Интервью

— И что будешь с этим делать? — вопрос коллеги лишь подогрел назревающее недовольство девушки. Джиан с треском сжала в руке пустой стаканчик из-под кофе, делая глубокий вдох. Голова гудела от долгих размышлений, а яркий свет монитора уже выжигал глаза. — А что мне остаётся? Соглашусь на его условия, — Ынче лишь с сочувствием посмотрела на подругу, которая уже битый час пыталась не сойти с ума и уломать на встречу строптивого спонсора. Убедить его встретиться получилось, а вот назначить дату и место встречи — отдельная беда. Мужчина чересчур трясётся о своей анонимности, а потому не допускает даже мысли о том, чтобы встретиться в общественном месте или в издательстве. — На твоём месте, я бы поговорила с господином Паком. Возможно он смог бы как-то урегулировать этот вопрос, — уловив скепсис в глазах подруги, девушка поспешила объяснить, — Я понимаю, что он наш начальник и не должен идти на уступки, но не только нам нужно это интервью. Он мог бы и пойти на встречу. Как-никак знает о скверном характере этого придурка. — Ты не понимаешь, Ынче, — натянув милую улыбку, Джиан прервала коллегу, — Господин Пак пашет на мне уже год без перерыва. Как запряг с первого дня, так воздуха я с того момента не ощущала. «Джиан, уломай этого айдола на интервью», «Джиан, проследи за этим актёром и его пятидесятой пассией в парке, в минус пятнадцать», «Джиан, занеси мне кофе в комнату для совещаний, я что-то устал». И ему с высокой колокольни плевать, что я не его секретарь и в мои обязанности не входит таскать ему кофе. И точно так же ему будет плевать, что я не хочу в субботу утром, в свой выходной, тащиться в квартиру к какому-то стрёмному мужику, очень заботящемся о своей анонимности. Поэтому просить господина Пака о помощи точно так же бессмысленно, как и дальше уговаривать этого козла — спонсора, — под тяжёлый вздох коллеги, Джиан принялась писать сообщение о том, что согласна на все поставленные условия и интервью состоится. Раздражение внутри закипало, Джи уже всерьёз задумывалась об увольнении. Так хотелось кинуть придурковатому начальнику прямо в лицо заявление, а перед этим обязательно настрочить пару ласковых анонимному кретину. Джиан сначала диву давалась, когда после первых же переговоров, он согласился на интервью. Да, в переписке он вёл себя, как высокомерный придурок, но какая разница? Главное, что интервью будет, а богатого сноба она как-нибудь потерпит. Но вскоре её ждало разочарование, потому что договориться о месте встречи оказалось задачей невыполнимой. Джиан опасалась ходить в дом к незнакомцам. И не было бы столько опасений, если бы личность была публичной. Богатые певцы и актёры никогда не позволяли себе лишнего, опасаясь за свою репутацию. А вот с людьми, не имеющими никакой публичности или предпочитающими оставаться анонимными, было куда сложнее. Договор о неразглашении здорово развязывал руки. Мельком глянув на часы, девушка лишь глухо застонала. Электронный циферблат показывал семь часов вечера, а это означало, что неминуемо близится апокалипсис, который она скромно зовёт своим лучшим другом. Распрощавшись с Ынче и остальными сотрудниками, которые как и она задерживались на работе дольше положенного, Джиан поспешила домой. Ещё вчера ей пришло сообщение от Кан Ёсана о том, что ровно в семь тридцать он нагрянет в гости и она не имеет никакого права как всегда засиживаться в офисе. Но Джиан не была бы собой, если бы просто послушалась. Прикидывая, что осталось чуть меньше получаса, чтобы добраться до дома и не получить порцию недовольства, девушка влетела в автомобиль, молясь всем богам, чтобы пробки были хотя бы не километровые. И, судя по всему, мироздание её услышало и Джи добралась относительно быстро и без приключений. Стоило ей только переступить порог дома, как телефон в кармане жалобно затрезвонил. — Заходи, Ёсан, я дома, — коротко кинула девушка, прежде чем сбросить звонок. Стянув с себя пальто с обувью, она поторопилась открыть дверь, услышав приближающиеся шаги. — Только половина восьмого, а ты уже дома. Поразительно, — протянул друг, проходя в квартиру и протягивая руки для обьятий. Демонстративно закатив глаза, Джиан таки обняла друга, похлопывая того по спине. Отстранившись от девушки, Ёсан разулся и по-хозяйски прошёл на кухню. — Хотелось бы верить, что ты очень по мне соскучился и только поэтому нагрянул в мою обитель сразу же после работы. Но что-то мне подсказывает, что это не так, — проговорила Джи, по привычке поставив кипятиться чайник. Ёсан же с совершенно непроницаемым выражением лица уселся за стол, подперев подбородок рукой. — Ты права. Я здесь, чтобы стряхнуть с тебя пыль и наконец показать бывшим одногруппникам. Некоторые из них уже задаются вопросом жива ли ты, — невозмутимо проговорил Кан, не реагируя на оттенок возмущения во взгляде напротив, — И я их даже понимаю. На связь не выходишь, социальные сети не ведёшь, на встречах не появляешься. Что дальше? Монастырь? — Джиан шумно вздохнула, всем видом показывая насколько данная тема её не интересует. — Ты же знаешь, у меня работы по горло. У журналистов нет ни личной жизни, ни свободного времени. — Но завтра выходной! Сегодня мы едем на встречу и это не обсуждается, потому что один я туда точно не пойду. — А нет у меня завтра выходного! — воскликнула девушка, разливая кофе по чашкам, — Завтра у меня встреча с капризным спонсором в десять часов. Мне нужно подготовить вопросы и понять как себя с ним вести, — Кан недоумевающе глянул на неё, а в глазах его зрело недовольство. — Твой начальник снова заставил тебя работать в выходной? Джи, я всё понимаю, но в Сеуле не одно издательство и даже не несколько. Я что-то не совсем понимаю, почему ты до сих пор прозябаешь в этом месте, — девушка поставила перед ним дымящуюся чашку с кофе, а сама уселась рядом, понимая, что разговор однозначно затянется, — У тебя достойная репутация, ты хорошо выполняешь свою работу и имеешь связи. Ты ради новых возможностей в США на стажировку полетела! Тогда какого чёрта ты всё ещё терпишь этого придурка? Ты же знаешь, я или, на крайний случай, Чхве всегда поможем тебе с работой… — Нет, Ёсан. Мы это уже обсуждали, — перебила его девушка, — Я не хочу твоей помощи и уж тем более помощи Чхве Сана. Я это говорю не для того, чтобы обидеть тебя. Ты знаешь как для меня важно добиться всего самостоятельно. Я готова бегать на побегушках у Пака ровно до тех пор, пока сама не найду место получше. С момента моей стажировки прошло всего два года. Я должна упорно работать, чтобы выбить себе достойное место. А насчёт Чхве можешь даже не заикаться, мне не стоит с ним пересекаться. Я надеюсь ты не говорил ему где я работаю? — немного напряжённо спросила Джи. Ёсан лишь тяжело вздохнул. — Нет, не говорил. Мы ведь с ним тоже не в ладах. Он спрашивал пару раз, но не наседал. Сан не глупый, сам понимает почему ты не хочешь рассказывать, — в тоне Кана сквозила некая грусть, но говорил он весьма спокойно, — Просто помни, Джи, что я всегда приму любое твоё решение и помогу, если ты меня попросишь. Не надо взваливать всё на свои плечи и нести этот груз самостоятельно. Я помогу и подстрахую, — каким бы порой холодным и язвительным Ёсан не казался, Джиан всегда помнила о такой его стороне. Доброй, мягкой и понимающей. Друг ни разу её не подводил. Девушка никогда не слышала от него осуждения. Даже узнав о её решении стажироваться в Америке, он повел себя спокойно, приняв это решение, как данность. Он не отговаривал её, просто поддержал, сказал важные слова и помог собрать вещи. И Джи была ему благодарна. — Ты наверняка знаешь как сильно я тебя люблю и подобными речами просто мной манипулируешь, заставляя любить тебя ещё больше. — наигранно недовольно проговорила девушка, скрывая улыбку за кружкой. Кан лишь ухмыльнулся так, словно она и вправду его раскрыла. — Я просто уламываю тебя пойти со мной на встречу одногруппников. — У меня вообще есть возможность отказаться? — Ёсан лишь сделал вид, что и впрямь задумался над вопросом. — Хм… Нет. Такой возможности не предполагается. В противном случае я просто притащу их к тебе в квартиру. — И кто тебе дверь откроет? — То, что я не вламываюсь к тебе домой, ещё не означает, что я не знаю код от замка. На данный аргумент Джиан ответить было нечего. — Ладно, 1:0 в твою пользу, Кан Ёсан. Я пойду, но обещай, что мы ненадолго. И ты не будешь заставлять меня пить. — Естественно, я же не настолько плохой друг.

***

О том, что Ёсан не плохой друг, он забыл спустя два часа с их прихода, пытаясь всучить Джиан в руки третью рюмку соджу. — Нет, Кан Ёсан, я больше пить не буду, мне на работу завтра, — ныла девушка, отмахиваясь от друга под громкий смех старых знакомых. — Чёрта с два ты куда-то завтра пойдёшь! Я этого грёбанного Пака к прадедам отправлю за то, как он с тобой обращается! — проговорил изрядно подвыпивший друг, опрокидывая в себя содержимое рюмки, от которой девушка отказалась. Уловив взгляд Чхве Сана, встреча с которым была для неё сюрпризом, Джиан лишь поджала губы и опустила взгляд на собственные ноги. Когда они ехали в бар, Ёсан клялся, что Чхве не ходит на такого рода сборища и утверждал, что шанс, на то, что они встретятся минимальный. Но, судя по тому, что Сан сидит сейчас напротив неё и пытается испепелить взглядом, минимальный шанс всё же никогда не равен нулю. Осознав, что застряла здесь как минимум часа на четыре, Джиан достала блокнот. Пока она была ещё достаточно трезвой, девушка решила подумать над вопросами к интервью. Дома ей вряд-ли удастся это сделать просто потому что на пьяную голову ничего вразумительного она не придумает. Но из-за того, что спонсор предпочитает оставаться анонимным, никакие личные вопросы задать бы она не смогла, поэтому в блокноте красовалась лишь парочка дежурных фраз. Решив, что будет действовать по ситуации, Джиан закинула блокнот вместе с ручкой обратно в сумку, окинув взглядом всех присутствующих. Девушке было слегка некомфортно. Она давно не видела этих людей, да и никогда особо не была с ними близка. Ну, разумеется, кроме Сана, который весь вечер сверлит её таким взглядом, словно она страну предала. Её поездка в Америку хоть и не считалась предательством, но очень уж ему не понравилась. — Мы так редко собираемся всей компанией… — произнёс Джухёк, главная головная боль всех её студенческих дней. Парень пытался к ней подкатить, но ни одна его попытка так и не увенчалась успехом. Ощутив на себе парочку косых взглядов, Джиан поняла, что фраза была адресована непосредственно ей. — Вы же знаете, работа… — проговорила Джи, хватаясь за банку пива. — Может расскажешь что-нибудь про стажировку? Она хоть принесла какую-нибудь пользу? — задала вопрос Юнми. С ней Джиан была в достаточно хороших отношениях. Юнми помогала ей с философией, а Джиан подтягивала девушку по иностранным языкам. Первое время после переезда они даже поддерживали связь, но естественно, со временем их общение сошло на "нет". — Однозначно. Я многому научилась. Эта стажировка дала мне намного больше знаний, чем университет. Я не жалею, что поехала, это опыт, — с улыбкой проговорила девушка, вспоминая дни, проведенные заграницей. — Интересно, каково это, не сказав ни слова, свалить в другую страну? Совесть не мучила? — неожиданно заговорил Сан, потягивая пиво из стакана. Обстановка тут же накалилась, Джиан стало не по себе под тяжестью его взгляда. Не успела она и рта раскрыть, как оживился друг. — А ты бы отказался от такой возможности? — как ни в чём не бывало задал вопрос Кан, немного захмелевший, но ещё сохранявший ясность ума. Остальные ребята притихли, не желая встревать в назревающий конфликт. — Разве кто-то говорил отказываться? Речь о том, что просто сбежать и не сказать никому ни слова — как-то не по-дружески, разве нет? — нарочитое спокойствие Чхве выглядело, наверное, даже хуже, чем если бы он кричал и ругался. Раздражение и лёгкое алкогольное опьянение не дало девушке спустить фразы парня на тормозах. Слишком уж много Сан на себя берёт. Глядя на начинающего злиться друга, Джиан незаметно для всех сжала его ладонь, призывая того к спокойствию. Скандал им сейчас точно ни к чему, но поговорить однозначно стоит. — Ты правда хочешь обсудить это здесь и сейчас? Я не думаю, что мы должны портить настроение остальным из-за собственных недомолвок, — серьёзно проговорила Джи, понимая, что разговор неизбежен. Несомненно все присутствующие понимали о чём речь, даже без оглашения ключевого имени. И уж лучше переговорить с Саном один на один, нежели раскрывать всем подробности своей личной жизни. Ведь именно о ней Сан и собирался говорить. — Ты даже не представляешь себе как я хочу обсудить твой малодушный побег. Раз тебе некомфортно, давай найдём более тихое место, — на два тона ниже проговорил парень, вставая из-за стола и направляясь к выходу из бара. Джиан тихо выругалась и под взволнованным взглядом Ёсана, направилась за Чхве, на ходу накидывая пальто. Оказавшись на улице, девушка наконец смогла сделать глубокий вдох. Холодный ветер слегка отрезвлял, но расслабиться ей сегодня было не дано. Она всеми фибрами души надеялась, что встреча пройдёт спокойно и без нервов, но разве ошибки прошлого оставят её в покое? — Что конкретно ты хочешь мне сказать? — спросила она, глядя на облокотившегося на бетонную стену парня. Сан быстрым движением достал из кармана джинс пачку сигарет и, щёлкнув зажигалкой, закурил. Она всё ещё помнила о его вредной привычке и о том, как пыталась заставить его бросить. Но её уговоры были тщетны и спустя время она смирилась. — Почему? — резким тоном задал вопрос он, выдыхая клубы дыма. — А ты разве не знаешь? Не догадываешься? — выпалила Джи, начиная закипать от вечных нравоучений. В первую же неделю после возвращения в Корею этот парень её нашёл, заявляя, что им надо поговорить. Но конструктивного диалога так и не вышло, её решили отругать, как провинившуюся школьницу, а когда признания вины не последовало, просто послали куда подальше. Тогда Джиан и поняла, что друг у неё всегда был только один. И имя ему точно не Чхве Сан. — Я хочу слышать твой ответ, — не глядя на неё, проговорил Сан. — Почему я обязана отчитываться, Сан? Хочешь пристыдить меня? Я тебя огорчу, мне не стыдно. Ты прекрасно знаешь, что если бы я предупредила тебя, без скандалов бы не обошлось. Потому что узнал бы ты — узнал бы и Чон Уён, — имя сорвалось с губ девушки быстро, на эмоциях. Она давно запретила себе произносить его даже просто в мыслях, — Даже сейчас. Ты начал эту тему не из-за того, что я бросила тебя. Ты злишься, что я бросила его. — Я был твоим другом, — резко ответил он, стараясь даже не глядеть на девушку. Первый признак того, что терпение Чхве на исходе. — О нет, Сан, — с усмешкой ответила она, — Ты был его другом. А я была для тебя не более чем одногруппницей и девушкой Чона. Которую ты посчитал эгоистичной сукой, абсолютно наплевав на ситуацию. — Да неужели?! — вдруг повысил голос парень, выкидывая недокуренную сигарету, — Ты надурила и меня, и его! Представь каково мне было приходить к этому придурку домой и видеть перевернутую вверх дном квартиру. Просто вообрази себе каково мне было смотреть на то, как он мечется от злости и отчаяния, потому что Кан Ёсан — единственный, кто в курсе куда ты делась, но молчит как партизан! — Не втягивай в это Ёсана. Он здесь ни при чём. Он молчал только потому, что так хотела я. — А он тебя послушал, послав всех к чёрту… — Потому что он единственный, кто уважает мои решения! — вдруг вышла из себя Джи, ступая ближе к Сану, — Как думаешь, что бы было, если бы я кому-то из вас рассказала о своём намерении? — Я бы не стал препятствовать! — А Уён? Хочешь сказать, что Уён не стал бы…? Чушь. — Всегда можно найти компромисс, общее решение. Но ты поступила гадко, когда даже прощальной записки не оставила и просто свалила. Я своего друга полгода по кусочкам собирал, — голос Сана становился всё громче, на взводе были оба. — Что ты от меня хочешь? — устало спросила Джиан, глядя ему в глаза в надежде найти хотя бы каплю понимания, — Мне не в чем покаяться. У тебя всё в порядке? Вроде да. У Уёна? У него так вообще всё чудесно, сколотил себе отличную карьеру артиста. Каждая собака в Сеуле в курсе кто такой Чон Уён. Я никому жизнь не испортила, поэтому перестань пытаться меня пристыдить, мне не жаль… Я просто выбрала себя. — Джиан развернулась и поспешила обратно в бар, оставляя парня одного. Как она и предполагала — разговор оказался бессмысленным. Чхве её никогда не поймёт, можно было даже и не пытаться. Вернувшись, она слабо улыбнулась всем присутствующим, садясь возле Ёсана. Сегодня она точно не отойдет от него ни на шаг. — Всё в порядке? — шёпотом спросил друг, взяв её за руку. — Да. Просто немного побеседовали, — девушка всё ещё была на взводе, хотелось успокоить нервы. Она опрокинула рюмку соджу, скривившись от крепости напитка. Мысли крутились только вокруг их с Чхве Саном разговора. Гадкий осадок остался на сердце. Как бы она не пыталась показать, что ей безразличны его слова, это не так. Не хотелось обманывать саму себя — ей важно его понимание. Хотя бы потому, что она и вправду считала его другом. Но вот только Чхве больше беспокоился за чувства её бывшего парня, чем за её собственные. Первые месяцы стажировки Джиан уверяла себя, что сделала всё правильно, что молча уехать — единственный верный вариант. Но спустя время сомнения одолевали её всё сильнее, а тоска по близким людям рвала на кусочки. Девушка утешала себя тем, что всегда надо чем-то жертвовать во имя поставленной цели. Только в её случае жертвы оказались чересчур большими. Вскоре вернулся Сан, уже чуть более спокойный, чем прежде. На некоторое время повисло гнетущее молчание. Каждый за этим столом всё понимал, но никто не решался высказаться. И Джиан была этому несомненно рада, ведь слушать одно и то же просто надоело. Вскоре вновь развилось бурное обсуждение совместного прошлого. Иногда она улыбалась и кивала на какие-то вопросы, но в мыслях была далеко отсюда. На душе скребли кошки, воспоминания одни за другими нахлынули на неё, заставляя пульс участиться. В голове крутилось лишь одно имя. Чон Уён был неотъемлемой частью её жизни. Они познакомились на первом курсе, как раз таки благодаря Чхве Сану. Тогда её дружба с Чхве только зарождалась, парень не мог её не познакомить со своим лучшим другом. Всё чаще они проводили время втроём, узнавали друг друга ближе. Чуть позже Джиан познакомилась с Каном, дружба с которым окрепла почти сразу же. В нём она нашла родственную душу и связывала их только братская любовь, не переходя во что-то большее. Со временем она заметила, что Чон Уён мелькает в её мыслях всё чаще. Сердце замирало от каждого неловкого касания или брошенного в тайне ото всех взгляда. Их дружба закончилась в тот день, когда Чон позвал её отметить благополучную сдачу сессии. Экзаменационный период тогда здорово её потрепал и она согласилась, в глубине души радуясь, что остальные два друга просто-напросто не пришли. Как выяснилось потом, Уён и вовсе их не звал. В тот вечер они напились буквально за час. Джиан от усталости, а Уён для смелости. Признание в чувствах вышло скомканным, неловким, но оттого ещё более трепетным. Юн Джиан любила в нём всё. Его обжигающий взгляд, горячие ладони, мягкие губы и порой сложный, но такой похожий на её собственный характер. Они оба были слишком темпераментными и эмоциональными, одним словом — юными. Первое время им это никак не мешало, лишь добавляло огня в отношения. А настоящие сложности их настигли, когда на втором курсе они приняли решение съехаться. Ругались часто, не сходясь во мнениях. Но время шло, они становились старше, а подростковый максимализм сходил на нет. Джиан стала спокойнее, а от ребячества Уёна оставались лишь воспоминания. Только вот мелкие проблемы, основанные, зачастую, на бытовухе, стали сменяться более серьёзными. Чон Уён — человек бескомпромиссный. Сколько бы Джиан не билась, отстоять своё мнение и взгляды — было задачей из ряда «невыполнимых». Это было огромной проблемой, которая отдаляла их и выстраивала стену. Джи пыталась отгородиться, уйти, не слушать. Это проявлялось везде, а когда перед ней встал вопрос о стажировке — вот тогда она и осознала всю сложность ситуации. Девушка рыдала в ванной, не понимая что ей делать. Стажировка — возможность, предоставленная ей чуть ли не с небес, она не имела права отказаться. А вот как сообщить об этом парню она просто не представляла. А потому и решила не сообщать. Вынырнув из собственных воспоминаний, Джиан просто молча опрокинула ещё одну стопку. Хотелось заглушить эти мысли, больше не слышать саму себя и наконец расслабиться. Ранее она не позволяла себе слишком часто думать о прошлом, зарываясь с головой в работу. Но сегодня ей самым худшим образом напомнили, заставляя и дальше терзать себя сомнениями и старыми чувствами. Обидно, но Джи не привыкла унывать, продолжая вливать в себя алкоголь до тех пор, пока голова не опустела.

***

Новый день Джиан встретила с головной болью и Кан Ёсаном под боком. Трель будильника била по ушам, заставляя голову раскалываться пуще прежнего. Ёсан, закинувший на неё свои тяжеленные конечности, что-то невнятно пробормотал. Когда понял, что реакции со стороны подруги не последовало, сказал громче: — Если ты прямо сейчас не вырубишь этот грёбаный будильник, обещаю, твой телефон пройдёт проверку на прочность с окна, — Джиан на ощупь нашла телефон, выключая это орудие пыток. И только она хотела снова провалиться в сон, как в голову резко пришло осознание. Интервью. Скинув с себя ноги друга, девушка резко подорвалась с кровати и, игнорируя тошноту и головокружение, ринулась в ванную. До встречи оставалось два часа. Джи быстро приняла душ, натянула первые попавшиеся водолазку и брюки и взглянула на себя в зеркало. Оттуда на неё глядело бледное, опухшее чудовище с такими синяками под глазами, словно она не спала примерно вечность. Пришлось изрядно попотеть перед зеркалом, чтобы выглядеть хоть немного приличней. Закинув в сумку всё необходимое, Юн кинула взгляд на мирно спящего в её постели друга. Понимая, что времени его будить уже не осталось, Джиан просто понадеялась, что друг как-нибудь позаботится о себе сам и поспешно вышла из квартиры. Уже подъезжая к незнакомому жилому комплексу, Джи на секунду задумалась, а не стоит ли на всякий случай скинуть Кану свою геолокацию? Плохое предчувствие клокотало в груди, не давало успокоиться. — Я же не просто так к незнакомому мужчине иду домой. Это крупный спонсор школы искусств, вряд-ли со мной что-то произойдет... Максимум обматерит и выставит из квартиры за какой-нибудь неприятный вопрос, — рассудила девушка, попытавшись усмирить тревогу.

***

Массивная железная дверь находилась прямо перед взором Джиан и как бы ей не хотелось сейчас вернуться домой и обратно запрыгнуть к Ёсану под одеяло, девушка всё-таки нажимает на звонок. По ту сторону раздаётся трель и чужие торопливые шаги. Дверь отворяется, а сердце Джиан, кажется, проваливается в пятки. Она ожидала встретить за этой дверью кого угодно, но никак не Чон Уёна с лёгкой полуулыбкой на губах. Вдруг в голову девушки резко пришла совсем неуместная и даже немного забавная мысль: «Надо было всё-таки скинуть свою геолокацию Ёсану. Потому что у меня складывается такое ощущение, что завтра меня найдут уже по частям».