Лучше Топора

      — Так вот почему ты Мэджик! Пиздец!       

      * * *

      

      Потому что из-за него хуй встал даже у тебя, да, Тоша?              Испытанные чувства адским варевом мешались в груди. С одной стороны в котёл всё ещё сыпался испанский стыд за выступление Вовы с Никитой, с другой — Антон определенно всё ещё находился под впечатлением от танца Алекса. Да блять, что уж о танце говорить, он просто от самого Алекса находился в таком ахуенезе, что словами не описать — можно лишь заорать как сраная ворона и принести ему самую любимую веточку в знак поклонения.              Он невероятно красивый, до ебаного ужаса просто, потрясающий, великолепный, восхитительный, невозможный, очаровательный, опиздахуительный, да Антон бы засадил его за решётку за его внешность нахуй, а потом сквозь решетку засадил ему, ну он же такой!..              Антон напряжённо курил, всматриваясь в поселившиеся между зданиями впереди сумерки. Уже темнеет, хотя, казалось бы, на мероприятии они пробыли всего ничего. На душе наконец-то было спокойно — этот чертов день наконец-то кончился, он вернётся домой, примет ванну, пытаясь отмыться от всей той неловкости, что плотным слоем покрыла каждый ебучий сантиметр кожи, и пообещает себе больше никогда в жизни не участвовать в подобном. Долго он к ним на шоу шёл… да лучше бы в процессе пути развернулся в противоположную сторону! Ну или хотя бы за пивом зашёл по дороге, значительно упростило бы самочувствие после этого ебаного цирка.              Дверь спа-салона позади него открылась — ну, вернее, Антон предполагал, что заведение было именно им. На самом деле, не было даже желания прощаться с парнями, настолько события сегодняшнего дня его вымотали. Сейчас он дождётся своё такси и уедет куда подальше, ну, вернее, домой, у него там кот некормленый и неглаженый, вообще-то, и неважно, что в человеческой ласке Филе-о-Фиш нуждается крайне редко, а кормушка у него автоматическая.              На удивление, раздался звук шагов только одной пары ног.              — У меня сегодня ещё свободен вечер. Хочешь продолжить тренировку?              Антон устало взглянул на Алекса, хотя успел удивиться внезапности предложения. Нихуя себе, это в какой момент он пришёл к выводу, что Антону понравилось это нескончаемое унижение?              — Я пас. Позови Вову, он по-моему вообще в восторге был.              — Ладно. Надумаешь — жду тебя завтра в девять. Утром. Одного.              Антон прыснул, щелчком выкидывая окурок. Ещё чего захотел. Да Антон больше ни ногой на эти уроки тупые, ни к нему, ни к кому-либо другому. Его практика исполнения нелепых движений абсолютно не впечатлила, хотя практика наблюдения за тем, как Алекс исполняет похожие, была очень даже ничего. Но Антон не припрется к нему на урок просто чтобы посмотреть на него, так делают только ебучие извращенцы!              Из двери поочерёдно высыпались Никита, Вова и оператор. Негромкий разговор об ощущениях сразу же заполонил окружающее парней пространство, не давая втиснуться практически никаким другим мыслям. Парни активно излагали свои впечатления, Вова почему-то продолжал строить из себя стриптизера, Никита причитал о тексте, оператор высказывался об Алексе, Алекс благородно молчал, а Антон просто пытался устоять на ногах. У Антона в голове и так сейчас не было ни одной другой связной мысли, кроме посвященных биологическим потребностям: хочу спать, хочу ссать, хочу жрать.              Хочу трахнуть Алекса.              * * *              Антон не знал, какого хера он вообще сюда приперся — тем более, в такую ебучую рань!              По своему желанию Антон проснулся в семь, хотя планировал проспать как можно дольше чтобы сон размыл все воспоминания вчерашнего дня. Через полчаса он нашёл себя грустно сидящим на кухне с кружкой чая и думающим, чем он должен заниматься весь оставшийся день. Не сказать, что дел у него не было совсем никаких, но каждое было каким-то неважным, серым и скучным. Скука обещала преследовать его весь день, как и всё, блять, последнее время.              Дальнейшие раздумья привели его к тому, что, вообще-то, пусть вчерашний день и был абсолютно тупым, а каждое воспоминание с него вызывало только невозможный стыд за каждый вздох, зато оказался полным эмоций и впечатлений. Хуй знает, когда Антону ещё представится шанс испытать столько всего разом…              О, и кстати, Алекс вчера пригласил его на продолжение.              Стоило только догадываться, каким чудесам управления собственным телом будут обучать его сегодня. Антон около десяти минут дискутировал сам с собой о том, стоит ли ему ехать, даже налил вторую кружку чая, но по итогу сдался. Блять, да он встал в семь утра полный энергии, ему щас вообще нехуй делать!              С этими мыслями Антон прикончил чай, оделся, вызвал такси и приехал к зданию, где располагалась хореографическая студия. Дебилизм это всё наверное, блять, Антон зря сюда заявился.              Одна из дверей в коридоре этажа, полного офисов и мелких лавок, была приоткрыта, словно указывая путь — Алекс, очевидно, уже был на месте. Антон глянул на часы: он опоздал на десять минут, забыв про то, что большая часть Петербурга сейчас спешит на работу, но пусть этот Мэджик благодарит его за то, что он ваще приехал.              Когда он вошёл, Алекс спокойно сидел на одном из вчерашних злосчастных стульев, закинув голень одной ноги на вторую и мягко покачивая коленом, его внимание было увлечено экраном телефона. Пиздец, внатуре Антона ждал, получается, не арендовал же он зал просто чтобы в телефоне посидеть.              — Я думал, ты уже не приедешь.              — Я тоже думал.              Разуваясь перед входом в зал, Антон окинул взглядом парня, всё так же сидящего на стуле и выжидающе смотрящего на него. Те же охуевше короткие шорты, наколенники, какой-то браслет из белых бусин на запястье и белая футболка с кричащей ярко-розовой надписью, смысл которой Раута впечатлил достаточно сильно, но не сказать, что понравился. Он готовился не к этому. Да он ни к чему, если честно, не готовился, но к этому прям вообще готов не был.              Антон напустил на себя спокойный вид, хотя сердце отчего-то забилось быстрее обычного.              — «Лучше Топора», — прочитал он вслух, наблюдая, как Алекс медленно поднялся со стула, продолжая сжимать телефон в руке. — А на спине «хуже Гослинга»?              — Мне не нужно иметь потолок, чтобы был пол, — метафорично отозвался Алекс. — Ты тоже отлично выглядишь. Долго прихорашивался перед встречей?              — Долго думал, стоит ли на неё ехать.              Антон прошёл вглубь зала, осматривая его. Со вчерашнего дня ничего не поменялось: длинные светлые шторы, скрывающие высокие окна, зеркальные стены, колонки в дальнем углу, блестящий пол. Антон невольно подумал о том, что Алексу это место не подходит — для него сам бог учредил помещения без окон, маленькие и темные, с неоновой подсветкой под потолком… хотя, может быть, так выглядят комнаты для приватных танцев. Интересно, а у шеста Алекс тоже танцует?              Алекс, словно услышав этот короткий вопрос о себе, усмехнулся. Хотя на самом деле, наверное, он усмехнулся ответу Антона на его вопрос.              — Рад, что ты всё-таки сделал правильный выбор.              — А я-то как. Чем сегодня кошмарить будешь?              Алекс снова разулыбался, медленно шагая к двери. Антон приподнял бровь, следя за его перемещением — чё он, щас ещё кого-то приведёт? Снова будет заставлять на коленях у этого кого-то танцевать? Но нет, на удивление, Алекс лишь закрыл дверь на замок. Антон не испытал никакого страха и даже тревоги — парень по сравнению с ним был просто тумбочкой, так что физической угрозы он не представлял. По крайней мере, без огнестрела или хотя бы холодного оружия в руках, но откуда он его щас вытащит? Из жопы?              Алекс загадочно промолчал, хотя Антону казалось, что вопрос он задал достаточно громко. Он хотел обернуться и посмотреть, а на месте ли вообще Алекс, но застыл — из колонок негромко полилась знакомая мелодия. В этот раз — не «хулиганки», а песни его самого.              — Я видел, как ты вчера на меня смотрел, — промурлыкал у самого уха мужской голос, с той же стороны пальцы коснулись плеча. — Присядь. Устрою тебе приватное выступление.              Антон противился недолго — главное, что его в это втянули лишь косвенно, лишь в качестве наблюдателя. Ну… по крайней мере, он на это надеялся, хотя совсем ничего не ожидал от этого утра. Да он, блять, не мог верить даже в адекватность своего собственного поведения, что уж говорить о другом человеке, с которым он познакомился меньше суток назад. Да он даже его имени настоящего не знает!              Алекс, похоже, как раз рассчитывал первые тридцать молчаливых секунд на то, чтобы просто посадить Антона на стул. Интересно, он предполагал, что всё так гладко пройдёт или готовился к сопротивлению? Ага, а что бы он противопоставил недовольству Антона, соберись он уйти, свой браслет с белыми бусинами? Или свой массивный чёрный кроссовочек? О, его Антон боится гораздо больше, чем самого Алекса.              — Я думал ты хотя бы поособенней нарядишься, раз собрался устраивать шоу.              — На вашем выступлении я, кажется, тоже не слишком наряжался, — заметил Алекс, шагая вокруг Антона — видимо, всё-таки не был готов к такому быстрому согласию и импровизировал перед точно продуманным планом.              Каждый шаг был медленным и плавным, что так сильно отличалось от того, что Антон видел вчера. Может, вчера движения Алекса тоже были плавными, но уж точно не медленными; вчера его танец был пропитан показной похотью, он пытался изнасиловать мозг прямо через визуальное восприятие и делал это с чрезвычайным успехом в кратчайшие сроки, словно выполнял норму на заводе. Но сегодня для описания движений этого очаровательного парня намного больше подходили тягучие «страсть» и «интерес».              «Я куплю её всего лишь за один коктейль…»              Антон ещё рассуждал над характером того, что делает Алекс, а он уже подстраивался под новые ритмы. От движений перестало нести импровизацией, Алекс отошёл подальше. Расстояние разожгло слабый интерес гораздо сильнее, прежде всего потому, что Антон понятия не имел по какой причине парень решил увеличить дистанцию.              Руки Алекса сразу скользнули по телу, прижимая плотную ткань футболки к отчётливым изгибам торса. Этого было достаточно, чтобы заинтересоваться, но слишком мало для полного удовлетворения, которое затем Алекс вовсе лишил всякого права на жизнь, уводя скользящие по ткани пальцы подальше от тела. Если бы Антон сам интерпретировал песню в танец, он бы держал напряжение до последнего, но королём бала сегодня был другой человек, и действия этого человека всё равно сильно впечатляли Антона.              Взгляд внимательно следил за чужим телом, но абсолютно каждое движение уловить было безумно сложно. Антон в восторге пытался осознать первое, а Алекс уже принимался за второе, и этим заставлял вглядываться в себя ещё более жадно, с собачьей ненасытностью. Сука, Антон скоро клыки начнёт скалить, если Алекс ещё хоть раз так соблазнительно крутанет бедрами…              Пальцы прошлись по шее как раз в тот момент, когда Алекс слегка запрокинул голову, представив взгляду острый кадык и нечёткие линии сухожилий, натянувшихся под абсолютно чистой кожей. Он довольно быстро увел руку, но внимание Антона так и осталось на шее. Вот бы оставить на ней засос, маленькую роспись, упоминание, что какое-то время тело Алекса принадлежало ему, даже если это длилось считанные минуты.              «Вышибаю дверь с ноги — нахуй замок…»              Алекс стремительно обрушился на пол, но в Антоне это ни на мгновение не вызвало беспокойства. Падение вышло настолько мягким, что даже наколенники не издали своего тяжёлого пластикового стука, а стройное тело сразу изогнулось в плавной волне, скрещивая прямые руки перед собой. Если вчера Алекс был похож на пассивного гея, сегодня он намного больше напоминал актива — жаль, что Антон эту роль ему уж точно не уступит.              Следующие строки сами собой подразумевали избавление от хоть какого-то элемента одежды — да блять, пусть он своим кроссовком уже в Раута кинет! — но Алекс продолжал упорствовать и танцевать в одежде, не жалея белую ткань даже во время положения лёжа.              Одежда слегка задралась, в глаза бросилась широкая полоса оголенной кожи, но намного больше Антона заинтересовало другое — отчётливо возвышающийся бугорок на шортах Алекса. На губах появилась улыбка, отчего-то вдруг захотелось поменять своё положение в пространстве, подойти к Алексу и присесть между разведенных ног, закинув их поверх своих бёдер и прижавшись к парню как можно ближе. Его действительно так впечатлило танцевать для Антона? О, блять, Антон может впечатлить его и не только взглядом.              «Она просит жёстче, чтобы больше агрессии…»              Антон не сдерживал довольного оскала, смотря как Алекс легко меняет положение и вытягивает концы строк очередными глубокими, но неспешными толчками в воздух. Ему нравилось наблюдать за этой секундной активностью и сразу следующей за ней медлительностью, в один момент белая ткань наконец упала на пол отдельно от привлекательного тела, и остался только он, Алекс, такой непримиримо идеальный, голубоглазый и русый, со вставшим в процессе собственного танца членом.              Плавные движения перебились резкими, когда в песне в ход пошла отрывистая подача. Антон чувствовал мурашки по коже, когда Алекс легко дёргал плечами, грудью или тазом, замирая на короткое мгновение, существуя в одном пространстве с льющейся из колонки музыкой. И, на удивление, одновременно с перечислением медленно приближаясь к Антону.              Этот взгляд в глаза был самым напряжённым и горячим, что он только когда-либо видел. Алекс незаметно и в то же время чрезвычайно быстро оказался слишком близко, его колено коснулось колена Антона, казалось, по коже сейчас пойдут разряды тока, блять, они оба знают, насколько же сейчас возбуждены.              Алекс первым сломал невидимый, но чрезвычайно прочный барьер — взял Антона за плечо, не давая ему двигаться, извиваясь в такой же чертовски горячей волне прямо перед его лицом. «Твоя лучшая работа — blow job», и как иронично, что эти слова Антон слышит прямо в тот момент, когда член Алекса возникает прямо у него перед глазами.              Хватит с Антона стриптиза — не сдерживая порыв, он положил руки на бедра полуобнажённого парня как раз когда он собирался отстраниться и притянул к себе, заставляя его слегка пошатнуться.              — Без рук.              — Как скажешь. Член тогда сам достань.              Антон сжал пальцы на чужих бедрах крепче, строго удерживая Алекса на месте. Он чувствовал дрожь от перенапряжения, вибрацией расходящуюся под подушечками, и продолжал в открытую смотреть в лицо парня. Алекс почему-то колебался несколько секунд, а может просто пытался осознать смысл его слов, но просьбу исполнил быстро. Член приветливо качнулся, больше не скрываемый черной тканью, поражая отсутствием крайней плоти.              — Ну ахуеть, ты как стереотипный стриптизер из американских фильмов.              — Ты смотришь очень странные американские фильмы.              Язык Антона без промедления прошёлся по всей длине, останавливаясь перед самой головкой и заставляя Алекса замолчать. Его реакция, очевидно, не была слишком бурной, но Антон почувствовал новую волну мурашек под пальцами и вжал его бедра в свои плечи сильнее, даже если это не оставляло большого поля для более изощрённых ласк. Пока хватало лишь дразнить Алекса, глаза которого теперь вцепились в Антона так же, как глаза Антона в него всего минуту назад. С жадностью и животным рвением, которое он стесняется проявить лишь по той простой причине, что является человеком.              Антон предпочитал не думать о том, что бы было, будь Алекс хотя бы собакой — прежде всего потому что трахать собак совсем не в его стиле. Впрочем, он сам чувствовал себя сейчас самым настоящим ебучим псом, с таким удовольствием вылизывая твердый член и не отрывая глаз от чужого лица. Эмоции Алекса выражали лишь ёмкое «ох, блять» — Антон его понимал, литературных слов и он бы сейчас не смог подобрать, а уж тем более не смог бы выразить. Намного больше говорили по-прежнему впивающиеся в плоть пальцы и блестящий от слюны член.              Алекс наклонил голову, выдыхая сквозь сжатые зубы — Антон расценил это как желание большего, но не хотел подчиняться его желаниям. Наверное, назначая этот сеанс, Мэджик хотел подразнить его и явно не планировал, что обернется это совсем по-другому.              — У тебя изначально было в планах схватить меня сразу же как подойду? — выпалил Алекс на выдохе, запрокинув голову; Антон снова невольно представил все неровности, проявляющиеся на ней в таком положении, и неминуемо захотел оставить ещё больше — к примеру, следы лёгких укусов…              — Нет. Просто не люблю партию Талибала.              — Тали-… — непонятливо начал повторять Алекс, но запнулся и вопросительно медленно опустил голову, держа глаза закрытыми и нахмурив брови. — Блять, кого?..              Антон вздохнул, выпрямил спину и посмотрел ему в лицо. Одну из рук пришлось всё-таки отпустить, пальцы кольцом сошлись на стволе, наклоняя его и прижимая головкой к губам. Пришлось снова сесть в позу креветки, потому что иначе Антон мог упереться лицом разве что в грудь Алекса.              — Ты хочешь обсудить это сейчас? — спросил Раут прежде, чем размашисто провел по самой чувствительной части члена языком, собирая крупную каплю естественной смазки. — Рассказать тебе всю историю моего творчества и взаимоотношений с людьми?              Алекс помотал головой, схватившись обеими руками за плечи Антона словно в требовании сидеть на месте и делать то, что должен. О, то есть теперь он удерживает Антона?              — Нет… Просто продолжай.              — Если продолжу так, то это будет недолго. Может, лучше ты сядешь?              Последовал молчаливый кивок. Алекс отошёл, позволяя Антону встать, и сам опустился на побитый жизнью стул. Раут завис на несколько секунд, рассматривая картину перед собой — полуобнажённый парень, провожающий каждое его действие слегка поплывшим от желания взглядом, напряжённый член, наверняка требующий быстрой разрядки, и размякшее от ласк тело, поза которого вынуждала сознание дорисовывать пластиковые стяжки на запястьях, скрепляющие их со спинкой стула. Антон усмехнулся. Если Алекс позовет его на третье занятие, он точно прихватит с собой пару хомутов.              Антон опустился на колени перед Алексом, сразу возвращаясь к тому, на чём закончил. Губы накрыли головку, сжимая её в тугом кольце, кончик языка скользнул по щелке уретры, обдавая всё тело танцора жаром и срывая с губ выразительный стон. О, должно быть, в звуках у него тоже нет никакой стеснительности, как и в движениях…              Антон мягко двинул головой, давая члену протолкнуться глубже, но не достигая горла, и идентично провёл по основанию рукой. Алекс отозвался достаточно громким удовольствием, чтобы повторять действие вновь и вновь, пока танцор не начнёт использовать язык тела и не толкнется глубже, переставая контролировать свои действия. Язык давил на горячую плоть и проходился по уздечке, Антону нравилось чувствовать во рту упругий член и доставлять удовольствие действительно привлекательному молодому человеку.              — Быстрее…              Чужие пальцы зарылись в волосы, слегка надавливая на голову. Просил Алекс, похоже, не только быстрее, но и глубже, хотя самостоятельных действий не предпринимал, оставляя выбор за Антоном. Антон же был в восторге от его члена и без сопротивления выполнял все просьбы, как немые, так и озвученные.              К горлу подкатил импульс рвотного рефлекса, когда головка ткнулась в заднюю стенку горла, но моральное удовольствие было выше физических неудобств. Антон насаживался ртом на член с таким энтузиазмом, как будто этим минетом оплачивал танец Алекса — хотя может, так это и было, он пока ничего не слышал про цену и оплату труда парня. К стонам скоро добавился неприятный звук хлюпающей слюны, а пальцы надавили на голову с новой силой, одновременно сжимаясь на волосах. Алекс был на грани и наверняка едва ли контролировал свои действия.              С красивых губ громко срывался некрасивый мат, на заднем плане уже давно играла какая-то другая песня, которую Антон не узнавал. Ему в целом не было интересно, что там у Алекса в плейлисте, когда сам Алекс издает звуки гораздо приятнее любой музыки, подрагивает в его руках и едва заметно вскидывает бедра, подгоняя темп под необходимый для оргазма.              Алекс сделал несколько финальных толчков и замер, ещё крепче сжав волосы Антона в своих пальцах. Горло сжало новым приступом тошноты — стриптизер решил не оставлять Антону никакого выбора и кончил как можно глубже внутрь, вынуждая Раута проглотить. Неприятно, но определённо повышает градус привлекательности в глазах Алекса, наверняка ему понравилась такая покорность и лёгкий флёр шлюховатости.              — Это было… — Алекс попытался что-то сказать, но Антон сам того не осознавая перебил его, отстранившись чуть дальше и наконец сев в удобное положение:              — Наверное уже можно сказать, что мне больше по душе обычные свидания.              — Нельзя, — фыркнул Алекс, заправляя член обратно в трусы и шорты. — Ты даже не досмотрел.              — А ты долго готовился?              Алекс промолчал, состроив непонятное выражение лица, которое не сказало абсолютно ничего. Антон должен почувствовать вину за то, что слишком долго, или оскорбиться за то, что слишком мало? Ему не дали даже подсказки к ответу на этот вопрос.              — Поверю, что дольше пяти минут.              — Даже дольше десяти.              — Уже теку от того, какой ты преданный фанат.              Ну, вчера Алекс окрестил его целым «он», когда забыл его псевдоним и запутался в пиздеже ведущих.              Сегодня же Алекс поднялся со стула, забрал что-то из лежащей в углу студии сумки и прошагал по направлению к Антону, совсем не по-фанатски толкнув его в плечо и этим уронив на пол. Антон в свою очередь не стал сопротивляться, даже не подал голоса и просто наблюдал за процессом, надеясь, что его исход станет разрядкой жуткого напряжения в штанах.              — Я даже погуглил с утра как тебя зовут по-настоящему.              Голос Алекса звучал тягуче, медленно. Он опустился на Антона сверху, нескромным жестом мазнув ягодицами прямо по стояку, и наклонился к нему. Руки упёрлись по бокам от головы, так властно и неприлично, а сам Алекс навис сверху, с искренним интересом рассматривая лицо Антона.              — И как же?              Антон улыбнулся, принимая его правила, тон и темп дальнейших действий. Ладони нашли себя на жопе Алекса, хотя лучше бы эта жопа нашла себя на члене Раута.              Алекс улыбнулся шире, азартно прикусив нижнюю губу, и опустился ещё ниже, прямо к уху мужчины.              — М-м… Антон? — шепнул он, прогоняя по спине стаю мурашек. Антон удовлетворённо кивнул, наклонив голову в сторону, пытаясь поймать взгляд Алекса.              — Значит, к следующей встрече я должен узнать твоё имя?              — А кто сказал, что будет следующая встреча?              Антон ухмыльнулся. Алекс наконец в открытую смотрел ему в глаза, прижимаясь виском к полу, а грудью — к его груди. Близость не впечатляла слишком сильно и не заставляла сердце отплясывать чечётку, но Антон всё равно мог поклясться, что чувствует сердцебиение стриптизера.              — Ты так обиделся на то, что я прервал твой танец? Извини. Покажешь в следующий раз.              Что-то лёгкое и пластиковое встало рядом с головой Антона. Алекс отстранился от него и скатился в сторону, уперев взгляд в потолок. Рауту показалось, что своей глупой шуткой он задел его ещё больше, но руки Мэджика сползли по животу вниз, цепляя край шорт.              У Антона перебило дыхание одновременно с тем, как грациозно он вскинул бёдра и стянул с себя темную ткань вместе с той, что находилась под ней. Член, само собой, все ещё лежал, не готовый к новым свершениям, но по всему остальному поведению Алекса было видно, насколько же он возбуждён.              Подрагивающие руки. Рваные движения. Прерывистое дыхание.              Антон слабо верил, что у этого парня могло долгое время не быть секса — или что он настолько сильно его завёл.              Было слишком сложно оторвать взгляд от обнажённого тела, даже сейчас мирно покачивающего бедрами в такт по-прежнему льющейся из колонок музыке, но пришлось — Алекс снова взял то лёгкое и пластиковое. Антон разглядел тюбик лубриканта.              Похоже, они здесь надолго.              — Ты хочешь себя прям здесь растягивать? — с лёгким разочарованием, которое вовсе не хотел показывать, произнёс Антон. У него в планах не было ждать так долго, в штанах после минета всё ещё стояло колом.              — Нет, я заранее подготовился, — выдохнул Алекс, прикрыв глаза. Руки наощупь разбирались с крышкой тюбика и выливали прозрачный гель на пальцы. — Сейчас только смазать…              У Антона почему-то потемнело в глазах — наверное, вся кровь отлила от мозга и стеклась прямиком к члену. Алекс… блять, его план был коварнее, чем Антон представлял. Робкая попытка соблазнения и хвастовство мастерством? Нет, полная уверенность в том, что у него получится. Может, у него был целый сценарий того, что должно происходить, и Раут сделал шаг, на который Алекс на самом деле и рассчитывал, а в итоге сделал вид что шокирован происходящим.              Антон почувствовал себя обманутым, но не был против этого — ему нравился сам факт того, что Алекс думал о нём, составляя свой хитрый план. О, наверняка мысли о Рауте не покинули его и во время подготовки…              Пальцы Антона скользнули по бедру Алекса, бесстыже сворачивая на внутреннюю сторону. Хотелось быть поближе к столь возбуждающему действию, к стекающей по пальцам смазке и размеренным движениям внутри, однако стриптизер быстро скинул его руку и всучил ему тюбик. Антон быстро понял намёк — ну, что ж, проворных пальцев Алекса ему на своём члене не увидеть.              Колено парня снова лениво перекинулось через тело Антона, устанавливая над ним распаленного желанием Алекса, всем своим видом подначивающего закончить быстрее. Антону показалось, что пуговица на джинсах слетела с орбиты, а застёжка ремня прорвала одно из отверстий, настолько резко он их расстегнул, но задумываться о целостности одежды было некогда. Какие там пуговицы, когда это чудо задирает его футболку, в ожидании бесстыже облапывая каждый сантиметр?              Антон слишком сильно сжал тюбик: на член вылилась, наверное, добрая половина, но не такое уж это и упущение, он всегда может подарить Алексу хоть целый ящик этой смазки — конечно, при условии, что всю её Алекс израсходует только с ним. Крупная вязкая капля потекла вниз, но текла недолго и быстро остановилась под накрывшей её ладонью, в спешке размазывающей лубрикант по стволу.              — Давай…              Антон шепнул Алексу что-то пригласительно-разрешительное, помогая устроиться на своём члене. Кольцо мышц легко впустило его, обдавая резким жаром — Рауту показалось, что он кончит прямо сейчас, и с первым же движением это ощущение усилилось. Алекс приподнялся, должно быть, чтобы снова вставить член в себя под нужным углом, и резко опустился; раздался влажный «хлюп» и лёгкий шлепок кожи о кожу, так хорошо прозвучавшие на фоне какой-то энергичной песни без слов. Кажется, это та, под которую вчера Алекс танцевал на заказе…              — Это плейлист из всего, под что ты выступаешь? — Антон вырвал короткое мгновение для вопроса, пока Алекс сидел, прикусив губу и опустив голову, похоже, привыкая к ощущению члена внутри. А может, уговаривая себя не кончить за пять секунд даже несмотря на то, что его член подавал признаки жизни крайне слабо.              — Да.              — И «хулиганка» там есть?              — Тебя ебет?              — Будет неловко трахаться под песню лучшего друга.              — Заревнует, думаешь? — Алекс упёрся руками в плечи Антона, придавая телу более устойчивое положение. Взгляд Антона снова упёрся в шею. — Ничего. Потерпишь.              Алекс слабо двинул бедрами и Антон почувствовал, что сейчас может вытерпеть что угодно. Пусть его ебало растопчет лошадь или всю голову нахер разнесёт дробовик — его чувства и мысли находятся далеко не в мозгах.              Антон вспомнил все вчерашние унижения и изнасилование стульев — сейчас же Алекс делал это с ним. Тело извивалось в мягкой волне, пальцы противоречиво крепко сжимали его плечи, а взгляд выражал уже совсем не забаву от глупого процесса обучения. Глаза Алекса поплыли ещё сильнее, Антон даже не знал, что удовольствие от секса может идти настолько в разлад со стояком — было даже неловко, что стоит сейчас только у него. Но это лишь вопрос времени, особенно учитывая, как Алекс тащится от этих ощущений.              Закусывание губ ему не помогло — в воздух сорвался негромкий мат, с по-блядски растянутыми гласными. Антон мог только поблагодарить Алекса, что движения бёдер оставались такими же медленными. От члена по всему позвоночнику растекались жаркие импульсы удовольствия, перед глазами поплыли звёзды, и не только, блять, у Антона. Сердце заходилось в бешеном стуке от одного только взгляда Алекса.              Наверняка Антон вчера смотрел на него так же.              Ладони скользнули по тыльной стороне бёдер, быстро достигнув ягодиц. У Антона совсем не было в планах менять темп, но он всё равно мягко ударил по обеим, срывая с губ новый стон, заставляя и сфинктер слегка сжаться, а Алекса на секунду застыть. Пауза была короткой, но всё равно отозвалась особенно сильно, когда движения возобновились в новом виде и новом темпе.              Алекс позволил себе перенести руки ещё дальше и вытянуться ещё сильнее, только чтобы размеренные волны превратить в скачки. С каждым движением член медленно выскальзывал из тела и снова резко входил внутрь, ягодицы Алекса с звонким шлепком бились о тело Антона. По коже побежали мурашки, а мимику начало сводить в предоргазменном выражении.              Антон не прекращая следил за взглядом Алекса, сосредоточенным где-то впереди — наверное смотрит в зеркало. Блять. Антон не делал этого только потому что знал, что вот-вот кончит, а зеркало приведёт его к этому ещё быстрее. Его и так сводила с ума крепкая круглая задница, насилующая его член эффективно до дрожи в коленях, до белых следов от пальцев, вжимающихся в плоть, и сдавленно-растянутого имени, застрявшего в мыслях и глотке.              — А-А-Алекс!..              Темп нарастал, Антон даже не мог сказать, в какой момент Алекс остановится — уж точно не когда кончит. Его член только начал твердеть, и Антону чертовски повезло, что у него регенерация раза в два быстрее — через пару минут он оттрахает Алекса так, что тот кончит без помощи рук. И рта. И всего, что только есть в этом ебаном мире и что не является членом Антона.              Руки Антона надавили на зад Алекса, заставляя его прижаться как можно теснее, принять член как можно глубже, от неожиданности невольно сильнее сжаться и получить вознаграждение за старания в виде обжегшей изнутри очередным приступом возбуждения спермы. Антон уже приготовился к недовольству из-за того, что кончил внутрь, но Алекс молча сполз с члена, благородно промолчав.              Антон же молчать не стал.              — Как видок в зеркале?              — Тебе бы понравился.              Алекс ослепительно улыбнулся, к неожиданности Антона прижавшись к нему максимально близко. Искать в этом духовный смысл было глупо — Алексу просто нравилось тело Антона. Как и наоборот.              — Ты правда так заинтересован в следующем разе? — мурлыкнул он, вырисовывая ладонями контуры мышц Антона. Раут невольно фыркнул, но разрешил себе трогать Алекса в ответ — его умопомрачительную задницу и спину, вид на которую он наверняка сегодня ещё заценит.              — Да, но встретимся мы не здесь.              — А где?              — У меня дома? — предложил Антон, но сразу перебил собственное предложение. — Или у тебя. Или сходим в кино, или кафе, или чем там нормальные люди занимаются.              Алекс на несколько секунд застыл в раздумьях, но очень быстро вернулся к облапыванию Антона.              — Хорошо. Пойдем в галерею.              Антон удивлённо вскинул бровь.              — В галерею?              — Да. Кое-где открывается новая выставка современного искусства, туда и пойдем.              Антон моргнул. Стриптизер интересуется современным искусством? Надо сказать, это очень неожиданно. Настолько неожиданно, что, наверное, у Антона уйдет куда больше времени, чтобы член снова встал.              Хотя, если Алекс продолжит так водить своими ебучими руками по его телу, будет гораздо проще.              Взгляд снова скользнул по лицу Алекса, по слегка приоткрытым губам и, сука, идеально чистой шее, груди, плечам. На коже парня только одни следы, и это следы татуировок. Даже ни одного синяка и царапины нет, как это вообще возможно?              Алекс убрал руки от груди Антона, снова упёрся по бокам от его головы, наклоняясь. Антон не видел в этом никакого смысла ровно до того момента, пока в живот не упёрся едва окрепший, но чертовски горячий член, а Алекс не склонился достаточно близко, чтобы спровоцировать на поцелуй. Как приятно, ему дали разрешение.              Руки поднялись с ягодиц на спину Алекса, Антон перекатился, подминая его под себя. У Алекса ощутимо сбилось дыхание от неожиданности, но это лишь стало для него поводом первым кинуться в омут с головой и смазанно прижаться к губам Антона. Кровь наконец-то прилила обратно к голове, но не к мозгу, а к щекам — кто бы блять подумал, что после страстного отсоса и того, как Алекс для собственного морального удовольствия использовал его член, Антон покраснеет от простого поцелуя.              Но Алекс тоже. Раут заметил слабый румянец на щеках, когда наконец нашёл в себе силы отстраниться, и это стало поводом для нового поцелуя — ещё более мокрого, быстрого и по-прежнему смазанного от желания быть ещё ближе, слиться всем чем только можно.              В живот упирался член Алекса, по телу ходили мурашки — редко кто вызывал разом столько эмоций и желание трахаться без каких-либо пауз. Ощущение сжатого плотью члена казалось даже приятнее оргазма, но блять, ЧЬЯ это была плоть, в такую нельзя было просто кончить и забыть на следующий день, по меньшей мере — заполнить до краёв и перезвонить на следующее утро.              Антон отстранился от поцелуя лишь для того, чтоб оставить на коже Алекса новые пылающие следы. Сверху донёсся судорожный вздох, когда губы накрыли шею, вырисовывая прямые линии по напряжённым мышцам и оставляя яркий засос ближе к углу челюсти. Может, с этого и стоило начинать, а не сразу валить на пол и сразу сливаться телами? У Алекса, конечно, было другое видение, но зато он не возражал сейчас — ни из-за самих ласк, ни из-за засосов.              Антон почувствовал короткий толчок в плечо, пришлось занять более удобное положение — член снова встал по стойке «смирно» и теперь так гармонично смотрелся рядом с членом Алекса.              Алекс прикрыл глаза, предвкушая новый раунд, и снова раскрыл губы вместе с резким толчком. Антон совершенно не церемонился, но обилие смазки не позволяло грубить. Впрочем, это не значило, что Алекса сейчас не выебут до потери пульса. Его ноги уже были бесскромно разведены, одна лежала на плече Антона, а член прижимался к животу, самым отчётливым образом говоря о желании парня.              Антон не стал долго терпеть и новым резким толчком вжал Алекса в глянцевый пол.       

      * * *

             Белые стены слепили глаза. Антону было не слишком интересно то, около чего Алекс стоял минимум по десять минут, размышляя о смысле нарисованного. Честно говоря, Антон мало чего привлекательного видел в картинах, напоминающих детские рисунки, непонятные каракули, летописи и учебники геометрии, но зато ему нравилась палитра цветов и мысль, что кто-то стоял и реально вырисовывал это. Ну, конечно, это ещё не считая того, как же ему нравилось бормотание Алекса, глупенькие беседы с ним, видеть его в закрытой одежде, улыбающимся, задумчивым и заинтересованным.              Антону нравился Алекс. Может, он хотел бы пойти и на третье свидание.              Внимание Алекса снова завоевывало очередное произведение искусства — белый холст без рамки, сверху донизу исписанный странными знаками. Антону, кажется, когда-то подобные знаки рисовали на арте, который ещё долго провисел на аватарке его телеграм-канала.              — Я тоже в этой технике работаю, кстати, — внезапно поделился Алекс. К Антону пришло чуть больше понимания, по какой причине Алекс притащил его именно в галерею. — Но я не понимаю, тут такой странный наклон и такие странные символы, никогда их не видел…              Антон вздохнул, улыбаясь. Алекс не похож на его идеал, но почему-то очень ему нравится. Красивый, уверенный в себе, что-то понимает в искусстве и занимается им сам… очень мило.              — …ты меня слушаешь? — внезапно спросил Алекс, вероятно заметив на себе слишком уж долгий взгляд Антона.              — Да, просто вспомнил кое-что, — слегка наклонившись к нему, улыбнулся Антон. — С утра пообщался с парнями, с которыми мы были на занятии. Узнал, как тебя зовут.              Алекс усмехнулся, повернувшись к нему полностью.              — Ну давай, удиви.              — Будем знакомы, Андрей Александрович.