Рождественское чудо

Холодные порывы ветра раскидали только что сметенную кучку снега и разметали ее по крохотному дворику. Марк поднялся с обледенелых ступенек старого, покосившегося от прожитых лет дома и, кряхтя, стал снова сметать этот неугомонный снег. Снегопад не прекращался уже четвертый день. Было непонятно кончится ли он когда-нибудь или весь город утонет в снежном море? *** Все магазины уже накинули волшебную вуаль Рождества и весело мигали множеством огоньков. Разные игрушки и сладости звали в сказку и уйти в мир, где нет ни печалей, ни горестей. Утро 14 декабря обещало быть таким же снежным и морозным, как и все остальные на этой неделе.

— Эжен, дорогой, вставай, школа сама к тебе не придёт, — Марта ласково потеребила сына за щеку. — Мам, может ну её? Там же холодно. — Давай вставай, чудо. Эжен понял, что школу не удастся пропустить, и открыл глаза. «Снова метель…» — подумал он. Плеснул в лицо колючей водой, оделся и вышел на улицу. Город его встретил переливом огней и радостной музыкой. «Как же холодно и неуютно!» — восклицал про себя Эжен и поплелся сонный по радостным улицам города. *** Витрина обувного магазина светилась яркими огоньками. И каждый раз когда в магазин заходил очередной покупатель колокольчики радостно звенели. Мона каждый раз пыталась быстрее пробежать этот злосчастный путь из дома в школу. Зачем питать какие-то надежды? Это Рождество будет, как и прошлое, и позапрошлое и любое другое, которое она и мама встретили за одиннадцать лет. Сходят на рождественскую службу, зажгут елку, испекут имбирное печенье и будут тихонько петь рождественский гимн «Angels we have heard on night». * Говорят, на Рождество мечты сбываются... Но мама сказала, что снова нет денег и подарков ждать не стоит. Настоящим чудом будет, если вдруг на Рождество она найдет под елкой хотя бы маленький подарок. Но сейчас ей только и оставалось быстро пробегать мимо таких красивых витрин, поеживаясь от холода. *** Мадам Никенсен, школьная учительница, стерла с доски надпись «Счастливых Рождественских каникул» и задумалась, глядя в окно на непрекращающийся снегопад. Ее мысли были сейчас далеко в прошлом. В тысяча восемьсот пятьдесят девятом ей было девять и ее отправили в пансион для девочек, где их обучали, одевали, воспитывали в них любовь к Слову Божию и хорошим манерам. Тогда было Рождество. Воспитанницы украсили комнаты самодельными гирляндами и разными игрушками, вокруг царила радостная атмосфера. Пахло хвоей, клеем и тем, что маленькая Меган называла сказочным запахом.

Прошло Рождественское богослужение, у всех слипались глаза и хотелось исчезнуть из этого мира хоть на час, хоть на мгновение. Но приехали юноши-воспитанники школы апостола Марка и нужно было уделить время им. День тянулся неудержимо медленно. Медленно падал снег. Медленно проходили минуты, и проплывали часы. Полночь будто специально отодвигалась все дальше и дальше. Двери в большой зал были закрыты, и никого туда не пускали. Старшекурсницы готовили рождественскую постановку, а вечер обещал быть сказочным. Будет очень весело, много подарков, игр и угощений. И вот наконец часы на городской ратуше пробили полночь. Позолоченные двери отворились, и из них хлынул поток яркого света. И тут школьный корпус заполнился гомоном детских голосов. Мальчики вошли в зал, и все будто преобразилось. Все пространство наполнилось шумом, и тишина боязливо вжалась в угол. Зазвучала музыка, и пары понеслись в быстром танце. Весело и легко на душе, и кажется, что ты взлетишь сейчас над людьми. Так было со всеми, кроме Грега. Он, почему-то, не танцевал со всеми и не веселился, а сидел тихо в углу и пустым взглядом смотрел перед собой. Мег заметила его не сразу, мимоходом во время танца взгляд упал на него и пробежал дальше. Девочка кружилась в танце, но что-то ей не давало покоя, что-то было не так. Как будто тучи нашли на солнце, и яркий солнечный день резко стал серым и безрадостным. И вот когда вальс уже подходил к концу она увидела его. Он сидел тихо и неподвижно и глядел в пустоту. *** Почему ты не со всеми? Что случилось? — перед ним стояла фея. Маленькая фея десяти лет каштановые волосы и милая улыбка. Голубое платье струилось вниз и казалось, что кусочек неба сошел на землю. — Ничего. А что ты не танцуешь? — на Мегги исподлобья смотрели ясные серые глаза. — Ну… — девочка даже растерялась, — я увидела тебя, сидящего здесь в одиночестве и решила узнать, что случилось... — Не твое дело, — отрезал он, но через мгновение добавил, — А что бы делала ты, если бы у тебя папа умер и тебя поместили в эту дыру? Мэгги промолчала. Она не знала, что сказать, но что-то ей подсказывало, что ничего говорить и не нужно. Девочка тихо присела рядом. И все вокруг перестало иметь значение. Ведь сейчас, в этот момент завязалась самая крепкая дружба на земле. В этот вечер их никто не видел, они ходили по белоснежным аллеям школьного сада, любовались на непрекращающийся снегопад и говорили о самом важном. *** Дверь звонко хлопнула и вместе с этим звуком в дом вошли мороз и снег. Целый сугроб снега, затем этот сугроб отряхнулся и звонко чихнул, из-под шапки выглянула веселая и румяная физиономия Энтони Хопкинса. — Эжен, ребята нашли горку на углу Паймпал стрит. Там все наши катаются. Хватай санки поскорей. Каникулы... Как же прекрасно слышать это слово, а еще прекраснее, когда ты выходишь на улицу и понимаешь, тебя ждет три прекрасные недели, которые будут наполнены солнцем, снегом и весельем. — Чего встал? – Энтони нетерпеливо дернул друга за рукав, - бежим. *** Снегопад не прекращавшийся последние несколько дней затих. Но этого словно никто не заметил, только Марк наконец смог разогнуть спину и уйти домой, где его ждал теплый ужин и мягкая кровать. *** Звенящий воздух зимнего утра поднял Мону с кровати и заставил быстро одеться и бежать топить печку. Ведь никто же не хочет превратиться в ледышку с самого утра. Солнечные лучи пронзали комнату. Она словно была поделена на светлые и темные полосы в углу трещал огонь и казалось, что уютнее и лучше их небольшой каморки быть ничего не может. И так бы оно и было если бы, если бы не было улицы. Санки в руки и вперед! Мона радостная выбежала на улицу, поежилась и побежала на громкие крики ребят, что катались на высокой горке в конце улицы. — Привет, Эжен, привет, Юрий, как дела? — О, привет, Мона, давай за нами. День был насыщенный: ребята катались на горке, лепили снеговиков, валялись в снегу до посинения и никто даже не заметил, как вечер тихими шагами вошел в город, зажег фонари, преобразившие все вокруг своим мягким светом. Они шли уставшие замерзшие и счастливые по тихим улочкам города и все вокруг было волшебным. Мона и Энтони жили на одной улице и возвращались домой вместе. Городок у них был маленький, все друг друга знали, и приходилось здороваться с каждым прохожим. Ребята шли, переговаривались, шутили и вдруг девочка будто погрустнела. Опустила голову, замолчала и задумалась о чем-то своем. — Что с тобой? Чего вдруг замолчала? — Холодно стало, вот я и задумалась. — О чем? — О предстоящем празднике. Я просила у мамы сапожки, а она сказала, что если подарок и будет, то это будет большим чудом. Но давай не будем о грустном, — Мона улыбнулась и они пошли по домам. В тот вечер каждый думал о своем, глядя в бескрайнее звездное небо, нависшее над городом. *** На следующее утро когда Тони встал у него уже был четкий план действий и он точно знал, что он будет делать в ближайшие несколько дней. Настолько быстро мальчик еще никогда не умывался и не завтракал, мадам Хопкинс изрядно удивилась, наблюдая за тем как ее сын с молниеносной скоростью занимается утренними делами. — Сынок, Тони, куда ты так торопишься, что забыл выпить свой шоколад? — Мам, не сейчас. Мне нужно бежать рассказать ребятам. — Что? О чем? — женщина была в недоумении. Но она знала, что если ее упрямый сынишка что-то и задумал, он от этого не отступится ни за что и ничего его не остановит. Поэтому она только и сказала, чтоб он затянул потуже шарф и долго на улице не задерживался. Последние слова Тони уже не слышал, он бежал к ребятам, чтоб поделиться тем планом, что созрел у него в голове вчера вечером. Весь день он бегал по городу, рассказывая ребятам свою новость. В результате пред каждой лавкой в их городишке стояла очередь из ребят и просила их устроить на работу. Город готовился к празднику и взрослым было вообще не до детских шалостей. Только жена булочника вдохновилась рассказом и дала ребятам несколько фартингов, сказав при этом, что если они хотят помочь девочке — то надо обратиться к сапожнику живущему на западной окраине города. У него большая мастерская и работа найдется для всех. Характер правда у него не сахар, но что тут поделаешь. *** Мама вошла в комнату и уселась на край кровати. Ей было очень интересно куда же убежал ее неугомонный сын рано утром. — Ты расскажешь куда сегодня убежал? Что тебя тревожит? — Да вот, — Тони немного замялся, не зная с чего начать. Потом собрался с мыслями и рассказал, от том как они вчера гуляли и о мечте подруги. Еще он поведал маме о том, что он вместе с ребятами сегодня ходил по магазинам и лавкам, пытаясь устроиться работать пока каникулы, чтоб собрать как можно больше денег, и подарить Моне сапожки, которые она так хочет, но им везде отказывали. — У нас пока есть всего девятнадцать фартингов, но это ужасно мало. А миссис Перкинс посоветовала идти к сапожнику. Но он же нас прогонит. И так, детей не любит, так тут еще их много и на работу хотят устроиться. Мам, я боюсь его. Он же прогонит нас. И получается что, все зря? Тони казался очень расстроенным, это никуда не шло. На праздничных каникулах все должны радоваться. Поэтому миссис Хопкинс поцеловала мальчика в лоб, укрыла одеялом. — Ну что ты, не переживай, — сказала мама. — Завтра пойдем к мистеру Толуолу и решим этот вопрос». Женщина задула лампу, и комната наполнилась теплым светом фонарей. И луна заглянула в окошко, словно говоря: «Спи спокойно, дитя. Ведь завтра придётся идти к сапожнику, а это лучше делать на ясную голову». *** Погода не предвещала ничего хорошего, ночью была оттепель, и теперь на улицах был ужасный гололед, но льда было не видно под утренним снегом и люди спеша на работу, поскальзывались и падали. А детям было раздолье, они со счастливыми мордашками с удовольствием раскатывали свои ботинки. Миссис Хопкинс с сыном медленно шли по гололедице на другой конец города. То есть медленно шла только мама, а вот о Тони было сложно сказать тоже самое. Мальчик носился вокруг мамы и все спрашивал: — А он нас примет? А он нас выслушает? А мы успеем заработать? В конце концов женщине это надоело. И она мягко одернула сына. — Дорогой, я ничего не знаю. Сейчас ты сам у него все спросишь. Это как-то опустило настроение Тони, остальную дорогу он шел понурившись и, думая о чем–то своем. Вот наконец и окраина. Шумные улицы остались позади, а на смену им выступили тихие одноэтажные переулки с заснеженными палисадниками. Сапожная мастерская находилась как раз на углу одного из таких узеньких переулков куда и направились наши герои. ***

Сапожник был довольно интересной личностью. Его звали мистер Толуол. Он выглядел очень старым, и никто не мог сказать когда он появился в их городе. Просто однажды на окраине открылась сапожная мастерская. Дела у нового сапожника быстро пошли в гору, ибо делал он обувь отменного качества, а характер можно было и потерпеть. Его маленькая мастерская за пять лет выросла в небольшой цех по изготовлению обуви, а его имя стало своеобразным знаком качества. Так если человек говорил, что обувь у него от мистера Толуола все знали, что сносу ей не будет лет пять. Или если кто-то говорил, что он что-нибудь сделает так, что мистер Толуол гордился бы им. Скорее всего он сделает это качественно. К нему и предстояло устроиться нашим ребятам. *** Анна постучала в дверь. Потом постучала еще. В ответ из-за двери донеслось привычное ворчливое «открыто». Наши герои вошли в дом. И поспешили закрыть дверь, зная, что если они этого не сделают, будут громы и молнии. А портить себе каникулы никому не хотелось. Они стояли у входа и неловко топтались, а старый сапожник угрюмо поглядывал на них из под нависших бровей. В воздухе повисло неловкое молчание. Наконец сапожник сказал: — Ну, чего топчетесь-то? Проходите уже, выкладывайте. Они присели на старые скрипучие, но, тем не менее очень уютные кресла, стоящие вокруг камина. И рассказали этому старому ворчуну все с самого начала. Генри Толуол нахмурился и задумался. Так они просидели в гнетущем молчании несколько минут, затем сапожник хмыкнул и сказал: — Что ж, пускай приходят, мастерская большая работы хватит всем. Только одно условие, не отлынивать и выполнять, то что я скажу беспрекословно. А теперь уходите. *** Анна шла домой с легким сердцем — никто не любил ходить к сапожнику и никому не нравился его скверный характер. Однако сегодня он был, будто чуть добрее, чем обычно. Кроме того, женщина была почти уверена, что вся эта затея окажется провальной и мистер Толуол им откажет. Но почему-то он не только их выслушал, но даже и согласился им помочь. А Энтони был просто счастлив он носился вокруг мамы и пел песню, которая ему только что пришла на ум: Пам-парам-парам-парам Мы сходили как к волкам. Думали мы нас съедят, но смирили мы ребят. Мистер Толуол брюзга Нам помог чего-то И в преддверии Рождества Стало все препросто. Дальше дело техники. Весть о том, что Толуол разрешил ребятам устроиться поработать у него до Рождества и на следующий день перед дверями мастерской выстроилась большущая толпа ребят разных возрастов. *** Мистер Толуол проснулся как всегда рано утром и сел делать очередной заказ, который надо было успеть закончить как можно скорее, ведь эти сапоги должны пойти на рождественскую мессу. Тук–тук, тук-тук молоточек усердно делал свою работу и новые набойки весело вставали на свои места. Как вдруг он услышал легкий неразборчивый шум, который все нарастал и нарастал и наконец превратился в ребячий смех и говор. И вот в дверь постучали. Конечно, старый сапожник видел детей, он был готов к их приходу, однако то, что он увидел за дверью, мягко говоря, повергло его в легкий шок. Ребят было не просто многовато, их было очень-очень много. Не двадцать и не пятьдесят, а сто или даже немного больше. Наконец он закрыл дверь за последним ребенком и сильно задумался, а не зря ли он все это затеял? Какую работу дать такой толпе детей? В конце концов было решено разделить эту ораву по группам и пускать их по одной каждый день, а деньги выдать Тони в сочельник Рождества. Задание всем было выдано одинаковое прибирать мастерскую каждый день и еще продать всю старую обувь. Казалось бы ну что может быть проще, но не тут то было, рождественское время всем не до каких-то там сапог. Каждый стремиться украсить свой дом и выбрать самые лучшие подарки своим близким. Так и получилось, что прошлогодняя обувь, хотя и не ношеная, людям была вовсе не нужна. Генри Толуол был весьма практичным человеком, а потому считал, что если какая-то вещь лежит просто так и не приносит пользы, нужно от нее избавится. Но от своих трудов сапожник избавляться не хотел. Памятуя сколько сил труда и денег вложено в каждую пару обуви. Так он и решил, что пускай лучше обувь купят те, кому она нужна, чем перегниет или ее сожгут на костре за ненадобностью. А потому он и сказал этим детям, что заплатит только в том случае, если все сапоги до последней пары найдут своих хозяев. *** Эжен шел домой немного грустный, ведь до Рождества остались считанные дни, а эти несчастные сапоги никто и брать не хотел. Все были заняты своими делами и шли мимо невзрачной витрины сапожного магазина. И он не знал как это можно исправить. Зато погода вокруг была поистине чудная, крупные белые снежные хлопья медленно опускались и создавали мягкое снежное покрывало, фонари светились желтым светом и никого вокруг, самая удобная обстановка для размышлений. В голову мальчика приходило очень много идей, но он все их сразу же безжалостно отвергал. Так он шел и шел по зимнему городу погруженный в свои мысли пока не уткнулся в столб. Часы на ратуше пробили десять часов вечера и тогда он понял, что один он ничего толкового не придумает. И решил, что без экстренного совета ему не обойтись. С такими мыслями он и пришел домой весь замерзший, заснеженный и крайне довольный своим решением. *** Я думаю стоит рассказать, что же это за экстренный совет, который решил созвать наш герой. Дело было в один из тех летних дней, когда все уже сделано, все игры переиграны и ты с друзьями уже не знаешь чем еще себя занять. Вот в такой день и родился экстренный совет. Когда все наигрались и набегались так, что на них можно было пожарить яичницу пришла пора расходиться по домам, Тони предложил. — А пойдемте все ко мне? У меня мама сегодня на работе и, наверное, будет там до завтрашнего вечера. У них там какой-то большой заказ в личную коллекцию, — предложение было встречено с большущим энтузиазмом, и все дружно разбежались предупредить своих родителей, что дома их сегодня не будет. Когда наступил вечер, ребята собрались в доме Тони, перекусили и стали друг другу рассказывать разные истории страшные и не очень. Потом затеяли битву подушками, потом что-то еще, а когда все наигрались Эжен и предложил создать «экстренный совет». Сначала никто ничего не понял. Какой совет? Зачем совет? Но когда юноша им все растолковал, всем эта идея так понравилась, что с тех пор этот совет существует уже три года и в него входят не только Эжен и его друзья, но и почти все ребята в их городе. Совет этот был как бы такой командой, что когда у кого то из ребят были какие-то проблемы, остальные собирались и вместе дружной компанией придумывали, как можно выпутаться, но чаще всего ребята просто играли и развлекались. Но сейчас было не до игр, поэтому Эжен и решил собрать экстренный совет и обсудить, что делать.

*** Утро нового дня было солнечным и морозным, заснеженный сад перед окном навевал уют и тихое спокойствие. И все кругом было будто выстлано чистейшей кисеёй. Эжен вышел из дома и застыл от восхищения все кругом было белым бело, деревья стояли в кружевном инее и сверкали так, будто они вылиты из серебра. Но надо было творить великие дела и мальчик побежал звать друзей. Пришли все, кто только мог. И когда наконец компания была в сборе, все напились чаю с самодельными сладостями сделанными Мартой. Эжен начал «экстренный совет». — Ребята, ведь все же знают, что до Рождества остались считанные дни и если мы не успеем распродать все ботинки, то не видать Моне рождественского подарка. А наши старания пойдут коту под хвост, а мы ведь не хотим этого. Он широко улыбнулся и закончил. Если у кого есть умные предложения, говорите. Сначала было слышно только потрескивание поленьев в камине да шаги «чердачного гнома» по крыше. Наконец Тони сказал: — Почему никто не покупает у мистера Перкинса обувь? Сами подумайте. — Да у него даже лавочку не видно. Вы посмотрите остальные магазинчики прямо светятся. Они похожи на елочные игрушки или на домики из имбирного печенья, а у сапожника? У него лавочка, как серая мышка. Предлагаю ее разукрасить. — Возражений нет? Возражений не было и ребята решили принести все, что смогут из дома и разукрасить лавку. На том и разошлись. ** День прошел для Тони в поисках всяких интересных штучек для украшения лавки. А когда делаешь что-то интересное время проходит незаметно. Сначала парень разобрал то, что было пониже, потом то, что было повыше, потом поставил стул и забрался на самый верх, когда наконец он разобрал все на дворе уже был вечер. Скоро должна была вернуться с работы мама, ох не знала она какой сюрприз ждет ее дома. Так что пока она спокойно шла домой, под ее ногами приятно поскрипывал недавно выпавший снежок, а щёки приятно щипало от мороза. — Вот и родная калитка, милый палисадник. Ну все сейчас упаду без сил на кровать и пусть меня только попро… — Ну за что? Почему?! — Анна тяжело опустилась на пол, привалилась к стене и закрыла глаза. Вокруг все было заставлено ящиками, коробочками, и всякими другими упаковками от бумаги, игрушек и разных других рождественских предметов. А на столе лежал рулон папиросной бумаги, откуда сын ее притащил, осталось неясным, однако женщина точно знала, что у них никогда никакой папиросной бумаги и не было. На расспросы Тони заявил, что нашел ее в подвале, чему она слабо верила. Парень честно рассказал матери об их плане по превращению лавочки сапожника в «пряничный домик». Затем была уборка долгая, скучная и неинтересная, поэтому я не вижу смысла о ней писать. Но после уборки началось самое интересно — изготовление самых разный по форме и цвету украшений. Через час глаза у них стали закрываться, руки уже не хотели резать красивые снежинки и аккуратно склеивать розочки. Тогда они разошлись по своим комнатам Тони счастливый, а из Анны будто выжали все соки. *** Когда Тони пришел к лавке с ворохом снежинок, розочек и прочей мелочи, все уже были в сборе. Веселой толпой вошли они в лавку румяные и довольные. Тут же заперлись изнутри завесили окна и что-то там делали весь день. Они не видели, как люди с интересом подходили к лавочке и пытались заглянуть в занавешенные плотными шторами окна. Они не видели, как ребята развешивали бумажные гирлянды и крепили к окнам большие снежинки, но самое главное ждало их на следующий день. Когда они выходили на площадь, то сначала замирали на месте, а потом шли и любовались маленьким пряничным домиком, над дверями которого была прикреплена сияющая надпись «Счастливого Рождества». И конечно они заходили полюбопытствовать и одновременно они что-то покупали. Когда детвора это увидела глаза у них так и засияли. День прошел в приподнятом настроении, и когда наконец наступил вечер и все пошли по домам. Ребята были счастливы. Они знали, что теперь у них все получится. *** Если вы решите, что наши герои совсем не играли в те рождественские каникулы, вы ошибетесь. Ну не может ребенок заниматься скучной продажей и все, он обязательно будет отвлекаться и скоро ему наскучит торчать весь день за прилавком. Вот и наши герои не сидели в лавке весь день. Как только все расходились, ребята выбегали на улицу и устраивали снежные баталии, лепку снеговиков, и гонки на санках по соборной площади. Благо снега в тот год выпало столько, что он грозился заполнить весь город, словно каша из волшебного горшочка. Но давайте вернемся к нашим событиям. Время летело быстро и незаметно. Каждый день дарил ребятам массу удовольствия сапоги разлетались с бешеной скоростью. Кому-то в голову пришла идея наделать кучу маленьких сапожек из маминых лоскутков и дарили эти миленькие игрушки всем, кто заходил в лавку. Так и приближалось Рождество суматошно, весело и неспокойно. *** И вот наступил Сочельник. Погода на улице была шикарная, снег скрипел под ногами, а мороз хватал прохожих за носы и щеки. Мона все каникулы ходила и помогала маме на работе, чтоб на праздник устроить дома праздничный ужин и даже думать не могла ни о чем больше. Девочка приходила домой поздно вечером и падала на кровать без сил. И Сочельник, к сожалению, не был исключением. Весь день был нагружен работой. Надо было наносить дрова для топки печей в столовой и, хотя пансионат был не очень большой и там обитало всего тридцать семь человек, это не отменяло кучу работы и готовки перед праздником. Мона и ее мама целый день что-то резали, тушили и жарили, и когда наконец они вышли на улицу, делать уже не хотелось вообще ничего. Хотелось спрятаться куда-нибудь и не показываться до конца выходных. А о выборе подарков не могло быть и речи. Так что уставшие, но довольные шли наши героини домой. Все блюда были постепенно приготовлены, и теперь осталось только прийти и лечь отдыхать, зная что завтра будет выходной. Никуда не нужно будет идти, они поставят елку, зажгут свечи и будут тихо и по-семейному праздновать этот чудесный праздник. А что с остальными ребятами? Как прошел этот день для них? Поверьте, мне хотелось бы рассказать вам о каждом из них. Заглянуть в каждый дом и порадоваться вместе с ними наступающему Рождеству, но дело в том, что день каждого из них был настолько насыщенным, что, боюсь, если говорить о каждом ребенке отдельно, нам с вами придется задержаться на этой главе на несколько дней. А потому, мы с вами снова перенесемся в дом к Тони. Он только что встал и теперь протирает глаза, пытаясь, вспомнить спросонья, что же он сегодня должен сделать. Но вот он вскакивает и неумытый и взлохмаченный бежит к маме в спальню торопит ее, будит и тащит с нее одеяло. — Мам, мам, вставай, пойдем к мистеру сапожнику. Пойдем. Нам надо Моне сапожки купить. — Сынок, дорогой дай мне еще немного поспать. Я ужасно устала. А через пятнадцать минут снова: — Мам. Ну мам! Пойдем за сапожками. Что ж пришлось вставать, собираться и выходить из дома, хотя, ясное дело, делать это Анне вообще не хотелось. Хотелось забраться снова в теплую кровать и оставаться в ней до вечера. В этот день улица казалась не совсем приветливой. Будто природа тоже не хотела вставать из своей постели и подняла солнце только потому что её кто-то заставил. Просыпаясь она не успела умыться и, теперь встречает людей хмурым небом и голым льдом, который наморозило за ночь. Так и шли наши герои по городу поскальзываясь и падая. А когда наконец они дошли до заветных сапожек сил уже не было. Так что стул, предложенный мистером Томпсоном, был очень кстати. Домой они шли очень довольные. Тони был доволен тем, что исполнит мечту подруги, а Анна была довольна тем, что теперь она сможет провести день дома. Не весь, к сожалению, но все же, и это было здорово. Но еще лучше было то, что завтрашний день она проведет дома и в тишине. Сынок хотел пойти к Моне и устроить ей праздник, а вечером они устроят чаепитие дома. Так что Рождество обещало быть прекрасным. *** Рождественский перезвон колоколов всегда какой-то особенный. Такой легкий и радостный и кажется, что летит он над землей и возвещает всем вокруг: «Христос родился! Радуйтесь! Снова Рождество! Как же здорово, что я снова могу возвестить всем! Всем миру! Христос родился!» И люди радостные шли на праздничную мессу, а погода стояла дивная. Тучи разошлись и открыли ясное небо. Под ногами звонко хрустел снег, а изрядный морозец щипал за щеки зазевавшихся прохожих. Тони уже давно проснулся и сейчас весело шагал вместе с мамой на мессу по пути встречая то одних, то других и у каждого были радостные улыбки и лица светились каким-то особенным светом. Люди радостной толпой вошли в храм и началось рождественское богослужение. В этом году для мальчика оно было по-особому торжественным и радостным. После службы были гулянья, городок жил своей бурной жизнью. И Тони радостно влился в это течение и оно подхватило его и понесло на площадь, потом на горки, потом еще куда-то и так до обеда. Потом когда наконец все нагулялись Тони пошел домой забрал уже красиво упакованный сверточек и пошел собирать ребят. *** Спросите что в это время делала Мона? А вот сейчас мы с вами заглянем к ним в окошко и посмотрим как она встает, просыпается, протирает глаза и бежит к маме в спальню. И вместе они выходят радостные на утреннюю мессу по морозным улицам города и душа поет тихую песню в честь родившегося младенца. А потом идут домой и никто из них не знал какой сюрприз готовит им сегодняшний день. Тихонько скрипнула дверь, затрещал камин и на столе появилась вазочка с печением и две кружки восхитительного чая. Тихо и хорошо было в их маленьком домике. А в это время к ним уже шла делегация «экстренного совета», каждый из ребят в руке нес сверток. У одних внутри были угощения в других небольшие подарки. Например, малышка Сью в подарок несла сделанную своими руками подставку под горячее. Она вышивала ее специально для подруги. Для этого она даже у мамы выпросила моток ярких ниток и теперь шла вместе с друзьями к Моне, чтоб и для нее тоже была сказка.

*** — Мам а расскажи историю о том как маленький мальчик собрал в пещере кучу людей. — Девочка моя, ты же эту историю слышала уже тысячу раз. — А, я хочу услышать ее услышать в тысячу первый раз. Ведь это так интересно. — Ну хорошо, садись поудобнее и слушай. Это было очень давно тогда еще нашей Англии и в помине не было, а в мире было теплее. — А люди? — А люди дорогая моя были такие же, они так же радовались и грустили. И тут их рассказ прервал стук дверь. — Кто это мог бы быть ? Мона, ты ждешь кого-нибудь ? — Нет. — Надо сходить посмотреть кто это к нам пришел и с какими вестями, — мама Моны нехотя встала и подошла к окну, а потом с радостным удивлением сказала, — доча, ты не поверишь, к нам гости пришли. — Кто-кто? — девочка подбежала к окну и широко улыбнулась. Перед окном стояли ее лучшие друзья: Тони, Эжен, Сью, Кор, и Эндрю. День становился все интереснее и интереснее. Мама Моны открыла дверь и впустила в дом холод ну и ребят конечно же. Они вошли в дом улыбающиеся довольные. Выстроились в линию и дружно запели «Carol of the bells».** А потом вперед вышел Тони. Сначала он немного замялся, но потом собрался и сказал. — Дорогая Мона, мы тебя поздравляем с Рождеством и хотим, чтоб мы дружили так всегда. И прими от нас этот подарок, — он протянул сверток подруге. Она отдала маме его и убежала на кухню за ножницами. — Ну что же, ребята, чего это мы стоим в коридоре? Проходите, располагайтесь сейчас я поставлю еще чаю, и мы отметим Рождество с вами, — мама Моны приветливо улыбнулась гостям и жестом пригласила их в комнату. Мона принесла ножницы, разрезала бечевку, развернула бумагу да так и закричала и запрыгала от радости. А потом девочка подбежала к Тони и крепко обняла друга. В подарке лежала пара чудесных кожаных сапожек с меховой оторочкой. — Мама, мама смотри, что мне Тони подарил, — она надела сапожки и весело покрутилась. А потом бережно отнесла их в коридор и пришла в гостиную. В это время мама и друзья разложили вкусности, разлили чай и теперь ждали ее. Наконец все собрались. Они помолились и стали пить чай, и каждый хотел рассказать свою историю. Тони рассказал под многочисленные уточнения как они украсили лавочку мистера Толуола и продали кучу ботинок, а Сюзанн рассказала как она все каникулы вышивала салфетку. Потом ребята пошли играть на чердак куда многие годы сносились всякие интересности. Через какое-то время они наигрались и уставшие стали расходиться по домам. Мона была счастлива — она знала, что Бог существует, и он слышит все наши молитвы. А Тони шел домой. Он думал о том, как он провел эти каникулы. Они были полны приключений и событий и какое было счастливое Рождество. Он шел домой, а перед глазами стояло счастливое личико подруги, и он шел и радостно улыбался. Это был по-настоящему счастливый день. *** Школа встречала ребят тишиной. Она уже соскучилась по радостному гомону учеников, по их веселой беготне по школьным коридорам и по смеху. И вот долгожданный звонок. Ребята с радостным шумом бегут к учительнице и обнимают ее. Мона подбежала к учительнице, покрутилась на новых сапожках и сказала: — Мэм, смотрите, что мне друзья подарили. Миссис Никёнсен улыбнулась глядя на девочку. Она вспомнила, как когда то давно ей ее воспитательница сказала: «Девочка моя, запомни каждый твой поступок должен делать так, чтоб вокруг тебя становилось чуть светлее». И теперь она сказала эти слова Моне, улыбнулась и добавила: - Видишь, твои друзья сделали для тебя праздник и ты делай так и тогда не будешь знать горя. Затем она рассадила класс и сказала: — А давайте мы сегодня напишем сочинение, — и вывела на доске красивыми буквами тему «Рождественское чудо». Она посмотрела в окно. На улице шел тихий мягкий снег. Примечания: * «Ангелы , которых мы слышали на небесах». Если хотите послушать, советую слушать в исполнении коллектива Libera. ** «Песнь колоколов». Для прослушивания порекомендую Линдси Стирлинг или коллектив Cimorelli или тот же колектив Libera. 2:46Carol Of The BellsLindsey Stirling

3:41Angels We Have Heard on HighPentatonix

Автор рассказа - корреспондент и фотограф нашего медиацентра Симеон Слепухин. 187 просмотров·2 поделились