Cookie.

— На этом, пожалуй, закончим. Напоминаю, что я принимаю ваши задания до вторника. У вас есть время ровно до 3-ех ночи, ни на минуту позже. Можете идти. Неторопливыми и усталыми движениями, студенты стали собирать свои вещи в сумки, лениво передвигая конечности, заполнив аудиторию звуками своих удаляющихся шагов и негромких пожеланий спокойной ночи преподавателю. Сама же профессор Феррерс впервые за всю лекцию присела в свое кресло, около расслабленно начав листать книгу, что преподавала этому курсу, примерно прикидывая, сколько еще они пройдут материала, пока не начнутся каникулы. Увлеченная этим, она и не думала отвлекаться, как минимум, пока не освободится аудитория. Однако, через пару минут, взгляд ее алых глаз пал на ассистентку, которая последние минут двадцать дремала за другим концом стола Модеус. Она уже хотела разбудить ее, но ее опередил другой студент, подошедший к ведьме, начав активно и совсем бестактно трепать ту за плечо: — Эй-эй, ты чего блять? — Раздраженно протянула Амелия, щуря свои сонные глаза и пытаясь понять, что происходило. Оглядевшись, и поняв, что пара закончилась, Эванс ожидающе и злобно посмотрела на парня, который так нагло прервал ее приятный сон. — Это ты проверяла мое прошлое домашнее задание, не так ли? — Стюарт бросил папку на стол, и та медленно проскользила к ведьме. С тяжким вздохом, девушка подняла ее и посмотрев на имя, саркастично подняла брови, не понимая претензии: — Что с оценкой? 68%? Моя работа не этого заслуживает. — Я тебя еще пожалела. Ты сам то читал, что написал? — Амелия бегло пробегает глазами по чужой работе, и убирает ее обратно на стол, подвигая к автору. — Хотя, могу даже зуб дать, что это даже не ты ее писал. Чёрт, если бы ты хотя бы своими словами все переписал, я бы тебе уже процентов 15 накинула. — Только давай не делать безосновательных выводов. — Лицо парня вытянулось на секунду, и он покосился на профессора в паре метров от них. Надеяться на то, что она этого не услышала, было просто тщетно, потому что она тут же начала коситься на обоих студентов. — Я считаю, что ты занизила мне оценку, и претензии к работе описаны максимально расплывчито. — Если бы я описала тебе все претензии к работе в мельчайших подробностях, я бы написала столько же страниц, сколько и в этой папке страниц с твоей жалкой купленной работы. Хватит сиськи мять, ты хочешь оспорить оценку или как? — Если бы хотел иначе, то не тратил свое время на разговоры с тобой. — Ровно как и не стал тратить свое время на написание работы самолично, хотя я вроде как целый час тебе разжевывала эту тему и суть задания. — Закатила глаза Амелия, кривясь в лицо вампиру. — Ну, что же, раз уж решил позориться, то давай делать это до конца, да? Профессор Феррерс, позволите Вас отвлечь? Девушка улыбается вампирше, не обращая внимание на ее стальное безразличие на лице, и встав со стула, выхватывает папку из рук студента, подходя с ней к преподавателю: — Мистер Стюарт хочет оспорить оценку, которую я ему выставила за прошлое задание.— Амелия передала бумаги в руки Модеус, наблюдая за ее реакцией. — Не могли бы Вы лично поглядеть, если у Вас будет время? — Да, могу. — Модеус хмуро смотрит на заголовок работы, а после на заволновавшегося студента: — Можете идти, Стюарт. Я точно не буду заниматься этим сейчас. А Вы опоздаете на свою следующую пару. — Да, профессор, благодарю Вас. — Вампир легонько склоняет голову, и спешит удалиться. Однако, остановившись в дверном проходе, он обернулся, решив вновь взглянуть на женщину, когда она склонила голову над папкой. Феррерс не оценила этого, и легким взмахом ладони захлопнула дверь за его спиной дуновением ветра, напоминая о том, что ему пора идти. — дА ПроФеСсор, блАгоДаРю Вас! — С предыханием передразнила его Амелия, присаживаясь на край стола Модеус, разместившись прямо напротив нее самой. — Вот сучёныш, а. Я ведь его предупреждала, когда он подошел ко мне перед тем, как сдать работу Вам. Мы вместе все его ошибки разобрали, я ему рассказала как их все исправить, но кто же будет меня слушать, верно? Легче ведь заплатить кому нибудь, что бы все написали за тебя. Пусть теперь поплачет. — Опять обижаешь старшекурсников, Амелия? — Устало протянула женщина, подняв брови. Ее внимательный взгляд медленно заскользил по мягким чертам лица девушки, задерживаясь на карих глазах, в которых все еще была заметна сонливость. — Господи, да Вы сами бы так же поступили, если бы прочитали этот бред. А я читаю его каждый день, если что. — Спасибо, что помогаешь моим глазам оставаться в сохранности от того, что ты называешь «бредом». — Феррерс приоткрыла папку, глядя на пометки красными чернилами, что написала ассистентка. Беглого осмотра работы было достаточно, что бы сделать нужные выводы, и она опять убрала ту на край стола. — А ты действительно его пожалела. Я бы больше 50% не поставила. — Вы серьезно? А они потом говорят, что Эванс плохая. — «Обиженно» всхлипнула третьекурсница, собрав ножки на столе, скинув с них туфельки. — Чего же ты ожидала? Ты же та самая противная ассистентка той самой мрачной и пугающей преподавательницы по тёмным искусствам. — Хмыкнула женщина, убирая папку подальше от своих глаз, но не слишком далеко, что бы забыть о ней. — А еще многих злит, что ты младше их, но умнее. Много кто метил на твою должность. — Представляю его лицо, когда он получит свою работу обратно с еще более низкой оценкой… — Амелия злобно, но в то же время очень сладко хихичет, подперев свое личико ладонями, и уперевшись локтями в колени, скрытые под черными колготками. — Можно я скормлю ему эту работу, пожалуйста? — Успокойся, Лия. Можешь делать с ней что хочешь, как только я ее проверю. — Хмыкает Феррерс, глядя на эту мелкую садистку, мгновенно возбудившуюся от всякого рода мыслей. Эти слова едва помогли, и студентка взбудоражилась только сильнее. Наверное представляла, как заставит бедного студенте жевать содержание этой папки, лист за листом, в качестве извинения перед ней за грубость и потраченное время. Амелия многое могла простить, но не отнятое свободное время. — Лучше скажи мне, почему ты опять спала у меня на лекции? — Пришлось немного посидеть допоздна. — Сколько ты спала? — Разве это важно? — Амелия. — Укоризненно заглянула ей в глаза Модеус. — Я сделала Вам печенье! — Очень глупо попыталась отвлечь ее внимание Эванс, магией приманив к себе свою сумку, и достав оттуда очередной контейнер. — Это мило, но если ты не спала ради этого, то меня это очень не радует. — Она смотрит на ведьму исподлобья, и игнорирует протянутое ей печенье. — Да нет, сделала я его сразу после пар. Я просто читала книгу (Модеус еще не знает, что это была ее книга…), и не увидела, как настал полдень. Настолько было интересно. Можем ее обсудить, если у Вас будет время. — Эванс решительно не сдается, продолжая протягивать той выпечку. — Ну хватит, не разбивайте мне сердце! Вы знаете, сколько я любви в них вложила? — Подозреваю. — Вздыхает женщина, и все же берет печенье, вдыхая легкий аромат ванили. Модеус не так легко набрать вес, но ей казалось, что такими темпами Амелия просто закормит ее до смерти. За три года отношений с этой дамочкой она съела столько сладкого, сколько не ела за последние сто лет. — Еще раз увижу, что ты спишь на лекции, опять запру у себя в кабинете, закрыв все свои стеллажи с книгами на замок. — Зачем мне книги, если у меня есть Вы- — Ты там будешь одна, и ты будешь спать на том самом неудобном диване. — Вы просто чудовище. — Хмурится Амелия, жуя печенье, и разглядывая исписанную аккуратным почерком доску за спиной профессора, прогоняя в памяти тему, которую она объясняла. — Не удивила. Амелия, не заставляй меня играть в твою мамочку. Я просто хочу, что бы ты заботилась о своем здоровье, а не упрекать тебя раз за разом за то, что ты меня не слушаешь. — Она надкусила результат кропотливого труда Лии, чувствуя, как сладко-ореховый вкус растекается на языке. Что-что, а готовила эта чертовка очень хорошо. — Не знаю, как тебе, но мне это важно. — Я знаю. — Выдохнула Лия, и недолго думая, сползла со стола на кресло Модеус, усаживаясь у нее на коленях, небрежно махая ладонью в сторону дверного замка, что бы запереть его. Глядя прямо в ее глаза, и не смея стыдливо отворачиваться, она нежно обнимает чужую шею. — Я знаю, прости. — Все нормально. — Вампирша заправляет за чужое ушко выбившуюся из небрежного пучка прядку темных волос, и с теплом в глазах, но все так же хмуро рассматривает это милое лицо напротив. — Что снилось хоть? Видела, как ты улыбалась. — Видела, что у нас было отличное свидание в честь моего дня рождения. — Она хрипло смеется, поправляя воротник её красной рубашки, и разглаживая невидимые складочки где то под ключицами. — А этот мудак решил разбудить меня в самый приятный момент. — Интересные у тебя сны, однако. — Модеус усмехнулась, отложив оставшуюся половинку печенья, и уже свободной рукой обняв ведьму за талию. — Хочешь, сниму с него пару процентов за то, что он тебя разбудил, а потом еще и грубил? — Еще как хочу. — В карих глазах промелькнули веселые огоньки, но тут же сменились на что-то иное. Она задумалась, поджав свои губы, что заставило практически круглые зрачки Феррерс сузиться, и глянуть на нее с вопросом. Девушка замялась. — Модеус… Пойдешь со мной на свидание? Тринадцатого ноября? — Хочешь воплотить сон в реальность? — Феррерс улыбнулась, поглаживая спину мисс Эванс, заставляя ту инстинктивно выгнуться, чутка вжимая голову в плечи. Это был невероятно забавный жест. — Хочу отпраздновать день «еще год ближе к смерти» с кем то, кто сделает его менее унылым. Можно без подарка. — Эванс перебросила одну из ног на другую сторону, устроившись на коленях преподавательницы как настоящая принцесса. — Если у тебя получится освободить для меня пару часиков, это будет большим подарком для меня. — Это исключено. — Покачала головой Модеус в ответ на слова о подарке. — Я уже обо всем позаботилась. — М? — Амелия широко улыбнулась, прижавшись к вампирше еще сильнее. — Неужели меня ждал сюрприз, а я его так глупо испортила? — Сюрприз остается сюрпризом, если ты не знаешь, что должно произойти. — Ладонь Феррерс переползла на колено Амелии, поглаживая его и иногда заползая под ткань темно серой юбки. — …И произойдет ли? — Вы опять за свое, дорогая Госпожа Феррерс? Мучаете свою бедную студентку? — Лия улыбается только шире, опуская свою ручонку на чужую ладонь, самостоятельно поднимая ее выше по бедру. — А потом думаете, от кого я этого нахваталась. — Надеюсь, ты не делаешь такого с моими студентами. — Пальцы сжались на мягкой плоти, а после сползли к внутренней стороны бедра, дразняще поглаживая ее пальцами. — Уж точно не ласкаю их за пять минут до звонка, когда надо будет бежать на пару к другому преподавателю. — Прошипела она в чужие губы, склоняясь над ними, но отчетливо видя то, как преподаватель медленно отклоняется от нее по мере ее приближения, она с прищуром посмотрела в глаза напротив. — У тебя стрелка на колготке, милая. — Негромко сказала Феррерс, застыв на одном месте, найдя своими прохладными пальцами одного из величайших врагов девушек на темной ткани, и касаясь ими голой кожи, заставив девушку заерзать еще сильнее. — Вот и всё. Ты наверняка не знала о ней, а я сразу ее заметила. — Чёрт с ней. Могу вообще их снять, если хотите. — Лия, дорогая… — Профессор подняла ладонь к ее лицу, очертив овал ее лица и крепко хватаясь за ее подбородок, и поднимая взгляд ровно на себя. — Иди на своё занятие. — И всё? — С долей разочарования шепнула Амелия, поджимая свои губы, и с намёком стала пялиться на те, что были напротив. — Работу Мистера Стюарта заберешь под конец смены. — Хмыкнула женщина, смотря на молчаливое ожидание студентки, и горящий румянец на ее щеках и ушках. Интересно, а она знала, что ее уши тоже краснели, и это было чертовски… мило? А если узнает, то покраснеет еще сильнее, и будет вести себя как ребёнок. Ребёнок, которому вот-вот стукнет 20. Время действительно бежало вперёд слишком быстро… Негромко усмехнувшись, Модеус все же потянула лицо Лии на себя, даря ей этот долгожданный поцелуй, тут же слыша удовлетворенное мычание с ее стороны, и отчетливо чувствуя её активные попытки прижаться сильнее. В ответ, Модеус подхватила ее на руки, пересаживая на свой стол, и через минуту отстранила ее от себя, возвращаясь в свое кресло: — Теперь точно всё. Можешь идти. — Если вернусь с котлом свежесваренного афродизиака, виноваты будете только Вы. И никто меня от этого не остановит. — Пробурчала ведьма, проведя кончиком язычка по своей губе, синхронно с профессором глянув на часы. Она тут же спрыгнула со стола, начав собирать свои вещички. — Как Вам печенье? — Как всегда на высоте, спасибо. Из минусов могу отметить лишь то, что ты их немного пересолила. Но, это вполне терпимо. — Ну, знаете. — Амелия лучезарно улыбнулась, поворачиваясь к профессору и подмигивая ей. — Влюбилась. — Иди уже.