Heart for two

- Ты не сможешь далеко уйти. Огромный бесформенный силуэт, отбрасывая тень, надвигается все ближе. Фигура приближается тихо, скрипя половицами. Те прогибаются под весом тела, то и дело издавая неприятный, разрезающий тишину, звук. - Все кончено. Больше некуда бежать. Слова разносятся эхом в голове, сдавливая виски. По телу проносится дрожь животного страха. Казалось, что конечности скованы. Невозможно пошевелиться. Выхода нет. Парень резко садится на кровати в холодном поту. Его лицо было перекошено от ужаса, но кричать он не мог. Казалось, уже стоило привыкнуть. Худые руки тянутся к голове, сжимая волосы с такой силой, словно желание вырвать их сейчас было истинной целью. Нужно было проснуться. Это все еще сон? Промокшие простыни были смяты и наполовину скатились с дивана. Влажные от пота пальцы пробежали по тумбочке, после чего нашли какую-то таблетку. Временно должно подействовать. Лишь собственные мысли разрезали тишину этой ночи. *** Утром парня разбудила противная трель звонка. Прорываясь сквозь тишину, она яростно и беспощадно била по ушам, заставляя зажать голову подушкой. Утренний холод заставляет поежиться. За окном по утрам становилось темнее с каждым днем- осень, конечно, не радовала. Вяло потянувшись, темноволосый зачесал волосы назад. Прохладная с ночи вода из стакана приятно охладила горло. День был сумбурным. Все шло своим чередом, запутывалось. Казалось, все смешалось друг с другом- дорога до школы, да и сами сборы туда будто выпали из памяти. Снова математика- по ней экзамен сдать сложнее всего, особенно, когда у вас вместо учителя подобие бешеного пса. Кстати, а вот и он- снова выдергивает из своих мыслей. - К доске... Осаму Дазай. Спина вновь холодеет. Нет, нет, твою мать, он не успел отойти от этого. Все увидят. Они узнают. На подкашивающихся ногах темноволосый привстает, хватаясь за парту. Он замечает на себе обеспокоенный взгляд Накахары, понимая, что на перемене его явно ждет серьезный разговор. Громко. Слишком громко. Каждый звук напрягает ушную раковину. Кажется, что голова сейчас разорвется. Слабый удар рукой о доску. Не чувствует. Он ничего уже не чувствует. Мел крошится в его сжатых пальцах. - Номер? - Сто восемнадцатый. Совсем не следишь? Следит... За ним слежка. Они не оставят его в покое. Шатен берет учебник в руки, ища страницу. - Ты совсем разленился. Раньше таким хорошим мальчиком был, а теперь... "А мы ведь говорили, что ты..." - Заткнись! - Осаму Дазай, что вы себе позволяете? Вот дерьмо. Это было вслух. - Я... Да, братан, я позже подключусь. - Так ты все это время разговаривал с другом по наушнику? Нет, меня преследуют. Преследуют собственные мысли. Пришлось выкрутиться. - Извините, какое... условие задачи? Нужно выкрутиться, пока никто не понял, что произошло. Они догадаются.