Поговори со мной

      Тэхён думал… Мылся в душе, ужинал, сидел на балконе и думал.       Что-то менялось в его жизни с приходом нового сотрудника. Ким не был отшельником в личной жизни. Были разовые встречи, о которых не любил вспоминать. Было пару любовников, выдержавших не больше года. Первый ушёл сам, второго брезгливый Тэхён выставил, увидев его целующимся с другим. Запомнил его прощальные слова:       -- Ты красив, как греческая статуя! Но ты и есть холодная, мраморная статуя! И похоже, сердце в мраморе отсутствует…       А сердце, оказывается, есть... И оно грохочет, дрожит, восхищается и поскуливает. Грохочет при виде этого чужого и такого странного, разного, парня. Дрожит при любом прикосновении рук, плеч, тела… Восхищается красотой лица, фигуры, магией и сиянием глаз. Скулит, как щенок, хочет любви и нежности, горячих ночей и просто трахаться…Со стонами и шлепками, переплетением рук и ног, огненными поцелуями и прерванным дыханием.       И парень этот, Чонгук, совсем не против. Наоборот, как узнал от Юнги об ориентации шефа, так и осмелел, сам напрашивается на член.       А что дальше? Недолгая привязанность и режущая боль расставания?..       Однажды в юности Тэхён перенёс эту боль, дикую, уничтожающую. Он заморозил себя, сердце, чувства и, оказывается, так можно было жить. Работать рядом и дружить, смеяться и дурачиться на вечеринках, трахаться с другими и не помнить наутро их имена.       Боль давно ушла. Но сердце-то оттаяло и не хотело больше молчать.       Чонгук, Гуки, такой милый и интересный. Стеснительный ребёнок и дикий зверь! Невинные глазюки и тёмные, зовущие омуты! Детские бантики губ и огненная страсть поцелуев! Шикарное, сильное тело! Крепкие горячие руки!       Тэхён застонал и сказал своему отражению в зеркале:       --Когда не знаешь, как поступить, делай шаг вперёд и будь, что будет!       Ким аккуратно и внимательно вёл машину и иногда с улыбкой посматривал на Чонгука на пассажирском сидении. Тот постоянно ёрзал, то смотрел в окно на пролетающие пейзажи, то открыто любовался водителем.       Они ехали на второе свидание. Куда – Тэ не говорил, а Гуки и не спрашивал. Они рядом, вместе и отлично!       Всю неделю виделись только на работе. Бросали быстрые взгляды, улыбки и всё! Чонгук ждал, Тэхён отмалчивался.       Мин Юнги ехидно хмыкал, наблюдая за ними и бурчал:       - Не долго музыка играла, не долго фраер танцевал…       Только вчера, в пятницу, Тэхён подошёл сам к Чону и спросил:       -- Как насчёт второго свидания?       -- Очень положительно! – в Чонгуке включили сияющую лампочку.       -- Увезу на два дня. Завтра в двенадцать. – и улыбающийся Тэхён ушёл.       Юнги не промолчал:       -- Жили они долго и счастливо. А потом встретились…       Невдалеке показалась чёрная полоса высокого леса и машина свернула туда. Миновали на окраине небольшой домик, углубились по отличной дороге в самую чащу и въехали на большую необычную поляну. Справа оборудована автостоянка, там и поставили машину.       Чонгук с детским восхищением смотрел вокруг – было на что!       Поляну окружали высокие мощные дубы. На четырёх из них на равном расстоянии были построены (или повешены) домики. Такие цветные добротные домики с окнами, дверьми на высоте трёх-четырёх метров от земли.       Посреди поляны стоял большой стол со скамьями вокруг, над ним висело что-то типа сложенного зонта.       Слева от въезда кирпичный дом, Тэхён открыл его, приложив ладошку к экранчику на двери. Внутри несколько комнат – кухня, кладовая, морозильная камера в рост человека, ванная, туалет.       На столе при входе несколько разноцветных пультов под цвет домиков. Тэхён взял фиолетовый, нажал и с фиолетового домика опустилась лестница, на лету расправляя перила.       --Нам туда. – и потянул замершего в удивлении Чона к этой лестнице.       — Это какая сказка? Я такой не помню.       Тэтэ рассмеялся и посадив Гуки за стол рядом с собой, наконец, начал объяснять:       — Это наше с братьями тайное место. Называем «В гостях у гномов». Недалеко отсюда усадьба родителей. Нам построили в детстве каждому по домику в ветвях дубов, и мы так играли в разные игры, прятались и просто уединялись помечтать. Несколько лет назад мы обустроили всё – другие, крепкие домики, свет, вода, туалет, душ в них. Трубы и провода спрятаны, замаскированы под стволы. Везде автоматика – он нажал кнопку и зонт над столом раскрылся, пряча от дождя. Ещё кнопка и с боков зонта опустились плотные шторы, полностью скрывая стол и скамейки в уютную беседку. Потом убрал всё наверх.       -- Этот дом, кирпичный, называем база. Там продовольствие, склад и т.д. Фиолетовый дом мой, синий – Намджуна, оранжевый Сокджина. Розовый для гостей. Здесь замечательно! Тишина, только птички поют. Кругом полно грибов, хочешь-собирай, запах хвои и трав головокружительный! Тебе понравится!       -- Я просто в диком восторге! Это охуительно! – Чонгук в изумлении всё оглядывался вокруг и радовался по-детски, хлопая в ладоши и блестя глазёнками.       --Пошли наверх, я покажу тебе домик изнутри. Потом покушаем, всё заранее доставлено.       В домике была довольно просторная комната, метров двенадцать. Большая кровать с тумбочками, стол и два стула, на полу пушистый ковёр. Два окна и электрообогреватели под ними. За неприметной дверью ванная - туалет и душ.       Чонгук сел на кровать, попрыгал – удобно! Рассмеялся и опять заёрзал.       Тэхён что-то раскладывал на столе, искоса с улыбкой наблюдая за парнем.       -- Что ты всё прыгаешь и ёрзаешь, как мячик? – подошёл ближе, покусывая губу.       -- А ты думаешь, легко столько терпеть пробку в заднице? – и дерзкий, вызывающий взгляд исподлобья.       Тэтэ задохнулся от неожиданности:       -Повтори!       -- Иди ко мне, я повторю и дам потрогать…Мой фиолетовый Тигруша! - Чонгук встал, притянул к себе Тэхёна и сжигая его своими чёрными зовущими очами, начал медленно расстёгивать рубашку на нём.       Опомнившись, Тэтэ громко сглотнул и резко дёрнул ремень на брюках Гука, задрожавшими руками расстегнул молнию.       Крышу снесло молниеносно обоим. Словно оголодавшие звери, они рвали одежду, пуговицы отлетали во все стороны. Оставшись голыми, отступили на шаг, осмотрели друг друга и остались довольны увиденными прекрасными телами и взметнувшимися членами. Чонгук взял Тэхёна за руки, притянул к себе и прохрипел:       -- Возьми меня, сейчас, сразу, не раздумывая. Я не могу больше терпеть, хочу тебя! Тебя в себе чувствовать и видеть твоё лицо! Трогать и целовать тебя! Я твой!       Он упал на кровать, опрокидывая Тэ на себя, зацеловал глаза, губы, щёки. Потом резко повернулся, встал в коленно-локтевую и приказал:       -- Войди в меня!       Тэхён в тумане от сжигаемого желания, увидел среди упругих полушарий блестящую пробку со стразами и низко застонал, сжимая в руках эти половинки до синяков. Быстро достал из тумбочки презерватив, одел, полил смазкой. Потом с замиранием потянул пробку, раскачивая её в разные стороны, с пошлым хлюпом вытащил и тоже полил вход гелем. И себе на пальцы. Окунул их в заветную дырочку, сразу два, свободно. Добавил третий.       -- Быстрей, я готовился, не тяни!       Тэ приставил свой чугунный член и медленно начал входить. Гуки схватил его за бёдра и насадился полностью. Раздался громкий протяжный стон:       --Да, да, это так хорошо! Двигайся, давай!       С чавканьем и хлюпаньем член вбивался в горячее узкое нутро, тела дрожали и выгибались, стоны и хрипы саднили горло, смазка вытекала с брызгами …Менялись позы и руки мяли, гладили друг друга, губы целовали, где придётся. В такт фрикциям Тэхён яростно надрачивал член Гуки.       Первым содрогнулся и забился в оргазме нижний, сжав до боли член в себе. Следом захрипел и выгнулся дугой, закатив глаза до вспышек, Тэтэ. Целую вечность длился оргазм обоих, ввергнув их в пучину наслаждения, трепета и судорог.       Долго отходили, восстанавливая дыхание, два измотанных тела, поглядывая друг на друга счастливыми, родными взглядами.       — Это незабываемо! Тэхён, ты самец! Жеребец! Твой член — это чудо света!       -- Мой сладкий малыш…Как же в тебе хорошо!       После совместного душа они подкрепились, смеясь и радуясь жизни. Трудно угадать, что парочка вытворяла дальше и всю ночь… Были нежные ласки и трепетные поцелуи, познавание эрогенных зон и ни одного миллиметра тел без внимания. Были разговоры по душам и краткий сон в объятиях.       Рождалась Любовь.