливается, а его темп увеличивается. Комната наполняется звуками влажных шлепков кожи о кожу, их прерывистого дыхания и низких стонов. Чонгук скребёт ногтями по зеркалу, пытаясь хоть за что-то зацепиться, пока Тэхён толкается в него сильнее и быстрее с каждой секундой.       Член Чонгука бьётся о его живот на каждом толчке, а трение внутри посылает искры удовольствия по всему его телу. Он близко, он так близко, ураган из ощущений внутри него раскаляется до максимума.              На какую-то секунду его глаза закрываются сами собой от головокружительного наслаждения, волнами расходящегося по телу, но голос Тэхёна возвращает его обратно, приказывающий и пронизанный желанием. — Открой глаза, Чонгуки, — командует он, обдавая ухо Чонгука своим горячим дыханием. — Я хочу, чтобы ты сам увидел, насколько идеально ты выглядишь, когда распадаешься на части подо мной, — добавляет он, слегка прикусывая его мочку.       Младший распахивает глаза, жадно всматриваясь в собственное отражение. И то, что он видит, пьянит покрепче алкоголя — сильное тело возвышающегося за его спиной Тэхёна, двигающегося с неустанной точностью, и его собственное тело, полностью во власти старшего. Его оставленный без внимания член подпрыгивает на каждом толчке, а по нему густо стекает влажная смазка, поблескивая в тусклом свете. — Ты только посмотри. Взгляни, как твой маленький член подпрыгивает для меня. Я к тебе даже не прикоснулся, а ведь ты уже очень близок к финалу, не так ли? — рычит Тэхён, пронзая его похотливым взглядом.       Чонгук в ответ может только стонать, пока всё его тело мелко подрагивает от сенсорной перегрузки. Толчки Тэхёна всё такие же яростные, каждый точно долбит по простате в самой глубине. Волны наслаждения накрывают Чонгука с головой, а каждое движение внутри пронзает электричеством само его естество. — Ты так прекрасен, Чонгуки, — продолжает Тэхён своим тихим, соблазнительным голосом. — Самый лучший. Твой маленький член такой твёрдый, так течёт. Ты выглядишь так, словно уже готов кончить просто так, лишь от моего члена глубоко в себе. Чонгук забывает, как дышать, выгибаясь навстречу прикосновениям старшего. — Да, Тэхён, — шепчет он дрожащим от желания голосом. — Я так близко. Я чувствую. Пожалуйста, мне нужно кончить. Я больше не выдержу.       Тэхён крепче сжимает его бёдра, переходя к более резким, глубоким толчкам, вбиваясь в Чонгука с такой силой, что тот не может даже вдохнуть. — О, ты кончишь, детка, — рычит он. — Ты кончишь лишь от моего члена внутри. Без рук. Я хочу видеть, как ты распадаешься на части.       Тело Чонгука подчиняется приказам Тэхёна беспрекословно. Когда удовольствие достигает своего пика, глаза Чонгука впиваются в их отражение в зеркале, он смотрит на сильную фигуру Тэхёна, источающую неизменно доминантную ауру, затем переключается на ощущение того, как толстый длинный член старшего наполняет его изнутри, растягивая, и это доводит его до финиша. — Вот так, Чонгуки, — шепчет Тэхён с собственническим удовлетворением. — Кончай. Покажи мне, как ты прекрасен. Покажи, как ты кончаешь лишь от моего члена внутри.       И с задушенным всхлипом Чонгук напрягается всем телом, а его маленький член неистово вздрагивает, когда младший достигает, наконец, своего оргазма. Он кончает обильно, его лишённый прикосновений член разбрызгивает горячую липкую сперму по поверхности зеркала и по собственному животу. Вид откровенно завораживающий — его долгожданная разрядка в противовес мощным толчкам, что всё это время неустанно долбят его сзади. — Блять, вот так, малыш, — стонет Тэхён, чувствуя приближение собственного оргазма и наблюдая, как тело Чонгука дёргается в конвульсиях блаженства. — Взгляни на себя в зеркало, так много кончил. Идеальный. Мой лучший пассив. У моей детки такие крепкие мышцы и такая тонкая талия…       Взгляд Чонгука туманят слёзы экстаза, его тело дрожит от раскатов мощного оргазма. Он чувствует, как член Тэхёна по-прежнему толкается в него, а каждый толчок посылает по его чувствительному телу волны удовольствия. — Ты потрясающий, Чонгуки, — шепчет Тэхён хрипло. — Идеальный. Такой красивый. Я так тобой горжусь.       Дыхание Чонгука больше похоже на рваные хрипы, в его теле не осталось ни капли энергии, но ему всё ещё необходимы прикосновения Тэхёна, ведь только они способны одарить его настоящим наслаждением. Он чувствует, как Тэхён сбивается с ритма, а его толчки становятся хаотичными по мере того, как он приближается к собственной разрядке. — Кончи для меня, Тэхён, — шепчет Чонгук усталым, но полным желания голосом. — Заполни меня. Хочу почувствовать.       И с последним мощным толчком Тэхён вгоняет член глубоко в Чонгука, отдаваясь, наконец, своему оргазму. Он стонет и дрожит от силы ощущений, заполняя Чонгука горячей, липкой спермой. Ощущения зашкаливают, а жар тел и потрясающая заполненность доводят младшего до ещё одного оргазма.       Несколько долгих мгновений они просто лежат, сплетясь телами и дыша в унисон, приходя в себя после интенсивного секса. Ладони Тэхёна нежно скользят по коже Чонгука, успокаивая.       Они наслаждаются моментом своей близости, крепко прижимаясь друг к другу и не произнося ни слова. Спустя какое-то время Тэхён, наконец, осторожно выходит из него и помогает Чонгуку перевернуться на постели, укладывая его на бок рядом с собой и беря его ладонь в свою.       Они наслаждаются теплом друга друга, пока горячая испарина медленно остывает на их телах, а единственное, что нарушает тишину в комнате — это далёкий гул города за окном и их тихое, удовлетворённое дыхание. Ладонь Тэхёна лениво выводит узоры на руке Чонгука, пока другие их руки сплетены, ни на секунду не прерывая их единения. Тэхён поднимает взгляд на Чонгука, в его глазах мелькает искра любопытства. — Чонгуки, — мягко начинает он шёпотом. — Хочу у тебя кое-что спросить. Чонгук встречается с ним взглядом с маленькой довольной улыбкой. — Что такое, кэп? Какую-то секунду Тэхён сомневается, большим пальцем ласково оглаживая тыльную сторону ладони младшего. — Ты заранее планировал… ну, знаешь, переспать со мной сегодня? — он говорит игривым тоном, но за его словами стоит искреннее любопытство. Чонгук мягко посмеивается, сверкая лукавым взглядом. — Ты меня поймал, — признаётся он, чувствуя, как его щёки чуть окрашиваются румянцем. — Да, я это планировал. Чимин и Юнги показывали мне твои фотографии, рассказывали истории о том, какой ты замечательный. Они сказали, что ты — всё, что я ищу в мужчине. — Серьёзно? Они правда так сказали? – брови Тэхёна удивлённо приподнимаются, а на уголках губ появляется улыбка. — Правда. Чимин показывал твои фото в форме, рассказал о твоих операциях и лидерских качествах. Юнги рассказывал о том, какой ты добрый и сильный. Оба единогласно утверждали, что с тобой стоит познакомиться. И были правы, — кивает Чонгук, улыбаясь шире. — Полагаю, что должен их отблагодарить, — отвечает Тэхён с искренней признательностью в голосе. — Но, признаться, я рад, что они это сделали. Знакомство с тобой оказалось… потрясающим. Сердце Тэхёна наполняется теплом от слов Чонгука, его заполняет смесь благодарности и обожания. — Я тоже рад, Тэхён. Сегодняшний вечер был изумительным. Лучше, чем всё, что я себе представлял, — взгляд Чонгука смягчается, он тянется рукой к Тэхёну и укладывает ладонь на его щёку.       Глаза младшего загораются озорством, а воздух между ними вновь заряжается напряжение и томлёным предчувствием. Тэхён, который сразу это ощущает, наклоняется ближе, выдыхая Чонгуку в губы. — Ты всё спланировал, да? — шепчет он хрипло. — Ещё до нашего знакомства хотел заполучить меня себе? На губах Чонгука расплывается медленная, нехорошая ухмылка. — Так точно. Хотел увидеть, правдивы ли все те истории о тебе, и понять, действительно ли ты такой, как мне тебя описали. — И что же ты узнал после нашей встречи? — спрашивает Тэхён, медленно очерчивая пальцами бок Чонгука и вызывая у него дрожь. Взгляд Чонгука заполняется желанием, он чуть раскрывает губы, чтобы прошептать: — Я узнал, что ты ещё более невероятный человек, чем мне говорили, папочка.       Дыхание Тэхёна сбивается от такого обращения, а возбуждение вспыхивает с новой силой от хриплого шёпота младшего. Он наклоняется ещё ближе, его губы касаются уха Чонгука, когда он говорит: — Тебе нравится называть меня папочкой, малыш? Щёки Чонгука заливает румянец, на губах играет откровенная ухмылка. — Да, папочка. Очень. Это очень приятно. Тэхён издаёт низкий рык, жадно хватая Чонгука за бедро. — Ты ведь будешь послушным мальчиком для папочки, да? Мой хороший, всегда готов ублажить. — Да, папочка, — выдыхает Чонгук, весь дрожа от желания. — Хочу быть послушным. Хочу, чтобы ты гордился мной. — Я уже горжусь тобой, детка, — мурчит Тэхён, а его скользящие по шее младшего губы обжигают Чонгука пламенем. — Ты такой красивый, само совершенство. Мой идеальный маленький пассив. Дыхание Чонгука сбивается, он всем телом льнёт навстречу прикосновениям Тэхёна. — Пожалуйста, папочка, — всхлипывает он, цепляясь за плечи старшего. — Ты снова нужен мне. Нужен глубоко внутри. Взгляд Тэхёна чернеет от похоти, он скользит ладонью вниз по бедру Чонгука, притягивая его ближе. — Этого ты хочешь, детка? Хочешь, чтобы я снова трахнул тебя? — Да, папочка, — стонет Чонгук отчаянно. — Пожалуйста. Мне так нужно. — Тогда готовься, малыш. Папочка сделает тебе очень приятно, — губы старшего расплываются в хищной улыбке, а его руки шире разводят ноги Чонгука в стороны.       Сердце Чонгука ускоряет свой ритм от предвкушения, тело начинает словно вибрировать от желания, когда Тэхён устраивается у него между ног. А один взгляд на его член, твёрдый и готовый, посылает по его позвоночнику дрожь возбуждения, а его собственный член дёргается.       Пальцы Тэхёна находят вход младшего, всё ещё влажный. Он медленно погружает палец внутрь, вырывая из Чонгука мягкий стон, затем добавляет второй, аккуратно растягивая. — Пусть и раскрыт, но внутри ты всё ещё такой узкий, малыш, — воркует он голосом, полным обожания. — Самый лучший для папочки. Чонгук задерживает дыхание и прикрывает глаза, отдаваясь в крепкие руки своего мужчины. — Пожалуйста, папочка, — всхлипывает он еле слышно. — Ты нужен мне внутри. Мне нужно почувствовать тебя. — Терпение, детка, — ласково отзывается Тэхён, двигая пальцами внутри и растягивая податливые стенки.       Чонгук весь дрожит от предвкушения, его пальцы стискивают простыни, пока фаланги старшего продолжают яростное наступление на все его эрогенные зоны. Он чувствует, как лёгкое жжение от прикосновений уходит, уступая место глубокому, пульсирующему удовольствию, лишающему его возможности дышать. — Ты сейчас такой красивый, Чонгуки, — шепчет старший с неподдельным восхищением. — Такой открытый и уязвимый. Мне так нравится видеть тебя таким, когда ты полностью в моих руках. Чонгук распахивает глаза, встречаясь с напряжённым тэхёновым взглядом. — Возьми меня, папочка, — молит он дрожащим голосом. — Я готов. Хочу тебя внутри. Прошу.       Тэхён вытаскивает пальцы, оставляя после себя пустоту. А затем он подставляет свой член, головкой упираясь в хорошо смазанную, растянутую изнутри дырочку. Он поднимает голову, смотря Чонгуку в глаза в поисках решающего подтверждения. — Готов, малыш? — спрашивает он. — Да, папочка, — отзывается Чонгук, приглашающе разводя ноги ещё шире.       С грудным стоном Тэхён толкается внутрь, головкой раскрывая вход. Растяжение сильное, ощущения захлёстывают Чонгука сразу же, но он лишь ловит кайф, мелко подрагивая. — Чёрт, по-прежнему узкий, — рычит Тэхён, крепко сжимая бёдра младшего и удерживая его на месте. — Но как же в тебе хорошо, детка.       Чонгук не может вдохнуть, когда чувствует, что Тэхён проталкивается дальше, его толстый ствол растягивает его стенки до предела. Он чувствует каждый его сантиметр, каждую проступающую венку, и это потрясающее ощущение большого члена Тэхёна внутри заставляет его жадно глотать воздух. — Так хорошо принимаешь меня, малыш, — хвалит его старший грубым от возбуждения голосом. — Ты только посмотри, принимаешь меня всего целиком. Мой хороший мальчик.       Член младшего на этих словах вздрагивает, а с головки соскальзывает капелька смазки. Чонгук стонет и выгибается на постели, когда Тэхён входит в него до упора, посылая по всем нервным окончаниям в его теле сигнал о перегрузке. — Господи, как же ты прекрасен, — ласково шепчет капитан, не сводя взгляда с лица Чонгука.       Щёки младшего заливает румянец от похвалы, а сам он резко сжимается на члене Тэхёна, отчего тот издаёт низкий стон и начинает двигаться, медленно вытаскивая член почти полностью, а затем толкаясь обратно в уверенном, мощном ритме. — Взгляни, как хорошо ты принимаешь в себя мой член, — продолжает Тэхён своим соблазнительным тембром. — Такой узкий, такой горячий внутри. Ты был создан для этого, создан для меня и моего члена.              Чонгук откидывает голову назад, закрывая глаза и сдаваясь во власть удовольствия. Растяжка, заполненность, то, как Тэхён с каждым толчком начинает попадать по простате — всего этого слишком много, но при этом недостаточно. — Тэхён, — стонет он, стискивая в кулаках простынь. — Такой большой, так хорошо. Обожаю. Обожаю твой член. — Вот так, малыш, — мурлычет ему на ушко Тэхён, каждый его толчок быстрее и сильнее. — Тебе нравится, да? Нравится, как мой член растягивает и заполняет тебя всего? — Да, папочка, — резко выдыхает Чонгук, выгибаясь под градом безжалостных толчков старшего. — Я так люблю твой член. Он так хорошо трахает меня. В глазах Тэхёна кипит горячее желание, а хватка на бёдрах младшего усиливается с каждым последующим толчком. — В тебе так хорошо, малыш. Просто идеально. Теперь ты мой, Чонгуки. Только я могу тебя трахать, м? Чонгук стонет, до побеления костяшек стискивая простыни под собой и с равным рвением подаваясь навстречу. — Твой, папочка. Только для тебя. Пожалуйста, сильнее! Прошу, не останавливайся. Хочу ещё. Хочу тебя всего.       Грудь Тэхёна ходит ходуном от напряжения, тело покрывает тонкий слой липкого пота, пока он вбивает Чонгука в постель со всей своей безудержной страстью. — Я дам тебе всё, малыш. Я весь твой.       Младший хватает воздух ртом, содрогаясь от наслаждения, пока член Тэхёна вновь и вновь долбит по его простате глубоко внутри. — Да, папочка. Вот здесь! Пожалуйста, продолжай. Я так близко.       И вскоре оба кончают — Тэхён в третий раз, Чонгук — в четвёртый. Последний оргазм оказывается таким ошеломляющим, что на минуту младший просто теряет сознание.       Тэхён берёт несколько салфеток, обтирая Чонгука, который мгновенно засыпает без задних ног. Тэхён несколько долгих секунд не сводит взгляда с поджарого тела младшего, залитого лунным светом, льющимся из окна. У него крепкие мышцы, тонкая талия, очерченный пресс и сильные бёдра, но при всё при этом он выглядит невероятном мягким и нежным. Глядя на Чонгука, Тэхён даже не осознаёт, как потихоньку сам погружается в крепкий сон.

*******

      Первые лучи утреннего солнца пробираются сквозь тонкий тюль в спальне Чонгука, отбрасывая мягкий золотой свет. Тэхён шевелится и сонно моргает, просыпаясь в облаке тепла и уюта. Он вспоминает яркие события прошлой ночи, и на его губах появляется небольшая улыбка. Прошло довольно много времени с тех пор, как он в последний раз спал с кем-то в одной постели, и это ощущение кажется Тэхёну одновременно и странным, и потрясающим.       Он выскальзывает из постели и потягивается, чувствуя приятную боль в мышцах после непростой миссии, которую он только вчера закончил, и от страстной ночи, проведённой с Чонгуком. Он оглядывает комнату, замечая, что в ней царит идеальный порядок, а затем улавливает еле слышный запах кофе, доносящийся из кухни.       Подходя к двери, Тэхён замечает свою одежду, аккуратно сложенную на стуле. Он берёт вещи в руки и видит, что они постираны и даже выглажены. Это его действительно трогает — такое проявление внимательности и заботы со стороны Чонгука, которое говорит очень многое о его характере.       Тэхён чувствует, что в животе у него урчит, и понимает, что ничего не ел с прошлой ночи. Ориентируясь на вкуснейший запах кофе, Тэхён босо шлёпает на кухню. Вид, который предстаёт перед его глазами, заставляет нежное тепло распуститься в самой груди.       Чонгук стоит у плиты, тихонько что-то мыча себе под нос. На нём футболка оверсайз, свободно свисающая с его ладной фигуры, а из-под подола выглядывают голые бёдра. И эта домашняя обстановка так разительно контрастирует с диким жаром их прошлой ночи, но при этом кажется Тэхёну абсолютно нормальной и привычной, словно всё именно так и должно быть. — Утречка, — здоровается Тэхён хриплым ото сна голосом. Чонгук разворачивается, а его лицо озаряется яркой улыбкой. — Доброе утро, капитан. Надеюсь, ты голоден, я готовлю нам завтрак. — Да, я бы поел. А тебе, я вижу, понравилось называть меня «капитан»? — усмехается он, облокачиваясь на дверной проём. — Садись, кэп. Завтрак готов, — подмигивает младший.       Он ставит на стол тарелку с пухлыми панкейками и зажаристым хрустящим беконом, пододвигая её к Тэхёну. А затем присоединяется к нему, накладывая себе такую же порцию. — Я вижу кто-то и правда проголодался, — дразнится Чонгук. — Выглядит потрясающе, — говорит Тэхён, смотря на еду широко распахнутыми и полными признательности глазами. — Спасибо, Чонгук. — Пожалуйста. Я подумал, что после прошлой ночи тебе не помешает плотный завтрак, — отвечает Чонгук, вновь лукаво подмигивая.       Они завтракают в уютной тишине, разбавляемой лишь стуком вилок о тарелки и довольным мычанием. Тэхён наслаждается каждым кусочком, смакуя вкус домашней еды. — Ты хорошо готовишь, — замечает он с набитым ртом. — Я такой вкусной еды не ел уже… знаешь, даже и не помню сколько.       Слова капитана вызывают у младшего улыбку. Чонгук отрывает взгляд от тарелки и смотрит на Тэхёна со смесью обожания и озорства. — Спасибо, кэп. Я рад, что тебе нравится, — отвечает он, задерживая взгляд на обнажённой фигуре Тэхёна. Утренний свет, струящийся из кухонного окна, подчёркивает мышцы старшего, очерчивает контуры его широких плеч и проработанного пресса. Его медового цвета кожа словно сияет на свету, эффект поистине гипнотизирующий. Тэхён ловит восхищённый взгляд Чонгука на себе и не сдерживает ухмылки. — Нравится то, что видишь? — дразнит он, показательно красуясь. Младший краснеет, но взгляд не отводит. — Ты и правда… что-то с чем-то, капитан, — признаёт он мягко с нежными нотками искреннего восхищения. — И твоё обнажённое тело на свету это… вау. Ты сложен, как бог. Ухмылка Тэхёна смягчается до тёплой, ласковой улыбки. — Ты и сам неплох, Чонгуки. У тебя потрясающее тело. И татуировки тебе очень идут. Румянец на щеках Чонгука становится гуще, на губах расцветает робкая улыбка. — Спасибо, Тэхён. Я упорно работал над своим телом и мне приятно, что оно тебе нравится. Взгляд старшего оценивающе скользит по фигуре Чонгука и по замысловатому узору татуировок, украшающих его руки. — Поверь мне, нравится ещё как. Ты совершенен таков, какой есть.       Они заканчивают свой завтрак, периодически обмениваясь то комплиментами, то поддразниваниями. Доев, Чонгук встаёт, чтобы убрать со стола, но Тэхён останавливает его лёгким прикосновением. — Позволь я помогу, — предлагает он, поднимаясь и собирая со стола тарелки.       Они вместе моют посуду на маленькой кухне Чонгука, домашняя атмосфера, царящая сейчас между ними, разительно отличается от той неконтролируемой страсти, что они делили на двоих прошлой ночью. Они моют тарелки, и их руки периодически сталкиваются, посылая искры электричества по ладоням обоих. Когда на кухне вновь чисто, Чонгук поворачивается к Тэхёну с мягкой улыбкой. — У меня есть идея. Почему бы нам не провести этот день вместе? Я покажу тебе город, и мы сможем… просто насладиться обществом друг друга. — Я с радостью, Чонгук. Я бы действительно этого хотел, — взгляд Тэхёна загорается в ответ на это предложение.       Остаток дня проходит в веренице смеха и веселья. Чонгук водит Тэхёна по всем своим любимым местам: в уютную кафешку, где они наслаждаются большим куском шоколадного пирога; в живописный парк, по которому они гуляют, держась за руки; и на шумный рынок, где они бродят вдоль бесчисленных прилавков с манящей уличной едой и яркими безделушками. Спустя какое-то время Тэхён звонит своим родителям и сыну, выслушивая все их последние новости. Чонгук наблюдает за ним с мягким выражением, поглаживая ладонь старшего, зажатую в его собственной.       За этот день связь между ними крепнет, а узы, завязавшиеся прошлым вечером, становятся всё глубже. Тэхён понимает, что начинает открываться Чонгуку так, как никому до него, делясь историями из детства, мечтами и страхами. В ответ Чонгук рассказывает о собственных чаяниях и желаниях, страсть в его голосе заполняет сердце Тэхёна восхищением.       Когда солнце близится к закату, отбрасывая тёплый, золотистый свет на город, они вновь оказываются у квартиры Чонгука. Сегодня был единственный выходной Тэхёна, а утром ему нужно возвращаться на военную базу. К счастью, ближайшее время он сможет покидать базу на ночь. Чонгук ведёт Тэхёна за собой, прикосновение его ладони тёплое и крепкое. — Я отлично провёл этот день, — говорит Тэхён довольно. — Спасибо за это, Чонгуки. Младший улыбается, а в его глазах светится счастье. — Я рад, что тебе понравилось, капитан. Я тоже отлично провёл время. — Я не хочу, чтобы это заканчивалось, Чонгук. Хочу проводить с тобой больше времени, хочу узнать тебя лучше, — взгляд Тэхёна смягчается, когда встречается со взглядом младшего. — Я чувствую то же, Тэхён. Я хочу попробовать. Мы знакомы меньше, чем сутки, но я понимаю твоё чувство, — отвечает Чонгук, чувствуя, как неровно бьётся в груди сердце, а по щекам крадётся румянец.       И без лишних слов Тэхён сокращает расстояние между ними, накрывая губы Чонгука в нежном, страстном поцелуе. Младший охотно отвечает, обхватывая шею Тэхёна и прижимаясь к нему ближе.       Поцелуй становится жарче, языки сплетаются в медленном, чувственном ритме, оставляя обоих жадно глотать воздух. Ладони Тэхёна скользят по телу Чонгука, запоминая каждый сантиметр его гладкой кожи и крепких мышц. — Пойдём в спальню, — шепчет Тэхён в губы Чонгука, в его голосе концентрированное желание.       Младший кивает, его взгляд предвкушающе темнеет. Он ведёт Тэхёна в спальню, сплетя их пальцы. И едва переступив порог комнаты, Тэхён не тратит больше ни секунды, аккуратно толкая Чонгука на постель.       Он стоит у изножья кровати, упиваясь видом распластанного перед ним младшего. Чёрные волосы Чонгука густо рассыпаются по подушке, а грудь ходит ходуном от частого дыхания. Татуировки, украшающие его руки и торс красиво выделяются на его гладкой, светлой коже. — Ты такой красивый, Чонгуки, — говорит Тэхён восхищённо. Чонгук краснеет. — Спасибо, кэп. Ты и сам вполне ничего.       Тэхён на это смеётся и наклоняется к младшему за очередным поцелуем. Их тела соприкасаются, воздух вокруг них нагревается, а желание разгорается ещё ярче. Руки старшего скользят по телу Чонгука, благоговейно исследуя каждый сантиметр. Чонгук мягко стонет, выгибаясь на постели. — Посмотри на свою грудь, малыш… Ты так работал над своими мышцами, такой хороший мальчик… Так старался, чтобы я мог сейчас всего тебя обласкать, да?       Он наклоняется и накрывает губами сперва один розовый сосок, затем второй. Затем начинает вылизывать кожу в месте, разделяющем грудную клетку пополам, сжимая грудные мышцы Чонгука в ладонях и наслаждаясь их идеальной формой. — Только взгляни на своё тело, такое красивое, так и хочется вытрахать из тебя душу… А твои мило спутанные волосы, а эти большие глаза, милый нос… Весь ты…       Он целует Чонгука везде, шепча комплименты словно молитвы перед алтарём своего бога. Тэхён хочет назвать Чонгука своим, сила его влечения к нему просто невероятна. — Пожалуйста, Тэхён, — шепчет Чонгук дрожащим голосом. — Я хочу тебя. Ты нужен мне. Взгляд капитана темнеет от похоти, пока он тянется за бутыльком смазки на прикроватном столике. — Я позабочусь о тебе, Чонгуки. Обещаю.       Он обмакивает свои пальцы в смазку, аккуратно приставляя один ко входу Чонгука. Младший делает резкий вдох, сразу же напрягаясь всем телом, а затем так же резко расслабляясь под ласковыми прикосновениями. — Просто расслабься, — нашёптывает старший успокаивающе. — Я не буду спешить.       Чонгук кивает, жадно глотая ртом воздух, пока Тэхён осторожно проникает в него пальцем. Ощущения сильные, в них удовольствие смешивается с жжением, а давление внутри кружит ему голову.       Тэхён не торопится, подготавливая Чонгука медленными, выверенными движениями. Он добавляет второй палец, затем третий, с каждым последующим растягивая младшего всё сильнее и вырывая из того тихие стоны удовольствия. — Ты готов, малыш? — спрашивает Тэхён хрипло. — Да, Тэхён, — слышится в ответ от Чонгука, что смотрит на него из-под полуприкрытых век. — Я готов. Хочу тебя внутри.       Сердце старшего заполняется любовью и желанием, он пристраивается ко входу Чонгука и медленно толкается в горячую узость его тела, что чуть не лишает его рассудка.       Чонгук вскрикивает и выгибается на простынях, когда Тэхён входит в него до упора. Ощущение настолько сильное, что вызывает дрожь по всему его телу. Тэхён притормаживает, давая ему время приспособиться. — Ты в порядке? — спрашивает он взволнованно. Чонгук кивает, часто дыша. — Да, п-папочка. Мне так хорошо. Пожалуйста, двигайся.       И с грудным стоном Тэхён начинает толкаться внутрь, движения его бёдер медленные и размеренные. Наслаждение нарастает с каждым толчком, а ощущение того, как горячие сокращающиеся мышцы Чонгука сжимают его в себе, стремительно подталкивает его к пику.       Комнату заполняют стоны Чонгука, его ладони крепко сжимают в пальцах простыни, когда Тэхён ускоряет свой темп. Его мощные толчки посылают волны наслаждения по телу младшего, минута за минутой приближая к высшей точке. — Папочка, я близко, — раскрывает рот Чонгук, начиная дрожать от интенсивности овладевающего им удовольствия. — Я тоже, детка, — отвечает Тэхён хриплым от напряжения голосом. — Кончай. Позволь мне увидеть, как ты прекрасен в своём наслаждении.       И с последним мощным толчком Тэхён доводит Чонгука до оргазма. Младший вскрикивает, а его тело бьёт крупная дрожь. И одного взгляда на бурно кончающего Чонгука хватает, чтобы довести Тэхёна до пика, и он сдаётся в плен собственному наслаждению.       Они вместе распластываются на постели, сплетаясь влажными от пота конечностями. Тэхён прижимает Чонгука к себе, пока они медленно выравнивают дыхание и наслаждаются приятной слабостью в мышцах. — Это было… потрясающе. Снова…. Вау, — шепчет Чонгук с восхищением. — Да, поддерживаю, — соглашается Тэхён, пытаясь успокоить всё ещё колотящееся в груди сердце.       Так они и лежат в объятиях друг друга. Тэхён знает, что это лишь начало чего-то по-настоящему особенного. Он встретил этого парня только вчера, но ощущение такое, что они уже давно знакомы.       Всю следующую неделю дни Тэхёна наполнены будничной дисциплиной и строгостью военного устава, но все ночи он проводит в опьяняющем обществе Чонгука. Этот деликатный баланс между рискованной и ответственной работой капитана спец сил и развивающимися отношениями становится основной темой его жизни. Так проходят его семь дней в неделе. Понедельник:       Утром после совместно проведённой ночи Тэхён просыпается рано и выскальзывает из квартиры Чонгука с тихим обещанием вернуться. А Чонгук, всё ещё сонный и тёплый, улыбается и притягивает его ниже для поцелуя, прежде чем отпустить.       На базе Тэхён серьёзен и собран. Доклады, предоставляемые по возвращении с миссий, и расписание учений не оставляют ни единой свободный минуты, чтобы отвлечься. И тем не менее, проводя брифинги и координируя действия своей команды, Тэхён то и дело мыслями возвращается к Чонгуку. Воспоминания об их предыдущей ночи никак не оставляют его, постоянно отвлекая.       Во время обеда Тэхён сидит с Хосоком и Намджуном. Хосок, тот самый друг, что всегда всё подмечает, обращает внимание на лёгкую улыбку на губах Тэхёна. — Ты сегодня непривычно весёлый, кэп, — замечает он, выгибая бровь. — Да, в чём дело? Обычно у тебя в глазах читаются расчёты касательно следующей миссии, а сегодня ты будто в облаках летаешь, — усмехается Намджун. Тэхён пожимает плечами, пытаясь не выдать своих эмоций. — Просто хорошо провёл ночь, вот и всё. Глаза Хосока загораются озорством. — Да что ты? А эта хорошо проведённая ночь случайно не включала некоего юного красавчика? — Может быть. И перестань так его называть, его зовут Чонгук, — Тэхён всё же не сдерживает тёплой улыбки. — Так, а в целом как? Вы поладили, да? — Намджун накланяется ниже, заинтригованный. — И даже больше, — признаёт Тэхён, а взгляд его глаз становится мягче при воспоминаниях. — Мы провели вместе всю ночь, а потом целый день и… ещё одну ночь. И это было… потрясающе. — А я знал! Вы двое буквально трахали друг друга взглядом тогда в баре, — ликует Хосок, привлекая к ним внимание сидящих рядом солдат. — Хах, да, но на баре дело не закончилось, — смеётся Тэхён, качая головой. — Так вы планируете встречаться снова? — ухмыляется Намджун. — Да, — отвечает Тэхён, не скрывая энтузиазма в голосе. — Сегодня я снова поеду к нему, так что в казармах можете меня не ждать. — Ничего себе, кэп. Ты уже по уши, — дразнит его Хосок, хлопая по спине. Вторник:       На следующий день всё продолжается. Тэхён с новой силой окунается в работу, движимый мыслью о предстоящем вечере. День пролетает в водовороте встреч, тренировок и стратегического планирования.       Когда наконец наступает вечер, Тэхён снова оказывается в квартире Чонгука. Младший встречает его поцелуем, который красноречиво говорит о том, как сильно он по нему скучал. Они проводят ночь, разговаривая, смеясь и исследуя тела друг друга с голодом, который, кажется, становится только сильнее с каждым днём. Среда:       К середине недели новый виток событий в жизни Тэхёна становится источником любопытства и веселья среди его друзей. Они замечают в нём перемены — настроение выше, улыбки шире, рассеянный взгляд. — Давай, Тэхён. Колись. Что там у вас с Чонгуком? Чимин весь обеденный перерыв хихикает в телефон, не обращая на меня внимания, а всё из-за вас, — Юнги вылавливает Тэхёна в коридоре во время редкого в их работе перерыва. — Всё… потрясающе, Юн. Он невероятный. У нас столько всего общего. Я очень давно такого ни с кем не испытывал. Плюс, мы занимаемся сексом каждый день, по несколько раз, — Тэхён облокачивается на стену, с его губ срывается довольный вздох. — Иу. Я уже наслушался постельных деталей про твой огромный член, не хватало ещё чтобы и ты мне хвастался, как школьница. — Я знаю, — серьёзно отвечает Тэхён. — Но ничего не могу с собой поделать. Я хочу узнать, куда нас это приведёт.       Юнги смотрит на него, улыбаясь. А через несколько секунд на его лицо вновь возвращается уже привычное уставшее выражение. Четверг:       Дни идут по одному сценарию — тяжёлая, требовательная работа на базе, за которой следуют страстные, блаженные ночи с Чонгуком. Каждый вечер Тэхён открывает младшего для себя с разных сторон, раскрывает новые грани его личности, которые заставляют его желать Чонгука лишь сильнее. Этой ночью, когда они лежат, запутавшись в простынях, Чонгук лениво чертит узоры на груди Тэхёна. — Знаешь, ты и так все ночи проводишь со мной, уже мог и переехать, — игриво дразнит он со смешинкой в глазах. — Соблазнительное предложение, но не думаю, что моей семье это придётся по вкусу, — смеётся Тэхён, притягивая его ближе к себе. — Ой, ну дай помечтать, — драматично вздыхает Чонгук. Пятница:       К пятнице связь между Тэхёном и Чонгуком становится ещё крепче. Их ночи заполнены страстной близостью, но они делают вместе почти всё — готовят, смотрят фильмы, обсуждают свои жизни и мечты. — Ну, как там твой молодой любовник, Тэ? — во время ланча Хосок не удерживается и вновь поднимает излюбленную тему их последних дней. — Всё просто потрясающе, Хобс. Лучше, чем во сне. Погоди, а я что, по-твоему, уже старый? — Тэхён закатывает глаза, но не сдерживает улыбки. — Ты думал о том, что будешь делать дальше? Нужно будет найти баланс между отношениями с Чонгуком, семьёй в Тэгу и работой здесь, — спрашивает как всегда практичный Намджун. — Думал. И я готов стараться, чтобы у нас всё получилось. Чонгук знает, что для меня важно. Мы об этом говорили. У нас всё происходит очень быстро, но он мне по-настоящему нравится, — кивает Тэхён. — Хорошо. Потому что звучит так, будто это того стоит, — ухмыляется Хосок. Суббота:       Выходные приносят небольшую передышку от неумолимого темпа армейской жизни. Утром Тэхён работает, планируя миссии на следующий месяц, а затем проводит день с Чонгуком, они вдвоем исследуют город, посещают художественные галереи и наслаждаются обществом друг друга при дневном свете. — Тэ, я знаю, какая ответственная у тебя работа, и я не хочу тебе мешать или отвлекать. Но я хочу, чтобы ты знал, что я всегда рядом, что бы ни случилось, — говорит Чонгук серьёзно, пока они гуляют по парку, рука в руке. — Эта неделя была… необыкновенной. Не хочу, чтобы это когда-то заканчивалось. Скоро поеду в Тэгу, к сыну, — Тэхён останавливается, поворачиваясь к Чонгуку лицом. Младший улыбается, в его глазах сверкает водоворот эмоций. — Знаю. Самый лучший папочка, да? — подмигивает он. Воскресенье:       В воскресенье Тэхён возвращается на базу, чтобы закончить с отчётами и набросать план на следующую неделю. Его мысли то и дело возвращаются к Чонгуку, и он периодически ловит себя на том, что сидит и улыбается. Во время перерыва он садится к Хосоку с Намджуном, чтобы перевести дух. — Ну что, Тэ, — начинает Хосок с хитрой ухмылочкой. — Каков план на сегодня? Очередное романтическое рандеву с Чонгуки? Тэхён смеётся. — На самом деле, я подумываю пригласить его как-то с собой в Тэгу, чтобы познакомить с Тэджином. Это важно, если рассчитывать, что у нас всё будет продолжаться в таком же темпе. Что думаете, парни? Намджун кажется удивлённым. — Это большой шаг, Тэ. Вы знакомы буквально неделю, даже официально не предлагали друг другу отношения. — Да, чувак. Узнай его получше, — кивает Хосок. — Да… У меня сегодня поезд, наконец, увижу своего мальчика.       Воскресный вечер застаёт Тэхёна в поезде, направляющемся в Тэгу, ритмичный стук колёс служит успокаивающим фоном для его мыслей. Прошедшая неделя была вихрем страсти и растущей привязанности, чего он не чувствовал уже очень давно. Пока за окном сменяются пейзажи, Тэхён не может не улыбнуться, вспоминая озорную ухмылку Чонгука и тепло его прикосновений.       Прибыв в Тэгу, Тэхён направляется к дому своих родителей. На дворе уже поздно, и на знакомых улицах тихо, а мягкий свет уличных фонарей отбрасывает длинные тени. Он входит с помощью своего ключа, в доме темно и тихо, за исключением еле слышного тиканья часов в коридоре.       Он тихо проходит в комнату Тэджина, осторожно толкнув дверь. Его сын лежит, растянувшись на кровати, его маленькая грудь поднимается и опускается с каждым глубоким вдохом. Тэхён ощущает резкий прилив любви и желания защитить его от всего мира, наблюдая за спящим мальчиком, и в этот момент все заботы словно растворяются. Тэхён наклоняется, нежно целует сына в лоб, прежде чем вернуться в свою комнату на ночь.

*******

      На следующее утро Тэхён просыпается от звука пения птиц за окном и аромата вкусного завтрака, распространяющегося по всему дому. Он потягивается, чувствуя приятную боль в мышцах, а затем идёт на кухню. Родители уже встали, мама суетится возле плиты, а отец читает газету, сидя за столом. — Доброе утро, — приветствует их Тэхён. — Доброе утро, Тэхён, — отвечает ему мама, с улыбкой поворачиваясь к нему. — Как доехал? — Всё хорошо. Народу много, но это ничего, — говорит он, занимая место за столом. — Как на работе? — интересуется отец, складывая газету и откладывая её в сторонку. — Напряжённо, как всегда, — отвечает Тэхён. — Но я даже умудрился урвать немного свободного времени. — Да? И что же ты делал в это свободное время? — спрашивает мама со знающим выражением лица. — Я познакомился кое с кем. Его зовут Чонгук. Он цифровой художник, — усмехается Тэхён. Мама приподнимает брови в удивлении и обращает на него заинтересованный взгляд. — О, правда? И как вы с ним познакомились? — В баре недалеко от базы. Он дружит с парнем одного из моих коллег, — поясняет Тэхён. — Так ты… Всё ещё предпочитаешь мужчин? Сын, я знаю, что у тебя был плохой опыт с Херин, но… Знаешь, большинство девушек не такие, а Тэджину нужна настоящая мать, поскольку родная его навещает дай бог несколько раз в год, — вступает в разговор отец, однако тон его скорее любопытный, нежели критикующий. Тем не менее, его слова заставляют Тэхёна сжать челюсть. Он делает глубокий вдох, пытаясь говорить спокойно и взвешенно. — Пап, я всегда открыто говорил с вами о себе. Моё влечение к мужчинам — это не какая-то фаза, которая началась из-за неудачного опыта с девушкой. У нас с Херин хорошие отношения, мы вместе решаем вопросы касательно воспитания сына, но это никак не влияет на то, кто я есть, — отвечает Тэхён ровным голосом. — Дело не в этом, Тэхён. Дело в стабильности. Тэджину нужна уверенность в завтрашнем дне, и я не уверен, что мужчина сможет позаботиться о нём так, как может это сделать мать, — вздыхает его отец, потирая виски. — Чонгук сможет позаботиться о нём не хуже любой женщины. Я не пытаюсь найти новую маму для Тэджина. Я хочу найти человека, который полюбит меня таким, какой я есть, и сможет оказывать положительное влияние на моего сына, — срывается Тэхён, не справляясь с раздражением. — Тэ, успокойся, — мягко встревает его мама, укладывая ладонь на его руку. — Твой отец просто волнуется. Мы оба желаем лишь лучшего для тебя и Тэджина. Когда ты хоть познакомился с этим юношей? Раз у вас всё только начинается, не стоит так быстро строить большие планы. И тут на кухню входит сонный маленький мальчик. — Привет, малыш. Как сегодня поживает мой любимый Тэджин? — спрашивает Тэхён, ероша волосы сына. Мальчик поднимает голову, его лицо расплывается в сонной улыбке. — Доброе утро, папочка. Всё хорошо. Скучал по тебе. — Я по тебе тоже, приятель, — Тэхён целует его в лоб, а затем делает глубокий вдох и поворачивается к родителям. — Тэджин, пойди поиграй минутку в гостиной, м? Мальчик кивает и вприпрыжку убегает к своим игрушкам, оставляя взрослых одних на кухне. Тэхён серьёзно смотрит на родителей. — Послушайте, я понимаю, что вы переживаете. Но я не пытаюсь никого никем заменить. Чонгук мне очень дорог, и я верю, что он способен сделать лучше и мою жизнь, и жизнь Тэджина. — Сынок, дело не в том, что мы не доверяем твоим суждениям. Просто… ты прошёл через многое. Мы больше не хотим видеть, что тебе больно, — вздыхает его отец. — Я знаю, пап. И я это ценю. Но Чонгук не такой как все. Он добрый, понимающий и готов стараться на благо нашего будущего, несмотря на все трудности. Я чувствую это сам и вижу по его поступкам, — голос Тэхёна становится мягче, а мысли вновь возвращают его к вечерам, проведённым в компании младшего. — Мы просто хотим, чтобы ты был счастлив, Тэхён. И хотим, что Тэджин рос в стабильной и любящей обстановке. Если Чонгук сможет это обеспечить, как следует узнав тебя, тогда мы тебя поддержим, — мама смотрит на него с искренним беспокойством и любовью во взгляде. — Спасибо, мам, — выдыхает Тэхён, чувствуя, как тяжкий вес покидает его плечи. — Обещаю, что не буду спешить. Мы будем продвигаться постепенно и посмотрим, что из этого выйдет. — Хорошо, сын. Просто будь осторожен. И в следующий раз привози с собой Чонгука, я бы хотел с ним познакомиться, — кивает его отец, хотя взволнованные морщинки на его лице не исчезают полностью. — Привезу, пап, обязательно, — улыбается Тэхён, чувствуя облегчение. Разговор был непростой, но этот шаг был необходим, чтобы ввести Чонгука в их с Тэджином жизнь.       После завтрака Тэхён проводит время с сыном, с удовольствием играя с ним в игры, читая сказки и просто сидя рядом. Своего сына Тэхён любит больше всего на свете. После этого его мысли часто возвращаются к Чонгуку, а желание увидеть его усиливается с каждым проходящим часом.       Вечером, уложив Тэджина в постель и посмотрев с ним мультик про Бэтмена, Тэхён звонит Чонгуку. Голос младшего ложится бальзамом на его душу, успокаивая и даря покой. — Привет, кэп, — здоровается Чонгук с теплом и радостью в голосе. — Как прошёл твой день? — Я устал, но всё отлично. Провёл весь день с Тэджином, а ещё у меня состоялся долгий разговор с родителями о нас, я рассказал им о нашей насыщенной событиями неделе, — отвечает Тэхён, облокачиваясь на спинку дивана. — Рассказал о нас? Тэхён вдруг чувствует себя неловко, вдруг он слишком поспешил? — Эм, ну, да. Я знаю, что прошла всего неделя, но, эм, я с ними всем делюсь… Семья для меня на первом месте… — Конечно, Тэ. Семья очень важна. Я рад, что ты поговорил с ними, — говорит Чонгук успокаивающе. — И как они это восприняли? — На удивление хорошо, учитывая все обстоятельства. Они волнуются за Тэджина и боятся, что я слишком тороплю события, но они всё понимают. Даже хотят познакомиться с тобой, — признаётся Тэхён, чувствуя одновременно и облегчение и нервозность. — Это хороший знак, да? Уже знакомимся с родителями? — мягко смеётся Чонгук по ту сторону линии. — Да, определённо хороший. Для меня многое значит тот факт, что ты готов стать частью моей жизни, даже несмотря на все сопряжённые с этим трудности, — улыбается Тэхён, чувствуя, как напряжённые нервы расслабляются после того, как Чонгук так легко принимает его новости. — А как иначе, Тэхён. Ты действительно становишься мне дорог, и я хочу заботиться о вас с Тэджином, если у нас всё получится… — искренне отзывается младший. — Когда ты возвращаешься? — Через три дня. Пока проведу побольше времени с сыном и родителями, а через три дня вернусь. На базе нужно будет быть уже рано утром, но я могу прийти к тебе вечером.       Следующие три дня Тэхён посвящает всё своё время семье. Он ведёт Тэджина в парк, собирает вместе с ним лего и каждую ночь читает ему перед сном сказки.       И каждую ночь, уложив мальчика спать, Тэхён отправляет Чонгуку сообщение, рассказывая о своём дне и желая ему сладких снов. Ответы Чонгука всегда полны тепла и нежности, отчего сердце Тэхёна ноет от невозможности прижать младшего к груди прямо сейчас. На третий день, готовясь к возвращению в Пусан, Тэхён сидит с родителями в гостиной. — Спасибо, что понимаете и поддерживаете меня, — говорит он, смотря на них. — Мы лишь желаем тебе счастья, сынок. И если Чонгук делает тебя счастливым, то мы поддержим вас обоих, — отвечает мама, крепко сжимая его ладонь в своей. — Просто пообещай нам, что будешь осторожен и не станешь бросаться в омут с головой, — добавляет отец. — Обещаю, — заверяет их Тэхён.       И на этой ноте Тэхён обнимает родителей, целует Тэджина в лоб и обещает звонить каждый день и вскоре опять приехать. А стоит ему сесть в машину и отправиться в Пусан, в его мысли вновь врывается Чонгук, предвкушение встречи с которым усиливается с каждым пролетающим за окнами километром. Однако, у судьбы на всё свои планы.       Как только Тэхён заходит на территорию базы, его вызывают на чрезвычайное собрание. Появилось срочное задание для его оперативной группы, выезжать на которое им нужно немедленно. У него просто нет времени сообщить об этом кому-то, даже Чонгуку.       Миссия оказывается сложной, растягивается на целую неделю. Их расквартировывают в отдалённый регион, чтобы эвакуировать очень важную цель и нейтрализовать все сопряжённые с операцией угрозы. Нервы всю неделю под колоссальным напряжением, но несмотря на это нет ни дня, чтобы Тэхён не думал о Чонгуке, мысли о нём придают ему сил.       После особенно выматывающего дня Тэхён сидит в их палаточном лагере и наблюдает за звёздами. Он думает об улыбке Чонгука, о том, как ярко загораются его глаза, когда он чем-то увлечён, и о тепле его прикосновений. Он ужасно скучает по нему, но не может позволить себе слишком отвлекаться.

*******

      Чонгук наматывает круги по квартире, в мыслях клубок из переживаний и досады. Прошло три дня с тех пор, как он в последний раз говорил с Тэхёном. Они провели вместе сумасшедшую, головокружительную неделю, и Чонгук почувствовал, что между ними зарождается что-то настоящее. Но сейчас — тишина оглушающая, а его сообщения на телефоне без ответа. — Блять, нахуй всё, — ругается он себе под нос, хватая телефон и набирая Чимина. Лучший друг подбирает после второго гудка. — Хей, Гуки! Как дела? — приветливый голос Чимина резко контрастирует с настроением Чонгука. — Чим, надо поговорить. Ты можешь прийти? — в его голосе слышен подавленный гнев. — Конечно, буду через десять минут, — отвечает Чимин, чувствуя серьёзность в голосе друга.       Сдержав своё слово, Чимин приезжает быстро, открывая дверь своим собственным ключом. Он находит Чонгука сидящим на диване с угрюмо-задумчивым выражением на лице. — О’kей, рассказывай. Что произошло? — спрашивает он, усаживаясь рядом и укладывая ему на плечи руку, чтобы приободрить. — Дело в Тэхёне. Он меня кинул, — отвечает Чонгук низким, напряжённым голосом. — Мы провели вместе потрясающую неделю, а потом он просто… испарился. Никаких сообщений, никаких звонков. Ничего. Чимин хмурится. — Это на него не похоже, такого с ним никогда не было. Юнгс всегда говорил, что он серьёзный парень. Ты уверен, что у него нет на это причины? У него опасная работа, Гуки, Юнги уехал вчера вечером, но возможно уехал туда же? — Работа? Да, конечно, но ощущение совсем иное. Мы становились ближе. Намного. А теперь я чувствую себя идиотом, который зря впустил его в свою жизнь. Но я должен был догадаться, ведь кто строит такие наполеоновские планы после знакомства длиной в неделю? — Чонгук сжимает ладони в кулаки до побеления костяшек. — Эй, не загоняйся. Знаешь, у военных жизнь зачастую непредсказуема. Вероятно случилось что-то экстренное, и ему просто не оставили время на объяснения. Я попробую узнать у Юнги, хорошо? — говорит Чимин, сжимая ладонь на плече младшего.       Он быстро набирает смс своему парню, спрашивая, известно ли ему что-нибудь о местонахождении Тэхёна или о его внезапном игноре. Он нажимает «отправить» и смотрит на экран, надеясь на быстрый ответ. Наконец, спустя, по ощущениям Чонгука, вечность, телефон Чимина пищит от оповещения. Юнги: Привет, малыш. У нас тут чп, перезвоню, как будет время. Люблю тебя. — Тебе по крайней мере хотя бы отвечают, — бормочет себе под нос Чонгук. — Послушай, Гуки, Юнги сказал, что позвонит. Может он будет что-то знать. Ты просто пока держись и не раскисай, o’kей? — вздыхает Чимин, физически ощущая подавленность и волнение Чонгука. — Да, ладно. Спасибо, Чим, — кивает Чонгук, хотя на сердце у него тяжело от сомнения.       Чимин остаётся с ним ещё на какое-то время, пытаясь поднять ему настроение смешными историями и просмотром их любимого фильма. Но чем глубже ночь, тем хуже чувствует себя Чонгук. Его не покидает ощущение того, что его бросили. Он открылся Тэхёну так, как никому и никогда, но теперь он словно блуждает в тёмном тумане.       И в это же время, глубокой ночью Тэхён наконец видит, как на экране телефона появляется сигнал сети. Он находится чёрт знает где, в окружении дикой природы, где слышно лишь как его ребята расставляют палатки. В голове у него водоворот волнения и беспокойства от осознания, что он оставил Чонгука без какого-либо объяснения относительно его исчезновения. И как только он видит, что телефон вновь в сети, он набирает номер Чонгука, чувствуя, как громко стучит в груди сердце.              Чонгук лежит на диване, тупо пялясь в экран телевизора. Чимин уехал пару часов назад, и несмотря на попытки друга его приободрить, его плечи уныло сгибаются под весом отсутствия Тэхёна рядом. Когда его телефон звонит, он едва его не отключает, думает, что в такой час это может быть только какой-то спам. Но когда он видит имя Тэхёна на экране, он так резко подхватывается на диване, что чуть не роняет телефон на пол. — Тэхён? — отвечает он, в его голосе смесь облегчения со злостью. — Чонгук, привет, мне так жаль, — голос старшего прерывается из-за плохого соединения. – Мне пришлось внезапно вылететь на задание. Ситуация была критическая, и я даже не смог отправить тебе смс. У меня не было никакой связи всю неделю. Сердце Чонгука оттаивает при звуке родного голоса, но от внезапного исчезновения старшего всё ещё колет в груди. — Ты мог по крайней мере отправить мне смс перед тем, как улетел, Тэхён. Я с ума сходил от волнения, думал, что с тобой что-то случилось, или что ты просто… передумал на наш счёт. — Я знаю, знаю. Ты во всём прав. Я должен был найти способ связаться с тобой, — говорит Тэхён полным сожаления голосом. — Я думал о тебе каждый день, Чонгук. Это задание было одним из самых сложных, но мысль о встрече с тобой придавала мне сил. Чонгук вздыхает, чувствуя, как его злость тает на глазах. — Я просто… Я думал, у нас с тобой всё по-настоящему, а потом ты вдруг исчез. Мне было больно, Тэ. — Я знаю, и мне очень жаль. Я не хотел причинить тебе боль, — со всей искренностью раскаивается Тэхён. — Ты очень дорог мне, Чонгук. Как только я вернусь, я заглажу перед тобой вину. Мы будем всё время проводить вместе, разговаривать, делать всё, что ты захочешь. — Я скучаю по тебе, Тэхён, — признаётся Чонгук мягким голосом. — Я очень скучаю. — Я тоже скучаю, Чонгуки. Сильнее, чем ты думаешь, — отвечает Тэхён, в котором расстояние меж ними отзывается сердечной болью. — Я вернусь через несколько дней. Можем мы увидеться сразу? Я хочу всё исправить. — Да, я хочу этого. Просто… Больше не пропадай так, хорошо? — говорит Чонгук с маленькой улыбкой, подкрадывающейся к уголкам его губ. — Обещаю, больше это не повторится, — клянётся Тэхён. — До скорого, Чонгуки. Мы вместе со всем разберёмся. — О’kей. Будь осторожен, Тэхён, — говорит Чонгук, чувствуя облегчение. — Ты тоже, Чонгук. Скоро увидимся, — отвечает Тэхён прежде, чем завершить звонок.       Чонгук кладёт телефон на диван, чувствуя, как исчезает груз с его плеч. Сомнение, которое грызло его последние несколько дней, превращается в надежду. Тэхён скоро вернётся, и у них будет шанс всё прояснить и исправить. И с лёгким сердцем Чонгук ложится спать. Ему снится их долгожданная встреча.

*******

      Проходит ещё неделя, и пусть Тэхён всё ещё на задании, расстояние между ними словно сокращается с каждым проходящим днём. Каждый раз, когда у Тэхёна появляется сигнал, они обмениваются смс или созваниваются, их разговоры полны тоски друг по другу и предвкушающих обещаний.       Порой разговоры у них абсолютно банальные — они обсуждают свои кинематографические вкусы, Тэхён пересказывает истории, услышанные от сына, Чонгук рассказывает про свои новые проекты и рабочие будни. А порой их беседы принимают более личный характер, когда они делятся своими мечтами и чаяниями. Каждое их сообщение словно маленькая жизненная артерия, растягивающаяся на долгие километры, чтобы их соединить.       Однажды ночью Тэхён сидит в одиночестве в лагере — некоторые из сослуживцев спят или ходят по округе, другие стоят на страже. В чёрном небе виднеются яркие звёзды. Он проверяет телефон и, увидев, что сигнал есть, решает сделать видеозвонок Чонгуку. И стоит младшему принять вызов, как сердце Тэхёна тут же ускоряет свой темп от предвкушения.       На экране появляется лицо Чонгука, освящённое мягким светом ночника в его квартире. Он выглядит уставшим, но при этом очевидно рад увидеть Тэхёна. — Приветик, — здоровается Чонгук с тёплой, искренней улыбкой на лице. — Как ты там? — Теперь, видя твоё лицо, намного лучше, — отвечает Тэхён ласково. — Я скучаю по тебе, Чонгуки. — Я по тебе тоже, — говорит Чонгук мягко. — Без тебя неделя тянется бесконечно долго. — И не говори, — вздыхает Тэхён. — Но каждый раз, как я слышу твой голос или вижу твоё лицо, это стоит любого ожидания.       Они долго разговаривают, беседа льётся легко, несмотря на большую физическую дистанцию между ними. Но чем больше времени проходит, тем сильнее ощущается смена атмосферы, витающей меж ними, в голосах становится слышно желание. — Тэ, ты такой красивый. Как бы я хотел, чтобы ты был сейчас здесь со мной, — шепчет Чонгук, а его взгляд темнеет. — Я бы тоже этого хотел. Я думаю о тебе всё время, Чонгук. Особенно по ночам, — отвечает Тэхён хрипло. — И о чём же именно ты думаешь, капитан? — Чонгук прикусывает губу, а его щёки слегка краснеют от подступающего возбуждения. Дыхание Тэхёна сбивается, а очевидное желание в глазах младшего посылает дрожь по его позвоночнику. — Я думаю о том, как прикасаюсь к тебе, пробую тебя на вкус. Думаю о том, как ты дрожишь в моих руках, как стонешь моё имя. Ты сейчас трогаешь себя, Чонгуки? — голос Тэхёна превращается в глубокий лукавый шёпот, посылающий по телу Чонгука мурашки. Чонгук на мгновение прикрывает глаза, скользя ладонью вниз по собственному телу. — Да, Тэ, — признаёт он, едва дыша. — Мне не удержаться. Я возбуждаюсь лишь от одного твоего голоса. — Хорошо, — мягко шепчет Тэхён. — Я хочу, чтобы ты приласкал свой маленький красивый член. Покажи мне, как сильно ты меня хочешь.       Ладонь Чонгука скользит под пояс его пижамных штанов, а пальцы оборачиваются вокруг уже вставшего члена. Он издаёт низкий стон, смотря прямо в глаза Тэхёна на экране телефона. — Вот так, Тэ? — Да, вот так, — шепчет Тэхён с очевидным возбуждением в голосе. — Не останавливайся, Чонгук. Дай мне посмотреть на тебя.       Дыхание Чонгука сбивается, когда он начинает двигать рукой, медленные и точные движения разжигают всполохи удовольствия по всему его телу. Он не отводит взгляда от Тэхёна, связь между ними почти физически ощутима. — Ты такой красивый, Чонгук, — говорит Тэхён хрипло. — Как бы я хотел быть сейчас рядом, прикасаться к тебе, чувствовать тебя. — Я тоже этого хочу, — стонет Чонгук, ускоряя движения руки. — Ты нужен мне, Тэ. Так нужен.       Ладонь Тэхёна ложится на его собственное возбуждение, боль неудовлетворения становится невыносимой. Он подстраивается под ритм Чонгука, их дыхание синхронизируется, пока они надрачивают каждый сам себе, думая друг о друге. — Скажи мне, чего ты хочешь, Чонгуки, — просит Тэхён, хотя голос его больше похож на низкий, приказной рык. — Скажи, что именно ты хочешь, чтобы я сделал с тобой, малыш.       Младший вздрагивает от волны мурашек по всему телу от этого прозвища, сорвавшегося с губ капитана. А из его собственного горла теперь вырываются отчаянные всхлипы и скулёж. — Такой красивый, самый красивый… Ты трогаешь свой милый розовый член, малыш? Маленький красивый член у моего самого красивого малыша… Жду не дождусь, когда смогу войти в тебя на всю свою длину и вбиваться в твою простату, пока ты не кончишь лишь от этого, без единого прикосновения. — Хочу, чтобы ты меня трахнул, папочка, — выдыхает Чонгук, толкаясь бёдрами в свою ладонь. — Хочу, чтобы заполнил меня собой, сделал своим. Хочу почувствовать тебя внутри, хочу кончить от твоего большого члена… Боже, как я обожаю твой член! — Чёрт, мой сладкий, — стонет Тэхён, одолеваемый желанием. — Я тоже этого хочу. Хочу пометить тебя, привязать тебя к себе всеми возможными способами. Стоны Чонгука становятся громче, наслаждение нарастает до предела. — Я близко, Тэ, — всхлипывает он, дрожа. — Кончай, Чонгуки... Кончи и покажи мне, как сильно ты хочешь меня, — приказывает Тэхён, хотя его голос больше похож на отчаянную мольбу.       И с последним дрожащим стоном Чонгук напрягается всем телом, изливаясь себе в руку. Он зажмуривается, его губы раскрываются в неслышном крике наслаждения.       Тэхён догоняет его через пару мгновений, собственный оргазм накрывает его словно большая волна. Он останавливает движения руки и загнанно дышит, пытаясь прийти в себя. Так они какое-то время и молчат, восстанавливая дыхание и силы после оргазма. — Боже, как мне тебя не хватает, — говорит наконец Чонгук мягким и довольным голосом. — Мне тебя тоже. Сладких снов, малыш, — отвечает Тэхён с тоской. — И тебе, папочка.

*******

      Солнце медленно встаёт на горизонте, отбрасывая бледно-золотой свет на местность. Команда Тэхёна находится в лагере уже неделю, до окончания их задания ещё далеко. Тэхён сидит с Намджуном, который перепроверяет свой запас медикаментов, готовясь к завтрашнему дню. Безмятежное утро не даёт и намёка на возможные опасности, таящиеся где-то там, за деревьями. — Что там по инвентаризации, Джун? — спрашивает Тэхён, потягивая свой утренний кофе. — Ну в основном порядок, правда заканчиваются несколько важных вещей. Я запросил пополнение запасов, но потребуется ещё день-два, — отвечает Намджун, вновь проверяя свой список. — Понял. Пока старайся обойтись тем, что есть, — кивает Тэхён, сканируя периметр. — Через час снимаемся с места. Хочу, чтобы все к тому моменту были готовы.       Пока все собираются и готовятся к новому дню, тишину утра разрывают отдалённые звуки взрывов. Тэхён резко вскидывает голову и, сузив глаза, смотрит в направлении шума. — Капитан, мы засекли движение на востоке. Похоже небольшой отряд, — докладывает один из его солдат напряжённым голосом. — Хорошо, парни, собирайтесь. Выдвигаемся через пять минут, — отдаёт приказ Тэхён, его тон спокойный, но не терпящий возражений. Хосок, уже в полной экипировке, подходит к нему. — Я подготовлю вертушку на случай, если понадобится поддержка с воздуха. — Хорошая идея, надо быть готовыми ко всему, — Тэхён хлопает его по плечу, а затем поворачивается к Юнги, что сидит, согнувшись над своим ноутбуком. — Юнги, мне нужен вид сверху. Сможешь взломать их дроны? — спрашивает он. — Уже в процессе, капитан. Дай мне пару минут, — отзывается Юнги под мягкий стук собственных пальцев по клавиатуре.       Команда выдвигается быстро и уверенно, каждый чётко знает свою роль. Тэхён идёт впереди, все его чувства обострены до предела, пока они приближаются к стоянке противника. Звуки стрельбы становятся громче, и Тэхён даёт своим ребятам сигнал разделиться и занять позиции. — Намджун, ты прикрываешь нас сзади. Юнги, что там с коптерами? — говорит Тэхён через передатчик в наушнике, сканируя внимательным взглядом территорию прямо впереди. — Считываю картинку. У них небольшой лагерь примерно в полукилометре к востоку отсюда. Похоже что-то охраняют, — доносится ответ Юнги сквозь небольшие помехи. — Хорошо. Так, парни, выдвигаемся тихо. Нужно узнать, что они там прячут, — приказывает Тэхён, жестом командуя мужчинам следовать за ним.       Они передвигаются по густому лесу, издавая минимум звуков и рассчитывая каждый шаг, чтобы себя не обнаружить. Приближаясь к расположению противника, Тэхён даёт сигнал остановиться. Он смотрит в бинокль, оценивая обстановку.       Лагерь небольшой, солдат не больше дюжины. Все они стоят, охраняя центральную палатку, оружие на изготовке. Глаза Тэхёна сужаются, когда он замечает сквозь щель в ткани палатки какой-то ящик, дополнительно охраняемый ещё двумя военными. — Похоже у них там что-то важное. Нужно забрать этот ящик, — шепчет Тэхён. — Хосок, что там насчёт поддержки с воздуха? — Удар с воздуха невозможен, учитывая, насколько близко вы все к радиусу поражения. Но вот отвлечь их я могу, — отвечает Хосок. — Действуй. Юнги, Намджун, прикрывайте с флангов. Остальные — за мной, — командует Тэхён.       Отвлекающий манёвр Хосока даёт быстрый и эффективный результат. Рычание мотора летящего очень низко вертолёта эхом разносится над деревьями, привлекая внимание охраны. Тэхён пользуется моментом и ведёт свою группу в быструю, тихую атаку на лагерь.       Схватка с охраной хоть и оказывается ожесточённой, но длится недолго. Команда Тэхёна действует с точностью, нейтрализуя солдат противника и производя при этом минимум шума. Капитан собственноручно вырубает двух охранников парой быстрых и чётких движений, точно рассчитывая применяемую силу. — Намджун, проверь ящик. Юнги, следи, не идёт ли к ним подкрепление, — приказывает он, обводя взглядом периметр на предмет шорохов и посторонних движений. Намджун подходит к ящику с громко стучащим сердцем. Открывая его, он удивлённо распахивает глаза. — Капитан, тебе нужно это увидеть, — зовёт он.       Тэхён подходит к нему, заглядывая в ящик. Внутри небольшой арсенал оружия, созданного по последним разработкам, такой может перевернуть исход любой битвы. — Таких моделей у них быть не должно. Кто-то в этом регионе торгует высокоточным оружием, — на хмуром лице Тэхёна отражается напряжённая работа мысли. — Юнги, есть идея, откуда здесь ноги растут? Тэхён поворачивается к старшему. — Одну секун… Да. На них тут эмблема. Принадлежит оппозиционной фракции. Они тут уже несколько месяцев воду мутят, — отвечает хакер, не отрывая взгляда от экрана. — Хорошо. Оружие забираем с собой и докладываем в штаб. Это всё меняет, — решает Тэхён твёрдо. Подготовив ящик к переносу, они слышат приближающийся шум моторов. Подкрепление уже в пути, и их время на исходе. — Выдвигаемся, бегом! — приказывает Тэхён, и члены группы выстраиваются стройным рядом.       Их оперативное отступление прикрывает густой лес, замыкающихся за их спинами. Противник едва не наступает им на пятки, но команде Тэхёна удаётся успешно добраться до места, несмотря на все риски.       Дойдя до точки эвакуации, они видят, как вертолёт Хосока приземляется, а пилот открывает огонь по приближающемуся на расстояние выстрела противнику, оказывая необходимое прикрытие, пока остальные загружают ящик с оружием. Тэхён бросает на лес последний взгляд, мысленно уже планируя их следующий шаг. — Хорошая работа, парни. Возвращаемся на базу и думаем, что делать дальше, — говорит Тэхён решительно.       Когда они прибывают, наконец, на базу, Тэхён чувствует растекающееся по телу облегчение. Задание успешно выполнено, но ещё очень много вопросов остаётся без ответа.       Позже этой ночью, сидя в штабе, Тэхён возвращается к мыслям о Чонгуке. Он достаёт телефон и отправляет младшему короткое сообщение. Вернулись на базу, всё в порядке. Позвоню, как будет получаться. Скучаю по тебе, Чонгуки.       Нажимая «отправить», он чувствует прилив решимости. Задание может и завершено, но его работа ещё не закончена. И он знает, что несмотря ни на что, у него есть те, кто его ждёт, и те, к кому нужно вернуться.

*******

      Поздно ночью Тэхён наконец находит уединение в своей комнате. Миссия была успешной, но напряжение прошлой недели всё ещё не отпускает. Он вытаскивает свой телефон, благодаря богов за сигнал, и открывает сообщения. Ответ Чонгука уже ждёт его. Чонгук: Я рад, что с тобой всё хорошо, Тэ. Я думаю о тебе, не переставая. Очень скучаю. На сердце у Тэхёна теплеет. Он быстро набирает ответ. Тэхён: Тоже скучаю по тебе, Чонгуки. Неделя была тяжёлой, но мысли о тебе поддерживали меня. Чонгук: С нетерпением жду твоего возвращения. Словно вечность прошла. Тэхён: Обещаю, как только вернусь — мы наверстаем всё упущенное время. Перед следующим сообщением Чонгука воцаряется короткая пауза, в его словах читается очевидная игривость. Чонгук: Я думал о нашем последнем телефонном звонке… Было так горячо, Тэ. Я хочу повторить. Старший задерживает дыхание, а его тело автоматически отзывается на воспоминания их интимного разговора. Тэхён: Боже, Чонгук, я тоже много думал об этом. Ты даже не представляешь, как сильно я хочу тебя сейчас. Чонгук: Кажется, у меня появилась идея. Хочешь покажу кое-что? Тэхён: Спрашиваешь ещё.       Проходит минута, а затем на его телефоне пищит уведомление. Тэхён открывает всплывшее сообщение и чувствует, как из лёгких испаряется сразу весь воздух. На фотографии его красивый парень лежит на кровати, широко раздвинув ноги, его ладонь лежит внизу живота, кончиками пальцев оглаживая кромку белья. На его лице выражение чистого, ничем неприкрытого желания. Чонгук: Что думаешь, кэп? А Тэхён чувствует, как с каждой секундой возбуждается всё больше. Тэхён: Чёрт, Чонгуки, ты такой горячий. Как бы я хотел быть сейчас там, с тобой. Чонгук: А я бы то как хотел. Хочу почувствовать твои руки на себе, хочу показать, как сильно ты нужен мне.       Телефон Тэхёна снова пищит, и на этот раз ему приходит ещё более откровенная фотография. Чонгук стянул свои боксеры, полностью открывая себя. Его пальцы дразняще оглаживают его дырочку, а на лице — абсолютное блаженство. Чонгук: Нравится вид, кэп? У Тэхёна пересыхает в горле, а тело реагирует на увиденное резкой волной жара. Тэхён: Боже, да. Ты такой красивый, Чонгук. С нетерпением жду, когда смогу снова оказаться в тебе. Чонгук: Так хочу тебя, Тэ. Хочу твой член в себе, хочу твои метки на своём теле. Тэхён: Покажи мне больше, малыш. Хочу увидеть, как ты трогаешь себя.       Ещё одно оповещение — на этот раз Чонгук осторожно проталкивает в себя палец. Он лежит, прогнувшись в спине и раскрыв губы в неслышном стоне. Тэхён почти наяву слышит все звуки, которые издаёт его малыш в такие моменты, и эта мысль срывает ему башню. Тэхён: Блять, детка, ты такой охуенный. Как же я хочу растянуть тебя, почувствовать, как ты пропускаешь меня внутрь. Чонгук: Я тоже, Тэхён. Я теку при одной лишь мысли о тебе.       Тело старшего горит огнём, а собственное возбуждение становится нестерпимым. Он быстро расстёгивает штаны, высвобождая свой член и оборачивая вокруг него ладонь. Тэхён: Я тоже ласкаю себя, малыш. Думаю о том, какой ты узкий, о том, как в тебе хорошо. Чонгук: Мне так тебя не хватает, Тэхён. Внутри так пусто. Тэхён: Скоро, Чонгук. Обещаю, скоро. Чонгук: А до тех пор, капитан, заставь меня кончить.       Тэхён быстрее двигает ладонью, не отрывая взгляд от экрана, когда Чонгук присылает очередные фото. На этот раз его палец полностью внутри, двигается туда-обратно, а на лице младшего чистый кайф. Тэхён: Ты просто идеален, Чонгук. Хочу увидеть, как ты кончаешь. Чонгук: Представь это, Тэ. Представь, как я кончаю, сжимая твой член в себе.       Эта мысль становится пределом. Ладонь Тэхёна ускоряется, дыхание становится чаще. Он почти вживую ощущает тело Чонгука под собой, его узкий и жадный жар вокруг своего ствола. Их наслаждение сливается воедино несмотря на расстояние. Тэхён: Я близко, Чонгук. Скоро кончу. Чонгук: Я тоже. Давай вместе.       И с последним отчаянным движением ладони Тэхён доходит до разрядки, содрогаясь от силы оргазма. Его глаза остаются прикованы к фотографиям, на которых Чонгук ласкает себя.       Следующее сообщение младшего оказывается коротким видео, запечатлевающим момент его оргазма. Вид теряющегося в удовольствии младшего, его стоны и пальцы, толкающиеся внутрь… Тэхён не сдерживается, и его член извергает из себя очередную порцию спермы. Тэхён: Ты потрясающий, малыш. Скоро мы сможем с тобой это повторить при личной встрече. Чонгук: Я жду, Тэхён. И очень скучаю. Тэхён: Скоро, малыш. Потерпи ещё чуть-чуть. Чонгук: Сдержи своё слово, капитан. Тэхён: Сладких снов, Чонгуки. Буду думать о тебе. Чонгук: Взаимно, Тэ. Спокойной ночи.       Когда Тэхён откладывает телефон в сторону, его охватывает чувство спокойствия. Между ними по-прежнему большое расстояние, но сейчас оно уже не кажется таким непреодолимым. Они есть друг у друга, пусть пока и всего лишь как картинка на экране телефона. И скоро они снова будут вместе.       Следующий день Тэхён и его команда начинают с новой целью. Они успешно перехватили из рук противника партию передового оружия и сорвали планы оппозиционеров, но ещё многое предстоит сделать. — Так, парни, планёрка через десять минут, — объявляет Тэхён громко. Он бросает взгляд на часы, уже планируя поездку в Тэгу, а оттуда — в Пусан. Сперва ему нужно повидаться с сыном, а затем провести время с Чонгуком. Пока команда готовится к совещанию, Хосок и Намджун присоединяются к Тэхёну, готовясь доложить о том, что узнали. — Перехваченный нами контейнер с оружием предназначался для крупного наступления против наших союзных сил в регионе. Благодаря нашему вмешательству мы нарушили их линию снабжения и купили нашим союзникам драгоценное время для перегруппировки и укрепления обороны, — докладывает Намджун в своей как всегда точной и профессиональной манере. — Хорошая работа, ребята. Это задание было очень важным, и мы блестяще с ним справились. Теперь давайте передадим всё оружие для дальнейшего изучения. Можете идти, — заключает Тэхён, кивая. Когда солдаты расходятся, Хосок подходит к нему со знающей улыбкой. — Ну, какой план, кэп? Сперва в Тэгу? — Да, нужно увидеться с Тэджином. Я так по нему скучаю, не представляешь. А потом поеду в Пусан и проведу время с Чонгуком, — отвечает Тэхён, а по его лицу расползается тёплая улыбка при мысли о скорой встрече с сыном и Чонгуком. — Поезжай, не торопись. Мы за всем здесь проследим. Просто… хорошо отдохни в кои-то веки, — говорит Хосок, хлопая Тэхёна по плечу. — Спасибо, Хобс, постараюсь, — отвечает тот, благодарно кивая.       Через несколько часов Тэхён сидит в поезде, везущем его в Тэгу, а в его голове вихрь радости и предвкушения. Он с нетерпением ждёт, когда сможет обнять Тэджина и заверить, что с ним всё хорошо. А после он наконец вновь увидится с Чонгуком.       Когда он приезжает в Тэгу, он сразу же едет в дом родителей. Проезжая по знакомому району, он чувствует, как по телу расходятся волны умиротворения. Здесь его дом, здесь его сердце. — Папочка! — приветствует его радостный вскрик Тэджина, стоит ему только открыть дверь. Маленький мальчик бежит ему навстречу, протягивая руки. — Привет, солнце! — Тэхён подхватывает ребёнка на руки и крепко прижимает к себе. — Я так по тебе скучал. — Я по тебе тоже, папочка, — отвечает Тэджин, сжимая в маленьких ручках футболку отца. Родители Тэхёна наблюдают за их воссоединением с нежными улыбками. Мама подходит ближе, тепло смотря на сына и внука. — С возвращением домой, Тэхён. — Спасибо, мам. Так хорошо быть дома, — отвечает он, обнимая женщину.       Следующие два дня Тэхён не расстаётся с сыном ни на минуту, стараясь наверстать время своего отсутствия на работе. Они играют в игры, гуляют в парке и строят сложные архитектурные проекты из лего. Тэхён читает сыну его любимые сказки перед сном, пока они оба не засыпают, маленькая ручка ребёнка крепко сжимает его футболку. На третий день, собираясь в Пусан, Тэхён просит родителей спуститься в гостиную для разговора. — Спасибо, что разрешили остаться и спасибо, что присматриваете за Тэджином, — говорит Тэхён благодарно. — Мы тебе всегда рады, сынок. Просто будь осторожен и не пропадай, — мягко говорит его отец. — Обязательно, пап. И я скоро вернусь, — обещает Тэхён, обнимая родителей и целуя Тэджина на прощание.       Садясь на поезд до Пусана, Тэхён чувствует, как предвкушающе ускоряет свой ритм его сердце. Он столько ждал встречи с Чонгуком, и мысль о том, что следующие несколько дней он проведёт с ним, наполняет его радостью.

*******

      Когда Тэхён выходит из поезда в Пусане, он делает глубокий вдох и подставляет лицо приятному морскому бризу. Он быстро добирается до квартиры Чонгука, шагая тем быстрее, чем ближе нужный ему дом.       Он стучит в дверь, чувствуя, как собственное сердце в это время стучит о грудную клетку. Спустя несколько мгновений, дверь открывается, и на пороге стоит Чонгук, глаза которого при виде Тэхёна загораются радостью. — Тэ! — вскрикивает он, утягивая старшего в крепкие объятия. — Привет, Чонгуки, — шепчет Тэхён, утыкаясь лицом в его шею. — Я так скучал по тебе. — И я по тебе, — отвечает Чонгук, захлёбываясь эмоциями. Он слегла отстраняется и сжимает лицо Тэхёна в ладонях. — Заходи.       Они проходят внутрь, захлопывая дверь. И как только они остаются наедине внутри защищающих их от посторонних глаз стен, губы Чонгука впечатываются в тэхёновы, целуя его с яростной, отчаянной страстью, наполненной тоской и желанием последних недель.       Тэхён охотно отвечает, скользя ладонями по спине младшего и прижимая его ближе. Они углубляют поцелуй, сплетаясь языками и теряясь друг в друге.       Когда они наконец отстраняются, оба красные от нехватки кислорода. Чонгук упирается лбом в лоб Тэхёна, его глаза светятся счастьем. — Я так рад, что ты здесь, — шепчет Чонгук. — Я тоже, — отвечает Тэхён столь же мягким голосом. — Я так мечтал об этом моменте. — Давай не будем больше тратить время зря, — говорит Чонгук, беря старшего за руку и ведя в спальню.       Оказавшись внутри, Тэхён несколько мгновений любуется открывшимся перед ним видом. Чонгук выглядит потрясающе, его большие глаза темнеют от желания, а тело предвкушающе напрягается. — Иди ко мне, — шепчет Тэхён, утягивая Чонгука в свои объятия. Он вновь целует его, медленно и глубоко, наслаждаясь вкусом его губ.       Чонгук мягко стонет, проскальзывая руками под футболку старшего и оглаживая твёрдые мышцы. Тэхён в ответ на долгожданные прикосновения вздрагивает, желание его с каждой секундой растёт всё быстрее. — Чёрт, детка, я так скучал по твоим стонам. Позволь мне трахнуть тебя, пожалуйста, мне так нужно… Хочу заполнить тебя своим членом… Эти грязные слова застают младшего врасплох, срывая с его губ громкий стон. — Пожалуйста…       Чонгук растворяется в новом поцелуе, вплетая пальцы в волосы Тэхёна и двигая языком ему навстречу. Ощущение горячего тела младшего, прижимающегося к его собственному, и жар, волнами расходящийся меж ними, сводят с ума. Тэхён чувствует возбуждение Чонгука, твёрдое и настойчиво прижимающееся к его бедру, как в зеркале отражающее его собственное состояние.       Не разрывая поцелуй, старший делает несколько шагов по направлению к кровати, подталкивая Чонгука, ладонями продолжает оглаживать его спину, скользя по его напряжённым мышцам. Когда ноги младшего упираются в кровать, Тэхён мягко толкает его на неё и забирается следом сам, так и не разрывая поцелуй.       Чонгук выгибается навстречу прикосновениям Тэхёна, сжимая его плечи и притягивая ближе, отчаянно стараясь слиться с ним воедино. Старший повинуется во всём, всем телом прижимаясь к Чонгуку и потираясь своими бёдрами о его. Трение вырывает из обоих стоны, эхом разносящиеся по комнате. — Ты нужен мне, Тэхён, — дрожащим голосом выдыхает Чонгук. — Боже, Чонгук, — ты не представляешь, как мне тебя не хватало, — отзывается Тэхён.       Он оставляет дорожку поцелуев вдоль шеи младшего, мягко покусывая чувствительную кожу и вырывая несдержанные вздохи из его горла. Руки Тэхёна цепляются за подол футболки младшего и тянут её вверх. Чонгук поднимает руки, позволяя ему стянуть футболку через его голову и отбросить в сторонку.       На несколько мгновений Тэхён просто замирает, с обожанием смотря на Чонгука. Грудь того тяжело вздымается, а лицо раскраснелось от возбуждения. Татуировки, украшающие его правую руку, ярко контрастируют с его светлой кожей, делая его ещё притягательнее. Тэхён наклоняется ближе, языком обводя рисунок из чернил.       Чонгук вздрагивает под его прикосновениями, его руки стискивают простыни, пока сам он выгибается навстречу поцелуям. Рот Тэхёна находит один из его сосков, принимаясь мягко посасывать и покусывать, вырывая из младшего тихие стоны. Он продолжает купать грудь Чонгука в своих ласковых прикосновениях, переходя от одного соска к другому, отчего они в конце концов становятся красными и очень чувствительными. — Тэхён, пожалуйста, — умоляет Чонгук, переходя на отчаянный скулёж.       Тэхён поднимает на него взгляд, смотря в глаза. И жажда, которую он в них видит, крошит его выдержку в порошок. Он спускается вдоль тела Чонгука вниз, вылизывая и целуя каждый сантиметр кожи до тех пор, пока не доходит до пояса его джинсов. Его пальцы ловко расстёгивают пуговицу и молнию, стягивая джинсы вниз вместе с бельём и высвобождая его маленький твёрдый член. — Чёрт, детка, ты купил себе пробочку… Розовая милая пробочка для твоей милой маленькой дырочки, малышка… Я уделю ей должное внимание, но до тех пор у меня ещё очень больше планы на тебя.       Чонгук шипит, когда прохладный воздух касается его разгорячённой кожи, но дискомфорт быстро сменяется удовольствием, когда Тэхён берёт его член в рот. — Чёрт, Тэ, — втягивает воздух Чонгук, вплетая пальцы в волосы старшего и слегка подаваясь бёдрами вверх.       Тэхён мычит вокруг его члена, вибрации посылают разряды электричества по телу младшего. Он вбирает член до конца и обводит языком головку, глотая солоноватую смазку, а затем обхватывает рукой основание и надрачивает в темп глотательным движениям.       Дыхание Чонгука становится глубже, его тело дрожит от того, как старательно он сдерживает себя. Тэхён чувствует, как младший приближается к краю, крепче вцепляясь в его волосы. — Тэхён, я скоро… — Чонгук пытается предупредить, но обрывает сам себя задушенным стоном, кончая в податливый тэхёнов рот.       Старший жадно глотает, его глаза неотрывно смотрят на лицо Чонгука, наблюдая за тем, как его черты искажает наслаждение. Когда младший наконец приходит в себя, Тэхён сглатывает вокруг него последний раз и выпускает его член изо рта, тут же поднимаясь к его лицу и утягивая в медленный глубокий поцелуй.       Чонгук чувствует свой вкус на губах старшего, что лишь заставляет возбуждение в нём разгореться по новой. Он чувствует, как возбуждение Тэхёна прижимается к его бедру, и тянется рукой вниз, сжимая его через ткань и нежно поглаживая. — Твоя очередь, — шепчет Чонгук Тэхёну в губы, по-прежнему тяжело дыша.       Тэхён стонет, прикосновение ладони младшего посылает по телу искорки удовольствия. Он отстраняется, в спешке стаскивая собственную одежду, чтобы поскорее почувствовать руки Чонгука на своей обнажённой коже.       Когда он наконец остаётся обнажён, Тэхён забирается обратно на постель и устраивается между раздвинутых бёдер Чонгука. Он наклоняется ниже, утягивая парня в глубокий поцелуй, их тела крепко сплетаются, кожа к коже.       Чонгук стонет ему в губы, ладонями шаря по его широкой спине и сжимая его крепкие мышцы. Он оборачивает ноги вокруг талии старшего и притягивает его ближе к себе, отчего их возбуждённые члены потираются друг о друга. — Пожалуйста, Тэхён, — шепчет Чонгук отчаянно.       Тэхён тянется к тумбочке, нащупывая бутылочку смазки, которую, как ему известно, Чонгук хранит там. Свободной рукой капитан берётся за пробку, массирующими движениями пальцев ведя по основанию. Чонгук вскрикивает от двойного натиска и крупно вздрагивает всем телом. Тэхён берёт пробку за основание и медленно, сантиметр за сантиметром, вытаскивает, отбрасывая в сторону и заменяя собственным пальцем. — Расслабься, малыш, — шепчет Тэхён, оставляя на губах младшего мягкий поцелуй.       Чонгук кивает, его тело расслабляется под прикосновениями Тэхёна. Старший медленно проталкивает в него палец, чувствуя жаркую узость, охотно утягивающую его глубже. Он нежно двигает пальцем туда-обратно, затем добавляет второй, осторожно растягивая Чонгука. — Боже, Тэхён, ещё, — умоляет младший, загнанно дыша.       Тэхён подчиняется, добавляет третий палец, раздвигая фаланги внутри на манер ножниц, чтобы лучше разработать и подготовить Чонгука. Когда он чувствует, что младший готов, он пальцы вытаскивает и вновь тянется за лубрикантом, чтобы смазать собственный член.       Он пристраивается ко входу младшего и замирает, глядя ему в глаза. Доверие и желание, которые он в них видит, творят с его сердцем что-то невероятное. — Готов, малыш? — мягко спрашивает Тэхён, обдавая ухо младшего горячим дыханием. — Да, Тэ. Я готов. Хочу тебя, — отвечает Чонгук, и несмотря на то, что всё тело его дрожит, его голос остаётся твёрдым и уверенным.       Тэхён медленно толкается внутрь жара его тесных стенок, сантиметр за сантиметром погружаясь в него. Дыхание Чонгука сбивается, его ладони цепляются за плечи Тэхёна, пока тот входит в него до конца. На несколько секунд старший останавливается, позволяя Чонгуку привыкнуть к растяжке, а затем начинает двигаться, совершая медленные, уверенные толчки.       Голова Чонгука откидывается на подушки, а рот раскрывается в немом крике удовольствия. Движения Тэхёна размеренные, каждый толчок проходится по простате, отчего в глазах младшего темнеет. Ладони Тэхёна скользят по всему его телу, поглаживая и дразня, сводя с ума от дикого желания. — Чёрт, Тэ, вот здесь, — выдыхает Чонгук, двигая бёдрами навстречу его толчкам. — Не останавливайся, пожалуйста, только не останавливайся.       Тэхён ускоряется, от силы его толчков комната заполняется влажными звуками шлепков кожи о кожу, сливаясь воедино с их стонами и вздохами. Тэхён оборачивает ладонь вокруг члена младшего, надрачивая ему в такт собственным толчкам. — Ты совершенство, Чонгук, — шепчет Тэхён, глядя на него полным эмоций взглядом. — Такой красивый, такой узкий внутри. Я готов вечность не отрываться от твоего тела. Чонгук весь напрягается, чувствуя, как с каждым толчком и движением руки по члену приближается его разрядка. — Тэ, я так близко, — всхлипывает он, жмурясь. — Прошу, дай мне кончить. — Кончи для меня, малыш, — рычит Тэхён, ощущая приближение собственного оргазма. — Кончай.       И с последним, отчаянным толчком внутрь тело Чонгука выгибает на постели, а его член пульсирует в ладони Тэхёна, когда он кончает, забрызгивая их обоих спермой. Тэхён достигает разрядки через пару секунд, вгоняя член максимально глубоко и заполняя Чонгука своим семенем.       Они лежат так несколько минут, отходя от полученного оргазма. Тэхён часто дышит, прижимаясь лбом ко лбу Чонгука и приходя в себя. — Это было… потрясающе, — тяжело дыша, говорит Чонгук с благоговением. — Да, это точно, — соглашается Тэхён.       Они лежат в кровати, наслаждаясь объятиями друг друга, и Тэхён знает, что это лишь начало их истории. Они уже успели столкнуться с трудностями на своём пути и успели их преодолеть, теперь они есть друг у друга. Будущее туманно, но если рядом с ним будет Чонгук, Тэхён готов преодолеть любое препятствие. — Мне кажется, я влюбляюсь в тебя. — Да что ты говоришь, как раз после всего, чем мы только что занимались, — смеётся Чонгук, оставляя поцелуй на щеке Тэхёна. — Да… — Мне кажется, что я тоже в тебя влюбляюсь, капитан Ким… И они сплетаются в нежном поцелуе, пока из окна на них льётся лунный свет.

*******

      На следующее утро, когда солнце медленно восходит в небе над Пусаном, отбрасывая на город свои тёплые сияющие лучи, Тэхён и Чонгук уже встали и готовятся к новому дню. Тэхён приготовил Чонгуку сюрприз — кое-что, что он хотел сделать вместе с ним с тех пор, как вернулся с последнего задания. — Куда мы идём? — спрашивает Чонгук, с любопытством глядя на собирающегося Тэхёна. — Увидишь, — отвечает Тэхён с загадочной улыбкой. — Просто доверься мне.       После быстрого завтрака они выходят из дома, и Тэхён везёт их на военную базу. С каждым проносящимся мимо километром Чонгук становится всё нетерпеливее, пытаясь угадать, что его ждёт. Когда они приезжают на базу, Тэхён проводит Чонгука через контрольно-пропускной пункт и в центр штаба. — Вау, потрясающее место, — говорит Чонгук, поражённо разглядывая впечатляющую инфраструктуру военной базы и солдат, спешащих по своим делам. — Добро пожаловать в мой мир, — с гордостью объявляет Тэхён. — Но не это мой сюрприз. Пойдём.       Они проходят к вертолётной площадке, где их ждёт военный вертолёт. Глаза Чонгука расширяются в удивлении и радости, когда он, наконец, понимает, что задумал Тэхён. — Мы правда полетим на нём? — спрашивает Чонгук с благоговением. — Так точно, — подтверждает Тэхён, улыбаясь шире. — Я подумал, что тебе понравится вид на побережье с высоты птичьего полёта. Это одна из самых красивых вещей, которые ты когда-либо увидишь.       Сердце Чонгука ускоряет свой ритм от радости, когда он следует за Тэхёном к вертолёту. Они забираются внутрь, и Тэхён помогает Чонгуку с ремнями и наушниками. Когда они оба готовы, Тэхён даёт сигнал пилоту, который начинает проверять вертолёт перед полётом.       Когда лопасти вертолёта начинают вращаться, взбивая порывы сильного ветра в вату, Чонгук чувствует волнение пополам с предвкушением. Он тянется и берёт Тэхёна за руку, крепко сжимая её в своей. — Готов? — спрашивает Тэхён, его голос младший слышит через наушники. — Готов, — отвечает Чонгук, смотря на него с нетерпением.       Вертолёт легко отрывается от земли, взмывая в чистое голубое небо. Чонгук с раскрытым ртом смотрит на то, как сперва военная база, а затем и районы самого города становятся всё меньше, а вид простирается на многие километры вокруг. Пилот ведёт вертолёт к побережью, и вскоре они уже летят над сверкающими водами Японского моря. — Потрясающе, — полным восхищения голосом говорит Чонгук, разглядывая открывающийся взгляду вид. Побережье растягивается прямо под ними, со всеми скалистыми уступами, чистыми пляжами и бесконечным морским простором. — Я рад, что тебе нравится, — отвечает Тэхён, не сводя глаз с восторженного выражения лица младшего. — Я хотел разделить эту красоту с тобой, это один из моих самых любимых видов.       Пролетая над побережьем, вертолёт спускается ниже, открывая их глазам ещё лучший вид на пейзаж. Чонгук видит, как волны разбиваются о скалы, видит богатую растительность прибрежных лесов и маленькие деревушки, ютящиеся на побережье. — Посмотри сюда, — говорит Тэхён, указывая на уединённый пляж с кристально-чистой водой. — Это одно из самых красивых и безмятежных мест здесь. Мало кто о нём знает. — Оно завораживает, — говорит младший, с упоением рассматривая красоту вокруг и чувствуя признательность к сидящему рядом мужчине, благодаря которому ему довелось увидеть всё это.       Они продолжают облёт береговой линии, с вертолёта открывается уникальный вид на природную красоту этих мест. И когда они, наконец, разворачиваются в сторону базы, Чонгук чувствует, как его переполняют эмоции от этой короткой, но удивительной поездки. — Спасибо, кэп, — благодарно говорит он. — Это было потрясающе. Я этого никогда не забуду. — Не за что, — отвечает Тэхён, чувствуя, как сердце в груди наполняется счастьем. — Я хотел показать тебе что-то особенное, что-то, что очень многое значит для меня. И я очень рад, что тебе понравилось.       Когда вертолёт приземляется, они выбираются из кабины, в груди обоих всё ещё гулко стучат сердца. Они идут обратно к машине Тэхёна, по-прежнему во власти их небольшого чарующего приключения. — Поверить не могу, что мы только что это сделали. Словно это был прекрасный сон, — говорит Чонгук с широкой улыбкой, когда они отъезжают от базы. — Ну, это ещё не всё, — говорит Тэхён, бросая на младшего взгляд с игривой улыбкой на лице. — Наш день ещё не подходит к концу.       Чонгук от этих слов чувствует ещё больший прилив радостного предвкушения. Полёт на вертолёте сам по себе уже незабываемый опыт, и он с нетерпением ждёт, какие ещё сюрпризы приготовил дня него Тэхён.       Они едут вдоль берега, в конце концов останавливаясь в уединённом месте, которое старший упоминал во время полёта. Это тот самый красивый пляж, который они видели с высоты птичьего полёта, а теперь до него рукой подать. — Вблизи это место ещё более красивое, — говорит Чонгук, восторженно глядя на чистую голубую воду и никем нетронутый песок.       Тэхён ведёт его к месту, укрытому в тени большого дерева, где они устраивают маленький пикник. Они проводят остаток дня, наслаждаясь компанией друг друга, болтая, смеясь и купаясь в умиротворяющей красоте окружающей природы.       Когда солнце начинает клониться к закату, омывая пляж тёплыми золотистыми лучами, Тэхён притягивает Чонгука к себе, обнимая за плечи. — Спасибо большое тебе за сегодня, Тэхён, — говорит младший, укладывая голову ему на плечо. — Всё было просто идеально. — Я рад, что тебе понравилось, — отвечает Тэхён полным нежности и ласки голосом. — Ты заслуживаешь самого лучшего, Чонгуки. И я обещаю, что таких дней у нас впереди будет ещё очень много.       Они вместе любуются закатом — небо окрашено в оттенки розового и оранжевого, а их сердца переполнены счастьем и удовлетворением. Прошедший день стал для них идеальным смешением приключений и романтики, как доказательство их крепнущей с каждым днём связи.       Когда на ночном небе загораются звёзды, Тэхён и Чонгук потихоньку собирают вещи и возвращаются к машине, воспоминания о сегодняшнем наполненном приключениями дне навечно останутся в их сердцах.       С каждым новым днём их связь становится всё крепче, их любовь расцветает, превращаясь в нечто по-настоящему прекрасное и долговечное.

Пять месяцев спустя

      Последние пять месяцев превращаются для Тэхёна и Чонгука в водоворот энергии и эмоций. Они налаживают комфортную рутину, балансируя между суровыми требованиями военных обязанностей Тэхёна и их зарождающейся, но уже цветущей маленькой семьёй. Дни Тэхёна заполнены интенсивными тренировками, стратегическим планированием и редкими миссиями с, как всегда, высокими ставками, выходные отведены для его любимого сына, но их ночи всегда только друг для друга — святилище любви и близости среди хаоса.       Тэхён всегда с большим нетерпением ждёт каждую встречу с Чонгуком, наполненную умиротворением и привязанностью. Младший становится для него источником спокойствия и радости, привязывая его к себе как никто и никогда до него. Связь между ними становится всё сильнее и глубже, и Тэхён знает, что то, что у него с Чонгуком, — особенное, настоящее.       Чонгук же со своей стороны приспосабливается к непредсказуемому темпу жизни Тэхёна с удивительной лёгкостью. Свои дни он проводит, работая над своими цифровыми проектами по дизайну или проводя игровые стримы, но все его ночи — только для Тэхёна. Время, которое они проводят вместе, становится очень ценной частью его жизни, источником вдохновения и счастья, который распаляет его творческую натуру. Однажды вечером, когда они лежат, сплетясь телами на простынях, после интенсивного и страстного занятия любовью, Чонгук поднимает на Тэхёна задумчивый взгляд. — Тэхён, знаешь, я уже давно об этом думаю… — начинает он мягко и осторожно. Тэхён убирает выбившуюся прядь волос с лица младшего и обращает на него свой полный обожания взгляд. — И о чём же, Чонгуки? — Я тебя люблю, — говорит Чонгук.       Дыхание Тэхёна сбивается от внезапного признания младшего. Сердце принимается дико стучать в его груди от смеси радости и облегчения. Он наклоняется ближе, ловя губы Чонгука в нежном, страстном поцелуе, пытаясь передать через него всё, что чувствует в эту секунду. — А я люблю тебя, Чонгуки, — шепчет Тэхён ему в губы со всей своей искренностью. — Уже довольно давно. Взгляд младшего загорается счастьем, когда он притягивает старшего ближе, сплетаясь своим телом с его. — Я так рад это слышать, Тэ. Я боялся, что прошло слишком мало времени для подобного признания, но я больше не мог держать его в себе. Тэхён улыбается, его сердце переполнено любовью к молодому человеку, которого он крепко сжимает в своих объятиях. — Не может быть слишком рано, если твои чувства сильны. Ты стал столь важной частью моей жизни, и я уже не могу представить своё будущее без тебя. А ещё я бы хотел на этих выходных познакомить тебя с Тэджином. Глаза Чонгука расширяются от удивления и восторга. — Правда? Ты хочешь познакомить меня с ним? — Да, хочу, — говорит твёрдо и искренне. — Он — самый важный человек в моей жизни, а ты занимаешь место прямо рядом с ним и… я хочу, чтобы он узнал тебя. Я хочу, чтобы мы стали семьёй, Чонгуки.       Эмоции младшего бьют через край, и он вновь наклоняется, чтобы поцеловать Тэхёна, их губы встречаются в медленном, нежном поцелуе. — Я бы очень хотел встретиться с ним, Тэ. Спасибо, что доверяешь мне.       В следующие выходные Тэхён сообщает родителям, что с ним в Тэгу приедет Чонгук. Поездка туда переполняет Чонгука смешением предвкушения и нервозности, ведь он понимает, насколько эта встреча важна для них обоих. Когда они приезжают, Тэджин бежит навстречу отцу, его лицо освещает широкая счастливая улыбка. — Папочка! — вскрикивает он, бросаясь в объятия Тэхёна. Они с Чонгуком обмениваются взглядами и усмехаются. Это прозвище в своём роде… особенное, возможно Чонгуку стоит перестать называть его так. — Привет, приятель, — говорит Тэхён, поднимая ребёнка на руки и крепко обнимая. — Я скучал по тебе. Тэджин с любопытством смотрит на Чонгука, который стоит рядом с тёплой улыбкой на лице. — Кто это? — спрашивает он, смотря на гостя широко распахнутыми глазами. — Это Чонгук, — мягко говорит Тэхён, опуская сына на землю. — Он мой очень особенный друг. Поздороваешься? — Привет, Чонгук, — робко говорит мальчик, цепляясь за ногу отца. — Привет, Тэджин, — отвечает тот, опускаясь на корточки, чтобы быть с ребёнком на одном уровне глаз. — Рад познакомиться с тобой. Твой папа столько всего о тебе рассказывал. Глаза мальчика загораются при упоминании в разговоре отца. — Прада? Что он говорил? — Ну, он рассказывал мне, какой ты умный и смелый, — говорит Чонгук, улыбаясь шире. — И про то что ты очень любишь собирать лего и читать истории. Вся робость Тэджина словно в один миг улетучивается, он ярко отсвечивает своей детской улыбкой, глядя на Чонгука. — Я люблю лего! Ты тоже любишь? — Конечно. Может чуть позже построим что-нибудь вместе, что думаешь? — предлагает Чонгук, с энтузиазмом кивая. — Да! — радостно вскрикивает мальчик. — Папочка, можно? Он поворачивается к Тэхёну, глядя на него своими сияющими глазами. — Конечно, приятель, — отвечает тот, ероша волосы сына. — Может тогда зайдём внутрь и сразу приступим?       После нетерпеливого согласия Тэджина Тэхён ведёт их обоих в дом, держа сына за руку, пока Чонгук идёт прямо за ними. Тепло и уют семейного очага оборачивают их словно в мягкое одеяло, отчего Чонгук, несмотря на все переживания, расслабляется.       В следующую секунду, однако, на его лице появляется удивление, граничащее с шоком, когда он оглядывает большой роскошный, но при этом тёплый и гостеприимный дом. — Кэп, сколько же ты зарабатываешь? Продаёшь ядерное оружие? — Моя семья владеет одним из военных заводов. — Чего?! — Да, я, эм… попозже расскажу.       Родители Тэхёна ждут их в гостиной, их лица озаряются приветливыми улыбками, стоим им увидеть сына и внука. Чонгук чувствует, как его омывает волна облегчения — их тепло и дружелюбие сразу располагают его к ним. — Мам, пап, это Чонгук, — представляет его Тэхён со смесью гордости и нежности в голосе. — Чонгук, это мои родители. Чонгук делает шаг вперёд, приветственно протягивая руку. — Очень рад познакомиться с вами обоими. Спасибо, что пригласили. Мама Тэхёна, миссис Ким, первой пожимает ему руку. Её хватка твёрдая, но приветливая, а в глазах женщины любопытство. — Очень рада познакомиться с тобой, Чонгук. Мы столько о тебе слышали. Мистер Ким, отец Тэхёна, следует примеру жены, его рукопожатие столь же тёплое и радушное. — Добро пожаловать, Чонгук. Чувствуй себя как дома. — У тебя много татуировок. Как тебе удалось найти работу? – осматривает его мужчина. — Я фрилансер, сэр. — Это потому, что тебя никто не нанимает? Чонгук издаёт нервный смешок, чувствуя внезапное напряжение. — Нет, сэр. Это мой выбор. Я люблю свободу, которая с этим сопряжена. Это позволяет мне работать над разнообразными проектами из разных сфер и самовыражаться через творчество. Мистер Ким кивает, по-прежнему внимательно оглядывая Чонгука. — Интересно. Руки у тебя на вид крепкие, но сам ты слегка худощав. Если пойдешь в армию, то и дня там не протянешь.       И только Тэхён готовится вмешаться, начиная злиться, Чонгук берёт его за руку, переплетая их пальцы, чтобы его успокоить, и вежливо улыбается, пытаясь держать лицо, несмотря на то, как его изучают. — Ну, сэр, я отношусь с большим уважение к тому, чем занимается Тэхён. Дисциплина и сила, которые для этого требуются, — невероятны. Миссис Ким чувствует напряжение и мягко вступает в разговор. — Почему бы нам всем не присесть и не выпить чаю? Чонгук, ты потом присоединишься к Тэхёну и Тэджину в постройке лего? Тэджину эта затея очень понравилась. — Для меня это в радость, спасибо, — говорит Чонгук, про себя благодаря женщину за смену темы.       Следующие несколько часов проходят в тёплой и уютной дымке. Чонгук быстро налаживает отношения с Тэджином, который с радостью хвастался своими навыками в построении лего. Тэхён наблюдает за ними с улыбкой, а в груди с каждым ударом сердца гулко бьётся любовь к сыну и Чонгуку.       После ужина, когда Тэхён укладывает мальчика в кровать и рассказывает сказку на ночь, они с Чонгуком остаются одни в гостиной. Тишина дома позволяет им насладиться моментом близости, шансом побыть наедине после насыщенного событиями дня. Тэхён притягивает Чонгука ближе, обнимая и упираясь подбородком ему в макушку. — Спасибо тебе за сегодня. То, что ты так быстро подружился с Тэджином, очень много значит для меня. Извини за расспросы отца, я поговорю с ним. Чонгук улыбается, глядя на него. — У тебя очень милый ребёнок, Тэ. И твои родители тоже очень приятные люди. Твой отец, конечно, слегка пугает, но думаю, я с ним справлюсь. Тэхён усмехается, целуя Чонгука в лоб. — Это он только поначалу такой. Он лишь хочет убедиться, что ты достаточно хорош для его сына и внука. А я уже знаю, что ты ещё лучше. Чонгука переполняют эмоции, и он тянется к Тэхёну, оставляя ласковый поцелуй на его губах. — Я люблю тебя, Тэ. И я сделаю всё, что потребуется, чтобы доказать, что я всегда буду с тобой и на твоей стороне.       Так они и стоят, наслаждаясь объятиями друг друга. Будущее кажется ярким и многообещающим. Их любовь лишь крепнет с каждым новым днём, и они знают, что вместе справятся с любыми трудностями, которые могут возникнуть на их пути.       Следующие несколько месяцев превращаются в водоворот событий, пока Тэхён и Чонгук продолжают строить совместную жизнь. Выходные они проводят с Тэджином, гуляют, ходят в походы и создают воспоминания на всю жизнь. Отношения Чонгука с родителями Тэхёна постепенно всё улучшаются, его преданность их семье обоих несказанно подкупает.       Одним вечером, когда они сидят на диване в квартире Чонгука, Тэхён поворачивается к младшему с серьёзным выражением на лице. — Чонгук, я давно думал… Я хочу, чтобы мы жили вместе. Я знаю, что это большой и серьёзный шаг, но что-то подсказывает мне, что так будет правильно. Я хочу, чтобы мы жили как семья, под одной крышей. Сейчас я подыскиваю дом, предложений много, все они недалеко от Пусана, в пригороде, некоторые в пяти минутах ходьбы от пляжа… Как ты на это смотришь? — Как я на это смотрю? Ты что, шутишь? Конечно, я согласен! — восклицает Чонгук, бросаясь в объятия Тэхёна. — Я хочу перевезти к нам Тэджина, если ты не против… Знаешь, ты сам на это подписался, я часть акции «покупаешь одного, второй в подарок», — смеётся Тэхён. — Глупый, конечно, я хочу, чтобы он жил с нами. Я буду заботится о нашем мальчике, когда ты будешь на выездах, — улыбается младший. Тэхён чувствует, как любовь к Чонгуку в нём переливается через край, стоит тому назвать его сына «нашим». — Тогда решено, — говорит Тэхён, утягивая Чонгук в глубокий, полный любви поцелуй. — Мы вместе посмотрим варианты домов и найдём тот, что подойдёт нашей семье лучше всего.       Когда они вот так планируют своё совместное будущее, их радость и предвкушение почти физически ощутимы. Следующие несколько выходных они осматривают разные варианты жилья, каждый приближает их к дому их мечты. Глаза Чонгука загораются каждый раз, когда он узнаёт, что в доме есть просторная комната, которую можно превратить в творческую студию, а Тэхён обращает внимание на то, чтобы к дому прилагался участок, где Тэджин мог бы играть.       И вот одним субботним днём они его находят — красивый дом недалеко от пляжа, с большим задним двором, естественным освещением и достаточным количеством комнат, каждую из которых Тэхён, Чонгук и Тэджин могли бы преобразовать в своё личное пространство. Когда они впервые заходят внутрь, они сразу понимают, что это то, что они так долго искали. — Это он, да? — с благоговением в голосе говорит Чонгук, любуясь тем, как естественный свет освещает гостиную. — Он, — соглашается Тэхён, довольно улыбаясь. — В этом доме мы будем строить нашу жизнь.       Они не теряют времени, а сразу принимаются за оформление документов, и уже через месяц въезжают в свой новый дом. Первая ночь на новом месте превращается в праздник, наполненный смехом, любовью и обещанием яркого будущего. Они заказывают доставку еды, едят на полу среди моря нераспакованных коробок и говорят до поздней ночи о совместных мечтах и планах.       Дни идут, и их новая жизнь потихоньку приобретает форму. Тэджин быстро привыкает к новому месту, его смех наполняет большой дом, когда он играет на площадке на заднем дворе или в своей новой комнате. Чонгук организует свою арт-студию, находя вдохновение в красивой природе вокруг и в любви, наполняющей их дом. Тэхён балансирует между своей работой на военной базе и ролью отца и партнёра, находя в их семейной жизни покой и удовлетворение.       В один из вечеров, когда Тэджин уже уходит к себе спать, Тэхён и Чонгук сидят на заднем крыльце, наблюдая за тем, как солнечный диск мерно скрывается в водах океана. Небо окрашено яркими оттенками оранжевого и розового, а тихий шум прибоя служит их личным музыкальным сопровождением. — Ощущение, словно это сон, — говорит Чонгук, укладывая голову на плечо Тэхёна. — Просто не верится, что всё так идеально. — Это не сон, Чонгуки, — отвечает Тэхён, целуя его в макушку. — Это реальность. Мы сами её сотворили. — Я люблю тебя, Тэхён, — шепчет Чонгук ему. — Я люблю тебя, Чонгук, — отвечает старший, чувствуя, как его переполняет счастье. — Больше всего на свете.       Сидя в объятиях друг друга, они знают, что, какие бы трудности не возникли на их пути впереди, они их все встретят вместе. Их любовь крепчает с каждым проведённым вместе днём, и они готовы принять своё будущее, рука об руку.