Крайняя степень

За первый рабочий год Наги полагалось всего десять дней оплачиваемого отпуска. Это намного меньше студенческих каникул и не сравнится со школьными. За столь короткое время Наги надо было успеть оторваться по полной: выспаться, начитаться манги, насмотреться сериалов, а главное — наиграться в консоль. Конечно, всё это он делал по выходным и каждый вечер после работы, но не в таком количестве. Начал Наги бодро, но с каждым днём его энтузиазм угасал. Скоро ему снова придётся ходить в офис на работу и разбираться с бумажками. За год он устал больше, чем за всю предыдущую жизнь. Но он ещё не накопил достаточно средств, чтобы уволиться и уйти на пенсию. Отчаяние отнимало у него последние силы, и Наги полностью погрузился в онлайн-игры. Теперь он только спал и играл, иногда прерываясь на туалет, еду и короткое умывание. А потом уже не мог взять в руки и игровую консоль и перестал вставать с кровати, совсем. Кажется, Наги пропустил день выхода на работу, кто-то в офисе стал волноваться, что он не отвечает ни на звонки, ни на сообщения, и пришёл к нему домой. Очнулся Наги уже в стенах психиатрической больницы. У него изъяли все личные вещи и переодели из домашней одежды в больничную робу. В палате не было ничего, что могло бы его развлечь, но по крайней мере от него ничего не требовали, в отличие от работы, университета и школы. Наги остался бы здесь навсегда. В какой-то момент к нему пришёл его лечащий врач-психиатр для разговора и осмотра. Наги притворился, что спит: он не хотел сотрудничать, идти на контакт, чтобы его вылечили и снова выгнали на работу. Что бы ему ни говорили, он делал вид, что ничего не слышал, и оставался безучастным. Пока однажды он не забыл, что находится не один в палате, и случайно не повернулся лицом к врачу. Наги ещё ни разу не любил и не влюблялся, но сразу понял — это оно. Такое сильное чувство, за секунду появившееся из ниоткуда, нельзя было ни с чем перепутать. Врачом оказался молодой мужчина, на вид всего лет на пять старше Наги. Его ярко-фиолетовые волосы собраны в совсем короткий хвостик на макушке, чтобы не мешали, но длинная чёлка свободно обрамляла его красивое, пропорциональное и немного округлое лицо. На губах лёгкая улыбка, как будто он рад видеть Наги, что тот наконец к нему повернулся. А глаза такой неземной красоты, что Наги и за всю жизнь не смог бы подобрать подходящих слов, даже если только этим бы и занимался. Раз уж он повернулся и выдал себя, Наги продолжил дальше осматривать врача. На бейдже, который цеплялся за карман на груди халата, написано «Микаге Рео». Рео... Какое красивое имя, оно так ему подходит. Наги только так и будет его называть. Мысленно, конечно. — Доброе утро, — улыбнулся Рео. — Как Вы себя чувствуете? Наги осмотрелся и понял: действительно утро. Значит, вокруг Рео был обычный солнечный свет, а не ангельское сияние. — И правда доброе, Микаге-сенсей, — всё же сказал он вслух. Ему хотелось поговорить хоть о чём-то с Рео, как-то порадовать его, даже если это означает, что Наги снова придётся вспоминать всё плохое, связанное с прошлой жизнью. С тех пор Наги стал есть всё, что дают, пить все лекарства, чистить зубы и ходить в душ, выполнять все предписания врача. Ему хотелось увидеть настоящую улыбку Рео, а не дежурную, которую он раздаёт всем пациентам, чтобы они поверили, что они и вправду выздоровеют и выпишутся отсюда. Наги хотел увидеть, как улыбаются его глаза. Наги хотел выйти отсюда и позвать Рео на настоящее свидание, пусть он и не знал, что это такое. Наги жадно слушал все обрывки разговоров между пациентами, санитарами, уборщиками и другими врачами, по крупице собирал информацию о Рео. Он не носил обручальное кольцо, по слухам у него никого не было, и Наги считал, что у него есть шанс. Он сделает всё, чтобы его заслужить. — Вы идёте на поправку, Наги-кун, — сказал Рео, рассматривая что-то в его медицинской карте. — Ещё немного — и можно выписываться. — Микаге-сенсей, — вслух Наги всегда обращался к нему по фамилии и с хонорификом, — после моей выписки Вы сходите со мной на свидание? — Я не могу. Врач не может заводить романтические отношения со своим пациентом, это неэтично. Рео хотя бы не стал указывать на тот факт, что они одного пола, не сказал, что предпочитает девушек и что он уже с кем-то встречается, и Наги подумал, что может сломать его предрассудки. — Но к тому времени я уже не буду Вашим пациентом. — Формально да. Но я Вас лечил, и для меня Вы навсегда останетесь моим пациентом, так же как и я для Вас доктором. Пусть даже мы никогда больше не встретимся в этом месте. — Вы не правы, Микаге-сенсей. Для меня вы никогда не были просто доктором. Я влюбился в Вас с первого взгляда. — Простите, Наги-кун, но я не могу ответить на Ваши чувства. А романтический интерес со временем пройдёт, и Вы сможете найти себе другого, более подходящего партнёра... — Рео, прошу, дай мне шанс, — сбился Наги, но сразу же вернулся к формальному обращению: — Я сделаю всё что угодно, чтобы Вы согласились пойти со мной на свидание. Рео закрыл глаза и тяжело вздохнул. Он приподнял полу халата и вытащил телефон из кармана брюк. — Вообще это запрещено, но в терапевтических целях, думаю, будет полезно, — проговорил он. — Наги-кун, у Вас есть профиль на каком-нибудь сайте знакомств? Наги покачал головой. — Так я и думал. Тогда придётся его создать. Рео пришлось самому придумывать, чем заполнить анкету Наги, потому что из интересов у Наги было только «красивый фиолетововолосый врач-психиатр Микаге Рео», а не нравилось ему «работать и прочие запарные вещи». Рео даже сфотографировал Наги, но одежда и обстановка выдавали его реальное местоположение, и он посчитал за лучшее поставить картинку из интернета. При желании Наги потом сможет загрузить свою фотографию. — Это только чтобы посмотреть на фотографии и анкеты других людей. Я уверен, хотя бы один из них Вам точно понравится, — объяснил Рео. Рео пересел на кровать Наги, плечом к плечу к нему. Наги вздрогнул, ему понравилось это ощущение тепла. Только сердце немного сжалось оттого, что Рео не понимает, что он с ним делает, какую власть над ним имеет. Наги не сложно немного подыграть Рео, он уверен в своих чувствах и докажет это Рео. Наги пролистывал профиль за профилем. Каким бы привлекательным ни был человек на фотографии, какой бы интересной и забавной ни была анкета, Наги всё равно всем отказывал. Никто из них ему не нравился так же сильно, как Рео. Но Рео не сдавался и продолжал терпеливо показывать Наги новые и новые анкеты. Пока не появилась фотография знакомого молодого фиолетововолосого мужчины. — Вот этот мне нравится, — тыкнул пальцем Наги, прежде чем Рео успел понять, что это его собственный профиль. Конечно, он тоже пользовался этим приложением, но давно не заходил. Более того, ему пришлось выйти из аккаунта, чтобы создать новый для Наги. Неужели алгоритмы такие тупые?! — Ладно, на сегодня хватит, — не выдержал Рео и закрыл приложение.

***

С того дня у Наги произошёл откат. Он отказывался от еды, не принимал таблетки, перестал выполнять указания врача, даже с кровати больше не вставал. Если выздороветь означает перестать видеться с Рео, то Наги навсегда останется больным. Но однажды Рео не пришёл. Перед Наги сидел другой доктор: тоже молодой, с яркими малиновыми волосами, бирюзовыми глазами и необыкновенно длинными нижними ресницами. На бейдже Наги прочитал «Итоши Саэ». Наги игнорировал его, делал вид, что не слышит и не замечает его. А на следующий день его нашли без сознания. Наги оставил кровью записку на стене, что он полюбил Рео, но Рео ему отказал, и теперь ему не за чем жить. Наги попытался вскрыть вены украденной одноразовой бритвой, которой позволялось пользоваться некоторым пациентам. Он был достаточно умён, чтобы только сымитировать попытку самоубийства, а не умереть по-настоящему. Он ведь ещё не добился Рео. После такого инцидента Рео снова назначили его лечащим врачом.

***

Рео, ещё учась в университете, не верил слухам и предрассудкам, что психиатр отличается от своего пациента только белым халатом. Рео не сомневался насчёт своего психического здоровья и что его коллеги тоже будут адекватными людьми. С тех пор прошло не так уж много времени, Рео всё ещё считался новичком в выбранной карьере. Его убеждения не то чтобы опровергли, скорее проверяли на прочность. Многие пациенты казались ему полностью здоровыми, но они уже месяцы и годы жили в больнице и не собирались её покидать. И наоборот, Рео старался не слишком задумываться, какой бы диагноз поставил кому-то из врачей, если бы они сняли халаты и пришли к нему на приём в качестве пациентов. Даже Саэ. Он всего на год старше Рео и на год раньше устроился работать в их больницу. Они быстро сдружились, но Рео начал остерегаться его, когда узнал о романе Саэ и Шидо. Рео не был гомофобом, он определял себя как бисексуала. Но раньше Шидо был пациентом Саэ, в его карточке стоял диагноз «маниакальный психоз», что уж говорить о его эксцентричной внешности. Вкусы друга показались Рео слишком специфическими. И ладно бы это была просто интрижка, ничего серьёзного, но позже Саэ и Шидо поженились и, похоже, были счастливы в браке. Кроме того, ходили слухи, что это Саэ довёл своего младшего брата Рина до такого состояния, что он стабильно минимум раз в год проходит госпитализацию в их клинике. Рео отказывался в это верить, но всё это звучало слишком подозрительно, и, возможно, зерно правды всё же в нём имелось. Но даже если окружающие сходили с ума, Рео хотел оставаться в своём уме. Правда, казалось, что рано или поздно это всё равно произойдёт. Хотя бы из-за того, как Наги выводит его из себя, рушит все опоры и основы. Рео впервые в жизни разозлился по-настоящему. Он и не знал, что у него есть режим берсерка. Казалось, он может голыми руками вырвать трахею, одним ударом колена сломать позвоночник, выкинуть тело через окно. Слишком много способов убийства всплывали у него в голове. Рео не почувствовал бы вины или сожаления, даже когда ему дали бы пожизненное. До этого если у его пациентов и были рецидивы, то никак с ним не связанные, и в итоге они всё равно выздоравливали и успешно выписывались из больницы. Рео поступил профессионально, когда понял, что из-за своего романтического влечения к нему пациент отказывается от лечения. Он честно доложил об этом заведующему Эго, тот согласился с его доводами, и Наги заменили лечащего врача. Но это только ухудшило ситуацию. В тот же день, когда Саэ впервые пришёл на приём к Наги, один из санитаров нашёл записку и окровавленное тело Наги. Он убедился, что пульс ещё есть, хоть и слабый, и позвал Саэ на помощь. Саэ доложил об этом Эго. Эго же, даже не спросив его мнения, вернул Наги под опеку Рео. Рео знал своего пациента лучше, чем кто-либо. Не все из его наблюдений попадали в карту, только самые существенные, чтобы установить правильный диагноз и провести правильное лечение. Рео знал, какой высокий IQ у Наги, и что если бы он действительно хотел покончить с собой, он бы сделал это правильно, его нашли бы уже мёртвым. Он лишь притворился, чтобы получить желаемое. Наги больной — это подтверждают все наблюдения Рео. Но он не нормальный больной, он не хочет выздоравливать. Таких вылечить невозможно. Теперь Рео навсегда прикован к Наги. Только если Рео согласится пойти с ним на свидание вне стен больницы, Наги отпустит его и согласится выписаться. Но Рео не мог на это пойти. Это одно из табу, которое он никак не может нарушить. Он и сам не знал, почему, и, если честно, не хотел знать. Но есть и другой способ избавиться от Наги, от его идиотской влюблённости. Заодно Рео сможет так сбросить злость и стресс и при этом никого не убить. Уже ночью он вернулся в больницу и направился прямиком в палату Наги. Наги удивился, но не сопротивлялся. Он позволил вставить кляп себе в рот, чтобы его крики никто не слышал, не пытался вырваться, когда одной рукой Рео держал вверху оба его запястья, другой вставлял хирургический расширитель ему в анус. Рео не хотел тратить время на растяжку, но хотел войти сразу на всю длину, чтобы его член не встретил никаких препятствий. Смазка нужна была для него самого, чтобы ему было приятнее двигаться внутри. Рео вставил член слишком резко, и сразу двигался в жёстком темпе, так быстро, как может. На глазах Наги выступили слёзы, он мычал что-то в кляп, но Рео его не понимал, он не хотел слушать, он лишь сильнее вбивался в тугую неподатливую дырку. Он иногда останавливался, чтобы ударить Наги по животу, груди или бёдрам, где синяки не будут видны под одеждой, и чтобы выдать очередное оскорбление: — Ты уродливый. — Ты бесполезный кусок дерьма. — Ты просто грязь у меня под ногами. — Тебя никто никогда не полюбит. — Лучше бы ты сдох. И это ещё самые ласковые. Небольшая пауза нужна была Рео, чтобы не кончить слишком быстро. Этому ублюдку Наги секс должен показаться бесконечным мучением, чтобы он и думать забыл о романтических отношениях с ним. Но даже так член Наги прижимался к животу, на нём выступили капли предсемени, он кончил даже раньше, чем Рео. — Ты дрянь, как же я тебя ненавижу, — прошептал Рео, когда и его накрыл оргазм. Рео как мог убрал их сперму, привёл Наги и себя в порядок, забрал все свои вещи и ушёл домой. В глубине души он надеялся, что этой ночью Наги всё сделает правильно, и утром его тело найдут мёртвым.

***

На следующий день, когда Рео пришёл на работу, всё было как обычно. Наги не стал жаловаться на изнасилование и не предпринял ещё одну попытку самоубийства. Вся больница осталась в неведении, что произошло ночью. А значит, Рео пора надевать халат и идти на осмотр. Когда Рео зашёл в палату к Наги, при виде него его глаза сияли ярче, чем обычно. — Ты чего? Ты же должен меня ненавидеть, — вежливость и фальшивая улыбка Рео сползли с его лица под этим взглядом. — Я счастлив, — объяснил Наги. — Это было больно и грубо, но если Рео так нравится, то я не против. И я счастлив, что мой первый секс был с тобой. Тебе понравилась моя девственность? Рео от шока не мог ни пошевелиться, ни сказать что-либо. Наги счастлив? Он не слышал всех тех злых слов, что Рео говорил ему? Или не поверил, решил, что это часть игры? Это же чисто механическое трение, как такое может понравиться, даже кому-то совсем без опыта? — Как ты себя чувствуешь? Зад болит? — спросил Рео вместо ответа. Потому что нет, ему не понравилось. Он сделал это не ради удовольствия, а чтобы Наги разочаровался в нём, разозлился на него и захотел поскорее выбраться из больницы. Но его стратегия не сработала. Даже для последнего мазохиста, наслаждающегося физической и душевной болью, Наги слишком идеализирует то, что произошло. Если бы они занялись сексом по любви или хотя бы из взаимного влечения друг к другу, Рео бы всё сделал по-другому. — Немного, — ответил Наги так, будто вопрос его удивил. — Дай я посмотрю. Наги послушно перевернулся на живот, приподнял бёдра и чуть стянул с себя робу. — Жаль, что я не девушка и не могу забеременеть, чтобы родить тебе ребёнка, — внезапно сказал Наги, пока Рео осматривал его. Это скорее к счастью, потому что Рео точно не хочет детей от одного из своих пациентов. Всё оказалось не так страшно, как могло бы быть: разрывов нет, только микротрещины. Залечить их не так уж сложно. — Я принесу мазь, — сказал Рео. Он выполнил своё обещание и теперь каждый день во время приёма обрабатывал анус Наги. У того каждый раз член наливался кровью, но Рео игнорировал его. Это всего лишь медицинская процедура, а не подготовка к проникновению.

***

Наги снова шёл на поправку, но Рео не спешил радовать его новостью о скорой выписке, чтобы тот снова что-нибудь не учудил. — Хочешь узнать, как люди по-настоящему занимаются сексом? — спросил Рео, когда анус Наги полностью зажил и больше не было необходимости обрабатывать его мазью. Он чувствовал, что должен взять на себя ответственность и на практике показать Наги, каким бывает секс по согласию. — Хочу, — кивнул Наги. — С тобой, Рео, я хочу всё. Примерно на такой ответ Рео и рассчитывал, поэтому приготовил презервативы и смазку. — Тогда встань на четвереньки, — сказал Рео. Наги сделал так, как ему велели, и терпеливо дожидался, пока Рео закроет дверь в палату и разденется. Это заняло какое-то время, ведь на Рео был полный комплект одежды, к тому же халат и обувь, в отличие от босого и почти голого Наги. Наги не стал помогать ему, только смотрел, впитывая каждое движение, каждую чёрточку тела. Но Рео подумал, что Наги и не должен проявлять такую активность, это было бы на него не похоже. Рео залез к Наги на кровать, накрыл его тело своим и в самое ухо тихо проговорил: — Ты должен сказать мне, если будет больно. Ты можешь попросить меня помедленнее или посильнее и всё в таком духе. Последнюю фразу он закончил лёгким укусом раковины уха, из-за чего Наги вздрогнул. Руки Рео уже обхватили его грудь и сжали соски, сползли ниже к животу. Член Наги уже был твёрдым, и Рео не стал к нему прикасаться. У Наги на спине множество родинок, и Рео поцеловал каждую из них, поцеловал каждый его позвонок, пока не дошёл до поясницы. Наги тихо всхлипывал от каждого его действия, но не мог зажать себе рот рукой. Рео потёрся членом между ягодиц, и Наги подался на это движение, словно уже готов был принять его, но Рео остановился. — Мне нужно растянуть тебя, — предупредил Рео, смачивая пальцы в смазке. — Не надо, можешь сразу так... — попросил Наги. — Если я войду без подготовки, мы не сможем заняться сексом, пока твой зад не заживёт. Ты согласен столько ждать? — Ладно, — надулся Наги. — Хороший мальчик, — похвалил Рео, вводя пока только один палец. — Я хочу больше, — пожаловался Наги, стараясь сам насадиться глубже на пальцы. — Пожалуйста, Рео... — Ты такой нетерпеливый, — упрекнул Рео, но спешить не стал. Только когда в Наги свободно помещались три пальца, Рео ненадолго отстранился, чтобы раскатать презерватив по члену и нанести смазку ещё и на него. Он приставил головку к анусу Наги и, положив руки ему на бёдра, в этот раз входил медленно, сантиметр за сантиметром, давая время привыкнуть. Наги не выдержал, он уже не мог опираться на локти и упал грудью на матрас, лицом в подушку, что скрадывала его стоны. — Сильнее, — попросил Наги. — Не сейчас, — ответил Рео. — Я не вошёл даже наполовину. — Как же долго, — хныкал Наги. Но Рео его не слушал. Возможно, в первый раз надо было сделать всё медленно, даже по собственным стандартам, чтобы Наги воротило от него. Но теперь уже ничего не изменишь. Когда Рео вошёл полностью, он за несколько толчков угадал, где Наги приятнее всего — он всхлипнул громче, чем обычно, его бёдра плотно прижались к бёдрам Рео, как будто он не хотел, чтобы Рео хоть на миллиметр отстранялся, даже чтобы сразу же толкнуться глубже. — Тебе больно? — уточнил Рео. — Нет, наоборот... Сделай так ещё, Рео, — умолял Наги. И Рео сделал. Вот теперь он уже мог двигаться быстрее и сильнее, как того и просил Наги в самом начале. Но не сразу, а постепенно наращивая темп. Член Наги болтался в воздухе, болезненно твёрдый, но Рео не прикасался к нему. — Кончишь для меня без рук? — спросил Рео, распластавшись на спине Наги, чтобы наклониться к его уху. — Да-а-ах, — простонал Наги. Рео уже был близко к оргазму, но Наги всё ещё не мог кончить. — Рео... Назови моё имя, — попросил Наги. — Наконец-то ты что-то нормальное попросил, — улыбнулся Рео и как можно более ласково прошептал: — Сейширо... Сей... Наги застонал ещё громче и через пару толчков кончил, обмякнув всем телом. Если бы Рео не поддерживал его за бёдра, его член бы выскользнул. Ещё через пару толчков Рео догнал его. Они вместе лежали голые и потные на узкой больничной кровати и восстанавливали дыхание. Наги, когда смог, перевернулся на спину и заснул. Рео только как мог вытер сперму и улёгся рядом с ним немного отдохнуть.

***

В день Икс Рео принёс Наги его одежду, личные вещи и подписанную справку о выписке. Наги этого не ожидал, Рео его об этом не предупреждал. — Поздравляю, теперь ты полностью здоров, — улыбнулся Рео. — Я никуда не пойду отсюда без тебя, — заявил Наги. Он готов был сопротивляться до последнего, чтобы Рео пришлось звать санитаров, которые бы вдвоём выкинули его из больницы. — Тебе придётся. Я не могу никуда уйти, пока у меня не закончится смена. Эти слова немного успокоили Наги. Если дело только во времени, если позже Рео придёт к нему на встречу, он согласен подождать. Но не долго. Наги всё же сам переоделся, забрал вещи и вышел из больницы. Рео провожал его до входной двери, даже позволил ему обнять себя и сам положил руки ему на лопатки. — Дай свой номер, я напишу тебе, — попросил Наги. Рео продиктовал. Но если Наги попробует с ним связаться, он просто добавит его в чёрный список. Если Наги придёт в больницу, Рео вызовет полицию. У них не может быть нормальных отношений, и Рео заставит Наги это понять. А пока что пусть верит, что у него действительно есть шанс. Так он чуть дольше продержится во внешнем мире. Иначе дальше его ждёт только самоубийство или ещё одна госпитализация.