Странности бывают
14 февраля 2025 г., 11:14
Трое хулиганов сидели в тесной, слегка захламлённой комнате, где на стенах висели потёртые постеры старых рок-групп, а на полу валялись окурки и пустые банки из-под газировки. За окном лениво моросил дождь, отчего в комнате царил сероватый полумрак, нарушаемый лишь тусклым светом старой лампы, едва справляющейся со своей задачей.
Необычное молчание повисло между ними, плотное, почти осязаемое. Вчерашний день оставил странный осадок — встреча с теми детьми в приюте была... непонятной, тревожащей. Каждый из них мысленно прокручивал события, пытаясь уловить что-то важное, что-то, что ускользало от понимания.
Наконец, Зелёный нарушил молчание, его голос прозвучал глухо, словно он сам не был уверен, хочет ли говорить:
— Это было так странно вчера...
Он на секунду замолчал, прикусил нижнюю губу и нахмурился. В его глазах читалась растерянность, будто он пытался найти верные слова, но никак не мог их подобрать.
Красный, сидевший на старом потертом диване, лениво покачал головой, соглашаясь:
— Ага... И почему мы позволили им вести нас?
Он задумчиво потёр подбородок, нахмурившись, потом откинулся назад, раскинув руки по спинке дивана. Ему самому не нравилось это странное чувство... Будто что-то важное ускользнуло у них из-под носа.
— Насколько это было странно, если мы втроём замолчали? — добавил он, чуть склонив голову набок.
Они одновременно перевели взгляд на Дарка, который сидел на подоконнике, отвернувшись к окну. Стекло было покрыто каплями дождя, отражая тусклый свет фонарей с улицы. Дарк не слышал их — или делал вид, что не слышит. Он выглядел погружённым в свои мысли, что для него было не совсем типично.
Красный и Зелёный переглянулись.
— Итак... Дарк, что ты думаешь? — осторожно спросил Красный, глядя на друга с лёгким напряжением.
Дарку понадобилось несколько долгих секунд, чтобы выйти из своих размышлений. Он медленно перевёл на них взгляд, чуть прищурился, будто пытаясь сфокусироваться, а потом лишь пожал плечами.
— Не знаю, что думать... — тихо пробормотал он, наморщив лоб. — Я не понимаю, чего этим троим надо...
Он тяжело вздохнул, достал из кармана джинсов помятую пачку сигарет и выбил одну себе в ладонь. Щёлкнула зажигалка, и в тусклом свете её пламени на секунду отразились его напряжённые черты. Дарк глубоко затянулся, прикрыв глаза, а затем медленно выдохнул сероватый дым, наблюдая, как он растворяется в воздухе.
Красный и Зелёный смотрели на него, затем, словно по молчаливому соглашению, пожали плечами.
Зелёный первым нарушил паузу.
— Ладно, завтра пар нет. Давайте выпьем немного.
Он поднялся с кресла, размял затёкшие плечи и направился на кухню. Там, в старом холодильнике, среди кучи не первой свежести продуктов стояла бутылка крепкого алкоголя, которую они берегли «на случай». Вернувшись, он поставил её на стол, вытащил три стакана и расставил перед собой и Красным.
Красный без лишних вопросов взял один из них, взвесив в руке.
Дарк, не оборачиваясь, лениво махнул рукой:
— Я покурю просто. Вы пейте на здоровье.
Он снова сделал глубокую затяжку, глядя в окно, словно надеялся найти там ответы на свои вопросы. Дождь всё так же стучал по стеклу, создавая меланхоличный фон их молчаливым мыслям.
Зелёный и Красный переглянулись, но настаивать не стали. Зелёный молча наполнил стаканы, затем они негромко чокнулись и залпом выпили. Горький, обжигающий вкус алкоголя прокатился по горлу, согревая изнутри.
На мгновение в комнате стало немного уютнее, но тяжесть размышлений о вчерашнем дне не рассеялась.
***
В это же время, в другом конце города, Избранный, Фиолетовый и Секонд сидели в просторной, но слегка хаотичной комнате, наполненной мягким светом ночника. На столе перед ними стояли чашки с недопитым чаем, а в воздухе витал лёгкий аромат ванили и корицы. Они были довольны собой, лениво обмениваясь взглядами, неторопливо обсуждая вчерашнюю встречу. На фоне тихо играла ненавязчивая музыка, создавая атмосферу уюта и удовлетворённости. Они говорили о произошедшем, о том, как повели себя те трое — Дарк, Красный и Зелёный. Обсуждали их реакции, анализировали их поведение. И, конечно, не могли не радоваться своему успеху. Избранный, устроившись поудобнее в кресле, лениво потянулся, затем усмехнулся, глядя на своих напарников: — Ах, они были мягкими с детьми... А детям они явно понравились. Он ухмыльнулся шире, заметив, как Фиолетовый и Секонд согласно кивают. В глазах обоих читалось такое же довольство. — Действительно, — подтвердил Секонд, чуть склонив голову набок, его ухмылка была едва заметной, но в ней чувствовалась искренняя радость. Затем, чуть прищурившись, он добавил: — Дарк, Красный и Зелёный явно были тронуты этими милыми детьми... Он сделал паузу, задумчиво постучал пальцами по краю своей чашки, а затем хмыкнул: — Честно говоря, я бы и сам не смог устоять перед такой мелкотой. Фиолетовый хмыкнул в ответ, скрестив руки на груди. — Да уж... Особенно Дарк. Он всегда такой холодный, но вчера... — Он задумчиво прикрыл глаза, вспоминая, как тот смотрел на детей, как впервые за долгое время в его взгляде появилось нечто иное, кроме равнодушия. Избранный довольно усмехнулся, подаваясь вперёд. — Это хороший знак. Они начали задумываться. Это именно то, что нам нужно. Фиолетовый и Секонд переглянулись. Да, вчерашний день явно был продуктивным. Они знали, что это только начало. За окном медленно падал дождь, отбивая ритм по стеклу, словно подчёркивая нечто неизбежное.***
Мысли Дарка были спутаны, переплетаясь с тихим шумом дождя за окном. Он и представить не мог, что однажды всё сложится так... Будто застывший во времени, он сидел, неторопливо курил, глядя на серый, размытый каплями город. Погода казалась бы угрюмой для кого-то другого, но не для него. Дарк всегда любил пасмурные дни, влажный запах земли после дождя, меланхоличный стук капель по стеклу. Этот звук успокаивал, словно невидимая рука, ласково пробегающаяся по его мыслям. Он перевёл взгляд на своих друзей. Те, забыв обо всём, напивались в хлам, громко смеясь и выкрикивая что-то бессвязное. Дарк лишь покачал головой, сделал глубокую затяжку и медленно выдохнул сизый дым, растворяющийся в полумраке комнаты. — Странности бывают... — тихо пробормотал он, чуть усмехнувшись, будто говоря это больше себе, чем кому-то ещё.
