─── ⋆⋅☆⋅⋆ ───
10 октября 2024 г., 21:15
— Храм с приведением? — одновременно задумался и изумился бард, услышав довольно странную просьбу от репортёрши паровой птицы. — Никак не пойму, зачем тебе это?
— Мне очень-очень нужно. У меня давно уже не было никаких громких сенсаций. Если не будет и в этот раз, то моя колонка закроется, а меня и вовсе уволят. А эта работа — вся моя жизнь! — взревела девушка. — Прошу! Вся надежда только на тебя, Венти!
— А?! С чего вдруг? Я вообще-то обычный бард. Моё дело — воспевать легенды, а не распускать мифы, — хмыкнул тот, невесомо проведя пальцами по пузатой кружке.
— Вот именно, бард! — не отступала репортёрша. — Тебе довелось услышать немало слухов от местных пьянчуг. И какой-нибудь про духов наверняка найдётся.
— Ну, если только от местных пьянчуг, то можешь спросить и у Чарльза. Он здесь бармен. И уверен, уж он то за день чего только не наслушается.
— Послушай, если ты действительно владеешь интересной информацией, я готова заплатить столько, сколько попросишь!
Накрутив на палец косичку, бард приподнял бровь: то ли удивлённо, то ли насмешливо. Задорная бирюза глаз зацепила девушку острым рыболовным крючком.
— В рамках разумного, конечно, — тут же робко уточнила она. — Миллион моры точно не дам. У меня столько нет.
Венти по-детски рассмеялся в ответ и, отодвинув кружку, подпёр голову рукой.
— С тебя бутылка вина. С меня информация. Такой расклад устроит?
— Да! Да! Более чем да! — приготовив блокнот и стержень, репортёрша пододвинулась ближе.
— Хм-м… На холме Галесонг, не доходя ущелья Дадаупа, есть давно покинутый храм льва. Многие искатели приключений, забредая туда в поисках укрытия или ночлега, не раз наперебой рассказывали, что в полночь там якобы творится что-то странное. Одни поговаривали, что видели неупокоенного духа. Другие были более смелы в суждениях, утверждая, что видели самого лорда Барбатоса.
— Самого Барбатоса? — охнув, репортёрша поспешно прикрыла рот и получила весёлую улыбку в ответ. — Вот это был бы репортаж. Всё же, как мне стало известно, Анемо Архонта люди Мондштадта не видели уже много сотен лет.
— Так и есть. Только в такую удачу я бы не стал верить.
— Эх, жаль. Вышло бы феерично…
— Согласен, — Венти неожиданно хлопнул в ладоши. — Но на этом у меня всё! Свою часть условия я выполнил. Информация предоставлена, остальное уже за тобой. Я же буду признателен за скорую плату.
— Погоди! — отрезала девушка, сорвав с губ собеседника недовольный стон. — Как же я пойду туда? Да ещё одна?
— Так же, как хотела сорвать сенсацию! — хихикнул бард. — Ну а если страшно иль дороги не знаешь, так найми любого искателя приключений. За мору никто не откажется сопроводить тебя… А теперь плата. Ты обещала.
— Обещала — выполню, — процедила она с долей раздражения, отчего Венти показалось, что деревянный стул под ним утыкан иглами. — Но после того, как буду убеждена, что это действительно сенсация!
— Хей! Такого в условии не было!
— Теперь есть. Мне, знаешь ли, тоже не хочется потратить своё время на бесполезное пустозвонство. Но если сказанное тобой правда, то волноваться тебе не о чем. Верно ведь?
— Верно… — обиженно отозвался Венти.
— В таком случае я уже в предвкушении настоящего эксклюзива! — воссияла репортёрша, а затем так же быстро потухла. — Ой! А что, если там будет недобрый дух и он нападёт? Как же его задобрить-то?
— Хм-м, — на губах барда заиграла лукавая улыбка. — Тогда закупись ещё одной бутылкой вина.
— Вина? Зачем вино? — недоуменно уточнила девушка.
— Ну как же? Ты же в Мондштадте. Городе песен, вина и свободы! Кто же тут не будет любить вино, что благословил сам Анемо Архонт? — довольно растянул он и, заметив, как собеседница сделала пометку «купить вино», деловито поднялся с места. — Что ж. Надеюсь и верю в твою сенсацию. И по-прежнему ожидаю заслуженную плату. А теперь позвольте откланяться. Я был рад пообщаться, но меня ждут дела.
Как только дверь захлопнулась за спиной, Венти звонко рассмеялся в закатное небо. Ветер подхватил звук его голоса и унёс за собой, оставив в память лишь колкие отзвуки эха. Хмельной сидр уже давно выветрился, словно его и не было, оставив в душе пустоту, в которой копошился странный червячок досады и пакости. Но разве может быть в этом что-то плохое, если в конце концов все останутся довольны?
─── ⋆⋅☆⋅⋆ ───
Ночь сгущала краски, наполняя небо тягучими чернилами. Расшитый бархат неба куполом спускался к горизонту. Ворона-полуночница пронзительно закаркала вдалеке, растревожив тишь, где в танцующих клубах тумана, подсвеченных белёсым глазом, нарисовались две одинокие тени. — Уже дошли, — мужской голос мышью прокрался через завесу сумрака. — Не забывайте, что я вам говорил. — Да-да, я помню, — подтвердила спутница. Пройдя ещё несколько метров, перед путниками проступили древние руины храма, лишь напоминающие о былом размере здания. И хоть каменное строение на вид ещё было довольно крепкое, но откровенно не ухоженное. Вокруг — обломки колонн, черепки, покрытые неизвестной росписью, ступени, заметённые мусором, а внутри царили тишина и запустение. — А призрак-то точно есть? Вдруг просто люди друг друга пугают и мы зря пришли? — замерла на ступенях репортёрша, освещая местность небольшой масляной лампой. — Это уже вам предстоит выяснить. Я лишь согласился вас сопровождать, — с ноткой колкости сказал мужчина. — Постойте. Дайте мне десять минут. Я напишу подводку к колонке, и пойдём. «Сейчас близится полночь, и за моей спиной раскинулись руины храма льва юга, где свободолюбивые люди Мондштадта некогда возносили дань одному из хранителей четырёх ветров. По рассказам местных жителей, здесь обитает призрак. Возможно, это падший воин или просто невезучий искатель приключений. Говорят, что этот дух не любит гостей и всячески их запугивает. Я, Габриэлла Моро из рубрики «Призрачные хроники», проведу ночь в этом храме и подтвержу или опровергну факт существования призрака». Ещё десять минут, и девушка с сопровождающим были готовы войти в здание, из всех щелей которого сочились мрак, страх и безысходность. Ступени лестницы, покрытые растрескавшимся камнем, бежали вниз сквозь тьму. Жёлто-оранжевый луч дрожал и трепетал, едва озаряя помещение. — Ты зла мне не желаешь. Ты смерти мне не хочешь, — зациклено бубнила девушка, спускаясь в глубины храма всё дальше и дальше. Покопавшись в каком-то механизме, мужчина провернул его три раза вправо, дёргая вверх. Неприятный треск прорезал тишину, как отточенный клинок. С потолка посыпался град острых камушков. Громко шурша и цокая, они разлетелись по полу. А вскоре стена отъехала в сторону, открывая своды древнего храма. Из широкого зазора потянулся навязчивый затхлый запах. — А тут не опасно? Эти руины того и гляди обвалятся. Репортёрша поёжилась, и горящая лампа задрожала в руках. Запылённая паутина свешивалась так низко, что почти касалась её головы. — Оно и лучше. Значит, никто сюда больше не сунется, — проводник вымученно вздохнул. Чувствовалось, что ему не доставляет удовольствия компания девы с причудами. — А ваш магистр ещё не думал обезопасить это место? Ведь в один прекрасный день эти обломки похоронят людей, — с укором проговорила она. — Возможно, что даже сегодня… — Может, да. А может, и нет. И-и хватит уже! Нашли время о смерти думать! — недовольно шикнул мужчина, шагнув внутрь. Каменное крошево и вековая пыль заскрежетали под подошвой. По сторонам расположились ряды скамеек. Глубокие радиальные трещины разрезали фреску, рассказывающую некую древнюю историю. По стенам спускались до самого пола грязные нити паутины. Кое-где сквозь пласты камня прорастала жёсткая щётка лишайника. — Точно скоро обвалятся, — пробубнила репортёрша. — Что-то вы разнылись, — скривился проводник. — Случилось что? Передумали? Девушка, сжав губы, замотала головой. Пламя лампы заиграло сдержанными бликами в её волосах. — Ну и что вы намерены делать дальше? — нехотя поинтересовался мужчина, сосредоточенно почёсывая кончик носа. — Нужно зажечь побольше свечей, — рука нырнула в сумку и извлекла свёрток. — Расставим их в центре зала по кругу и начнём. — Начнём? Что начнём? — не понял тот. — Призыв сущности из загробного мира, — оживилась репортёрша и сунула свёрток проводнику. — Вы пока расставьте и зажгите. Всё остальное за мной. — А для чего вообще нужен этот призыв? — замялся мужчина, но требование послушно и старательно выполнял. — Я планирую задать пару вопросов сущности, а затем отпустить, оставив угощение. Вот вроде всё легко и просто. Да только если не выполнить ритуал как следует, дух обидится и будет преследовать тебя, пока не заберёт в своё рабство… Ну, по крайней мере, так было написано в одной книге. — В дешёвом романе Инадзумы? — хмыкнул проводник, но ответа не последовало. Начертив круг на полу, девушка напряжённо размяла руки и, подстелив под себя чёрный плащ, села посреди зала. Свечи, расставленные вокруг плотным кольцом, хищно распускали языки пламени. Напряжение витало в холодном воздухе зала. Казалось, что над головой вот-вот разразится гром, выпустив связку ярких молний.О дух заблудший во мгле астральной,
Среди себе подобных в участи страдальной. Зла тебе я не желаю, а лишь надеждой уповаю.
Оковы проклятые ты сорви,
И поскорее лик мне свой яви!
Инкрустированный серебром кинжал рассек спёртый воздух и, чиркнув по хрупкому запястью, окропил кровью пол. — Блохастый хиличурл! Да вы сумасшедшая! — завопил от ужаса мужчина. Тонкие брови взметнулись вверх, сморщив кожу на лбу. Глаза расширились: их глубина мерцала вспышками ужаса. — Вы слышали это? — Что? Это был я вообще-то! — Да нет же… Девушка вздрогнула и подорвалась с места, словно от внезапного удара; рот её приоткрылся, выпустив наружу изумлённый вздох. Белый пар сорвался с губ и облачком устремился ввысь. — А сейчас? Сейчас слышали? — Хе-ей. Угомонитесь! Хорош пугать-то, — отрезал тот, нервно сглотнув. — Тс-с! Прислушайтесь, — шикнула она и, тыкнув пальцем, сделала пару шагов назад. Всматриваясь во мглу, они какое-то время видели лишь силуэты колонн. Как что-то заворочалось впереди. В густой темноте послышалось едва уловимое шарканье по камню. Представлялось, что кто-то смотрит на них оттуда. Из той черни, до конца которой не добирается свет. — Кто там?! А ну выходи по-хорошему! — с напускной храбростью воскликнул проводник. Странная тень заплясала между столбами и, по всей видимости, приближалась к ним. Рука мужчины описала в воздухе грациозный полукруг, и камушек, вырвавшись из его кулака, засвистел, разрывая пространство. А спустя долю секунды твёрдый шарик с гулким ударом во что-то врезался. Воздух угрожающе содрогнулся. Резкий порыв ветра ударил в лицо и растрепал волосы. Сквозь густую пелену шипения доносились какие-то звуки, скручиваясь воронкой шипящих согласных. А затем в глубине мрака что-то с грохотом повалилось, и насмешливое эхо с издёвкой подхватило звук, раскидав его со всех сторон помещения. — Что вы натворили?! — ругнулась девушка, заставив воздух зазвенеть какофонией высоких нот. — Я не знаю! — закричал тот в ответ. — Радостно встречаемся и радостно расстаёмся. Да будет так! — протараторила она в панике и едва решила оставить подношение, как её резко схватили за руку. Звон битого стекла тут же наполнил пространство. — Вот же гадство! — Уходим! Ну же, — мужчина настойчиво потянул к выходу. — Давай-давай! Девушка едва удержалась на ногах, когда её потащили за собой. Запинаясь обо всё подряд, она шумно вдыхала пыльный воздух, пропахший сыростью, что оставался на языке отвратительной оскоминой. Когда последняя вспышка света рваным пятном пронеслась по стене и угасла, а в помещении за ними воцарилась непроглядная тьма, самый душераздирающий вопль эхом разорвал воздух в клочья.─── ⋆⋅☆⋅⋆ ───
— То есть… Вас напугал ветряной шамачурл? — Успокоившись и сопоставив все факты, я пришла именно к такому выводу. Но всё равно спасибо за наводку. Хоть это и оказалось бесполезной тратой времени. Репортажа у меня как не было, так и нет. Времени тоже. Завтра я возвращаюсь в Фонтейн, — не прощаясь, девушка торопливо посеменила вдаль. Венти остался один на деревянной скамейке в окружении каменных клумб и громоздких вазонов. То, что он прокололся, было бесполезно отрицать. Он всего-то хотел подыграть, а по итогу на пару часов обзавёлся шишкой на лбу и головной болью. Да ещё и вина лишился за унизительное страдание. И пусть его не поймали с поличным, горестный осадок никуда не делся. Осторожно забравшись через окно, Венти тихо прошёлся по комнате. Страх раскатился по мышцам растопленным воском. Сердце зашлось бешеным импульсом. Казалось, что все вокруг услышат, как оно колотится, пытаясь выскочить из плена груди. Стеклянная баночка с алым содержимым переливалась гранями в мерцающем свете свечей. Опасаясь визита, Венти торопливо откупорил притёртую пробку. Вечерний воздух тут же вобрал в себя аромат алхимической краски, что по странности больше воняла болотными лягушками, чем написанной в составе валяшкой. «Не стоит. Отступись!» — застучались в голову мысли, стоило щедро плеснуть жижей на руку. Но Венти упорно глотал их, выводя буквы на стене и думая о бедной судьбе Фонтейновской гостьи, потерявшей мечты и надежды. Вот только представление всё равно не придавало ни уверенности, ни спокойствия. Не ввязываться в эту авантюру было легче. Намного легче… Нет! Надо. Он должен! Попытка лучше бездействия! К тому же это было честно. Изначально эта репортёрша просила любую информацию, не уточняя правдивость источника, что он и предоставил. Даже на ходу переобувшись, Венти всё равно пошёл ей навстречу. И что в итоге? Она решила уехать. Не прощаясь. Не благодаря. И оставив за собой двойной должок. А это уж очень некрасиво. «Где моё вино?» — гласила надпись на стене. Однако в процессе снова что-то пошло не так. Некоторые буквы смазались и потекли, что их стало не разобрать. И как бы он ни пытался их исправить, ничего не получалось. Но ещё хуже стало, когда со стороны окна донеслось жалобное «мяу». Шея надсадно хрустнула, стоило Венти медленно повернуть голову. Глаз задёргался в нервном тике. В носу почувствовался знакомый зудящий позыв. А аллергический кошмар, довольно урча, намывал мордочку на подоконнике. — Кыш! — прошипел Венти, закрыв рукавом свербящий нос. Пушистый наглец окинул его взглядом равнодушия и презрения. — Кыш-кыш-кыш! — шмыгнул он и, прогоняя, замахал рукой. Но кот, приняв это за приглашение, мурлыкая, спустился к нему. — Ветер тебя в мельницу! Уходи! Прочь! Венти попятился назад, но резко стукнулся спиной об стену. На глаза навернулись слёзы. Оглушительный чих заполнил комнату раз. Затем второй. Третий. Краска заколыхалась в склянке и выплеснулась на рубашку алым пятном, да осев каплями на лице. Попытался вытереть, но, бросив взгляд в трюмо, пискнул — то была фатальная ошибка. Сквозь затворенную дверь донеслись торопливые шаги. Ситуация глупее не придумаешь. Смешно и грустно. Он словно зарезавший дикого кабана. Из глаз вода. Из носа вода. Бежать некуда. Шерстяной аллерген перекрыл путь, нагло привалившись на ноги. И когда сквозняк прорезался в комнату холодными ножами, Венти на последних секундах бросил виноватый взгляд и растворился в воздухе, забирая с собой сумасшедший крик.─── ⋆⋅☆⋅⋆ ───
«… И вот, врываясь на шум в комнате, я встретилась лицом к лицу с настоящим приведением. Потревоженный дух, что последовал за мной из храма, быстро исчез, оставив на стене кровавое послание: «Где моя вина?» Сложно было понять, что имелось в виду. Возможно, некогда этот человек был жестоко убит и перед своей смертью так и не понял, за что. А может, это было обращение ко мне и моему проводнику за прерванный ритуал, заставивший бедолагу страдать. В любом случае мы воздали дань уважения и помолились за него в церкви святого Барбатоса. И оба искренне верим, что божество упокоит его неспокойную душу…» — Ох, Габриэлла Моро! Да благословят тебя ветра Мондштадта! Знала бы ты, насколько твоя вера всё же творит чудеса в моей неспокойной душе! Откинув газету, Венти поудобнее устроился у стены. Пересчитав содержимое ящика, он сомкнул пальцы на горлышке бутылки и, откупорив, неторопливо отпил. — Но, пройдя столько нелепых ситуаций, мы всё же получили то, что так искренне желали. Так что за вино и твою сенсацию! Эхе!
