Лишний

      С тех пор, как Сатору привёл этого придурка в дом, всё пошло по пизде.       Мегуми был кохаем Годжо — на два года младше, на три тона тише, на девять сантиметров ниже. Вроде бы и молчаливый, но иногда смотрел так, что хотелось взять за горло и хорошенько встряхнуть. Сугуру с самой первой встречи понял, что вместе они не уживутся — ни на два дня (как сначала обещал Сатору), ни на месяц (как вышло впоследствии).       Но к Сатору он относился по-другому — его-то Мегуми боготворил. Стоило ему посмотреть на Годжо, как взгляд из привычно-заёбанного становился вдохновленным, почти благоговейным. Это раздражало вдвойне: почему Сугуру вообще должен был терпеть маленького придурка, влюблённого в его парня? Сатору это отказывался слушать наотрез: не верил, что его милый, замкнутый кохай наяривал на него, пока мылся.       Сугуру чувствовал, — тот совсем не умел скрывать феромоны. И феромоны омеги в этом доме, в принципе, ощущались странно: Годжо был бетой, так что Гето уже привык к отсутствию соответствующих ароматов. Но их с Сатору личная жизнь стала куда разнообразнее и чаще: во-первых, от обилия запахов Сугуру сносило крышу; во-вторых, ему по-ребячески хотелось подразнить зазнавшегося ублюдка. Наверняка он подслушивал каждый раз, когда они трахались.       — Семпай, можно мне..       — М? Джем? — Сатору откусил от тоста и улыбнулся. Мегуми шумно вздохнул, его глаза заблестели, а щёки порозовели.       — Угу.       — Сугуру, он возле тебя, — кивнул Годжо, опуская взгляд на телефон, лежащий на столе.       Гето раздраженно поджал губу и протянул Мегуми небольшую пластиковую упаковку с джемом. Тот в ответ недовольно скривился, забирая, и ответил не менее мрачное «спасибо».       — Я опаздываю, — вяло сказал Сатору, не предпринимая никаких попыток поспешить. — Не хочу никуда идти.       — Тогда, может, останетесь дома? — Фушигуро слабо улыбнулся, и Сатору хихикнул, наклоняясь к нему, чтобы потрепать по чёрным волосам.       — Сёко обещала принести последний том манги про демонов, — со вздохом сказал он. — Так что я иду на учёбу только ради неё.       Мегуми надулся. Гето закатил глаза.       — Сугуру, — Сатору поднялся, наклонился, чтоб поцеловать его, — и Гето с удовольствием вплёл пальцы в его волосы, прижимая покрепче к себе. — Ммнх.. ст..       Хер-с два он остановится: Сугуру улыбнулся в поцелуй, покосился на Мегуми, — тот застыл, глядя на них широко распахнутыми глазами, а затем нахмурился. Но не зло, а скорее как-то растерянно. И запах у него стал куда ярче. Гето невольно втянул воздух носом, чувствуя, как член вздрагивает в ответ на выброс феромонов.       — Я пошёл, — Сатору отстранился, громко причмокнув, и ускорился: видимо, поцелуй придал сил.       Из гостиной послышалось «пиздец, как же я хорош». Сатору наверняка красовался перед зеркалом, и вскоре хлопнула дверь.       Мегуми резко поднялся с тарелкой в руках. Взгляд Сугуру как-то рефлекторно опустился вниз, на пижамные шорты, вздыбленные полувставшим членом, и он почувствовал, как внутри что-то камнем ёбнулось вниз — такое, словно на него накатила паника. А затем он ощутил такой резкий прилив возбуждения, что закружилась голова.       — Спасибо за еду, — отчеканил Фушигуро, подходя к раковине.       Сугуру уставился на его зад, обтянутый тонкими пижамными шортами, под которыми, наверное, ничего не было, — и рот невольно наполнился слюной. Он сглотнул, чувствуя себя абсолютно конченным: его парень только что вышел из дома, и, наверное, еще даже в машину не сел, а у него уже встал на какого-то придурка-омегу, которого Сатору привёл в дом, потому что тот.. Что? Поссорился с родителями?       Он сжал руку в кулак, насильно заставляя себя отвести взгляд, и уставился на пустую тарелку перед собой.       — Эй, — небрежно бросил Мегуми, поворачивая голову и глядя на него из-за плеча, — давай сюда посуду. Сегодня моя очередь.       Зашумела вода. Сугуру медленно выдохнул, выныривая из оцепенения, и так же медленно вдохнул. Зря, наверное. Мегуми пах так сильно, что перед глазами слегка поплыло, — реально, что ли, возбудился от их с Сатору поцелуя?       Гето поднялся, забирая тарелку, и подошёл к нему сзади. Фушигуро вздрогнул и замер, прекратив возить губкой по чашке. Он уставился перед собой, будто почувствовал опасность. Сугуру коротко облизнулся, а затем придвинулся еще ближе, чтобы положить в раковину тарелку — и прижался твёрдым членом к пояснице Мегуми.       Тот вздрогнул и сжал челюсть так, что стало видно желваки.       — Что ты.. — хрипло попытался промямлить Фушигуро, а затем дёрнулся, поднимая руку. Он едва вознамерился ударить его локтём, но Сугуру легко перехватил запястье, выворачивая назад, и с удовольствием вжался в него сильнее, — блять, как это было хорошо. Сердце ухнуло куда-то вниз, желудок сжало, а в крови вскипел андреналин. Одновременно отвратительно, просто пиздец как ужасно с его стороны, а с другой — у него стояло, как еще никогда прежде в жизни. Яйца от возбуждения сладко поджались, он выкрутил руку Мегуми еще сильнее, и тот со стоном наклонился. — Ебанутый! Пусти!       Сугуру выдохнул с хриплым смешком, проезжаясь эрекцией по шву, натянувшемуся между ягодиц, чувствуя, как на головке набухает вязкая капля.       — Конченный урод.. когда Сатору узнает..       Горячая волна дрожи прошила позвоночник. Сугуру тихо застонал носом, а затем перехватил взбрыкнувшего Мегуми за вторую руку и сжал запястья вместе, толкнув его к тумбе и нагнув над ней. Перехватив их одной рукой, второй же Гето оттянул резинку его шорт вниз, открывая себе вид на белые, маленькие ягодицы.       Здесь Мегуми тоже не был похож на Сатору, — тот, в принципе, был куда субтильнее, чем Годжо. Наверное, потому что омега. Хотя Гето разных видел — даже выше себя.       — Ты мокрый, — усмехнулся Сугуру, а затем провёл дрожащей рукой меж ягодиц — от мошонки до дырки, собирая на пальцы естественную смазку. — Пиздец какой мокрый. Это из-за Сатору? — ехидно спросил он, а затем потёр подушечками пальцев припухший, влажный анус, и Мегуми всхлипнул. — Или из-за меня?       Фушигуро ничего не ответил. Ткнулся лицом в стол и затрясся, как осиновый листок. Гето прикусил нижнюю губу, медленно толкнул палец внутрь, раскрывая омегу, и на секунду прикрыл глаза, останавливаясь и пережидая острую вспышку возбуждения. Внутри Мегуми был горячий, гладкий и влажный: его дырка ритмично пульсировала, сжимая палец внутри, и Сугуру ужасно не терпелось заменить его своим членом.       Мегуми в его руках постепенно расслаблялся; когда тот окончательно обмяк, вжимаясь щекой в столешницу и прикрывая глаза, Сугуру медленно разжал пальцы, отпуская покрасневшие запястья. Фушигуро судорожно вздохнул, поведя бёдрами, бросил на него остекленевший взгляд из-под ресниц, — и Гето в очередной раз пробрало.       Они были с Сатору вместе со старшей школы. Вместе узнали, что такое первая любовь, вместе получили свои вторичные статусы, вместе лишились девственности. И Сугуру никогда не трогал омегу, а от желания попробовать Мегуми на вкус засосало под ложечкой.       Медленно осев на колени, Гето обхватил половинки руками и развёл. Ложбинка блестела от смазки, — Сугуру вдохнул, как перед прыжком в воду, и осторожно приблизился к ней лицом. Язык коснулся подрагивающей дырки, и Мегуми вскрикнул, вскидываясь.       — Больной, — прошипел омега, но послушно замер, — и Сугуру снова с нажимом лизнул расселину. Толкнулся языком внутрь, ввинчивая его, и прихватил край складок губами, посасывая. Смазка стекала прямо в рот, и Гето чувствовал, как от нетерпения подрагивает всё его тело.       Стояло так сильно, что было уже больно. Мегуми тёрся о радушно выставленный язык, коротко постанывая на каждое чувствительное движение, окончательно распалившись, а Сугуру приспустил резинку собственных штанов, выпуская член.       Он поднялся, нетерпеливо приставил головку к текущему анусу, пока сжимал пальцы под ней, и втолкнулся, с облегчением выдыхая. Член скользнул внутрь так легко и гладко, Мегуми моментально крепко обхватил его, и Сугуру понял: две секунды — его предел на сегодня. Фушигуро сдавленно застонал, приподнимаясь на локтях, и Гето задвигался — медленно, растягивая удовольствие.       Пульс отдавался стуком в висках, из-за адреналина дрожали руки, — боже, он действительно больной ублюдок, раз делает это. Но вытаскивать член сейчас и говорить что-то вроде «сори, перепутал дырку», — крайне хуёвая идея. Да и не хотелось. Напротив, Сугуру с силой двинул бёдрами, вгоняя член под корень, провёл раскрытыми ладонями по влажной спине, задирая футболку, — Мегуми был стройный и тонкий, точно лебедь; тело Сатору же больше ощущалось твёрдым и крепким.       Он любил Сатору — больше всего в жизни; Годжо был его второй половинкой, они шли бок о бок почти десять лет. Но эта спонтанная херня взвила Гето до предела — сначала то, что Сатору привёл в их дом омегу, потом тот факт, что тот был в Сатору влюблён..       А сейчас осталось только одно желание, затмевающее все связные мысли: накачать этого маленького ублюдка своей спермой и повязать так, чтобы тот извивался и скулил в его руках, выпрашивая прощения. Но маленький ублюдок выпрашивать прощения не спешил — напротив, смотрел со злобой и ненавистью, подаваясь бёдрами назад, глубже насаживаясь на таранящий его крепкий член.       Гето наклонился, сжал зубы на его плече, а затем вышел на мгновение и перевернул Мегуми к себе лицом. Тот сам потянулся лизаться, — быть может, напридумывал себе что-то о том, что Сугуру недавно целовался с Годжо, или просто этого хотел, но ощущался он одурительно. Сугуру подхватил его под задницу, заставляя обнять себя ногами, и поднял. Влажный член Мегуми пачкал смазкой его домашнюю футболку, пока Сугуру насаживал его на собственный, шире разводя ягодицы. Фушигуро придушено стонал на каждый глубокий толчок, посасывая язык, который Гето толкал ему в рот.       Пиздец. Это просто катастрофа.       Сугуру рыкнул, насаживая его до упора, чувствуя, как по телу прокатывается волна удовольствия — ебучее цунами, сносящее всё на своем пути. Он рвано выдохнул, спуская в горячее нутро и замер, позволяя узлу разбухнуть внутри мокрой дырки.       Мегуми в панике заёрзал, а затем тоненько заскулил и кончил прямо так — без касаний. Гето почти восхитился тем, какой он был чувствительный. Ёбнуться можно.       Он качнулся, чувствуя, как раскатывается по телу нега, и направился в спальню. Кровать была всё еще не заправлена, из-под неплотно закрытых штор пробивались солнечные лучи. Гето завалился на постель, отпихивая ногами одеяло и усаживая Мегуми сверху и потянулся целоваться — узел не спадёт еще минут десять, а пока он мог насладиться тем, как омежья дырка на нём сладко сжимается, давя на самые чувствительные места.       — Какая же ты мразь, — разъярённо прошипел Фушигуро, приходя в себя. Узел начал постепенно спадать.       Сугуру горько хмыкнул, отводя взгляд. Да он и сам в курсе.       — Думаешь, ты лучше? — вместо этого ответил он.       Мегуми вспыхнул румянцем, прикусывая нижнюю губу, а затем осторожно поднялся. Член выскользнул из дырки и из неё хлынула густая сперма вперемешку со смазкой. Он поморщился, а Сугуру снова почувствовал, как начинает возбуждаться.

***

      — Сугуру-у-у.. — Сатору перекатился на живот и потёрся щекой о его плечо. Гето вздрогнул, отрывая взгляд от книги, и посмотрел на него. Сердце сжалось, чувство вины захлестнуло его с такой силой, что стало почти физически больно. — Ты совсем не лезешь ко мне последнее время.       — Разве? — Сугуру нервно усмехнулся, переворачиваясь набок. Годжо серьезно кивнул, а затем его ладонь медленно скользнула вниз — к паху. Гето облизнул губы и прильнул к нему, чтобы поцеловать.       В дверь раздался короткий стук, и они вздрогнули.       — Да? — нетерпеливо сказал Сатору.       — Эм, — в проёме показался взъерошенный Мегуми. — В ванной что-то с краном, не могу никак настроить.       Обоняния коснулся сладковатый аромат — у Сугуру потемнело перед глазами.       — Я не шарю, — просто отозвался Сатору, нетерпеливо ёрзая.       — Я помогу, — низко ответил Сугуру. — Ты не против?       — Лучше так, чем затопить ту безумную соседку снизу.       Сугуру кивнул, поднимаясь, и вышел из комнаты следом за Мегуми, прикрывая дверь.       Целоваться они начали, еще не дойдя до ванной комнаты. Гето обтёр омегой все стенки, прежде чем втолкнуть в ванну и рывком стащить штаны с Мегуми.       — Ты совсем ёбнулся, — шепотом прорычал он, пристраиваясь сзади. Член идеально лёг во влажную ложбинку, — Сугуру облизнулся, направляя его большим пальцем вниз, и приставил головку к приоткрытому отверстию, — они только вчера трахались в гостиной, едва не спалились, когда Сатору вернулся, потому что забыл ключи от машины.       Гето прикусил губу, вталкивая член внутрь наполовину, а Мегуми подался назад, насаживаясь до конца. Он всхлипнул, и Сугуру пришлось заткнуть ему рот пальцами, вталкивая их между губ. Фушигуро понятливо их облизал, прикусил, вбирая глубже, и задвигался сам, раскачиваясь на члене.       Они смогли уложиться в десять минут, Сугуру кончил внутрь, додрачивая Мегуми рукой, торопливо заправил член обратно в штаны и умылся.       — Доброй ночи, — фыркнул он, выходя из ванны.       В комнате Сатору рубился в приставку. А увидев Сугуру, тут же отложил джойстик.       — Продолжим? — мурлыкнул он, улыбаясь.       — Прости, Сатору, — Сугуру завалился на кровать и чмокнул его в бедро, — я пиздец, как устал.

***

      Мегуми опёрся руками о дверь ванны и заскулил, сильнее прогибаясь, — Сугуру вжался лицом между ягодиц, упираясь кончиком носа над дыркой, и ебал его пальцами и языком одновременно, надрачивая собственный член рукой.       Сзади всё хлюпало от слюны и смазки, Гето беззастенчиво вылизывал его. посасывал припухшие складки кожи так, что со стороны это напоминало извращенный, но горячий поцелуй.       — Мегуми, ты там? — они оба вздрогнули. Фушигуро уставился на Гето, обернувшись через плечо, и тот заторможенно кивнул. А затем прикрыл глаза и снова втолкнул в его задницу язык.       — Д-да..       — Можешь подать мне футболку с Годзиллой? Я забыл на полке.       Мегуми в панике осмотрелся, а затем схватил со шкафа футболку и осторожно приоткрыл дверь, высовывая руку.       — Ты чего такой красный? Не заболел? — обеспокоенно спросил Сатору, заглядывая ему в глаза. Мегуми почувствовал, как к горлу подкатывает тошнота. Он отрицательно качнул головой. — Кстати, ты не видел Сугуру?       Сугуру, заведённый, как идиот, вжимался лицом в его зад. Но не мог же он ответить это Сатору.       — Вышел в магазин? — вопросительно предположил Фушигуро.       — А, — Годжо кивнул, принимая ответ. — Кстати, вчера пришла толстовка, которую я заказал. Она мне мала, но тебе должна подойти.. А еще, я видел в университете Итадори; кажется, он тебя искал..       Мегуми, никогда не будучи верующим, искренне взмолился: лишь бы Годжо сейчас прекратил болтать, и он смог закрыть эту чертову дверь.       Гето, как назло, схватил его за бёдра и потянул назад, крепче насаживая на собственное лицо.       — Точно не заболел? — на всякий случай повторно уточнил Сатору.       — Нет.. Сенпай, я хочу домыться..       — О, конечно! Прости, — Сатору хихикнул, отстраняясь, и Мегуми, наконец, смог закрыть за ним.       В ту же секунду Гето поднялся, вжал Мегуми в стену и засадил так, что перед глазами вспыхнули искры. Фушигуро затрясло, они кончили почти сразу и одновременно — настолько сильно ёбнул адреналин.

***

      — Я не могу на.. — Мегуми застонал, прерываясь на поцелуй, обвёл губы Сугуру языком и шире открыл рот. Гето вогнал в его дырку сразу два пальца, разводя их внутри, и омега сорвался на скулёж. — На вашей кровати. Это неправильно.       — Серьёзно? — с истеричным смешком спросил Сугуру.       Он усмехнулся, наваливаясь на Мегуми сверху, прижал его к кровати и задрал ноги, заставляя обхватить свою талию. Ствол упёрся головкой анус, раскрывая дырку под себя, и медленно вошёл внутрь, заполняя Фушигуро до талого.       Гето придержал его за затылок, длинно облизал шею и снова поцеловал — влажно, вталкивая в податливый рот собственную слюну. Мегуми под ним извивался и дрожал от нетерпения, желая куда более сильных и яростных толчков.       — Пожалуйста, — сорванно прошептал он, прогибаясь и глубже насаживаясь на член.       Сугуру криво усмехнулся, выпрямляясь, а затем что-то в общей картине комнаты выбилось, — периферийным зрением он заметил лишнюю фигуру, и внутри всё сжалось. Ему словно вылили ведро ледяной воды прямо за шиворот. Он широко распахнул глаза, поворачивая голову, и встретился с совершенно спокойным, почти равнодушным взглядом Сатору.       Только подрагивающие руки, безвольно повисшие по бокам, выдавали внутреннее напряжение. Он, точно защищаясь, сложил их на груди.       Член мгновенно опал и выскользнул из дырки — возбуждение резко схлынуло, вместе с нарастающей паникой Сугуру захлестнули изнутри боль и горечь.       — Продолжай, — дрогнувшим голосом наказал Сатору.       Мегуми зашевелился, отползая от Годжо, подогнул под себя колени и тихо заревел — совсем не к месту. Плевать на него, господи, как Сугуру вообще мог такое допустить? Это же Сатору — его любимый, родной Сатору, который всегда был рядом, поддерживал и улыбался.       Сугуру вскочил, следуя первому порыву — броситься и обнять, но Сатору испуганно отшатнулся, глядя на Гето с таким омерзением, что тот мгновенно оцепенел на месте. Стоило хотя бы прикрыться простынью: бёдра и пах были все в смазке, губы припухли от поцелуев и, наверное, это действительно было отвратительно со стороны.       — Сатору.. — дрожащим голосом прошептал Сугуру, снова делая шаг навстречу.       Годжо свёл брови, нахмуриваясь, и вновь отступил назад.       — Заканчивайте. Я хочу собрать вещи.       — Сатору, пожалуйста.. — начал было Сугуру. Это было так по-идиотски: оправдываться в такой ситуации. Годжо вопросительно приподнял бровь, а затем горько хмыкнул, опуская глаза — самые красивые, нереальные, невозможные, с застывшими в них слезами. — Сатору, я..       — Десять минут. Я подожду в гостиной.       Он отшатнулся назад, выходя из комнаты, и закрыл дверь.       Обхватив лицо ладонями, Сатору медленно сполз спиной по стене.