Иногда любви нужна помощь со стороны

Игорь внимательно вычитывал материалы о похождениях недалекого мошенника, которые любезно прислал ему Сережа на почту и прикидывал сможет ли уйти сегодня вовремя. Ему нужно было зайти на пункт выдачи, чтобы забрать долгожданную кровать для Леши.  Загвоздка заключалась в том, что после 18.00 Гром точно не сможет вызвать грузовое такси. Машин такого типа и так было в автопарке немного, а в поздний час доступных водителей не будет вовсе. Игорь мог бы заказать мебель с доставкой, но уж очень кусачей тогда становилась цена за несколько реек и матрас.  Гром тяжело вздыхает и выключает рабочий компьютер. В крайнем случае, он может попытаться донести обновку пешком. Выглядеть будет комично, зато урок на будущее. Игорь передает новые зацепки Диме и под удивленные взгляды коллектива выходит из участка ровно в момент окончания рабочего дня. Найти нужный адрес было легко, но габариты будущего спального места сразу разрушили иллюзии Игоря о самостоятельной транспортировке мебели домой. Гром смиренно открывает недавно освоенное с Юлей приложение и выбирает грузовое такси. Однако машины не спешат брать заказ, заставляя Игоря неловко топтаться перед входом в здание, вместе со своим негабаритным скарбом. Спустя 15 минут ожидания и двух недовольных замечаний, что он мешает другим людям получать свои покупки, Гром сдается и набирает знакомый номер. - Обещай, что не будешь ржать, - сразу просит Игорь, мучимый неловкостью. - Интересное начало, - чуть насмешливо тянет Разумовский, - что ты натворил на этот раз?  - Я не могу поймать такси, а у меня с собой основа для кровати и матрас, - сознается Гром. На той стороне трубки воцаряется тишина, а потом Сережа произносит максимально нейтральным голосом:  - Я даже не буду спрашивать, почему ты просто не включил в заказ доставку. Сейчас пришлю к тебе своих ребят, у нас в офисе есть грузовая машина. Просто оставь данные заказа и поезжай домой. Если хочешь, я тоже подъеду, а то вдруг ты не в состоянии сам собрать кровать, - под конец Разумовский все-таки не выдерживает и язвит, мягко посмеиваясь над Игорем. - Ты лучше приезжай посмотреть, как круто я обустроил для Леши его уголок, - игнорируя чужое веселье, парирует Гром. - Почту за честь. Жди, - продолжает поясничать Разумовский. Гром закатывает глаза и кладет трубку. Он быстро договаривается с работником, что оставит кровать здесь для транспортировки, оставляет парню чаевые за неудобства и идет наконец домой. Игорь не сомневается, что Сережа еще долго будет припоминать ему эту историю. Мебель и матрас прибывают на квартиру спустя всего 20 минут. Гром даже думать боится, сколько Разумовский платит своим сотрудникам за такую оперативную работу. Сам владелец соц. сети приезжает еще минут через 30 с пиццей в руках. У Грома мгновенно начинает крутить желудок. Пустой холодильник и отсутствие обеда дали о себе знать. Игорь понимает, что когда Лёша будет рядом, отношения с едой в корне изменяться. Но пока позволял себе забивать на приемы пищи по старой привычке.  А Сережа слишком хорошо его знает, чтобы надеяться на приветственный ужин. Гром пропускает друга на кухню и невольно любуется, как легко тот на ней хозяйничает. Все знакомо для Разумовского в этой небольшой квартире в дореволюционном доме. Они похожи на семью невольно думает Игорь, а потом одергивает себя. Такие мысли опасны. Он скоро станет отцом для мальчика со сложной судьбой, а Сереже нужен нормальный партнер, который будет органично вписываться в рамки представлений об омеге. Кто-то более мягкий и внимательный. Некто, с кем Сережа сможет создать семью.  В том, что это будет мужчина, Гром не сомневался: Разумовский признался, что ему нравятся мальчики еще в детстве. Открыл другу свой первый страшный секрет, который каждому не доверишь. Игорь тогда признался в ответ, что ему наверное тоже. На том и кончилось. Больше они к этой сложной теме не возвращались. А потом наступил переходный возраст, гормоны зажили своей отдельной жизнью, а Гром выяснил, что Разумовский одуряюще хорошо пах. Его запах напоминал могучие ели в зимнем лесу, где-нибудь в тайге. Нотки кедра, душистой смолы и хвои.   Игорь столкнулся с ним в 14 и пропал. Первая течка в ответ осталась размытым пятном, которое затерялось в закромах памяти намеренно. А потом Игорь купил подавители, и жизнь вернулась в знакомое русло. Сережа так и не столкнулся с чужим запахом, но относился к решению Игоря с уважением. Сам Разумовский свою природу на показ не выставлял, но её и не стыдился. Запах не заглушал, но на чужие ухаживания реагировал равнодушно. Игорю только оставалось догадаться, как тот справлялся каждый месяц со своими потребностями. Игорь отдавал себе отчет, что Сережа ему нравится и как человек, и как потенциальный партнер. Даже тело подтвердило в ранней юности их абсолютную совместимость. Но Гром не был готов обменять проверенную временем дружбу на зыбкую возможность отношений. Игорь вообще не был уверен, что нравится Серому в романтическом плане. А проверять майор был не готов. Из размышлений Грома вывел щелчок чужих пальцев перед самым носом. - Чего застыл, как статуя? Ешь давай, - произносит Разумовский, а сам уже тянется за первым куском. После импровизированного ужина, Сережа и Игорь садятся на пол перед мудреной инструкцией. Разумовский с интересом смотрит, как Гром создает из непонятных стрелочек и корявых рисунков полноценную кровать. Вышло быстро и красиво. А вот заправлять простыню и погружать одеяло в пододеяльник Игорь никогда не умел. Все у него выходило косо, да криво, а один конец постельного белья всегда пустовал, сколько не старайся. Кончик одеяла всегда сминался, не добравшись до противоположного края.  Разумовский не в силах наблюдать за издевательством над постелью, берет все в свои руки и справляется за 3 минуты. Детдомовское прошлое сказывается. Они вместе оглядывают новый комод, книжную полку и добротный компьютерный стол. Гром постарался на славу. О чем Сережа Игорю и сообщает с гордой улыбкой.  Они сидят вдвоем на кухне еще пару часов, болтают и смотрят забавные видео на телефоне Сергея, а потом Разумовский собирается к себе, прощально поцеловав Игоря в щеку.  Грому сразу становится тоскливо, стоит Серому перешагнуть порог. Игорю абсолютно не хочется, чтобы Разумовский уходил. Он почти идет следом, но усилием воли себя останавливает. Так нельзя. Не им двоим. Игорь прислоняется лбом к закрытой двери и судорожно выдыхает. А потом напугано дергается, потому что в дверь внезапно стучат. Гром удивленно открывает замок и распахивает дверь. Сережа стоит на пороге и как-то странно на него смотрит. Потом раздраженно фыркает, и, видимо что-то решив для себя, решительно заходит внутрь. - Я останусь у тебя сегодня. Устал очень. Пойдем поспим на новой кровати, заодно выясним, такой уж хороший матрас ты купил. С тебя домашняя одежда, в брюках спать не очень удобно, - спокойно говорит Сережа и идет в глубь квартиры. При других обстоятельствах, Гром бы удивился такому странному поведению друга, но сейчас он испытывал только облегчение и радость. Он не остался один в этой пусть отремонтированной, но такой пустой квартире. - Конечно, сейчас все принесу, - просто отвечает Игорь и идет в ванную. Он достает с полки чистую одежду, бездумно блуждая взглядом по комнате. А потом ловит взглядом маленький календарик и каменеет. У него завтра начало течки. Вот почему он так остро чувствует свое одиночество сейчас. Живот пока не крутит, но запах мог уже появится. Неужели Сережа просто почувствовал его отчаяние и остался. Какой позор. Это был пока не крах, но очень близко к нему. Если Разумовский считал чужие эмоции оттенками запаха вплетенные в общий аромат, то он только что громогласно признался в своей симпатии старому другу. Прекрасное начало месяца. Как он вообще мог пропустить подступающие изменения в организме, совсем заработался.  Выходить из ванной абсолютно не хотелось, а пить подавители стыдно. Он словно намеренно бежит от возможности взаимно считывать эмоции по запаху. Словно ему есть, что скрывать. Блокаторы лишали Игоря не только собственного запаха, но и способности понимать, что говорят чужие ароматы.  Грома это устраивало: меньше знаешь, крепче спишь. А что делать теперь? Видимо Игорь слишком долго сидит в ванной, потому что Сережа снова стучит, осторожно интересуясь можно ли войти. Гром его пускает. Разумовский ничего не произносит, но встает рядом, в знак поддержки прижимаясь боком. Через тело майора пробегает дрожь. Скрыть её невозможно. Сережа деликатно не реагирует, но и не отодвигается. Гром осторожно прислушивается к чужим эмоциям и не чувствует ничего, кроме чужого покоя. Разумовский спокоен и доброжелателен. Никакой тревоги или осуждения. Игорь невольно выдыхает, расслабляясь тоже. - Пойдем спать, - тихо говорит Сережа, -  если хочешь, я посплю на диване.  - Нет, все нормально. В смысле, кровать больше, тебе будет удобнее, - быстро отвечает Гром.  Раз у него сегодня вечер необдуманных поступков и неожиданных стечений обстоятельств, то отказываться полежать с Разумовским в одной постели выше его сил.