узлы ветров

лесная чаща утаскивала Ладу всё глубже, и девчонка едва ли осознавала, куда конкретно привела её погоня за незнакомцем, который забрал покой. — кто ты? что тебе нужно, и почему за это должна расплачиваться Верея? — девушка обеспокоенно вглядывалась в лицо незнакомца, которое менялось со скоростью света. — я могу быть кем угодно. — и перед ней вместо деревяшки явилось подобие Таты. её гулкий смех раздался по всему лесу, одурманивающе действуя на внутренности. затем Милон. он не смеялся, лицо исказилось в муках, и она услышала неестественный крик. — ЗА ВСЁ НУЖНО ПЛАТИТЬ, ТАК ВЕДЬ, ЛАДА? Я ПОПЛАТИЛСЯ, А КОГДА ТВОЯ ОЧЕРЕДЬ? ХА-ХА-ХА! образ уже бывшего друга отдавал особой болью, словно концентрат по коже пустили, но не успела дева ощутить и половину эмоций, как на место Милона пришёл Драган. — что, пастушка, от стаи отбилась? сколько с овцами не возилась, а дороги домой отыскать не можешь, немощная. вот и оставайся тут. — пожалуйста, прекратите, хватит, пожалуйста. мозг вереницей закручивал самые страшные сюжеты, звуки смешивались в голове, и это отдавало натуральным безумием. с другой стороны ей привиделись родители. — дочка, ты так нас подвела. тебе никогда не стать подобной Верее. исчезни. — что ты, жрица, не справляешься без своих мурманцев? девушка хотела что-то сказать, но крупицы рассудка растворились, как и сознание Лады. она упала наземь и всё померкло. *** Лада пыталась открыть глаза, но тупая боль разливалась по телу, возвращая девушку в состояние небытия. было лишь невесомое ощущение мяты и базилика, которое успокаивало и создавало иллюзию безопасности. жрецу почудилось, что девушка пришла в сознание, но окинув её взглядом понял, что ничего не изменилось. руки крепче обхватили её, словно убаюкивая в своём кольце. — Волот, что произошло? почему она вся синяя? — Сирин, с удивлением для себя же, впервые забеспокоилась. — я нашёл её в гуще тумана. — господи, так это что получается? неужели туман её не берёт? — она ослабла. ей нужна твоя помощь. — положи её на стол, я дам отвар, которым когда-то тебя после первых походов отпаивала. и чистку проведу, чтоб поскорее оклемалась. но ты должен понимать, что для восстановления может потребоваться определённое время. сообщи родителям или жрице,что ей придётся остаться здесь. — родители взбунтуются. один — по локоть в крови, вторая ведьма. — что ты предлагаешь? — направь силы на помощь Ладе. с остальным разберусь. — тебе бы самому не помешало выпить чего, бледный как смерть. — я в порядке. Сирин только вздохнула и принялась собирать травы в ступку. Лада лежала льдиной в одном положении, только веки от беспокойства дрожали. аромат зверобоя, эхинацеи и шалфея заполнил пространство, и жрец, кинув обеспокоенный взгляд на Ладу вышел на улицу. Волот решил не терять времени и обратиться сразу к верховной жрице. выслушав его рассказ, который утаил достаточно деталей, она лишь качнула головой и задумалась. — родителям не к чему переживания. у девчонки есть потенциал, нельзя сейчас на корню обрубать все старания. я объясню им всё, а ты ступай. *** девушка металась в тревожном сне, не находя из него выхода. перед глазами мелькали ужасные образы, не дающие покоя. все они были настроены крайне недружелюбно. — как она? — Волот стоял у края стола, изучая молодую девушку. — я провела чистку, нужно отнести её в постель. она всё ещё не проснулась. не знаю, сколько потребуется времени на восстановление энергии, но мне тревожно, Волот. он без слов аккуратно взял Ладу на руки, прижал к себе покрепче и пошёл в направлении покоев. она насквозь пропитана целебными травами Сирин, но собственный запах всё ещё ютился где-то в глубине прядей. едва ли он уложил её на кровать, как тут лада немного приоткрыла глаза. — Волот… что со мной? где я? первые минуты жрец словно застывший смотрел на неё с изумлением, а после сказал: — ты у нас. как ты себя чувствуешь? — голова. голове дурно. что со мной? — я расскажу об этом позже, сейчас тебе нужен покой. — волот.. не оставляй. не оставляй.. меня.. — слова давались тяжело, но сейчас она как никогда нуждалась именно в его защите. — никогда не оставлю. — эта реплика осталась без внимания юной жрицы, при другом раскладе Волот бы не стал оголять собственные чувства и страхи.