Помощь всем, но не себе
22 октября 2024 г., 10:45
На следующий день Соловьева с Гончаровой были в разных бригадах. Вероника сегодня была на сутках, из-за дополнительных часов работы. А Эвелина по расписанию в ночную. Обе были уверены, что сегодня не встретятся, хотя в душе надеялись на обратное. Вероника пришла немного заранее, и приняв смену пошла в комнату отдыха, где сидели несколько бригад, а именно: Тамара Васильевна с Камышовым, и Макс с Лерой. Соловьева со всеми просто поздоровалась, и начала делать себе чай, особо ни на кого внимания ,не обращая. Из-за постоянного недосыпа, глаза иногда закрывались сами собой, и контролировать это получалась только на вызовах. Сейчас они управлению не поддавались, и вот во время того, как она наливала кипяток, организм решил, что глаза в этом процессе играют очень уж лишнюю роль. Естественно в итоге этого Вероника обожглась. А так как чайник она взяла, как только он закипел и пузырьки вскипячённой воды еще бурлили, поэтому Соловьева обожглась довольно-таки сильно. Она потрясла рукой, решив обработать ее в машине, и продолжила пить чай, как ни в чем небывало. Но так как она была не одна в комнате, а Тамара Васильевна очень уж заботится о своих коллегах, то естественно Тимофеева заметила повреждённую высокой температурой руку Вероники.
—Вероника, что с рукой случилось? – поинтересовалась Тамара Васильевна.
—С какой рукой? Все нормально. – закрывая кофтой ожог, ответила Соловьева. Отговариваться от проблем уже стало привычкой.
— Ты когда-нибудь говоришь правду о себе?! – взъелся Руднев, только Вероника хотела возразить, как прозвучало:
—Бригада 631, вызов! – и Вероника двинулась на вызов. В машине она, как и собиралась обработала рану.
— Андрей, постарайся, как можно быстрее. Повод к вызову настораживает. – попросила доктор, водитель все понял и прибавил газ. А в повде было написано следующее: Девушка, лет 20, послеобсорочное состояние, множественные порезы на теле. Цвет кожи бледный.
Добрались они относительно быстро. Это был какой-то парк, пациентке они помогли. В машине Вероника Андреевна расспросила пострадавшую, о ее состоянии. Как оказалось, она не ела несколько дней, умышленно, пытаясь таким образом покончить жизнь. На вопрос:
«— Из-за чего?» Последовал такой ответ:
— Меня бросила и предала девушка. Она была самым близким для меня человеком. – расплакавшись, говорила пациентка.
—Андрей, можешь ненадолго выйти, пожалуйста. – водитель без сопротивления покинул машину. А Соловьева начала разговаривать с девушкой.
— Я знаю, как это ужасно и больно, когда тебя предают близкие люди. Но стоит ли это твоей смерти? – обратилась Вероника к девушке.
— Не знаю, но так я хотя бы мучиться не буду. – всхлипывая, отвечала девушка.
— К сожалению, тут ты ошибаешься. Сколько раз я пыталась перестать мучиться от проблем, и каждый раз провальный. Я уже и со счета сбилась. – девушка на это признание ответила, что Вероника Андреевна специально, так говорит, чтобы отбить желание убить себя. На что доктор закатила рукава.
— Поверь, если бы это было так, я была бы капельку счастливее.
Почти убил. Почти повесился.
И я бы мог бы даже застрелиться. Но не было огнестрела под рукой.
Поговорив с девушкой еще несколько минут. Она услышала в ответ:
— Спасибо вам огромное! Я ради вас схожу к психологу. Но можно тоже вам задать один вопрос. – получив положительный ответ, Соловьеву спросили:
— Почему вы попросили выйти водителя, если рассказывали мне базовые вещи, и пытались успокоить?
— Потому что, я не вышла из этого состояния, я держусь ради одного человека, и только она знает об этом. – печально ответила Вероника, но тут же переключилась.
— Зову водителя, едем? – она позвала Сомова, и они поехали в больницу.
Так как Вероника Андреевна была на сутках, они запросили обед. В комнате отдыха, она встретила Эвелину. И для себя Ника подметила, что на душе стало тепло.
— Привет! Не думала, что тебя сегодня увижу. – с улыбкой сказала доктор.
— Привет! Если честно я тоже. Как дела? – не получив ответ, Гончарова задала сразу же следующий вопрос. — Что с рукой?
— А что с рукой? –Вероника, поймав себя на том, что она опять отговаривается, ответила Гончаровой, как есть.
— Извини, само вырваться стало. Обожглась, когда чай делала. Глаза закрываются просто, и не всегда выходит контролировать. – искренне сказала Соловьева.
— Ника, так нельзя! Нужно спать! Ты так себя совсем доведёшь. – сочувственно ответила Эвелина.
— Бригада 254, вызов!
— Мне пора, пообещай, что выспишься! – сказала ей Гончарова, и ушла.
Смена прошла для обоих относительно медленно. И время замедлилось после их встречи. Идя домой, Соловьева задумалась об своем отношении к Эвелине, и начала понимать, что все не так однозначно, как кажется.
