Последняя стадия болезни

-Как очнётся сообщите мне. -Хорошо Мария Анатольевна. -Я буду у себя, а и если Теришонок опять будет вам мешать, сразу говорите мне или Алине Александровне. И чтоб не жалели его! Вам всё понятно Валерия Игоревна? -Да -Тогда удачной работы. "Кто это? Очём они говорят? Почему здесь запах как в больнице? И где я чёрт возьми?!". Вопросы ползоли в голове бедной девушки словно тараканы, недовая ей покоя. "Блин голос этой Марии кажется таким знакомым. Но где я могла его слышать?". Этот вопрос гудел особо остро, голова кипела от мыслей, теорий и арматуры которой её нехило так приложили. "Точно! Это голос той сумошедшей бомжихи! А хули к ней так уважительно?". Элли могла узнать ответы на несколько интерисующих её вопросов просто открыв глаза. Но по каким-то причинам она этого сделать не могла или попросту не хотела. Один раз попытавшись приоткрыть глаза и потерпев неудачу, черновласка решила поддатся другому своему желанию. Спать. По ощущениям девушки прошло не более часа, с того момента как она решила по спать. Хотя на деле прошло около 3. На этот раз Элли была преисполнена желанием наконец открыть глаза и понять хотябы где она. Хотя она догадывалась, что её просто нашли в той странной заброшке и отвезли в больницу. Это один из самых логичных вариантов, ведь это объяснило бы откуда в помещении запах медикоментов и беспомощности. И вот момент истены. Яркий свет от лапы ослепляет и девушка инстинктивно жмурится, закрывая глаза руками. Как только девушка открывает глаза и пытается привстать на локтях её плича косается чья-то рука. От неожиданности и нелюбви к прикосновениям черновласка дёргается сильнее открывая глаза, и смотря на человечешку что посмел прикоснуться. -Не бойся, я тебя не обижу. Ты знаешь где ты находишься? - голос у врача очень нежный и как будто напуганый. Словно это она оказалась в хрен пойми каком месте после удара арматурой. А на вопрос Валерии, Элли лиш помотала головой, довая понять, что она без понятия где находится. -Ясно. Меня зовут Валерия Игоревна, а тебя? -Элли. Где я нахожусь?- спросила девушка таким тоном, что казалось будто это был приказ на который нельзя было не ответить. Она сома удивилась своему голосу. Он был чуть ниже чем обычно, более хриплый и твёрдый. Будто она генирал гиганского войска, а не обычная пионерка. -В психиатрической больнице номер 13. Ты совсем ничего не помнишь?- брюнетка склонила голову на бок и попыталась погладить пионерку по голове, но та легко увернулась от "наподения". Хотя рука коснулась только кончика плеча, Элли всё равно хотелось снять с себя кожу и постирать её, от "грязных прикосновений". Поняв что прикоснуться к девочке не получится Валерия Игоревна скрестила руки на груди и с жалостью посмотрела на пациентку. Такие взгляды девушка ненавидела наверное куда больше чем прикосновения, ведь как она считала с жалостью смотрят только на жалких. А она какая угодно но не жалкая. "Стоп. Психиатрическая больница номер 13? Мне не послышалось? Это что за хуйня?!". Осознание своего место положения привело девушку в ужас. Её до этого холодный взгляд полный ненавести и отвращения, стал молящим и непонимающим что ту вообще происходит. Козалось будто это всё нереально, это сон и только, так кошмар. Но как бы не метались глаза по почемуто слегка знакомому кабинету, она не могла понять где она и почему именно она. -Спокойно, не бойся. Так дыши глубже. - Врач стала показывать руками вдох выдох, сново и сново. Дышать действительно слегка помогло успокоется. Всё ещё метая взгляды по кабинету Элли обратила внимание на плокат висевший над столом, на той стене котороя была как раз напротив двери. Дверь. Точно, дверь! Она была в точности как на заброшке, только целая. И как раз в той заброшке проходя по каридору первого этажа она увидела через дыру в запертой двери кабинет. Она был в точности как этот, только таи он был старый и с перевёрнуной мебелью, а тут... Блять. -Какой сейчас год!- чуть ли не прокричала Элли в лицо вручу. Та от неожиданности и испуга слегка отстранилась от койки на которой лежала наша гг. -КАКОЙ СЕЙЧАС, МАТЬ ЕГО ГОД!- Уже проорала она не получив мгновенного ответа. От крика Валерия почему-то подуспокоилась, поправила очки которые уже пару минут спакойно сползали ей на нос, и поправив врачебный холот отвнтила. -Сейчас 21 июля 1973 года, разве нет? Или какой сейчас год по твоему?- спросила врач с явной усмешкой, издёвкой и... Болью? Неважно. Сейчас всё неважно. Она окпзалось в прошлом, так хуже всего в психушке! Даже при очень большом желании посчитать всё это одним дуратским розвгрышом, ничего бы не вышло. Черновласка схватилась заголову руками словно пытаясь достать от туда решение этой проблемы. И стоп. Рана. На её веску чуть ближе к затылку определённо должна была быть рана от удара той суки арматурой. Но ничего там нет. Убрав руки от головы и посмотрев на них, стоило мозгу обработать всю информацию за последнии часы, как... -Блять. - осознание сего факта невероятно тяжело. И даже всей нецынзурной, да и цензурной лексики нехватит, что бы понять тот факт, что ты всё понял.