Поговори со мной

      Тэхён очнулся и застонал от неудобной позы – он был как-то странно распят. Голое тело растянуто на узком топчане, ноги привязаны к рукам, верёвка между руками закинута на крючок над головой. Окон нет, какой-то подвал. Расширенными от ужаса глазами парень огляделся и увидел двух тоже голых мужчин арабской внешности. Оскалившись, они победно смотрели на него:       --Теперь незачем тебя сманивать кольцом. Мы будем делать с тобой всё, что вздумается. – говорили на хорошем английском, но у Тэхёна так стучало громко сердце, что закладывало уши. Он скосил глаза вниз, там было больно. Увидел свой член, синий и торчащий. На основание одета резинка. Перекрыв отток крови, она держала орган в напряжении.       Нагоготавшись, мерзавцы окружили его, стали трогать везде, гладить и щипать, лизать и покусывать, заводясь всё сильнее.       --Ты только помни, уродовать его не будем. Особенно лицо. Потом подарим шейху, вернее, обменяем на тех двух японцев. – сказал старший. Младший кивнул. – и член свой ему в рот не суй, эта зараза откусит. Дней через пять будет послушным, как тряпка, тогда и пососёт.       Началась мерзкая и гнусная вакханалия.       В анус Тэхёну вставили вибратор, который жужжа, увеличивался в размере и расширял вход. Пока он работал, один лизал и сосал член несчастного, дроча при этом свой. Потом оседлал парня, начал скакать на нём, руками царапая живот, сдавливая соски и сминая всё, что мог. Тэхён уже не чувствовал свой онемевший член, утопающий в чужое нутро. Больно было от железных безжалостных рук.       Тэхён извивался, кричал от боли и страха, от мерзости происходящего. Это только больше заводило тварей.       Второй орудовал вибратором, шевелил его из стороны в сторону и, решив, что достаточно, проверил пальцами, потом вставил свой член и стал вбиваться под стоны и вой несчастного. Они кончали и менялись местами, дрочили друг другу, долго вбивали свои мерзкие члены и скакали на синем и бесчувственном Тэхёна.       Очнулись, когда жертва замолчала и перестала шевелиться, потеряв сознание. Нервная система отключила несчастного от реальности.       Даже не одеваясь, позвали зычно и вошёл маленький сгорбленный человечек, не смея поднять глаза. Мерзавцы вышли, а человек развязал Тэхёна, снял резинку с онемевшего члена, чуть помассировал его, восстанавливая кровообращение. Вытащил из принесённого чемоданчика мази и стал обрабатывать ссадины и укусы, украдкой вытирая слёзы. Протёр всё тело мокрым полотенцем, дал что-то понюхать, и парень очнулся. Осмотрелся с ужасом в глазах – ЭТИХ нет! Поднял свободные руки – остались следы от верёвки – закрыл лицо и отчаянно застонал.       Врачеватель ещё больше сгорбился, сделал укол, достал откуда-то плед и подушку, укутал несчастного и ушёл, тяжело вздыхая.       Тэхён не плакал. Сил не было. Лежал в каком-то отупении, не веря, что это происходит с ним. Боль в теле была, но тупая, возможно, укол действовал..       Немного придя в себя, Тэтэ вдруг вспомнил, как рухнул на асфальт его любимый и кровь проступила на одежду как раз напротив сердца. Вспомнил слова араба в салоне – Ты труп!       Отчаяние и горечь затопило его с головой! Раздался нечеловеческий вой и стены содрогнулись:       --Нет! Нет! Чонгук! Мой Чонгук! Ааааа!       То ли устав, то ли опять потеряв сознание, парень затих. А под дверью человечек кусал свои кулаки…       Спустя пару часов врачеватель принёс еду на подносе, какие-то тарелки, вода в бутылке, хлеб. Что-то говорил на своём языке тихим голосом, уговаривал.       Тэхён не реагировал ни на еду, ни на голос. Просто смотрел в потолок, и только мокрая по бокам головы подушка выдавала его отчаяние, страдания и слёзы.       Человек не уходил, всё кланялся и говорил, говорил…       Наконец парень повернул голову, глянул на него, на поднос на стуле и вдруг сел на топчане. Ещё раз взглянул на врача и взял в руки тарелку, подумал и резко разбил её об железный край топчана, взмахнул рукой, пытаясь острым концом достать свою шею! Человек с визгом толкнул руку с обломком вверх и острый осколок рассёк щеку Тэхёна! Брызнула кровь во все стороны…       Парень со стоном уронил обломок и поник весь. Тут же все осколки были собраны, все тарелки унесены.       Через несколько минут вбежали те два мерзавца, громко кричали на своём и зло пинали равнодушного парня. Потом старший сказал, как плюнул, на английском:       --Ты обезображен, теперь ты ничего не стоишь. Немного попользуем и закопаем. А мог бы жить в роскоши, был бы покорным. Вечером узнаешь, как не стоило нам сопротивляться. – и с этой угрозой ушли, не забыв дать оплеуху слуге.       Врач осторожно подошёл к Тэхёну, промыл рану, чем-то смазал, кровь перестала сочиться, боль утихла. Человек ушёл, оставив хлеб на стуле.       Тэхён лежал в полной прострации, не шевелясь и ничего не думая. Сознание отупляло его, спасая от сумасшествия.       Сколько прошло времени, было не понять – окон нет, только одинокая лампочка высоко под потолком.       Тэхён потихоньку встал, обследовал комнату – ничего утешительного и двери крепко заперты. Задумчиво посмотрел на крюки на стенах, взял плед и попробовал порвать его на полоски. Несчастный решил повеситься, другого выхода он не видел. Но ткань оказалась крепкой или силы совсем покинули парня, не смог даже лоскут оторвать.       За этим занятием и застали его вернувшиеся мерзавцы. Переглянулись, один зашёл сзади, второй сильно ударил Тэхёна по лицу. Из открывшегося шрама брызнула кровь, парень стал падать, но сзади его подхватили.       Опять связали, как прежде, но теперь заклеили рот скотчем. Всё делали молча, но со злобой, сверкая дикими глазами. Было заметно, уроды были под каким-то препаратом. Начались издевательства, уже не было вибратора и подготовки. Брали жестоко, сильно, с кровью. Били и кусали до отметин зубов, почти оторвали соски, царапали глубоко и специально. Жертва мычала, содрогалась и выгибалась, но никого это не останавливало. По крику человечек ввёз металлический столик с разными инструментами, стараясь не смотреть никуда и тут же исчез. Младший взял большой нож-тесак, постучал рукояткой и направился к лицу Тэхёна:       --Что делать будешь?       --Выбью зубы и вставлю ему свой член. Давно этого хотел.       --Можешь убить его, но сосать он не станет, поверь. – с этими словами второй сильно сжал яички жертвы, жадно заглядывая на реакцию. Парень дёрнулся и потерял сознание, обмяк всем телом.       --Блядь, ты подождать немного не мог? -начал визжать младший и испуганно замолчал – дверь с грохотом распахнулась, ворвались какие-то люди.       С ужасом оглянувшись, что-то выкрикивая. первый мужчина направил пистолет на них и знаком показал к стене. Старший отошёл, младший с криком и ножом кинулся вперёд! Второй вошедший мужчина сделал ему подножку, и урод упал, выронив нож.       Вошедшие осмотрелись – всё было понятно, мерзавцы голые, под кайфом, в крови жертвы, которая лежала без признаков жизни. Растерзанный и растянутый Тэхён был весь в порезах, синяках и ссадинах. Из ануса сочилась сперма с кровью.       У вошедших мужчин засверкали от гнева и ненависти глаза, скривились лица.       Темноволосый передал пистолет напарнику, поднял нож и пинком перевернул урода на спину, схватил его за яйца вместе с членом и резким движением отрубил их! Раздался поросячий предсмертный визг, кровь фонтаном залила всё вокруг!       Старший урод испуганно дёрнулся в сторону, но второй мужчина вдруг выстрелил ему под ноги! Закрывая одной рукой мошонку, вторую выставив щитом перед собой, араб попятился. Оглянувшийся темноволосый резко ударил ребром ножа по вытянутой руке, она отлетела непроизвольно в сторону. Также резко и без промедления его оскопили, как и брата, заткнув орущий рот уже ненужным членом.       В наступившей тишине было слышно только хриплое дыхание забрызганного чужой кровью мужчины и чей-то тихий скулёж.       Оглянувшись, они увидели маленького испуганного человечка, втянувшего голову и прижавшегося к стене.       На крики и выстрел в помещение вбежал военный в звании капитана. От увиденного даже ему поплохело, он побелел и застыл. Потом тоже оглянулся на тихий вой, сделал шаг и тут человечек выхватил из кармана шприц и уколол себя в бедро. Обмяк и со странной улыбкой сполз по стене.       Послышался топот многих ног по коридору.       Капитан вытащил из кармана носовой платок, забрал им у темноволосого нож и вложил в руку мёртвому человечку. Мужчина не сопротивлялся, его сильно колотило, глаза дикие, сумасшедшие.       Военный схватил обоих мужчин за грудки, подтянул к себе и зашипел:       — Это их человек сделал! Вы застали уже всё вот так! Понятно?       Но палач стоял невменяемый и не слышал ничего. Тогда капитан размахнулся и двинул ему в нос, стараясь не попасть под брызги крови.       Это наконец подействовало и мужчина – это был Мин Юнги – кивнул.       --Кровь на тебе твоя из носа – опять кивнул.       Капитан повернулся встречать своих бойцов.       Во время этого разговора второй – Пак Чимин – уже развязал Тэхёна, уложил аккуратно и, заливаясь слезами, накрыл какой-то тряпкой.       Юнги подскочил к ним:       --Живой?!       --Вроде дышит…Господи Иисусе! Что с ним сделали…       Мин закрыл лицо руками, сел на корточки и зарыдал во весь голос. Рядом захлёбывался слезами Чимин.       Прибывшие вскоре врачи унесли так и не пришедшего в себя Тэхёна в скорую, друзья тоже сели туда, и машина с воем помчалась спасать жизнь жертве маньяков.