Ирония судьбы

Хэйк возвращался домой после больницы. Пешком. Врачи посчитали, что он полностью восстановился после комы, потому выписали и отправили восвояси. Тэнэ в это время был на парах, впрочем, не то чтобы Хэйка беспокоило местоположение сына. Этот мелкий пиздюк всё равно не уйдёт слишком далеко. Хэйк проходил мимо красивого большого дома. Из него выбежала девчушка в светлом платье. Она с весёлым смехом пронеслась мимо мужчины и с трудом остановилась около дорогой машины. — Ах, Эбэль, не бегай так, я совсем за тобой не поспеваю… — Темноволосый мужчина в аккуратном костюме вышел на порог дома. Хэйк замер. Этот голос… Мужчина возился с ключами, когда Хэйк окликнул его: — Йенс? Тот замер. Затем он медленно обернулся. Его глаза распахнулись от удивления, пока он пытался узнать Хэйка. — Хэйк?.. — Пап, кто это? — нетерпеливо спросила девочка, крутясь около машины. Хэйк глянул на неё краем глаза и лишь усмехнулся. — Ну здравствуй, старина. У тебя милая дочурка. — Он заложил руки в карманы, наблюдая за тем, как Йенс приближается. Эбэль, наблюдающая за этой сценой, могла только недоумевать: обычно, когда её добродушный папа встречал старых друзей или знакомился с кем-то новым, он был улыбчивым и стремился обнять его. Однако сейчас на Йенсе не было лица. — Да, спасибо… Что ты здесь делаешь? — Он настороженно потёр лоб. — Я живу неподалёку. Не знал, что ты переехал в Кацбург. — Хэйк усмехнулся. — А-а, вот как… Да, мы переехали недавно… — Йенс сжал губы, отводя взгляд. — Слушай, извини, я немного тороплюсь… — Он попытался пройти мимо Хэйка, тот стоял между ним и Эбэль с машиной. — Да, конечно. — Хэйк сделал шаг в сторону, но прежде чем Йенс успел уйти, крепкая рука схватила его за край пиджака. — Встретимся сегодня в девять в баре «Old miller». Не опаздывай. Йенс сглотнул и едва заметно кивнул. Он открыл машину и вместе с Эбэль постарался как можно быстрее сесть и включить зажигание. Хэйк всё также стоял, не двигаясь с места и взглядом сверля Йенса. Тот нервничал, пытаясь сразу уехать и даже пристегивая ремень находу, а не перед поездкой, как он делал это обычно. — Кто это был? — спросила Эбэль, от глаз которой не укрылись все эти странности. Машина отъехала от дома, и она обернулась, чтобы взглянуть в окно заднего вида. Хэйк стоял на том же месте и провожал их долгим взглядом. — Просто… Старый знакомый. Не бери в голову, детка, — шутливо отмахнулся Йенс, хотя его глаза бегали к боковым зеркалам. Эбэль понимала, что отец тоже пытается посмотреть на этого человека. — Пап… Точно всё хорошо? — Эбэль. — Йенс смотрел на дорогу, и девочка не могла прочитать его выражение лица. — Давай закроем тему. Оставшуюся дорогу они молчали.

***

В баре «Old miller» Йенс бывал очень редко, только если намечался какой-то большой матч или он хотел провести время со старыми друзьями из университета или с работы. Он вообще не был любителем приложиться к бутылке, только, может быть, немного пива или дорогого шампанского по праздникам. Чиэ лишь кратко поинтересовалась, куда он собрался, и, получив ответ, полностью успокоилась. Только Йенсу было совсем не спокойно, когда он нерешительно открыл дверь заведения. В баре было не так много людей. В основном компании мужчин примерно его лет, которые о чем-то болтали под выпивку и закуски, иногда взрывая заведение приступами басистого хохота. Йенс прошёл мимо них и скоро увидел Хэйка. Тот сидел за одиноким столом, а рядом были две рюмки и целая бутылка дешевой водки. Йенс не удивился. У алкоголиков всегда на лице это написано, и он понял всё с первого взгляда на Хэйка тогда, на улице. — Здравствуй, Келлерман, — поприветствовал его Хэйк, подняв глаза из-под длинных чёрных волос. — Давно не виделись. — Он пододвинул к нему рюмку, когда Йенс сел напротив. — Да… Давно. Спасибо, я не пью. — Тот потёр шею, оглядывая гостей поблизости и не желая смотреть в глаза Хэйку. — Как жизнь? Вижу, женился, дочку родил. — Тот кивнул в сторону кольца на безымянном пальце. Йенс вздрогнул и инстинктивно попытался спрятать руки. — Ну… Не только дочку, ещё сын старший, восемнадцать уже… — Гм… Да, моему отпрыску, кажется, столько же. — Хэйк кивнул, подсчитав про себя возраст Тэнэ. — Ты тоже женился? — Йенс с недоверием взглянул на мужчину. Тот хрипло посмеялся. — Когда-то… Она давно ушла от меня. Впрочем, неважно. — Хэйк сощурился, неторопливо осушая остаток своей рюмки. — Я думал о тебе всё это время. Как ты там… Всё же, удивительно нас снова столкнула жизнь, не думаешь? — Мир тесен. — Йенс потёр висок. — Слушай, Хэйк. Раз уж мы начали говорить более откровенно… Я скажу честно. Я не хочу вспоминать былое. Моя жена — лучшая женщина в мире, и я чувствую себя последним ублюдком, даже когда просто думаю о… том. — К чему этот стыд, Йенни? — Хэйк хрипло посмеялся. — Что было, то прошло. Впрочем, я бы назвал наше время лучшим в моей жизни. Тогда не было этой шлюхи, не было этого проклятого дерьма, а бухло было дешевле. — Он вздохнул, наливая себе ещё одну рюмку. Жестом он снова предложил налить и Йенсу, но тот отрицательно покачал головой. — Мне… жаль, что твоя жизнь так сложилась. — Йенс потёр пальцы. — Ты был очень талантлив. Возможно, даже слишком для своего времени. — Такова участь гения — отдать всё в жертву делу жизни, а потом сгореть дотла самому. Но, честно говоря, я не жалею. Я много сделал, многим помог и ещё больше заработал. — Хэйк самодовольно усмехнулся. — Помнишь, что я говорил о проклятьях? Ты никогда мне не верил. — Проклятьях?.. — Глаза Йенса резко расширились от шока, а дыхание перехватило. Он словно вернулся в прошлое. Тогда они с Хэйком были закадычными друзьями. Йенс учился на программиста, в то время как Хэйк был лучшим студентом биофака. Их связывала, скажем так, не только дружба. Это было… Молодостью, желанием попробовать новое и неизведанное, бросить вызов общественным нормам… Оба были красавцами с блестящими оценками, но Йенс знал — пока его знания были ограничены упорством, Хэйк имел нечто большее — гениальность. И тогда, когда Хэйк рассказывал ему об удивительных аномалиях, случающихся с людьми, Йенс не верил и смеялся. Не верил… Пока это не коснулось его первенца. И он… не вспомнил тогда о словах Хэйка. Он был так поглощен стрессом и попытками помочь, что чужие слова просто выветрились из его головы, но теперь пазл сложился воедино. — Что-то не так? — Хэйк нарушил молчание. — Хэйк… Что ты знаешь о проклятьях? — Голос треснул и сорвался в конце. — Тебе вдруг стало интересно после стольких лет? — Хэйк, пожалуйста… Мой сын, Дэм… Хэйк смотрел ему в глаза и по покачиванию его головы Йенс увидел, что он всё понял. — Какая удивительная ирония судьбы… Твой сын тоже такой, да? Странный, аномальный. Не такой, как все. — Хэйк растянул губы в усмешке. — А ты помнишь, почему мы расстались, Йенни? — Перестань… — Йенс стиснул зубы. — Это было ожидаемо. — …мы расстались, потому что ты начал считать меня одержимым бредовыми идеями пидорасом, а рядом была твоя симпатичная однокурсница, — сам ответил на свой вопрос Хэйк, проигнорировав возражения. — И как, Йенни? Не иронично ли, что эта шлюха подарила тебе проклятье, в то время как я — единственный, кто может даровать тебе спасение? — Не называй так мою жену. — Йенс почувствовал, как ногти вонзаются в его ладонь, когда он с силой сжал кулаки. — Если ты действительно можешь помочь… Скажи, что тебе нужно. Деньги? Я заплачу любую сумму для Дэма. Проси всё, что угодно. — Да, деньги было бы неплохо… — Хэйк задумался. — Но я хочу больше, чем просто деньги. Я хочу вернуть те годы. Я хочу отмщения за то, что ты когда-то решил меня забыть. — Что?.. — Йенс приподнял брови. Он надеялся, что понимает слова Хэйка неправильно, но тот улыбался, намекая на то, что его слова значили ровно то, чтоб значили. — Хэйк, давай без этого… — Тогда мне ничего не нужно. — Тот внезапно встал с места, слегка придерживаясь за стол, пока уверенно шёл прочь. — Нет!.. — Йенс стиснул зубы. В нём боролась целая буря эмоций, и его вгоняла в ужас необходимость решить эту сложную дилемму немедленно. — Ладно… Только ради Дэма. Хэйк обернулся и хмыкнул. — Ты такой хороший отец… Когда-то я тоже таким был. Что ж, тогда добро пожаловать обратно, Йенни.

***

В кабинке туалета бара было тихо и темно. Хэйк стоял вплотную, от него пахло перегаром и какими-то лекарствами. Одной рукой он мял пах Йенса, пока два пальца другой были прижаты к местечку за ухом. — У тебя очень быстрый пульс… Почти как у проклятых, — шёпотом сказал он, прижавшись сильнее, чтобы потереться своей эрекцией о бедро Йенса. Тот слабо выдохнул и промычал. Глаза слезились от духоты и запаха алкоголя, но он не мог отдалиться. Хэйк, однако, не пытался раздеть его. Он просто тёрся через одежду. Это ведь не совсем измена, верно?.. Йенса немного утешал этот факт. Кажется, Хэйк понимал его привязанность к жене, и их близость была менее откровенной и пошлой, чем во времена университета. — Хэйк… — Йенс тяжело выдохнул. Его член тоже давно стоял, неприятно натягивая ткань джинсов, пока руки другого мужчины слегка сжимали его и гладили. Йенс слабо подрагивал, положив руки на плечи Хэйка. — Да? — Умоляю, сделай так, чтобы Чиэ об этом ничего не узнала… — Он простонал, когда Хэйк стал сжимать активнее. — Для начала поработай тоже, Йенни, — шёпотом ответил тот, взяв одну руку Йенса и положив на свой пах. Это было чертовски грязно. Ладонь Йенса слабо прошлась по горячей выпуклости в чужих штанах, слегка сжимая её на манер того, что делал с ним Хэйк. — Вот так… Молодец. Я дам тебе таблетки для твоего сына, и ты вернёшься домой. Они кончили небыстро, но почти одновременно, когда жар между ними стал плотным и ватным. Йенс морщился, не веря, что это действительно доставляет ему удовольствие, заставляет вспомнить далёкие и безвозвратно ушедшие времена. Глаза подёрнулись дымкой возбуждения и остекленели, пока тело подрагивало от последствий оргазма.

***

— Дорогая… Я принёс то, что поможет Дэму.