I was made for lovin' you, baby

Адам был довольно скандальным человеком, и это знали абсолютно все.    С людьми он никогда не ладил. Начиная со школы у него появились проблемы со взаимодействием с окружающими: Адам был гиперактивным ребенком, причем вдобавок со сложным характером.     Проблема крылась в чрезмерном эгоизме. Юноша считал, что он, раз он Адам, и есть первый человек на земле, а значит ему все позволено.     Единственное место, где он смог найти друзей, так это музыкальная школа. Играть на инструментах, в частности на гитаре, Адаму всегда нравилось, причем как в соло, так и в дуэте или в трио. В последних случаях приходилось, конечно, уступать и соглашаться с общими правилами, что мальчику абсолютно не нравилось, но музыка, получающаяся в результате командной работы, служила некой моральной компенсацией. В конечном итоге, работать в команде ему понравилось настолько сильно, что теперь он отказывался играть в соло.    С того момента, как он решил сколотить свою собственную рок-группу, прошло достаточно много времени. Первым делом были приглашены все лучшие друзья: Майк, который занял должность барабанщика, Найджел, который стал гитаристом, иногда становясь на бэк-вокал и помогая Адаму вытягивать особо сложные партии, а потом в качестве клавишника присоединился Джейк. Этот, в отличие от остальных, очень долго не давал ответа, сомневался, надо ли ему всё это, но в конечном итоге любопытство взяло верх, и вот в один из вечеров он написал Адаму, что принимает их предложение.    В детские годы Найджел ничем не отличался от обычного среднестатистического подростка: русые волосы, чуть доходящие до плеч, причем лежащие не ровно, а в полном беспорядке. Из-за этой особенности мальчик часто слышал в свой адрес шутки про воронье гнездо, про удар током перед учебой, про ежедневные ночевки на сеновале… и если сначала его это как-то задевало, то потом он привык, и уже с улыбкой отвечал шутникам: “я просто будущий рокер”. Кто ж знал, что Найджел чисто случайно предсказал свое будущее…    Юноша как был экстравертом, так и остался: пусть даже сейчас он уже не такой, как в детстве, однако эта черта, как и шутки про волосы, никуда не исчезла. Адам как раз являлся этаким “амбассадором” всех шуток, направленных в адрес Найджела, и даже пару раз доводил того до истерик, но несмотря на это Найджел не смог оставить друга одного, и все равно пошел за ним, предварительно сказав, что если юноша доведет его в третий раз, то тот покинет группу и прекратит общение. Адам хоть и любил смеяться, но к другу прислушался, и теперь шутит только тогда, когда подходит ситуация.    Майка они нашли в той же музыкальной школе. Тот все также любил играть, но только в те годы был не особо общителен, и сдружился с Адамом только под конец выпуска. Изначально он не хотел заканчивать музыкальную школу, а хотел уходить на фармацевта, как требовали того родители, но год дружбы с Адамом сделал свое: Майк отрастил волосы, перекрасился из блонда в черный, потому что так якобы модно, а еще сказал родителям, что хочет развиваться в направлении рок-музыки. В тот вечер все трое дружно пили валерьянку, чтобы успокоиться, и в конечном итоге приняли решение сына.    Когда он узнал, что Адам и Найджел собираются уже окончательно точно создавать свою группу, тот сразу же выразил желание вступить. Что ж, с барабанщиком и гитаристом проблема была решена, но…    Оставался только пианист. Его, кстати, нашел Майк: тот буквально притащил своего знакомого с другой музыкальной школы, с которым он несколько раз пересекался на отчетных концертах, представил команде, однако те не оценили. Джейк напоминал больше призрака, чем живого человека: бледная, как мел, кожа, серые, как остывшая лава, глаза, и черные волосы, находящиеся где-то между “это мужской каскад” и “я не брат Найджела, достали уже!”. А конкретно последняя фраза впоследствии породила новую волну шуток от Адама.    Что касается его владения инструментом? Он был прирожденным гением, который мог приложить минимум усилий, но сыграть так, как будто профессиональный пианист. Когда Майк попросил Джейка сыграть группе что-то, чтобы продемонстрировать навыки, тот сначала отказывался, а потом, когда Майк сказал, что за это купит ему чизкейк, тот был согласен весь вечер не отходить от инструмента. За чизкейк юноша буквально был готов продать и душу, и Майка, и всю свою коллекцию игр для приставки. Для Джейка жизнь без обычного классического чизкейка не имела смысла.    Вообще, никто из них не думал, что идея создания музыкальной группы станет чем-то большим: думали, мол, так, поиграют и разбегутся. Постепенно каждый начал все ответственнее подходить к репетициям, и в конечном итоге они пришли к тому, чтобы записать первый альбом и действительно заниматься музыкой. Подумать только: четверо юных чилипиздриков-невдупленышей наконец-то учатся думать по-взрослому.    И вроде бы стало все отлично: изо дня в день они репетировали, писали песни, но пока что никуда не публиковали. А почему? Потому что они не учли один момент: они даже не придумали название… А как вести социальные сети без названия? Правильно, никак. Это ведь не соло, там не получится назваться реальным именем или фамилией – здесь целый коллектив, и название должно устраивать всех четверых.    На одной из репетиций Найджел все-таки не выдержал и поднял эту тему.    — А как называться-то будем? — Спрашивает Найджел после того, как все собрались.    — А разве Адам не придумал название? — Джейк лениво поворачивает голову в сторону лидера, будто ожидая услышать ответ.    — Нет. — Адам отвечает, поняв намек. — Моя задача была вас собрать, а потом решить с названием. А то вдруг бы я придумал, а вам бы не понравилось?    — И то верно... — Кивает Найждел. — Тогда думаем все вместе. Есть варианты?    — Heaven's gangsters? — Предлагает вариант Майк, но вместо одобрения все усмехнулись. — А что? С Адом ничего связывать лично я не хочу — названий групп, у которых хоть как-то фигурирует Ад, уже тьма. Да ещё и имя вокалиста — Адам! —Теперь смеется и он сам. Имя он выделил голосом, чтобы все поняли намёк. — Улавливаете связь?    — Боже, ты гений! — Джейк ухмыльнулся. — С Раем-то понятно, но почему "гангстеры"?    — А мы похожи на ангелочков? — Продолжает убеждать Майк. — Я скорее больше поверю в то, что все люди обретут бессмертие, если будут питаться только гавайской пиццей и камнями, нежели в то, что мы похожи на святош.    — Да и так проще: не нужно будет играть на две стороны, мол, в жизни такие, а в интернете другие. — Договаривает за него Найждел, слегка поправляя ворот черно-белой клетчатой рубашки, который слегка съехал и начал раздражать юношу.    — Мне нравится твой вариант! — Посмеялся Адам. — Оставим его, если никто не против.    — Вам не кажется, что мы сильно быстро выбрали название?..    — Заткнись, Найджел, а то Адам передумает! — Майк в шутку дал ему подзатыльник: не сильно, но ощутимо.    Так и началась их история.    Не секрет, что Адам довольно прямолинеен и груб, однако члены группы уже привыкли к колкостям, скандалам или подобного рода выходкам. Даже в интернете от лица группы он отвечал довольно агрессивно, что кого-то привлекало, а кого-то отталкивало. Несмотря на грубость, многие фанаты оставались, потому что их привлекал образ вокалиста.     Остальные участники помогали писать более сдержанные комментарии, буквально диктуя Адаму, как лучше выразиться и где стоит заменить мат. Получалось неплохо: с помощью остальных получалось выйти сухим из воды и не встрять в конфликт. И так продолжалось до того, пока один человек не написал про бас.    Его не устроило то, что в песнях он часто присутствует, а в закрепленном посте, где расписаны роли всех членов Heaven's Gangsters, ответственного за бас не было. В комментариях начался ажиотаж: кто-то обвинял группу во всем, вплоть до того, что никто из них не умеет играть, и вся музыка пишется с помощью программ, ну или заказывается у других, а парни так, для красивой обложки. Кто-то же, наоборот, поддерживал, говоря, Мол, они новички, и со временем будет басист, а пока они обходятся всякими программами.    Так, в скором времени парни собрались у Джейка, чтобы обсудить дальнейший вопрос со студией и разрешить конфликт. Адам лежал на диване, вытянувшись, и залипал в телефон. Майк и Джейк играли в приставку, а Найджел с интересом наблюдал за происходящим, жуя кусочек пепперони.    — Вот сволочь! — Внезапно выругался Адам.    — Что происходит? — Найджел поднял взгляд и перестал жевать. Майк специально сказал Джейку добить его персонажа, чтобы не отвлекаться на игры и включиться в разговор.    — Помните эту тварь, которая писала нам про бас? — Все кивнули. — Он агитирует всех отписываться от нас! Так у него ещё и дар убеждения хороший — ему все верят! Все резко зашли на страницу группы, чтобы прочитать комментарий и посмотреть на ник человека, который портит им карьеру.    — Люцифер... — Тихо прошептал Найджел.    — Улавливаете связь?! Блин, ну ник гениальный! — Майк не выдержал и начал смеяться во весь голос. — Если это ник вообще...    — Да заколебал ты со своей связью! — Шикнул на него Джейк. — Надо с комментарием разобраться, а ты тут ещё с тупым юмором.    — Эй! — Обиженно крикнул юноша. — Если ты не выкупаешь мои шутки, это значит, что у тебя нет денег! Ха-ха-ха-ха!    — Так, хватит! — Грозно рыкнул Адам. — Джейк прав. Что будем делать с Люцифером? Запинаем его? — Усмехнулся он.    — Нет. — Найждел влез в разговор, пытаясь снова вразумить всех и вся. — Давайте перейдём на его страницу и посмотрим. Вероятно, если он умеет различать настоящий бас от добавленного через программу, и если он такой глазастый, раз это заметил, то он разбирается в музыке.    В конечном итоге, у этого Люцифера тоже был блог о музыке. В основном он записывал лиричные песни без единого мата и с кучей смысла.    — Он в друзьях у Чарли?! — Вновь орёт Адам.    — Это та, с которой мы на песню недавно договаривались? Из группы “Hazbin Hotel”? —Переспрашивает Джейк.    — А что Хазбин хотел? Ха-ха-ха-ха-ха-ха! –Майк, как обычно, в своем репертуаре: не упускает возможности пошутить, и сама шутка пришла ему в голову тогда, когда он услышал корявое английское произношение Джейка. –А если серьезно, то мы уже договорились... — Вздыхает он. — Ну это так, для особо одаренных. — Джейк лишь фырчит.    — А давайте просто ему в личные сообщения напишем и попросим быть басистом? — Предлагает Найджел.    — Ты с ума сошел?! — Отвечает Адам повышенным голосом. — Как ты себе это представляешь? Предлагаешь буквально позвать нашего хейтера к нам в группу?    — Ну да. — Кивает он. — Так у нас будет басист, который о-о-о-очень сильно разбирается в музыке. — Слово "очень" он протягивает, как бы выделяя.    —Ладно, звучит логично... — Соглашается Адам. — А с комментарием что делать?    — Так и ответь, мол, ищем басиста, вы могли бы подойти... — Словно тупому разъясняет Найджел. — Мы текст составим, а ты напишешь, как представитель группы.    — Мне не особо нравится эта идея, но раз уж у нас нет другого выхода, то давайте попробуем... — Вздыхает Адам, ожидая текста для сообщения.    И правда, Люцифер умел играть на бас-гитаре. Это не было его основным направлением: в основном он предпочитал играть на скрипке, ну или же на акустической гитаре, но выручить начинающих ребят ему почему-то очень хотелось.    Возможно, мужчина вспомнил свою молодость, и как он сам пытался начать зарабатывать на музыке. Было нелегко, однако сейчас у него аудитория в несколько миллионов слушателей и несколько аккаунтов в социальных сетях, причем как и открытых, так и закрытых. Несмотря на огромное количество слушателей, он не являлся самым узнаваемым музыкантом: встречались люди, такие как Адам и его компания, которые вообще впервые слышат о певце.    Благодаря коллективному разуму и сдержанному общению, им удалось уболтать его присоединиться к Heaven's Gangsters. Оказалось, Люцифер — его настоящее имя, а не ник в сети. Но большим потрясением для группы стало то, что это отец Чарли. В этот момент с открытыми ртами сидели абсолютно все. То есть, они на полном серьёзе скоро запишут фит с его дочерью?.. Интересная ситуация.    Люцифер не продержался и двух недель. Адам в сети отличался от Адама в реальной жизни, а тот никогда язык за зубами не держал. Остальные участники группы помогали им наладить отношения, но в конечном итоге новый басист не выдержал и, обматерив Адама за все косяки с его стороны и различные колкости, им же и был изгнан из группы, потому что лидер не хотел терпеть такое отношение к себе.    А вот фит с Чарли, отражающий концепцию перенаселения в аду, очень даже понравился пользователям. Люцифер, узнав о том, что его дочь выпустила совместный трек с Heaven's Gangsters, был в бешенстве, но под постом с композицией оставил положительный отзыв. Видимо, чтоб не расстраивать любимую дочурку.    По итогу, после инцидента с Люцифером, проблема оставалась актуальна до сих пор: им очень не хватало бас-гитариста.    Поначалу они обходились и без него, добавляя бас через программы, как делали это обычно, но внезапно, когда и остальные песни, помимо "Hell is Forever", стали набирать огромное количество прослушиваний, когда встал вопрос о съёмке клипов, когда фанаты начали просить провести концерт, тогда и стали думать, что же делать.    Так, наступила очередная репетиция. Майк пришел самым первым, собрал черные волосы в маленький хвостик, еле доходящий до плеч, а потом сел за свою стойку, и, чуть-чуть её поправив, начал играть свою новую партию.    Получалось довольно неплохо, однако все равно не хватало опыта: ноты он видит только в третий раз. Дома играть не получается: он из довольно большой семьи и, как назло, самый старший. Младший брат и две сестры привыкли спать днем, поэтому в это время доступ к барабанной стойке запрещен. А в то время, когда дневной сон заканчивался, каждый лез к барабанам с просьбой научить их играть. Чтоб не злить родителей и не расстраивать младших, приходилось иногда уступать место, давать детям палочки и по очереди обучать. Конечно, только под его личным присмотром — практиковаться без старшего брата запрещалось.     Иногда бывали времена, когда брат и сёстры трогали инструмент без разрешения, а один раз даже умудрились продырявить пластик. После этого пришлось отнести всю ударную установку в место их репетиций — гараж Найджела, переделанный под студию. Найджел дал всем членам группы по ключу, так как доверял. Ценного там толком ничего не было: только инструменты, оставленные другими, так что при всём желании воровать там было нечего. К гаражу все относились трепетно, скидывались на ремонт и на новую мебель, чтобы было где отдохнуть после записи песен, а ключ никому не передавали, потому что если Найджел узнает, что со "студией" что-то произошло, то очень разозлится. Очень — мягко сказано. В гневе его лучше никогда не видеть.    Вообще, Найджел был довольно интересным парнем, и имел оптимистичный взгляд на все происходящее. Благодаря этому, он в конечном итоге стал чуть ли не личным психологом группы. Довести его было сложно: многие пробовали, и когда получилось, то все резко пожалели об этом. С этого дня ввелось негласное правило: не злить Найджела. И гараж не ломать, чтоб от него не получить.    Найджел пришел через десять минут и, поздоровавшись с Майком, сел настраивать гитару. В конечном итоге, когда оба разгорелись, они решили попробовать сыграть свои партии вместе, чтоб посмотреть, кто и как выучил ноты. У Найджела с этим проблем не было: он постоянно тусил в гараже, репетируя новые партии, однако паранойя никуда не уходила. Страх подвести группу был самым главным врагом для юноши, и поэтому он не упускал ни единого шанса, если есть возможность репетировать с кем-то. Джейк, как обычно, пришёл самым последним. Он — довольно ленивый парень, и если бы не было выговора от остальных участников, то он бы вообще не приходил. Несмотря на это, у юноши талант запоминать свои партии буквально за считанные минуты и играть их с первого раза с минимальным количеством ошибок. Именно поэтому выгнать его не могли: хоть и ленится, но в конечном итоге работу сделает. И причем качественно, чтоб не приходилось переделывать.    Адам же пока наблюдал за остальными и пытался немного отдышаться, так как проспал будильники и по итогу бежал до гаража, а не шел обычным шагом, как привык. Найджел, пока у него было время отдохнуть, предложил попробовать ввести ещё одну гитару, чтобы, как он выразился, "было больше рока". Идея понравилась всем, кроме самого Адама.    — Может...пока не будем проводить концерт? — Спросил Найджел, когда все затихли и просто сидели на месте. — Нам бы развиться, да пару клипов снять. Ну, хотя бы на те песни, которые популярны.    — Я согласен. — Вступает Майк. — Вы видели, как фанаты агрессивно требуют клип на "Hell is Forever"? Давайте сначала с этим разберемся! И Чарли позовём, раз там ее партия была.    — Вот именно! — Поддакивает Найджел. — Концерт, конечно, нужен, но фанаты расстроятся, если узнают, что баса у нас нет...    — И это повлечет за собой много негатива... — Джейк, как обычно, отвечал скучным, протяжным голосом. Лень всё же берёт своё. — Да и честно... — Вновь начинает он. — У нас нет даже менеджера. И вся работа лежит на нас. — Меняет тему Джейк. Он не хотел, но так вышло, и по итогу обсуждение клипа дальше не продвинулось. — Зачем напрягаться, когда можно не напрягаться?    — Кстати, тоже проблема! — Слегка раздраженно отвечает Найджел. — Мы сами себе и пиарщики, и менеджеры. Может что-нибудь сделаем с этим, а?    Все трое поворачиваются на Адама.    — А че ж вы на меня-то смотрите?! — Удивленно произносит он.    — Ты наш лидер! — Пытается вразумить его Майк. — Ты создал группу, ты ответственный за контент в соцсетях, за репетиции, за покупку платных версий программ для работы со звуком. Мне продолжать список твоих обязанностей?    — Да понял я, понял! — Повышает голос Адам. — И что вы мне предлагаете?    — Найти нам менеджера и басиста. — Хором отвечают остальные.     — Хорошо... Может, у кого-то есть варианты?    — Ну...у тебя много друзей-музыкантов. Напиши им! --Предлагает Найджел.    — Из них басистов только двое, но оба уже состоят в группах. — Вздыхает Адам. —Написать можете вы. Возможно, вам повезёт.    — Давайте просто заключим контракт с кем-нибудь из знакомых Адама? Будет играть на две группы, и получать больше. — Предлагает Майк. — Вот от такого я б не отказался! Это как..."взять в аренду"! — Майк снова начинает смеяться.    — Тогда напишу им, может, действительно кто согласится... — Отвечает Адам. — Может, еще варианты?    — Давайте найдем сами? — Найджелу приходит великолепная идея: видно, что он аж светится. — Разместим у себя пост, устроим прослушивание. Кто сработается с нами, тот и будет в группе!    — Сработаться с Адамом практически нереально... — Лениво, будто сейчас заснёт, отвечает Джейк.     — Здесь Джейк прав... --Вздыхает Найджел. — Адам, если ты очень хочешь завербовать нам личного басиста, то веди себя сдержаннее.    — Да-да, иначе басистов не останется! — Майк вновь не упускает возможность пошутить. — Адам их съест!    — Хорошо... — Вздыхает он так, будто пахал в шахте год без отпуска. — Тогда сейчас выложим пост про поиск басиста.    — Что насчёт менеджера? — Спрашивает Джейк. — И пиарщиков ещё можно...    — Будем думать. Чтобы они у нас работали, нам нужны деньги. Деньги у нас есть? —На вопрос Адама все машут головой. — Вот именно, что нет. А если басист придёт, устроим концерт. И отложим деньги на работу менеджера. В первый раз уж как-нибудь сами вытянем, нам не привыкать.    — Супер! — Подает голос Джейк, а остальные кивают.    Следующий день начинается с плохих новостей. Адам, сдержав свое обещание, написал друзьям-басистам, однако те, во-первых, отказались, а во-вторых, послали его далеко и надолго, сказав, что если группа Адама останется единственной в мире, они ни за что не присоединятся. Это было сказано не в обиду, просто оба уже привыкли к своим коллективам, и ни за что не хотят их менять на другие, а брать двойную работу всем влом.    Расстроенный Адам звонит остальным, и вот все снова собираются в гараже.    — Господа, у меня для вас плохие новости… — Когда все пришли, начинает он.    — Басисты отказались? — Читает его мысли Майк.     — Ага…    — Тогда переходим ко второму плану: пишем пост о поиске басиста! –Найджел берет все в свои руки. — Давайте придумаем текст для поста.    Спустя два часа все было готово.    И вот, парни объявляют о наборе басистов, организовывая некое "прослушивание": они заранее прикрепили материал, к которому нужна партия, и попросили людей, предварительно написав её, прийти по указанному адресу. Ограничений никаких не было: лишь фантазия человека и умение договариваться.    Так, на пост о поиске басиста откликнулись пять человек. Первый был максимальным работягой: куда только он не был устроен... По итогу, расписание репетиций группы не совпало с графиком, а работать из дома он не захотел, и в конечном итоге предложил поискать замену, но если будет безвыходная ситуация, то он, несомненно, их выручит.    Он ушёл от них даже без пробной игры.    Второй отказался, услышав о том, что денег нет, но до конца партию доиграл, и весьма неплохо, но жаль, что он казался до жути меркантильным — ему нравилось получать деньги, а не играть: он никогда не ловил кайф от того, что он играет. Группа, обречённо вздохнув, распрощалась с ним.    Третий, или же Макс, подходил идеально: даже общий язык с Адамом нашел, вот только он очень сильно сомневался в себе и в своём мастерстве, хотя на деле показал себя отлично. Обрадовавшись, парни сказали ему, что пока что он самый лучший кандидат из всех, а Найждел пообещал, что с его ментальными проблемами он разберётся, если тот всё-таки будет принят в группу.    — Останавливаем прослушивание? — Спрашивает Джейк.    — Нет. Мы не можем отправить домой остальных. — Строго отвечает Майк. — Дадим шанс всем.    И Адам соглашается, понимая, что это даже логичнее.    Четвертый им не подошел по манере общения, только на этот раз он не нашёл общий язык с Найжделом. И вот тут все были в глубочайшем шоке: обычно поладить трудно с Адамом, а не с ним. А этого паренька Найждел выбесил буквально своим существованием и оптимистичностью, и он, в конечном итоге, разошёлся в оскорблениях так, что полил грязью всех знакомых Найджела, и под конец его самого. Группе ничего не оставалось, как разнять этих двоих и проводить крикуна за дверь, даже не дав шанса показать себя.    Пятый же...стоп, это девушка?!    — Да ну не, у нас не будет бабы в группе! — Шепнул Адам Майку на ухо, за что получил смачный подзатыльник.    — Да пусть попробует!    Сначала девушка пыталась просто сыграть свою партию, как и подобается, но в конечном итоге Майк прервал девушку, показав ладонью знак “стоп”.    — Выходим, парни. — Он сам поднялся с места, поманив остальных за собой. — Мне нравится твоя партия. — Обратился он к девушке. — Попробуешь сыграть вместе с нами?    — Да, давайте… — Робко ответила незнакомка.    По итогу, она оказалась даже круче третьего кандидата: было видно, что она играет с душой, поэтому музыка звучала совсем иначе. Каждую ноту она буквально пропускала через себя, вкладывала все свои чувства, создавая просто райскую мелодию в совокупности с остальными. Адам, который изначально был против, под конец просто отошёл от микрофона и похлопал её по плечу.    — А ты ничего! — С ухмылкой сказал он.    — Да, это было потрясающе! — Крикнул Найджел, подойдя к незнакомке. — Молодец! Не ожидал, что ты так быстро сумеешь подстроиться под нас.     — Как зовут? — Спросил Майк.    — Лют.    — Приятно познакомиться. Я Майк, отвечаю за барабаны. Это Найждел, он гитарист, вон там в углу лежит Джейк. И да, он живой, он просто сыграл партию и устал. А вокалист у нас Адам.    — Теперь понятно, почему название у группы такое! — Скромно усмехнулась девушка.    — Мы берём эту малыху, слышите?! — Заорал Майк.    — Мы обсудим результаты и напишем. — Влезает в разговор Адам. — Не обнадеживай себя заранее, Лют. А пока иди домой и передохни.    Девушка так и сделала. Поблагодарив парней, она попрощалась, закрыв дверь гаража за собой.    Адам хоть и был приятно удивлен, но до последнего надеялся на предыдущего кандидата, потому что где это видано — девушка, и при этом басистка? В голове не укладывается.    — Ну и зачем ты её прогнал? — Спросил Найджел.    — Я не прогонял! — И действительно, это правда. — Нам надо время на обсуждение всех кандидатов. Не при ней же говорить!    — Ладно, возможно я тебя не так понял…    Найджел уходит к маленькой тумбочке, которая у них служила "заначкой вкусностей". Из напитков остался только кофе, поэтому юноша, предварительно всех спросив и услышав согласие, достал четыре кружки и высыпал содержимое пакетированного капучино. Конечно, с настоящим оно не сравнится, но и они не настолько богаты, чтобы позволить себе кофемашину. У них тут не кофейня, в конце концов, поэтому питаются только собранными общими усилиями продуктами.    После того, как каждый взял свою кружку, они ушли к старому дивану, который притащил Джейк, когда переезжал из одной квартиры в другую. Сначала все были настроены скептически, но потом поняли, что без дивана жизнь была бы не та. В конечном итоге, надо же делать перерывы во время записей треков и репетиций, верно?    — Итак, господа. — Обратился к ним Адам, взяв инициативу в свои руки, как и подобает лидеру. — Кто что думает?    — Кандидатов у нас не так много… —Вяло отвечает Джейк. — Но я за Лют.    —Я поддерживаю Джейка. — Говорит Майк. — Макс, конечно, хорош, но Лют сыграла лучше. Так еще и без проблем под нас подстроилась, и ни единой запинки не было! —Глаза юноши буквально горели от счастья. — Не каждый так может. Однако…я бы не стал полностью игнорировать Макса.    — Что ты имеешь ввиду? –Спрашивает Адам.    — Я бы пригласил его работать с нами, но занять роль менеджера или пиарщика. — Слегка подумав, отвечает он. — Парниша цепляется за любую подработку, по нему видно. Он и сейчас на работу пошёл.    — Откуда такая уверенность? — Слова Джейка было трудно разобрать, потому что они напоминали типичное сонное бормотание, но Майк, в конечном итоге, смог.    — В портфеле, когда он полез прятать ключи, которые ему, по всей видимости, мешали, я разглядел кепку с логотипом Pizza Fresh. Я увидел, но спрашивать не стал. — Майк делает паузу. — Найджел, что думаешь ты?    — Я всё-таки за Лют. По манере игры мне она понравилась больше, но я согласен, что Макса просто так "выкидывать" нельзя.     — Адам, а ты? — Спрашивает Джейк. По нему видно, что ещё несколько минут, и он попросту уснет, положив голову на чьи-нибудь колени. Очевидно, “достанется” либо Адаму, либо Найджелу.    — Я против того, чтобы с нами была баба.     —Но почему?! — Перебивает его Майк. — Не так уж важен пол! Она показала хороший результат, многим понравилось, и даже тебе!    — Ты где-нибудь видел бабу-басистку? Вот и я не видел.    — Она не баба, а девушка. –Вмешивается Найджел. — И она ничем не заслужила того, чтоб ты её так называл.    — Да поебать мне! –Срывается Адам. — Она — баба, как вы не понимаете! Вероятно, пришла сюда, чтоб кого-нибудь соблазнить!    — Даже если и так, мы что, отказать ей не сможем? — Словно тупому, объясняет Майк. — Оттолкнем, да и всё.    — Ну или поговорим с ней!    — Да, много выходов! –Защищает девушку Найджел. –Адам, не будь идиотом, не губи талант!    — А-а-аргх, ладно! — Злобно ответил Адам. — Но если что-то пойдёт не так, то отвечать за косяки будете вместе с ней! И не ждите от меня нормального к ней отношения!    Разозлившись, Адам ушёл, хлопнув дверью.    — Ну и что с ним делать? — Спрашивает Джейк. — Куда он пошел?    — Подышать... — Отвечает Майк. Ты до сих пор не привык к его загонам?    — Привык... — Лениво отвечает юноша. — Ну если он на улице, то пусть чизкейк мне купит... Я ему напишу...    — Сейчас он умеет только орать, поэтому никуда не пойдет. — Тихо отвечает Найджел.    — Тогда Майк пойдет... — Джейк поднимает свой взгляд и решительно смотрит на парня впереди.    — С чего бы?! — Негодует тот. — А что еще сделать?    — Купить мне чизкейк. Ну и Адама вернуть.    — Да он сам вернется. Перебесится и подобреет, ничего страшного. — Отвечает Найджел. — Я знаю его с начала обучения в музыкальной школе. Он всегда таким был, так что переживать не стоит.    — Вот, слышал Найджела? — Майк слегка повышает голос. — Сегодня без чизкейка.    Со стороны Джейка слышится разочарованный вздох.    Действительно, Найджел и Адам были знакомы уже с десяток лет. Их постоянно ставили в дуэт как вокалиста и гитариста, поэтому они сработались настолько, что уже не представляли выступления по одиночке. По итогу, когда у Адама возникло желание создать группу, Найджел сразу же присоединился, позвав за собой и Майка, а уже с помощью последнего был найден и Джейк.     Джейк плохо знал лидера: в основном юноша пытался подстроиться под него, чтоб тот меньше орал, а какие-то факты узнавал от друзей. Подобную выходку он видит вообще впервые, поэтому и не знал и не знает до сих пор, как реагировать.    Благо, был Найджел, который все разъяснил.    Лют они написали, что та принята. В тот вечер девушка буквально прыгала от счастья: она являлась их фанаткой ещё с самого начала карьеры, когда у них и тысячи подписчиков не было, и каждую ночь перед сном мечтала о том, что сыграет с ними когда-нибудь.    И вот удача улыбнулась ей.    — Пошли. — Когда все начали расходиться, Майк подошел к Джейку и схватил того за руку, собираясь утащить к выходу. Вот только второй не торопился.    — Куда?    — Как куда? За чизкейком. — Джейк непонимающе смотрит в глаза своего друга, будто требуя объяснений. — Ты выглядишь так, словно тебя асфальтоукладчиком переехали. Я решил поднять тебе настроение.    Джейк сразу же повеселел, и теперь активно начал перебираться к выходу, желая поскорее отведать свой любимый десерт, без которого он ни минуты просуществовать не может.    Пока Адам бесился, Майк мило болтал с их новой басисткой о расписании репетиций и о предстоящем концерте, который они очень хотят дать в скором времени. В конечном итоге, проблема с басистом была решена, но вот что с менеджером?    В один день они собрались впятером в их привычном месте: в гараже Найджела. Вот только целью сбора была совсем не репетиция, а важный разговор.    Сначала они немного поболтали, узнали, как у кого дела, кто чем занимался, чтобы наладить коммуникацию внутри группы, а потом перешли к самому важному.     И вот удача улыбнулась ей.    — Итак, господа, нам нужен менеджер. — Объявляет Адам.    — То есть, у вас всё это время его не было? — Удивленно спрашивает Лют.    — Да... — Лениво отвечает Джейк. — Мы были сами себе менеджеры, но это столько работы...так не может больше продолжаться...    — Джейк прав. — Вступает Найджел. — Мы и сами неплохо справлялись, но будет лучше, если у нас будет отдельный человек, отвечающий за всё это. А может и целая команда...    — У меня есть знакомая, которую недавно уволили... — Тихо подает голос Лют. —Я могу спросить у неё, если вы хотите.    — Она согласна работать с минимальной зарплатой? — Спрашивает Адам.    — Я расскажу ей про всё. Думаю, она поймёт...    — Супер! Пиши ей и уговаривай работать на нас. — Адам хоть и был против Лют, но если она сейчас договорится с какой-то там своей знакомой, то юноша зауважает ее чуть больше, чем было, и теперь у нее будет десять процентов доверия Адама. Ну, может и больше.    Через четыре дня Лют привела Сэру в гараж Найджела, чтобы та познакомилась с группой и, несмотря на то, что по ее мнению эта группа была пародией на детский сад, она согласилась, так как видит в этих тупоголовых потенциал.    — Я буду работать одна? –Спрашивает Сэра.    — Пока что да, а в дальнейшем найдём помощника… — Вздыхает Адам. — С менеджерами нам не повезло изначально: всю работу мы распределяли между собой.    — Жуть… — Понимающе отвечает девушка. — С вашего позволения я приведу ещё одну.    — Ты про Эмили?.. — Уточняет Лют.    — Да. Она хоть и энергичная, но работу сделает.    — Если Вам так будет лучше, то без проблем! — С улыбкой отвечает Адам.    — Ну что ты! — Смеется Сэра. — Я не настолько стара, чтобы обращаться ко мне на "вы". Но учтите, я с вами нянчиться не буду.    — Окей, поняли! — Хором отвечают участники группы.    С Лют дела действительно пошли в гору. Именно она уговорила остальных всё же написать Максу и предложить должность пиарщика. С её слов, он очень хороший парень, который, как и она, является преданным фанатом Heaven's Gangsters.    Так, Макс присоединился к команде в качестве пиарщика, даже написав парочку партий для Лют в качестве подарка за то, что ей удалось договориться. Эмили и Сэра выполняли работу менеджеров, а первая еще и помогала с продвижением.    На удивление, таким составом они сработались, да и Адам подобрел: теперь он относился к Лют как к одной из участниц, а не как к какой-то "левой бабе", потому что признавал, что если б не она, то группа так и оставалась бы на дне.    Постепенно проблема с комментариями была решена, а группа выпустила пост о том, что басист, спустя долгое время, найден, и они больше не планируют добавлять бас через программы. С такой бас-гитаристкой, как Лют, это попросту не нужно: она с удовольствием писала партии, учитывая комментарии остальных, а потом играя так, будто на кону её жизнь.    Песни зазвучали совсем иначе, и это пошло только на пользу: число фанатов начали расти, и теперь уже можно было подумать о концерте.    Зная, что на Лют можно положиться, что она выучит все партии, можно было не беспокоиться.    Так, Сэра смогла договориться с местным ночным клубом, чтоб они предоставили площадку. Началась самая убийственная работа: надо было всё согласовать по документам, чтоб было всё законно, запустить продажу билетов, распространить объявления о концерте, развесить постеры…и просто ждать и репетировать.    И вот тут произошло то, чего не ожидал никто: Найджел предложил Адаму вновь взять гитару и сыграть его партию вдвоем.    Адам ведь очень любил этот музыкальный инструмент: на всех посиделках он был с гитарой, иногда даже разделял партии с Найджелом на каких-нибудь квартирниках, чтобы песня звучала динамичнее.    В конце концов, именно гитара была отражением состояния его души, и было очень странно, что он так просто смог отказаться от когда-то любимого хобби и быть просто вокалистом. Найджела это ещё беспокоило в начале пути их группы, но спрашивать он об этом не решился. Ему оставалось только гадать, почему его верный друг и "коллега на всех посиделках" так просто отдал ему должность гитариста, хотя мог бы играть и петь, как раньше.    Ни при каких условиях Адам не расставался со своей гитарой, так что же произошло сейчас?    В один из вечеров, когда было ясно, что концерт уж точно состоится, Найджел всё-таки осмелился.    — Почему ты больше не играешь на гитаре? — Спросил он, когда Адам закончил петь. В тот день была очередная репетиция, и если с партиями остальных было всё относительно хорошо, то вот вокал с гитарой почему-то не сходились, хотя эту песню они играли уже достаточно много. Возможно, из-за собственных переживаний Найджел не мог сконцентрироваться и сыграть нормально, а возможно тот просто устал. Непонятно.    — Не хочу отбирать у тебя работу… — Тихо ответил Адам. — Если я буду и петь, и играть, то что будешь делать ты?    Найджел до последнего не верил, что услышит подобное от Адама. Изначально ему казалось, что всю свою искренность он прячет за насмешками, но теперь…он буквально доверился ему. Не стал уходить от ответа, не стал отшучиваться, как делал всегда, а просто сказал честно.    Такого Адама давно никто не видел. Все привыкли к образу, который он создал, привыкли, что тот возвёл огромную стену вокруг себя, чтоб отгородиться от нежелательных событий, и что стену просто так не пробить. Сейчас же сам Адам постепенно и рушит то, что строил веками, наконец-то высказывая то, что чувствует, а не то, что должен согласно образу.    — Играть тоже! — С вызовом посмотрел на него друг. — Не отказывайся от того, что стало для тебя смыслом существования.     — И как ты себе это представляешь?    — Предлагаю усилить партию! — Найджел прям воодушевился. — Разделить мою партию на двоих, переписать!..    — И зачем тебе это?    — Я не могу смотреть на то, как ты отказываешься от своего любимого дела!    — Но если я возьму гитару, то тебе совсем не останется работы! — Повысил голос Адам, но вовремя сумел остановиться. — И я не представляю группы…без тебя.    Найджел полностью потерял дар речи.    — Но я предлагаю разделить партии, добавить динамичности!.. — Попытался настоять на своём он. — Пожалуйста, давай попробуем! Если на репетиции не пойдет, то оставим все, как есть.    — Ладно…    И пару песен они всё-таки разделили. Получилось даже лучше, чем оба предполагали: мелодия стала ярче, чем была до этого. Так, они до глубокой ночи сидели вдвоём в гараже Найджела, пытаясь экспериментировать.    — А знаешь, это даже круче! — После долгой игры сказал Адам.    — То есть… ты согласен?    — Да.    С этого момента репетиции были чуть ли не каждый день: они всё также собирались в гараже Найджела, только теперь было всё намного интенсивнее: если раньше они могли себе позволить посидеть, поговорить, а потом продолжить, то сейчас работают в поте лица.     Адам достал всех со своим перфекционизмом: по её словам, все должно быть идеально, без малейших оплошностей. Его можно было понять: не хотелось ударить в грязь лицом перед фанатами.    Билеты начали скупать довольно быстро, причём как на танцпол, так и в фан-зону. Участники группы даже подготовили "мерч": на первое время это были плакаты с автографами всех участников, наклейки и нашивки с логотипом группы. В дальнейшем они пообещали, что будет больше всего, но на первый раз не стали сильно заморачиваться, подумав, что и этого будет достаточно.    За неделю до концерта все билеты были раскуплены. Это, несомненно, радовало всех членов группы: наконец-то та популярность, о которой ещё недавно все они могли только мечтать, настигла их и в реальной жизни.     Сейчас волновались абсолютно все. Так как это их первый концерт, нужно было не ударить в грязь лицом перед фанатами. Проблема заключалась в Адаме: тот ведь общаться совсем не умеет… Пришлось в перерывах между играми учить вокалиста сдержанности и вежливости, и если сначала у них ничего не получалось, то потом прогресс пошёл: сначала юноша научился благодарить "фанатов", в роли которых выступали сами участники группы, за теплые слова и комплименты, потом — реагировать на их "рисунки", которыми служили их собственные партии в печатном варианте, которые многие фанаты любят приносить на концерты, чтобы хоть как-то выразить свою любовь к группе, даже если сам рисунок не особо и хорош. Участники группы, будучи также в роли "фанатов", учили Адама правильно вести диалог, чтобы ненароком не оскорбить кого-нибудь. Как оказалось, это пошло только на пользу.    В конечном итоге день концерта всё приближался и приближался. Группа собиралась чуть ли не ранним утром, а репетиции были до глубокого вечера. Иногда бывало такое, что приходилось заказывать доставку еды на адрес ближайшего дома, и каково было удивление курьеров, когда в комментарии к заказу они получали что-то вроде: "вы к самому дому не идите, принесите еду в гараж. Мы откроем дверь, вы сможете нас найти, не переживайте!"    Адам понял, что устал раньше, чем планировал. Он, как и все остальные, привык к огромному объему работы, но, по всей видимости, волнение сделало свое дело. Тем не менее, юноша пытался казаться для всех тем самым лидером, которого все привыкли видеть: решительный, амбициозный, подбадривающий других, но…только не себя.    Лют не могла видеть его таким. Ей хотелось, чтоб вокалист был честен с ними, чтоб не притворялся тем, кем не может быть, чтоб выговорился наконец, а не решал все свои проблемы в одиночку.     — Адам, можем поговорить? — Когда все начали расходиться после очередной репетиции, спросила она. — Пошли вместе. Нам все равно по пути.    — Ладно… — Легко согласился он.     — Тогда было уже за полночь. На районе было тихо и спокойно: лишь изредка встречались проходящие мимо прохожие, проезжали машины и мотоциклы. Деревья и здания погрузились во мрак, но фонари все равно освещали их, пусть и тускло. На улице царила своя атмосфера, даже какая-то…личная, что-ли?    Адаму всегда нравилась ночь больше, чем день. В это время город преображается, становится абсолютно другим: уходит весь лишний шум, потому что многие, за исключением таких же, как и Адам, любящих гулять по ночам, спят. Ему всегда казалось, что город словно вывернут наизнанку, как будто открывается портал в другой мир. Он всегда предпочитал в такое время ходить пешком, чтобы прочувствовать эту атмосферу, и, в какой-то степени, слиться с тьмой.    Именно поэтому, когда Лют предложила пойти вместе, Адам не смог отказаться.    — А о чем ты хотела поговорить? — Спросил парень, когда они отошли на достаточное расстояние от гаража.    — О тебе и твоем состоянии. — Сказала как отрезала Лют, сразу замечая, что тот напрягся.    Вот уж не хотелось бы открываться…ей. Адаму в целом сложно было доверить свои переживания кому-либо, будь то родители, друзья, или даже Найджелу, которого единственного из группы считал кем-то большим, чем просто коллегой. Юноша привык держать все в себе, думать, что своими проблемами только нагрузит окружающих, поэтому с проблемами, возникающими в жизни, всегда разбирался сам, как бы трудно ни было.    А сейчас его буквально просят довериться. От услышанных слов мир Адама будто останавливается. Все живое замирает, перестает двигаться, и в конечном итоге Адам слышит раздражающий звон, который взялся черт знает откуда. Сейчас ему, честно, не до причин возникновения этого звука. Он, наоборот, хочет понять, почему так: раньше ведь никогда такого не было. Интересно, это паника?    Взяв себя в руки, Адам пытается успокоиться. Он дышит медленно, как его учили в школе, всеми силами стараясь не показывать ни единой эмоции на лице, продолжая носить эту чертову маску непробиваемого и вечно решительного лидера. Спустя время у него получается успокоиться, и, прежде чем Лют о чем-то догадается, он делает вид, что не расслышал, и просит повторить еще раз.    — Я хотела бы поговорить о твоем состоянии и о тебе. — Повторяет Лют.    Неужели Адам действительно думает, что Лют ничего не замечает?    — А что не так? — Парень попытался сделать вид, что ничего не понимает. Все же, тактика "прикинься дураком в самый ответственный момент" не раз спасала.    — А ты не догадываешься?    — Нет… — Да прекрасно он все понимает, просто не хочет показаться слабым. Парень оттягивает этот момент настолько, насколько может, и в душе буквально молится, чтобы время остановилось.     — Ты стал более раздражительным накануне выступления. Если раньше ты мог посмеяться с шуток, поболтать с группой, то сейчас ты почти не позволяешь себе этого. Вечно репетируешь, других гоняешь, спрашиваешь у Сэры и Эмили про организацию… — Девушка специально тянет слоги, где-то делает паузы, как бы понимая, что вываливать все сразу на человека не нужно, особенно если он в таком состоянии. Не хватало еще, чтоб она только усугубила состояние лидера. — Скажи честно: тебе страшно? — Она решает не тянуть и задать вопрос в лицо.    — Нет… — Отстраненно отвечает он, и сразу же понимает: это провал. Лют точно догадается. — Вообще, с чего ты взяла? Это бред.    — А честно? — Не отстает девушка, при этом игнорируя вопрос юноши.      Взгляд у Лют тяжелый, но в то же время… добрый? Понятное дело, что она просто так от него не отстанет: все равно узнает ведь, и если не по-хорошему, то по-плохому. По крайней мере, Адаму так кажется.     Он видит в Лют животного-хищника, почему сравнивает девушку со снежным барсом, который голодными глазами смотрит на пойманную добычу, которую раньше никогда не ловил. Во взгляде этого животного можно заметить голод, который, собственно, и движет животным, обязуя поймать себе что-нибудь. Но все равно мелькает что-то еще, похожее на интерес, смешанный с добротой. Скорее всего, любопытство.    Адам сам не знает, почему именно сравнил Лют со снежным барсом, а не с другими животными, но помнит, что в детстве увлекался документальными фильмами про животных. Возможно, именно это и породило ассоциации именно со снежным барсом, особенно после того, как юноша осознал, что в данный момент взгляд Лют полностью передает те же чувства, которые читались в глазах хищника из документального фильма.    В конечном итоге, Адам сдается, понимая, что иного выбора, кроме как рассказать обо всем, у него нет.    — Да. — Сдается Адам. Утаивать нет смысла, потому что это будет наглым враньем. "Сгорел сарай, гори и хата" — вспоминает он цитату, которую видел в каких-то книжках, и которая сейчас очень подходит под ситуацию. — Это мой первый концерт, который будет только для меня и группы, в отличие от тех же отчетных, которых у нас было чуть ли не миллион, и мне страшно, что все пойдет не так, как мы планировали. Хоть мы и продумали несколько планов на случай провала главного из них, но у меня все равно есть ощущение, что все пойдет не так. Мы репетируем сейчас больше обычного, буквально спим в обнимку с инструментами, но я все равно думаю, что кто-нибудь забудет свою партию. Еще хуже, если это буду я.     Адам сравнивает данную ситуацию с глобальным потеплением в Антарктиде. Жили-были айсберги, тусовались себе спокойно в море, внезапно вышло солнышко, которое жарило настолько, что айсберги исчезли. Все. Они сами стали той самой водой, по которой раньше некоторые из них перемещались. И воды стало настолько много, что вся суша оказалась затоплена. Люди погибли, города, которые строили тысячелетиями, оказались либо разрушены, либо затоплены. Все старания людей рухнули в один миг.    В голове продолжают всплывать отрывки документальных фильмов, и почему-то они сейчас очень подходят для того, чтобы описать моральное состояние Адама. В детстве он буквально жил этими фильмами, поэтому неудивительно, что в разных ситуациях именно они приходят на ум.    От представленной картины его снова охватывает страх. Адаму кажется, что еще немного, и он начнет дрожать так, будто его ударили током. Ну вот и все. Он признался. Он впервые доверился кому-то кроме Найджела. Он впервые рассказал о своих чувствах человеку, которого плохо знает, и не стал таить все в себе. Что будет сейчас? Лют рассмеется? Оттолкнет? Унизит перед другими?    Напротив. Взгляд Лют как был добрым, так и остался. Девушка глядит с интересом, добротой и с желанием помочь (что Адам смог понять только сейчас). Взгляд мягок: больше не давит, не сверлит, как казалось юноше несколько мгновений назад. Сейчас он излучает тепло и поддержку — того, чего не хватало Адаму в детстве. Того, чего ему мало давали родители. Того, что заставляет чуть ли не плакать от осознания того, что в этом мире он кем-то любим.    Убедившись, что был не прав насчет Лют, он снова приходит к тактике "медленный вдох-медленный выдох", чтобы успокоить рвущуюся наружу истерику от нахлынувших эмоций, и она спасает в очередной раз, только действует уже не так эффективно, как в первый.    Лют, тем временем, пребывает в полном шоке. Конечно, она знала, что добьется своего, что услышит правду, но по итогу она оказалась сама морально не готова к ней. Девушка даже представить не могла, сколько проблем одновременно разрушали Адама изнутри. Еще неизвестно, сколько всего он держал в себе и как долго.     Лют будто сама почувствовала всю боль Адама на себе.     Тем не менее, она не прячет эмоции за маской, как это привык делать Адам. В ее глазах можно утонуть в омуте всех тех чувств, которые сейчас она ощущает. Там смешалась и радость за Адама, что смог по итогу довериться, и сострадание ему, и злость на себя, что не заметила раньше, и решительность. Решительность и гордость за себя, в конце концов, занимают главную позицию, ибо не будь у нее что первого, что второго качества, она бы побоялась говорить сейчас. Лют вздыхает, пытаясь унять всю эту бурю эмоций, и в конечном итоге шумно выдыхает и, чтобы Адам не надумал себе ничего плохого, улыбается так искренне, как только может.    — Это нормально… — После долгой паузы отвечает ему Лют. — В конечном итоге, если кто-то накосячит в своей партии, ему помогут другие. Мы обыграем все это так, будто так и надо! — Она одобрительно улыбается и хлопает того по плечу. — Да и фанаты поймут.    — Поймут, думаешь?..    — Естественно! — Она не замечает, как слегка повышает голос. — Наоборот, тогда они поймут, что это живая музыка, а не фанера. Будут говорить, мол, что да, косяк, но зато они вживую играют!    — Уверена?    Адам прекрасно ее слышит, но не понимает. Не понимает, почему ей не все равно, почему она просто не пойдет домой, почему она его поддерживает сейчас и почему ей не все равно на него. В голове мелькает множество вопросов, которые сдавливают мозг так, что думать практически невозможно. Именно поэтому ему остается лишь переспрашивать вопросы: вникнуть в их суть, да и в конце концов, поверить Лют он просто не может.    В детстве у него почти не было поддержки, и сейчас получать ее для Адама кажется безумием. Неужели люди умеют общаться не как конченные мрази, которым важна лишь собственная выгода, а действительно искренне? Так, оказывается, есть те, кому не плевать на твое душевное состояние?    Родители почти никогда не интересовались сыном. На рассказ о каких-либо достижениях они реагировали фразой: "Чуть позже, я сейчас работаю", на жалобы о проблемах — абсолютно также. В конечном итоге Адаму тоже стало на них все равно, как и родителям на него. Единственная родственница, кто его поддерживал, была бабушка, но она ушла из жизни слишком рано. Остальным в принципе до него дела не было: каждый взрослый был занят своей личной жизнью.    Нет, естественно, он не был тем, кому совсем не повезло с отцом и матерью. Они его также любили, обеспечивали, помогали, но всего этого было не достаточно. Ребенок лишь хотел, чтобы его слушали и уделяли время, а такая возможность была далеко не всегда. И если раньше Адам еще лелеял надежды быть услышанным, то ближе к концу школы понял, что это попросту невозможно, и начал справляться с трудностями самостоятельно, держа все в себе.    Все друзья, которые у него были в образовательной школе, в конечном итоге предали его, и сейчас понятия "дружба" для Адама практически не существует. Единственное исключение – музыкальная школа. Вот здесь он реально нашел тех самых друзей, но до сих пор так и не смог привыкнуть к нормальной, адекватной дружбе безо всяких предательств и без поиска выгоды. Адаму до сих пор трудно поверить, что сокомандники не желают ему зла: возможно, травма из детства дает о себе знать. Везде почему-то он ищет подвох, но продолжает всецело доверять коллегам, отгоняя от себя противные мысли и повторяя вечное: "Не накручивай, не усложняй".     Почему он доверился Лют, он и сам не понимает. Внутри было сильное желание высказать все то, что творилось на душе, и по случайным обстоятельствам это были не те, кото он почти привык называть друзьями.    Его верным слушателем оказалась девушка-басистка, которую он изначально вообще не хотел принимать в группу.    Вспомнив еще и об этом, юноше стало совестно за свои слова. В конечном итоге он настолько сильно ушел в себя, что почти не слышал, о чем говорила ему Лют. Девушка оказалась до жути болтливой, хотя первое впечатление о ней было совсем обратным, но Адама это нисколько не напрягало.    — ...конечно! — Единственное, что услышал Адам из всего монолога Лют.     Адам расслабляется и выдыхает. Довериться новой басистке было просто фантастическим решением. Сейчас у юноши даже не хватит слов, чтобы описать то чувство эйфории, которое он испытал во время, казалось бы, такого простого диалога. Такого никогда не было ни с Найджелом, ни с Майком, ни с Джейком: Адам вообще ничего не хотел им рассказывать, позиционируя каждого как отдельную личность с кучей собственных проблем. Но, возможно, если сейчас лед тронулся, и Адам излил свою душу Лют, то в будущем он начнется доверять и своим сокомандникам.    Оба не заметили, как дошли до дома Лют. Адаму, в отличие от девушки, предстоял еще долгий путь наедине с самим собой и наушниками, но это ему, наоборот, в радость. Если честно, он бы и дальше пошел с Лют, но приглашать ее к себе не особо хотелось. Нет, Адам не против ее компании, он даже за, но…дома такой бардак, что свалка выглядит намного приличнее, чем его квартира. С момента репетиций тот почти не заботился о домашних делах, и возвращался к себе просто из-за того, что ночевать где-то надо.    — Ты там это…не раскисай! –Девушка подбадривает Адама как может. Конечно, она не психолог, поэтому огромных речей или действенных советов от нее можно было не ждать, но базовые фразы она знает. — Я не сильна в поддержке, но это... все нормально будет, вот.    "Не сильна в поддержке?!" — Удивляется Адам. "Да ты мне тут чут ли не психолога заменила, блин!"    — Спасибо тебе, Лют.    Девушка прощается и уходит к себе, а Адам еще какое-то время стоит на улицу, пытаясь осознать, что вообще сейчас происходило. Высказываться парню определенно не хотелось, но он не смог устоять перед ней. Жалел ли он об этом? И да, и нет. Все же, самое страшное позади: Лют отреагировала так, как Адаму и нужно было.    Только сейчас юноша осознал, как же сильно ему хотелось услышать слова поддержки. На душе стало легче, поэтому он, шумно выдохнув, отправился к себе, впервые включив в наушниках не метал, а расслабляющий рок без скрима и с лиричными текстами.    С Лют было как-то…уютно. Сейчас Адам даже и представить не мог, что когда-то не хотел принимать ее в группу. Лют была по сути тем самым лучиком света, которого так ему в жизни не хватало.    Сейчас ему даже стыдно за то, что когда-то посмел оскорблять девушку при других участниках, за то, что высказывал в ее адрес много негативного просто из-за стереотипов, затмивших голову.      Адам, сам того не ожидая, подумал, что при следующей встрече надо бы обнять и поблагодарить девушку. Как оказалось, именно этого разговора ему и не хватало. Парень высказал все, что только смог, и на душе стало как-то легче. Он не ждал чего-то полезного, не надеялся на помощь, но очень хотел, чтобы его просто поняли и выслушали. А Лют и стала тем самым человеком, которая осталась рядом.     На следующий день он так и сделал, и Лют потеряла дар речи. Ей всегда казалось, что Адам не особо хорошо относится к ней, как бы тот ни притворялся, но по итогу оказалось все иначе. Девушка была рада тому, что вокалист ей открылся, что начал доверять, что все эти гипсовые маски, надетые им же, рушатся.    — Не за что, Адам. — Ответила она, вспомнив, что забыла сделать это прошлым вечером. — Не за что. Если что, обращайся, я всегда помогу.    Репетиция прошла успешно, и все уставшие выползли из гаража, думая, что сейчас будут спать без задних ног, однако ночью перед самим концертом все спали плохо. Участникам группы в голову лезли плохие мысли, которые отогнать никак не получалось. Заснули они, в конечном итоге, от безысходности, потому что организм требовал отдыха.    Утром они все выглядели так, будто год без перерыва пахали в шахте. Пришлось нанести на их лица тонну косметики, которую любезно одолжили Лют и Сэра, чтобы скрыть синяки и усталость. Оставшееся время до концерта все сидели на энергетиках: огромное спасибо Джейку, специально взявшему ради этого свой годовой запас, к которому старался лишний раз не прикасаться. Бывает ведь так, что у людей дома мини-бары с алкоголем. Ну а у Джейка мини-бар энергетиков.    Когда подготовка была закончена и нужно было выходить на сцену ради того, чтобы настроить звук, Адам первым же делом отобрал гитару Лют, оправдавшись тем, что, мол, негоже девушке тащить такую тяжесть, на что сразу получил смешки от Найджела и Майка. Девушка, конечно, отпиралась, говорила, мол, что привыкла, но Адам был непреклонен.    — А говорил, что девушкам в нашей группе не место! — Смеется Найджел, убедившись, что Адам его не слышит.    — Да-да! Пусть сам-то себя не обманывает! —Ухмыляется Майк.    А концерт прошел лучше, чем они ожидали. Адам смог завоевать сердца не только своих фанатов, но еще и одно самое драгоценное и хрупкое сердце новой басистки, которая по счастливой случайности попала к ним в группу.