Совсем другая Майклсон

Это был тяжёлый день, учитывая, что это был первый их день на земле. Столько событий для таких крошек, Женевьева со своими ведьмами с жатвы чуть было не убили малюток по приказу предков, Марсель подоспел в последнюю минуту. Постепенно дом на Бурбон стрит стал заполнятся людьми. По всему первому этажу до сих пор были разбросаны трупы вампиров, но это никого не смущало, каждый хотел высказать свое недовольство происходящим. Элайджа сидел возле столика, Клаус пытался придумать план порабощения мира. - Могли бы догадаться, что мать приложила к этому свои силы, - не желая верить пробормотал Клаус – Такая мелочь как собственная смерть не могла ее остановить. А теперь у нее есть контроль над ведьмами, она никогда не успокоится. - Нет! - Элайджа и сам это понимал, но сказанное братом только усугубило его состояние. - И волки Эрерра.....короли кланов являются угрозой для Франчески, здесь не будет безопасно. Как ты там говорил? - Клаус поднял глаза на брата – Что я каждый день своей никчемной жизни плодил врагов, опаснейшие из них уже дышат нам в затылки. Я принес в мир оружие, способное уничтожить весь мир. - Этого не случится! Брат, мы дрались с множеством врагов в этом городе, и мы победили, и сейчас победим, и не важно кто они. Мы сделаем из этого дома крепость - Элайджа расхаживал из стороны в сторону, в то время как Хейли, наблюдала за этим разговором вдали, сидя на кресле в углу комнаты, а на руках держала девочек. Своих милый дочек за которых буквально несколько часов назад ей порезали горло и оставили на том жутком алтаре в церкви. Но, толи удача, толи кровь детей, которая все еще была в ее организме обратила ее в гибрида. Она знала, что у этой семьи множество бессмертных и опасных врагов, но сейчас она беспокоилась только о двух девочках на ее руках. Их защита самое главное в ее жизни, чего бы ей это ни стоило. После этих слов Элайджи, ей хотелось ему верить, что он сможет их обезопасить, и даже возможно услышала искорку надежды в его голосе. - Я не допущу чтобы они жили как узницы, - Клаус категорически не хотел запирать детей в доме, хоть и под охраной, но как будто они вечно наказаны. - Тогда мы уедем..... - Элайджа не сдавался. - Куда бы мы не уехали, как бы ни скрывались, наши враги последуют за нами. – Этот разговор уже начал заходить в тупик, Элайджа не хотел проигрывать, но защита семьи была для него всегда на первом месте. - А что, если уедут только они, - Братья тут же обратили внимание на молодую мать-гибрида, с озадаченными выражениями лиц. – Если мы убедим всех в их смерти, и отправим подальше от этой войны, на время пока все не утихнет. - Только мы сможем обеспечить им безопасность, - Клаус не мог поверить в абсурдность этого предложения. - Мне нужно не надолго уйти, - Элайджа встал со своего места и направился к выходу, - Подробности подождут до моего возращения. А вы пока разберитесь с бардаком в холле. - Бросил в своей манере старший брат, прежде чем выйти из дома. Хэйли все еще держала девочек на своих руках - Как же вас назвать? - спросила саму себя Хэйли, когда Клаус сделал пару шагов в ее сторону. – Зоуи, Кэйтлин…Кэтрин… - О боже, нет! - не скрывая явного отвращения Клаус даже не хотел слышать этого имени. - Не знала, что можно кого-то так сильно любить, если честно ощущение ужасное, словно это может убить меня. - Хейли встала со своего места, и положила детей в кроватку. - Почти убило, - Клаус говорил искренне, в своей особенной манере. Он один из самых древних вампиров, но ему очень сложно выражать свои чувства другому человеку. - Мне жаль, что начало их жизней было таким жестоким. - Это не твоя вина Клаус. Я знаю, что ты боролся за нас. - Она посмотрела на него взглядом говорящим что она верит в него и не винит ни в чем. - Когда мы думали, что ты умерла, Элайджа сказал, что мы потеряли единственную надежду семьи... - он хотел продолжить свою речь, но в этот момент выражение лица Хейли стало сначала задумчивым, а потом её как будто озарило. - Надежда, Хоуп, Хоуп Майклсон…. - она посмотрела в глаза Клауса и увидела них радость. - Хоуп и Андреа Майклсон. - Вторую девочку он предложил назвать настоящим именем матери. Они определились с именами. Первой родилась Андреа, а через несколько минут на свет появилась Хоуп. Они обе были надеждой для этой проклятой семьи. Они стали лучиком света для каждого Майклсона в многовековой тьме их жизней. Девочки мирно спали, когда в дом вернулся Элайджа. Он, конечно, не был в восторге от такого плана, отослать девочек куда-то, где они не могли бы их защитить. Но это явно было лучше, чем оставлять их в самой гуще событий. А так, сделать липовые имена и найти пару доверенных лиц, подкрепив и верность внушением. - Мне не нравится, что девочки будут далеко, мы не сможем предусмотреть возможные неприятности, - Элайджа ходил взад-вперед по комнате, на желая останавливаться. - Это временно, пока мы не разберемся со всем беспорядком в городе. - Хейли тоже не желала расставаться с дочками, но это было только для их безопасности. К тому же это совсем не на долго. - Им нельзя оставаться вместе, нельзя хранить все яйца в одной корзинке, - Марсель старался сохранять спокойствие, но его воротило от такой жути. Он, конечно, формально был членом семьи, приемный сын Клауса, зато у него было одно не рушимое правило "детей не трогать", так что настороженно, но его все же посвятили и ужасную семейную тайну. - То есть ты хочешь, чтобы они были по одиночке? Их нельзя разлучать. - Клаус только от одной этой фразы был готов рвать глотки каждом кто станет у него на пути. - Он прав, если их будут пытаться искать… - Начала Ребекка. - А их обязательно будут искать, Эстер не просто так вернулась из мертвых. - Перебил на полуслове Элайджа. - Их будет сложнее отследить, если они будут в разных местах, - Она не хотела этого говорить, но это был единственный шанс. – Я поеду с ними. - Нет, ты нужна нам здесь, - Клаус не оставил ей возможности возразить. – К тому же ты будешь со всей семьей делать скорбящий вид. Все в этом городе, и за его пределами должны поверить, что они мертвы. Так что, нет, ты никуда не едешь. После этого выпада никто не хотел даже дышать, лишь бы не спровоцировать Клауса. - Элайджа, у тебя есть нужные связи, сделай девочкам документы с новыми именами, и подготовить похороны. Марсель, ты говорил у тебя есть ведьма, надеюсь речь не о Давине? - Марсель слегка напрягся от упоминания Давины, она за последнее время стала ему как дочь, он не хотел ей рисковать. Один раз он ее уже потерял, и не собирался повторять этот опыт. Поэтому он решил что будет лучше сделать вид что она в этом участия принимать не будет. - Нет, есть еще одна ведьма, она старалась держаться подальше от магического мира. Она сотворила себе амулет, он блокирует магию и не дает отследить, она его сделала еще до первой, неудавшейся жатвы, поэтому она должна нам помочь, я схожу к ней, а потом внушу забыть об этом. - На ведьм не работает внушение. - Хейли посмотрела сначала на Марселя, а затем перевела взгляд на Клауса и Элайджу. - Все верно, но не когда амулет активирован, тогда она обычный человек, и, если не пьет вербену, ей можно внушить. - Это немного всех успокоило, если у Хоуп и Андреа будут такие амулеты их не найдут их враги. Как и было оговорено, Элайджа уехал организовывать похороны, и оформлять новые документы, Марсель ушел к "своей" ведьме, Ребекка осталась помогать Хейли с детьми. А Клаус, никому ничего не сказал ушел в неизвестном направлении. Ребекка не могла нарадоваться малюткам, она уже давно поняла, что насытилась вампирской жизнью, и ей хотелось завести свою семью. Тот факт, что ее собственный отец убил и превратил вампира перечеркнуло обрекло ее на бесконечное скитание по земле со своими братьями и многовековой клятвой. - Она такая чудесная, - Ребекка практически светилась, держа на руках Андреа. – Они обе. Хейли держала Хоуп и не хотела бы никогда выпускать ее из рук. - Я не хочу их отпускать, они не заслуживают всего этого, - Она не раз пожалела, что связалась с Клаусом, не было бы всего этого, но это произошло и теперь им остается только не сдаваться и бороться за свою семью. - Мы справимся, мы всегда побеждали и сейчас не исключение. Мы должны верить, всегда и навечно, помнишь? К тому же Клаус не позволит кому-либо им навредить, кажется он рядом с ними становится другим, готовым пожертвовать всем во благо этих малюток, прямо как в детстве, когда он защищал меня, утешал, когда боялась. - Мысли Ребекки вернулась далеко в детство, когда она боялась грозы, Ник смастерил ей из дерева белого рыцаря, чтобы ее ничего не пугало. - Я верю, он сделает все для них, - Хэйли не раз видела, как Майклсоны грызлись как собаки, но стоило на горизонте появится угрозе, как они рвали глотки врагам друг за друга. Первым в дом вернулся Элайджа. - Завтра в 12:00 состоится традиционная панихида по девочкам, место на кладбище Лафайет готово. - Не особо церемонясь в высказываниях он посмотрел в сторону детской комнаты. - К этому времени их не должно быть в городе. - Документы уже готовы? - Хейли сделала несколько шагов в его сторону. - Все готово, Эшли Эванс и Элисон Кларк, имена, которые не привлекут лишнего внимания. - Он посмотрел на Хейли. - Нужно собрать им вещей дорогу, хотя бы на первое время. - Я об этом позаботилась, - привлекла к себе внимание Ребекка. – Все уже собрано, в двух экземплярах, упаковано и лежит в детской. - Отлично, потому что, я принес амулеты, - Марсель держал в руках два небольших предмета, при лучшем рассмотрении было видно, что это браслеты, с какими-то медальонами по середине. - Я взял на себя смелость подобрать дизайн. - Пояснил он, протягивая браслет Бекке. - Это наш фамильный герб. - Она взяла в руки два маленьких браслета с круглыми медальонами посередине и витиеватой буквой "М" и небольшими камушками внутри. Когда Майклсоны спешно покинули город более ста лет назад, Марсель присвоил себе этот символ, он пользовался схожестью и говорил всем что буква "М" на некоторых зданиях обозначала имя Марсель. - Я подумал так будет правильно. - Не теряя хватки, Марсель хотел произвести хорошее впечатление на любимую девушку и завоевать ее расположение. – В любом случае, мы надеваем браслеты на девочек, ведьма читает заклинание, активируя амулеты. Они будут не видны для них и для окружающих, и они меняются со временем, на случай если им придется носить их долго. Снимаются они тоже заклинанием, ведьма дала мне его на всякий случай. Все смотрели с долей недоверия, почему они раньше о таком не слышали. Они же вроде как самая древняя семья на земле, как такое могло пройти мимо них. Но других вариантов не было, почти все готово, амулеты, вещи, документы, даже похороны уже подготовлены. - Друзья, знакомьтесь, - Клаус любил театральность, даже сейчас он без всяких прелюдий ворвался в дом ведя за собой каких-то людей. - Это наши добровольцы на роль опекунов, Меган и Джонатан Кларк, и Джош и Кристен Эванс, они любезно согласились сопровождать девочек, пока мы не разберемся с проблемами здесь, естественно, я уже применил на них внушение, как только они выйдут из дома и сядут в машины, они будут уверенны что это их дети и они тут же уедут из города. Он натягивал улыбку на лицо, шутил, порой язвил, но только близкие знали, насколько тяжело ему сейчас. - То есть пора прощаться? - Хейли не могла поверить, едва она их родила, как уже нужно расставаться, ей хотелось рвать и метать, впадать в отчаянье, плакать, делать все что угодно только не отдавать девочек каким-то незнакомцам, которых притащил Клаус. - Боюсь, что да волчица, принеси девочек, они должны был максимально далеко от сюда как можно скорее. - Одним взглядом дал ей понять, что времени на споры нет. Хейли и Ребекка ушли в детскую, через пару минут у каждой из них было по ребенку в руках, а на плечах висели сумки с вещами, подготовленные заботливой тетушкой. Все были в подавленном состоянии, надевая девочкам браслеты на крохотные ручки. Едва коснувшись кожи браслеты засветились и уменьшились в размерах, а спустя несколько мгновений исчезли. - Мы совсем скоро будем вместе. - Хейли больше не сдерживала слез, она поцеловала каждую девочку в лобик, и передала временным родителям. Все молча смотрели за терзаниями матери, никто не позволил себе лишнего звука, только Элайджа пошел приобнять девушку. - Они скора вернутся, даю слово, каждый из нас сделает все для этого, - Он говорил ей это в волосы, обнимая и отворачивая от двери, пока девочек уносили прочь из дома и прочь от Нового Орлеана.