В облаке дыма

      Полдень. Прекрасное время суток – на улице наконец не так жарко, от чего пропадает необходимость прятаться в тенях деревьев, а на ряду с лёгким ветерком нахождение на улице вовсе делается безумно приятным. Особенно сейчас, когда в Магическом колледже царит тишина и никто не пытается свалить на тебя гору заданий или просто не раздражает громкой и бессмысленной болтовнёй, как это обычно любит делать Годжо.       Шатенка стоит недалеко от огромной лестницы вниз, рассматривая давно заученные виды и запуская в лёгкие ядовитый дым. Она уже и не помнит когда у неё появилась эта тяга с никотину, впрочем, она и не задаётся этими вопросами. Горьковатый, моментами сдавливающий лёгкие, дым хорошенько успокаивает нервы, приносит лёгкое чувство эйфории, да и в общем стал чем-то необходимым. Что же может быть лучше, чем выкурить пару-тройку сигарет, пока лицо обдувает лёгкий ветерок, а солнце медленно опускается к линии горизонта? Несомненно, заниматься этим в одиночестве и полной тишине. Как жаль, что подобное счастье продлится не долго, ведь в один момент до чужого слуха доносятся приближающиеся шаги, что, как она уверенна, могут принадлежать лишь одному человеку. – Уже вернулись с задания? Как жаль, а я то надеялась, что вы там и останетесь, – чуть язвит девушка, выпуская со рта облако серого дыма, что беспощадно устремляется в лицо товарища, который на это даже не реагирует, а жаль. – Пред первый уровень оказался по силе равным разве что бездомному животному, было даже скучно, – разносится совсем рядом слегка уставший голос, за которым следует секундное молчание. – Одолжишь сигаретку?       Девушка не отвечает, медленно тянется к карману и достаёт полупустую пачку каких-то недорогих и популярных сигарет. Она быстро открывает упаковку, доставая из неё заветную сигарету, о которой, судя по реакции, он грезил чуть ли не с самого утра. Шаман благодарно кивает и, одним движением достав из кармана зажигалку, поджигает столь желанную вещь, сразу затягиваясь, кажется даже немного успокаиваясь.       Сигареты – это сущая гадость. Даже сама Иейри порой жалуется на неприятное послевкусие, хотя всё равно продолжает курить. Для Гето же ни дым, ни отвратный вкус не является серьёзной преградой, наоборот, ему подобное кажется очень даже привлекательным, по крайней мере на ряду с тем вкусом, который преследует его чуть ли не каждый день. Для него сигареты – это способ расслабиться, придти в себя и перебить то неприятное послевкусие, что днями мучает его после поглощения очередного проклятия. – А я думала ты завязал, по крайней мере Сатору так сказал, – та тихонько улыбается, насмешливо смотря на мастера проклятий, что от её слов лишь закатывает глаза и недовольно хмурится.       Сугуру какое-то время молчит, делает очередную затяжку и выпускает из лёгких очередное облако дыма на пару с появившимся напряжением. Подобные разговоры уже не редкость: с момента как Гето подсел на эту дрянь, не без помощи Сёко, они стали часто встречаться на этом месте, вместе выкуривать парочку сигарет и обсуждать всё, что произошло за последнее время.       Недовольство медленно сходит на нет, позволяя парню продолжить этот разговор. – Мало ли что говорит Сатору. Мы с ним договорились о том, что я не буду курить при нём, а о том, что я брошу не было и речи, – его голос спокойный, хотя небольшая морщинка, выступившая на лбу, прекрасно говорит о его лёгком раздражении.       Сделав глубокий вздох, то ли от тяжести разговора, то ли от желания немного отдохнуть от сигаретного дыма, тот вновь затягивается, привычно прикрывая фиолетовые глаза. – А, да? Тогда может скажешь это ему, а не мне? Вот он как раз идёт, – та тушит сигарету и словно в подтверждение своих слов, смотрит куда-то назад, а стоит ей услышать кашель рядом, как на лице появляется хитренькая ухмылка.       Услышанные слова от подруги не на шутку напугали парня, заставляя подавиться дымом собственной сигареты, а после в спешке бросить её на землю, безжалостно втоптав в землю. Шаман старается привести себя в порядок и сделать видимость, словно это не он тут пыхтел как паровоз, а Сёко пропитала его этим противным дымом. Ей богу, как подросток, что решил покурить в тайне от родителей и услышал, как к нему в комнату идёт мама. Только вот сейчас к ним никто не идёт и, осознав это, парень зло хмурится, глядя на подругу, пока та позволяет себе рассмеяться от всего сердца. – Хей, мистер «мало-ли-что-говорит-Сатору», с тебя теперь новая сигарета. – Куплю тебе целую пачку, если конечно прекратишь так шутить. А теперь давай делись, я вообще-то из-за тебя её выкинул.       Та лишь пожимает плечами, кажется вполне довольная тем, что своей шуткой смогла вынудить друга в дальнейшем пополнить её убывающий запас сигарет. Ловким движением та вновь достаёт почти пустую пачку и вытаскивает из неё сигарету, после чего протягивает и брюнету, чем заставляет его успокоиться. Жаль, что ненадолго. Стоит чужим пальцам приблизиться к пачке, как вдруг где-то неподалёку раздаётся до боли знакомый и бесячий голос. – Хей, ребят, вот вы где, а я уже было потерял вас! – на горизонте появляется белобрысая макушка, заставляя сердце парня сжаться в ужасе, и чуть ли не отскочить от Сёко, которая быстро меняет сигареты на какой-то мятный леденец, припрятанный словно именно на подобный случай.       Без лишних слов парень кивает и принимает сладость, закидывая ту в рот и быстро рассасывая. Лёгкая горечь быстро сменяется леденящим холодом и сладким мягким привкусом. Происходит это с той же быстротой, с которой приближается к ним обладатель Бесконечности и с которой девушка перед ним зажигает новую сигарету, словно помогая подтвердить отмазку о том, что это она виновница прокуренной одежды брюнета. – Сугуру, ты так быстро ушёл когда мы закончили, даже не подождал меня, нахал! – парень шутливо хмурится, ненадолго делая вид, словно он действительно зол, но после лишь разражается хохотом, обнимая и напуганного мастера проклятий, и недовольную Иейри. – Фу, Сёко, ты снова эту гадость куришь, вон даже Сугуру уже весь пропах ею.       Чужие слова заставляют немного успокоиться и быстро покончить с мятным леденцом, что так морозит горло. Шатенка в ответ на чужие слова лишь недовольно цокает и без зазрения совести ударяет блондина по голове, чем вызывает у второго недовольное «Эй!», а у парня рядом лёгкий хохот.       Чуть погодя и перекинувшись ещё парочкой слов, оба парня прощаются с шаманкой, вновь оставляя девушку наедине с тлеющей сигаретой, лишь махая ей на прощание. Та какое-то время смотрит им в след, язвительно хихикая и глядя на то, как Годжо сжимает Сугуру в объятиях, стоит им отойти от неё на небольшое расстояние и на то, как второй жестом велит ей не смотреть, на что та лишь по-доброму усмехается, отворачиваясь. – Как дети, ей богу, – тихо шепчет та, глядя на заходящее солнце и улетающий в даль фантик из-под дешёвого мятного леденца.