Запах Табака

Дождь глухо барабанил по окнам. Миша приходит домой поздно, но не так чтобы было уже темно. К его удивлению квартира пустует. «Может Саша в магазин пошёл?» - спрашивает сам себя Михаил. Он достаёт из правого кармана пальто упаковку сигарет и спички. Вытягивает одну папироску и поджигает её. Дым и запах табака разносятся по коридору. Когда особо неприятно и тревожно, Михаил закуривал одну сигарету, чтобы немного успокоиться. Саше не нравилась эта, можно сказать, недавняя привычка, но больше трёх раз он это не повторял. Миша снимает ботинки и направляется в свой кабинет. Пальто мокрое, но он забил на него. Подходя к дубовому столу, он видит, что бумаги и документы разложены по стопкам. Только посреди лежит одна пожелтевшая бумага. Миша подходит ближе и замечает письмо, которое раньше не видел, но, посмотрев на имя адресанта, всё быстро понял. Он подносит её ближе и замечает, что бумага источает слабый запах родного человека. Алые глаза забегали по строкам. «Здравствуй, Миша. Наверное, ты читаешь это письмо уже вечером, но не в этом дело. Я хочу сказать, чтобы ты оставил меня. Оставил меня на несколько лет одного. Я не бросаю тебя и никогда в жизни это не сделаю. Я приготовил тебе поесть. Не забудь это сделать! А ещё, одевайся уже потеплее, ветер холодный дуть начинает, продувает. Не беспокойся, я сам доеду. На поезде. Со мной всё хорошо уже. Миша, я тебя очень люблю, просто дай мне отдохнуть от произошедшего. Твой Саша» Держа пожелтевшую бумагу, Миша несколько раз перечитывал последнее предложение, затаив дыхание. Он выпустил табачный дым и, отложив её в сторону, переместил взгляд в окно. Пасмурная погода и дождь только лишь напоминали ему о нём, который недавно ушёл. Михаил опустил взгляд, вновь поднося к губам сигарету, но вдруг остановился. Его зацепил угол письма. Там было нарисовано плавными линиями небольшое сердечко. Еле заметная улыбка показалась на напряжённом лице. Всё-таки он его до сих пор любит. Миша ещё долго смотрел на маленький рисунок, пока часы не пробили девять часов. Он тоскливо взглянул на них. Было больно в груди от такого ухода. Но Саша много пережил, ему нужно побыть в одиночестве, к тому-же, Миша сам тоже напортачил. Им обоим нужно взять паузу, отдохнуть друг от друга. Но почему-то всё равно это ранит сердце. Миша затягивает немного сильнее, не отводя взгляд от часов, которые уже смолкли. Дождь, кажется, ещё сильнее усилился, добавляя топливо к и так сильной тоске. Небо совсем затянулось тучами, от чего стало ещё темнее. Вдалеке громыхнул гром. Михаил снял пальто и бросил его на кресло, которое стояло рядом. Ещё вчера вечером, когда Миша перебирал какие-то документы, на этом кресле сидел Саша. В круглых очках, недавно купленных ему Михаилом, с растрепанными по домашнему волосами. Он сидел, болтая ногами, смотря только на Мишу. Молча выражал взглядом грустную любовь. - Завтра вернусь поздно, - вдруг сказал Миша. - Ты и сегодня тоже поздно пришёл, - улыбнулся Александр. Михаил взглянул на него, слегка повернув голову, и улыбнулся. - Но я восполнил это шоколадом, - усмехнулся он. - Но ты снова закурил в квартире, - повторил его действие Саша. Это был тот самый последний третий раз. - Извини, - просто извинился Миша. На это Саша лишь вздернул брови и покачал головой. А Миша просто рассмеялся. Даже после такого потрясения Саша оставался самим собой. Миша думал, что Александр перенёс это быстро, но видимо весомая часть опустилась на дно в виде осадка, который всплыл этим вечером. Михаил тихо опустился на другое кресло, за стол. Он подпер голову рукой, а второй стряхивал с сигареты ненужный пепел в недавно приобретённую пепельницу. Опустевший взгляд остановился на падающем пепле. Никогда он не чувствовал столь сильное чувство одиночества, смешанное с виной. *** Дребезжание звонка рушит всю тишину небольшой квартирки на Невском. Саша поворачивает голову и недоуменно смотрит на дверь, но всё-таки подходит, чтобы открыть. Он открывает дверь, ожидая увидеть любого, но не его. - Миша, - только и молвил он, широко распахнув стальные глаза. Но в ответ последовала мягкая улыбка. Не та, которая была в прошлом веке, но искренняя. - Почему ты приехал? - задал первый вопрос Саша, автоматически поправляя воротник чужого пальто. И снова тишина. Саша сам знает ответ. Он впустил незваного гостя в квартиру и закрыл дверь, но Миша не спешил разуваться. - Я так скучал по тебе, - наконец выдавил из себя Михаил. Тонкие пальцы сами стали гладить светлые нежные волосы. Они то зарывались в них, то проскальзывали по поверхности. Миша снова стал выше его. - Я тоже, - с выдохом ответил Саша, заглядывая в алые глаза напротив, что внушали ужас, но никак не доверие и ласку. - Я люблю тебя, - тихо-тихо проговорил Михаил, когда Сашины руки переместились на скулы. - Я тоже, но, - Невский опускает взгляд, и голос его заметно содрогнулся. Через секунду он вновь поднимает глаза, вновь смотрит прямо в душу, - но я всё ещё в обиде на тебя, - шёпотом проговаривает последнее слово. Хотя в это предложение ему не хотелось его вставлять. Миша молчит. Понимает. Понимает и то, что не выполнил обещание, которое было написано в том письме. - А знаешь, - опять дрожь в голосе, - это хорошо, что ты приехал. Даже очень хорошо, - глаза наполняются слезами, - хорошо, что не послушался меня. Эти слова диктовала мне обида, понимаешь? Она не ушла. Но я рад, рад, что ты приехал. Правда рад, - ещё вот-вот и слеза бы уже покатилась по бледной щеке, но Александр трет глаза, и ткань рубашки впитывает влагу. Нос щипет, от этого он поджимает губы. Миша и сам готов сейчас расплакаться, но какой-то ком не даёт этого сделать. Михаил берёт чужие руки, гладит кисти по обратной стороне, успокаивая. Саше только это и было нужно, чтобы кто-нибудь успокоил его. Пусть даже он и обиделся на него. - Я понимаю, - нежно отвечает Миша, не сводя глаз с любимого Александра. Невский опускает голову. Ему отчего-то совестно. Совестно за свою обиду. Но он поделать ничего не может, только прячет её ещё дальше, чтобы она, не сорвалась с цепей. - Как зрение? - спрашивает после долгой паузы Михаил. - Лучше, - поднимает светлый взгляд с улыбкой Саша. Они смотрят так друг на друга довольно долго, так казалось обоим. И Миша уже хочет примкнуть к чужим губам, но Саша отворачивается, кладя на Мишины губы слегка дрожащие кончики пальцев. - Прости, - извиняется Саша, разглядывая деревянный пол. Миша отстраняется, но уже довольствуется тем, что коснулся губами его руки. Он выдыхает и улыбается. - Разувайся, я пока супа налью. Ты ведь устал с дороги, - последнее было то ли утверждение, то ли вопрос. Саша ещё раз посмотрел на Михаила и уже повернулся, чтобы уйти, но.. - Подожди, - тихо окликнул его Миша. Александр поворачивает голову, сначала смотрит Мише в лицо, потом на то, что протягивает ему он. В небольшой коробочке лежали конфеты. Те самые, которые Миша давал год назад за день до того, как Саша ушёл. - Спасибо, - принимает подарок с улыбкой Александр. - Не за что, - тоже улыбается Михаил. И Саша ушёл на кухню. *** Вечерело. Сумерки постепенно темнели. Они пили чай в тишине. Миша всё время поглядывал на Сашу. Тот не выглядел радостным. Он опустил взгляд на кружку чая перед собой и не смотрел на Михаила. - Саша, - тихо начал Московский. Саша поднял уставший взор и уставился на Мишу. - Саша, ты прости меня, - покачал головой Михаил. - Нет, извини, но я не могу, - теперь Александр посмотрел на стол. Он бегал от Михаила взглядом. Старался смотреть куда угодно, но только не на него, будто это сам он был виноват. Миша заметно погрустнел ещё больше. Он не стал задавать лишних вопросов «Почему?». Ему было достаточно одного слова. - Пойми, Миша, - вдруг громче заговорил Саша, - я люблю тебя и буду любить вечно. Но любить и простить - это разные вещи, - он сложил руки на груди, а глаза были полны не то отчаяния, не то надеждой. Миша нервно прикусил губу. Его вид стал ещё серьёзнее и сосредоточеннее. И Саше с самого начала хотелось обнять его и утешать хоть до следующего дня, но что-то внутри останавливало его от этих действий. - Я просто не знаю, что происходит, что будет происходить, - Александр помотал головой в разные стороны. - Я тоже боюсь, Саша. Мне тоже страшно, что будет дальше, - тихо признался Михаил, - но я никогда тебя не брошу. Никогда не оставлю, даже если ты сам этого попросишь. - Миша, - первая слеза покатилась по левой щеке. Но в ответ Михаил лишь кончиками пальцев коснулся руки Александра, которая лежала на столе. Он думал, что Саша сейчас одëрнет её и уйдёт, но так не произошло. Невский продолжал сидеть, смотря вниз. Возможно, это были те слова, которых ему так не хватало. Он совсем потерялся. Эти события ударили, как внезапная гроза среди сгущающихся туч. Это всё заставило закрыться в себе и никому не показывать желание получить помощь. Миша же замечает, как Александр похудел. Немного, но всё же. Его накрытая рука дрожит, но не прячется. И Мишу это немного радует. Он не лишился разума, он лишился безопасности. А Саша даже своим присутствием вновь создаёт её. Михаилу нравится находиться рядом с тем человеком, которому может довериться. Мише тоже хочется плакать. Ему хочется, как маленькому ребёнку, утонуть в объятиях любимого человека. Ему хочется показать Саше все свои слабости, но он не может. *** Ночь была тёмной, совсем тёмной. Даже Луны не было видно. А Саше не спалось. Кровать вдруг стала некомфортной. Миша сказал, что выспится на диване, чтобы зря не тревожить Сашу. Но Александру даже так было не очень. И это не совсем из-за Миши. Отношения стали не отношениями. Саша просто бегает от Михаила. Александра рвало на части, когда он видел грустный родной взгляд, которые смотрел на него с такой надеждой, будто Саша его убивать собрался. А может так и было. Только убивает он не его самого, а и так раненое сердце. Но Саше самому тяжело. До слез тяжело и страшно. Это невозможно переварить без боли живота. Александр подошёл к чужому пальто, которое висело, кажись, отдельно от Сашиных вещей. Миша старается. Правда старается сделать как лучше. Но Саша сам не знает как лучше. Он лишь взял одну сигарету и спички из правого кармана. Чирк и огонёк. Запах табака разносится по комнатам. Александр подошёл к окну, но не открыл его. Пусть в квартире будет пахнуть сигаретами. Только если они будут Мишиными.