Молчаливая Биохазард

      Тёплый свет уличных фонарей отражался в окне, за которым, на кровати, сидел подросток и крутил в руках старый диск. Тоскливое настроение хотелось усилить не менее грустной музыкой, мешала лишь неопределённость и скука. Словно для драмы не хватало зрителей. Тёплый свет перекрыл силуэт. В комнате на несколько секунд стало темно, а затем появилась люминесценция, от сильной яркости которой пришлось невольно зажмуриться. Эскимо прикрыл верхний пучок света рукой и пригляделся. Чьё-то лицо прижималось к стеклу, наблюдая в ответ. Парень закатил глаза и перевёл взгляд обратно на диск, недовольно проговаривая «Заходи». Окно было плотно прикрыто, но не закрыто. Чтобы не вставать. Предсказать эту встречу было легко, поскольку в доме подросток находился один, и об этом знали двое. Силуэт навалился на окно и свалился в комнату с тихим хрустом. Эскимо поморщился и сдвинул брови, пока его подружка, улыбаясь, поднималась на ноги и крутила в воздухе, в знак приветствия, неестественно выгнутую ладонь. Закрытый перелом взаимной радости не вызвал. Впрочем, присутствие в комнате кого-то ещё — тоже. На тумбочке заработал светильник.       — Сегодня вечер тоски и скуки. Хочу послушать то, что здесь записано. Ты тоже? Хотя, что тут спрашивать, — говоривший вставил диск в небольшой проигрыватель и расслабился. Его старый приятель всё ещё работал. Умел же он порадовать в нужный момент. Гостье до него было ещё далеко. Биохазард села рядом. Её смешанные чувства и мысли вряд ли можно было бы назвать депрессивными, в отличие от подростка. Задумчивый взгляд скользил по разным участкам тела, пока внезапная энергия не заставила её встать. Если что, это было нормальным явлением, только окружающих такое поведение всегда пугало. Девушка набросилась на парня, придавила своим телом к кровати и начала что-то невнятно говорить. Может быть, признавалась в любви, или, может быть, рассказывала подробный план его убийства. Проигрыватель отскочил в сторону. Мелодия прервалась на несколько секунд, после чего заиграла вновь. Длинный тоскливый припев словно растянулся на целый час. Подросток, слегка испугавшись неожиданного поведения, попытался скинуть с себя потенциальную угрозу. Одна рука упиралась в плечо, но случайно соскользнула к большой груди, которая неудобно свисала слишком близко к лицу. Смущение сковало движения. Девушка никак не реагировала на сопротивления, была на своей волне и даже чему-то радовалась. Кажется, ей нравилось происходящее. Она трогала лежащее под ней тело и продолжала мычать и чавкать.       — Био, отвали!! — закричал уже разозлённый подросток, рывком вылезая и спрыгивая с кровати. Он отбежал в сторону и оглянулся. Иногда подружке не хватает воспитания, либо каких-то границ возможных действий. Хотя, скорее всего, на них бы она тоже не реагировала. Сдвинутые брови Эскимо подчёркивали решительность защитной позиции. Как узнать мысли того, кто толком говорить не может? Печаль исчезла с лица, оставив неуверенную агрессию, за которой скрывался страх неизвестности. Биохазард улыбнулась и поспешила встать следом. Её преследовало навязчивое желание получить как можно больше внимания, ведь именно его она сейчас и получала. Примерное поведение запоминалось как необходимые действия для появления бурной реакции, поскольку она явно означала жгучую любовь, а не страх и агрессию. Девушка кинулась в сторону парня. Тот не ожидал, что на него снова побегут и уронят уже не на мягкую кровать, поэтому стоял до столкновения. Голова ударилась с тупым звуком. В затылке усилился жар, а в ушах появился шум. Перед глазами поплыло, отчего начало казаться, что девушек стало несколько, и все они медленно приближались к горлу. Видимые образы сменялись на воспоминания фильмов с зомби, которые больше всего тянулись к мозгу. Биохазард прошлась языком по шее и сильно укусила в трапециевидную мышцу. Боль пронзила всю спину, с отдачей в левую руку. Пострадавший громко закричал и широко открыл глаза. Страх за свою жизнь сосредоточил зрение на одичавшей подружке. Укус был не последним событием. Язык вернулся обратно, только уже к мелким кровоточащим ранкам, начиная надавливать на них и слизывать кровь. Тело предательски задрожало. Неприятные ощущения граничили с чем-то странным, отчего сердце начинало биться чаще, а быстрое дыхание становилось томным.       — П-прекрати… — Эскимо с трудом отодвинул от себя голову, ощущая болезненность при движениях левой руки. Пора что-то менять. Необходимо отвлечь напавшую и сбежать, пока укусы не превратились в откусывание. Хорошо ведь быть правшой. Кулак правой руки прилетел прямо в челюсть. А затем ещё, и ещё, пока радостная подружка не перестала приближаться и переключила своё внимание на кое-что другое. Из открытого рта выпало два зуба, прямо на грудь лежащего, а затем потекла кровь, впитываясь в футболку. Подросток едва сдержал рвотный рефлекс. В голове звучало «Зуб за зуб. Ты следующий». Тело неосознанно стало медленно отползать. Девушка засовывала пальцы в рот, обмазывалась кровью и что-то говорила. Скучный вечер обещал быть интересным, если не последним. Парень аккуратно поднялся и, толкнув одичавшую на пол, рванул со всех ног к двери. Ватные конечности с трудом удерживали равновесие после каждого приземления на них. Кто бы мог подумать, что именно сегодня, когда его хотят убить, дома никого не будет. Для Биохазард побег, агрессия и любое сопротивление были не больше, чем игрой, поэтому она веселилась и наслаждалась вниманием. Эскимо уже ждал на кухне. Дрожащая рука сжимала рукоять ножа. Он знал о регенерации и отсутствии болезненных ощущений подружки. Именно эти известные факты и заставляли тело вздрагивать. Особенно, когда тебя хотят съесть. Бороться бесполезно, бежать — трусливо и глупо, учитывая активность и физическое телосложение соперницы. Прятаться? Вряд ли бы получилось, девушка бежала следом и уже стояла напротив.       — Не подходи ко мне!! — вытянутая рука крепко сжимала рукоять ножа. Расстояние значительно сократилось за пару шагов. В воздухе повисло напряжение. Биохазард, словно шутливо растягивая момент, действительно старалась делать шаг как можно больше, чуть ли не падая от отсутствия опоры. Эскимо охнул, когда она подошла вплотную. Нож легко вошёл в живот до рукоятки, от которой не могли отцепиться дрожащие руки. Кровь полилась по пальцам к локтям. Язык во рту совсем не поворачивался. Их взаимоотношения раньше до подобного не доходили. И, если знания о регенерации могли многое объяснить теоретически, то практически применить их уже не получалось. Особенно так близко.       Биохазард начала помогать вытаскивать нож из себя, но руки так и не хотели отцепляться от рукоятки. Это уже был страх остаться без защиты. Нож метался во все стороны, поэтому без проблем несколько раз задел руки сопротивляющегося и разрезал без того рваную короткую футболку на нападавшей. Оголённая грудь, с многочисленными маленькими порезами, сильно подскочила от рывка и мягко приземлилась обратно. После резких движений появились лёгкие покачивания. Теперь дыхание можно было увидеть по вздымающейся груди. От шока и смущения Эскимо перестал сопротивляться и свалился на пол. Оцепенение было следствием отсутствия опыта и внимания со стороны женского пола. Кто-то из сверстников уже видел подобное? Даже если Эскимо это не интересовало, голые тела его по-прежнему смущали и ставили в неловкое положение. Девушка удивилась и засмеялась, а затем нависла сверху. Горячее дыхание сначала прошлось по глазам, губам и ушам, пока рот не спустился ниже, к шее. Подросток вжался в пол, слыша только громкое биение собственного сердца. Когда грудь ушла из поля зрения, сила и защитная агрессия вернулись обратно. Тёплый язык девушки прошёлся от ключицы до уха, взбодрив холодным дыханием. Парень освободил руки и тем же правым кулаком врезал несколько раз по лицу, в надежде на повторное отвлечение внимания. Это почти сработало. Как в спальне, пойманный стал ползти назад на спине, но его неожиданно прижали рукой за грудную клетку. Самое страшное было в другом. Глаза замерли на ноже, который почти касался его паха.       — Нет, не делай этого, Био! У меня ведь ничего не отрастёт обратно, как у тебя. Это не смешно! Убери нож!! — паника превращалась в истерику. Крик дополнился неуместным смехом. В голове уже крутились образы как подружка смакует его достоинством, а он лежит в крови и корчится от боли. Поймёт ли она то, что натворила, когда добьётся своего? Возможно ли её остановить раньше? Вся футболка была пропитана кровью и потом. От неё пахло носками с помойки. Или даже хуже. Именно с этим запахом родители найдут тело, когда приедут домой обратно? Биохазард крутила ножом в воздухе, пока не проткнула им свою ладонь насквозь, собираясь сделать то же самое с Эскимо. Разве это не романтично? Комично, раньше влюблённых убивали одним мечом, протыкая тела насквозь. Сейчас же происходила упрощённая версия убийства, принятия и признания. Осознание настигло подростка в момент, когда его ладонь почти насадили на нож, словно шашлык на шампур. Небольшая царапина вырвалась с губ криком боли и страха. Парень отдёрнул руку, снял с себя футболку и бросил её в лицо девушки. А дальше всё было как во сне. Тело без проблем встало на крепкие ноги, которые уже активно пинали лежачее тело. Действия не контролировались разумом. Подросток смотрел в пустоту и продолжал наносить удары ногой, пока движения девушки не прекратились. Он отошёл в сторону и тяжело задышал. Осознать произошедшее не получалось. Ясно было только одно: Биохазард теперь точно отвлечена. Куда же потратить выигранное время? Ноги уже несли тело к главной двери, чтобы покинуть дом. Что будет дальше? Мозг понимал проигрышность этого варианта, но ни о чём другом думать больше не мог. Глаза, привыкшие к свечению подружки, видели в темноте расплывающиеся яркие пятна. Казалось, что из обычных кругов формировался человеческий силуэт. Один, второй, третий. Подросток запнулся на ковре и упал на пол. Тяжёлая тишина ударила по ушам. Почему не слышно никаких шагов? Это ловушка? Или просто сон? Тишину нарушало лишь громкое сердцебиение. Отдышавшись, парень посидел несколько минут и даже нервно рассмеялся.       — Такого точно не может быть. Сейчас включу свет и проснусь. Хватит с меня. Пора заканчивать этот бред, — став серьёзным, подросток на ощупь определил своё местоположение и подошёл к нужной стене, включая свет. От шока его рот открылся так широко, что нижняя челюсть хрустнула и заныла. Всё тело было в крови. И в запёкшейся, и в свежей. Сначала показалось, что она была чужой, пока не появилась пронизывающая боль. Длинные неглубокие царапины, явно от холодного оружия, располагались на груди и животе, а на трапециевидной мышце были видны красные следы зубов. Как такое можно было не почувствовать? Дыхание вновь сбилось. Эскимо поднял глаза и увидел подружку, которая выходила со стороны кухни с тарелкой. Агрессия запульсировала в венах с новой силой. Как она посмела довести его до такого уязвимого состояния, продолжая улыбаться и смеяться? Однако глаза всё равно опустились вниз, чтобы не встречаться с кровавой оголённой грудью, которая покачивалась явно для привлечения внимания. И почему это смущает только его? Невнятная речь послужила небольшим ознакомлением с блюдом. Кажется, у парня задёргался глаз от необычного рецепта. На тарелке лежали вырванные зубы в виде сердца, а внутри них находилось какое-то мясо. Эскимо даже думать не хотел, откуда его вырезали. Он сбил тарелку на пол и сжал кулаки.       — Уходи, Био. Убирайся отсюда!! — голос задрожал, едва не вызывая слёзы на глазах. Подросток поднял глаза и снова смутился. Противоречивые чувства не вписывались во внешний вид подружки. — Что ты наделала? Я весь в крови. Хочешь добиться моей смерти? Не дождёшься!!       Подросток схватил ту за запястье, чтобы вывести за дверь, но не смог сдвинуть даже с места. Появившаяся ухмылка заменила привычную улыбку. Без физического преимущества в ближний бой вступать не стоит. Кажется, кто-то всё ещё это не усвоил. Биохазард перехватила запястье парня и завела за спину. Рывок был настолько сильным, что сустав слегка вышел из своего привычного места. Пострадавший закричал и скривился. Теперь он был более податлив, поэтому без проблем лёг на пол и прижался к нему лицом.       — Ты...ты...ты сломала мне плечо?! — болевые ощущения и дрожащее дыхание увеличивали чувствительность тела, особенно к неожиданным прикосновениям.       Девушка наклонилась ниже. Её грудь проскользила по спине и легла прямо в руку. Парень покраснел за несколько секунд. Кажется, он почувствовал ещё и затвердевший сосок. От такого даже рука, на какое-то время, перестала болеть. Их дыхание сильно различалось, из-за чего Эскимо ощущал на себе все участки тела подружки и не мог перестать краснеть и смущаться. Ослабевший организм игнорировал попытки сопротивления. Сейчас он был полностью под чужим влиянием. Молчание прервалось криком. Биохазард начала кусать спину, додумавшись составить из укусов первую букву своего имени. Она спешила, словно боялась не успеть за собственными желаниями, поэтому некоторые следы были не очень глубокими. В любом случае, каждое соприкосновение зубов с телом вызывало сильную боль. Как при глубоких порезах, в которых, по случайности, оказалась соль. Сдержать крик не получалось. Эскимо часто моргал и жмурился. Томное дыхание нарушалось громкими болезненными стонами. Затем вновь наступала тишина. Девушка с интересом изучала эти звуки и понимала, что хотела бы их слушать постоянно, вместо обычной музыки. Это было бы как пение чувств. Как акт любви.       Крики стихли. Эскимо лежал без сил с закрытыми глазами и мало на что реагировал. В его голове крутились разные мысли. В основном, это было принятие смерти. Обнажённая Биохазард, уже в фантазиях, растирала на себе кровь и смотрела прямо в глаза. Такие грязные мыслишки позволяли сердцу до сих пор биться. Может быть, он зря её часто игнорировал, оскорблял и не слушал?       «Если я выживу, поставлю себе в спальню бронированное стекло», — слегка улыбнувшись своей упёртости и устойчивой неприязни к действиям подружки, подросток потерял сознание. Девушка продолжала сидеть сверху, разглядывая кривую букву. Кровь окрасила бледную кожу, придавая ей тёплый оттенок. Что-то в этом есть. Когда Биохазард заметила отсутствие активности, то опустилась ниже и прижалась грудью к спине, слушая замедленное дыхание и биение сердца. Неужели её мечта сбудется? Губы растянулись в широкой улыбке. Энергия переключилась в другое русло. Всё внимание сконцентрировалось на ожидании. Теперь их дыхание стало единым. Один вдох, один выдох.       «Живой не может встречаться с мёртвым. Это так несправедливо. Когда ты умрёшь, у тебя больше не будет причин отказывать мне. Мы будем навсегда вместе. Только ты и я. Навечно», — думала девушка, прикрывая глаза. Когда ты мёртв, ожидание больше не кажется таким мучительным.