Асгардский гальд (новый перевод)

К счастью, в зале находилось достаточно молодых мужчин, которые смогли отвлечь внимание большинства дам на себя, однако Локи всё равно понимал, что некоторые, самые настойчивые леди будут отчаянно соперничать за его внимание, словно дети, которые не могут определиться, кому достанется желанная игрушка. По крайней мере, данная ситуация должна была ярко продемонстрировать Тору, насколько поверхностными и непостоянными могут быть некоторые члены аристократического общества. — Король Локи, — первая заговорила леди Хносс, присев в реверансе и тем самым демонстрируя своё роскошное декольте. А затем заняла почётное место за длинным столом напротив короля. — Принц Тор, я не слышала, что вы снова обрели свои силы. — Ах, я… пока ещё нет, миледи, — пробормотал Тор, непривычно мрачный. — О, понимаю. Локи уже заметил, как её хищный взгляд вновь устремился в его сторону, в то время как одна из других дам неожиданно присоединилась к разговору, переключив тем самым внимание на себя. За ней подошли ещё несколько незамужних леди, и вскоре королевский стол был почти полностью захвачен ими. Невозможно было точно сказать, сколько времени он лавировал в разговорах со знатными дамами, стараясь не отдавать предпочтение ни одной из них, но казалось, что прошла вечность, прежде чем Локи услышал, как кто-то прочистил горло у него за левым плечом, а затем вежливо произнёс: — Эм, Ваше Величество? Он удивлённо обернулся, чтобы убедиться, что да, это действительно был голос лорда Квасира. — Лорд Квасир, — сказал Локи, поднимаясь на ноги. Несмотря на его страстное желание покинуть данное общество, Локи встал скорее из уважения к другому мужчине, чем по какой-то другой причине. Лорд Квасир, которого он искренне уважал, был одним из его наставников и отцом леди Сигюн — женщины, с которой у Локи некогда складывались самые долгие и глубокие отношения. На самом деле, если бы не необходимость всей их семьи переехать в Альвхейм по службе, Локи не исключал того, что он и Сигюн до сих пор бы оставались вместе. — Могу ли я попросить вас уделить мне немного времени, мой король? — обратился к Локи лорд Квасир, бросив взгляд на стол позади него. — Конечно, — ответил Локи, отводя лорда в сторону от толпы, в зону немного позади, где часто стояли слуги, прислуживающие за главным столом. — Я не знал о вашем возвращении, лорд Квасир, — продолжил он, заметив, что мужчина все еще одет в альвхеймскую одежду, хотя она и подходила для этого случая. — Мы вернулись лишь сегодня утром, — пояснил лорд Квасир. — Я нахожусь здесь по поручению королевы Саги. — О? — произнёс Локи, вновь сосредоточив взгляд на мужчине, отвлекшись от попыток осмотреть зал в надежде выяснить, включает ли это «мы» Сигюн. — Да, она попросила меня передать вам послание, — продолжил лорд Квасир. — Честно говоря, меня немного удивляет, что она обратилась ко мне, а не к одному из своих дипломатов, она это никак не объяснила. Конечно, она не стала ничего объяснять. В который раз Локи задумался, связано ли это с тем, что королева Сага знала больше, чем могла сказать, или же ей просто нравилось поддерживать ореол таинственности. С льёсальфар никогда нельзя быть уверенным наверняка. — Понимаю, — ответил Локи. Хотя он был немного раздражён, вины Квасира в этом не было, и, кроме того, он слишком уважал этого аса, чтобы вымещать на нём своё раздражение. В отличие от многих других, Квасир никогда не судил его несправедливо, основываясь на слухах, ходивших при дворе. А также он не вмешивался, когда Локи и Сигюн начали встречаться, и за это Локи всегда будет ему благодарен. Квасир достал небольшой запечатанный пергамент, и Локи быстро провёл по нему своим сейдом, прежде чем принять. Хотя послание, как утверждалось, исходило от королевы одного из ближайших союзников Асгарда, он не собирался рисковать. — Благодарю, — сказал Локи, когда взял его и спрятал в своём карманном измерении. — Я посмотрю его вечером. — Мы будем здесь до завтрашнего полудня, Ваше Величество. — Вот ты где, Квасир. А мы гадали, куда ты запропастился. Сразу узнав голос леди Снотры, жены лорда Квасира, Локи с улыбкой повернулся в его сторону. Улыбка стала ещё шире, когда он увидел саму леди и заметил рядом с ней Сигюн. — Леди Снотра, леди Сигюн, — приветствовал он. — Рад вас обеих снова видеть. Его рука невольно дрогнула — ему хотелось протянуть её, по очереди взять их руки и поцеловать, как он делал это раньше. Однако Локи прекрасно осознавал, что на них устремлено множество любопытных взглядов и понимал: если он проявит такую любезность к ним, ему придется сделать то же самое для всех дам. Иначе, выделив их, он мог бы создать ситуацию, которая, в свете положения лорда Квасира могла бы привести к нежелательным политическим последствиям. — Король Локи, — тепло произнесла леди Снотра. — Надеюсь, у вас всё в порядке. — В той мере, в какой это возможно при существующих обстоятельствах. — Ах да, мы слышали о ваших переговорах на Альвхейме, — произнесла леди Сигюн, улыбнувшись в ответ. — Как вам вообще удалось усадить короля Лафея за стол переговоров? — Я полагаю, у него меньше стремления к войне, чем он демонстрирует, и ему нечего терять, — ответил Локи. — Возможно, он также счёл меня менее опытным в политике, чем это есть на самом деле. Лорд Квасир с легкой усмешкой посмотрел на собеседника. — Он по-прежнему так считает? — спросил он. — К сожалению, боюсь, его иллюзии уже окончательно развеяны. Сигюн не удержалась и рассмеялась. — Я уверена, что вы получили из этой ситуации максимум преимуществ. — Не столько, сколько мог бы, если бы обстоятельства были другими, но да, — заметил Локи. — Королева Сага сообщила мне, что если всё пойдет хорошо, то вскоре мы можем ожидать увидеть больше йотнар в Альвхейме, — добавил лорд Квасир. — Да, мы надеялись, что она согласится принять их торговцев во время Праздника Урожая, — объяснил Локи, а затем нахмурился. — Больше йотнар? — О да, я не знала об этом, пока не переехала туда, но, оказывается, на севере Альвхейма есть две или три небольшие общины йотнар, — пояснила Сигюн. — Они бежали от правления короля Лафея ещё до войны, и потому не находились на Йотунхейме, когда она закончилась, и путешествия туда были запрещены. — Я не знал об этом, — признался Локи. — Как вы думаете, они с нетерпением ждут возможности увидеть своих соплеменников? Или предпочли бы остаться в изоляции? — Хотя они и бежали от Лафея и его тирании, думаю, они всё же будут рады возможности вновь увидеть друзей и семью, — сказала леди Снотра. — Они часто говорят о тех, кого оставили, спасаясь бегством. — Вы разговаривали с ними? — удивился Локи; он-то знал, как асы ненавидят йотнар. — Да, — начала леди Сигюн. — Прошу прощения, — прервал её лорд Квасир. — Если позволите, Ваше Величество, я заметил, что прибыл лорд Адальгрим, и мне необходимо с ним переговорить. — Разумеется, — откликнулся Локи, кивнув в ответ, когда мужчина филигранно поклонился, а леди Снотра сделала реверанс и взяла мужа под руку, чтобы покинуть их компанию. Губы Локи дрогнули, когда он смотрел им вслед, размышляя, не оставили ли их с Сигюн наедине нарочно. Повернувшись к своей бывшей возлюбленной, он понял по её улыбке и лёгкому покачиванию головы, что Сигюн подумала о том же. — Думаю, они до сих пор чувствуют себя несколько виноватыми за то, что невольно разлучили нас, — сказала ему леди Сигюн. — Это была не их вина, — ответил Локи. — Один назначил твоего отца на должность посла в Альвхейме. — Я знаю. Родители были вместе с юности и не имели других отношений. Я думаю, что именно поэтому они так бережно относятся к нашим взаимоотношениям. Мы тоже были в паре довольно долго и с ранних лет. — А. — Да. Они тепло и немного грустно обменялись взглядами, и тишина между ними была наполнена пониманием, а не неловкостью. — Кстати, как продвигается твое обучение? — спустя некоторое время спросил Локи. — Отлично, на самом деле очень хорошо, — ответила леди Сигюн, её лицо озарилось внутренним светом. Её голубые глаза заискрились, и Локи поймал себя на мысли, что задал бы этот вопрос только ради того, чтобы это увидеть, даже если бы ему не было интересно услышать ответ. Хотя на самом деле это было не так. Именно умелое владение Сигюн сейдом изначально привлекло его внимание к ней, и все их первые разговоры вращались вокруг этой темы. У каждого из них были свои дары, но их объединяла неутолимая жажда знаний. Поэтому они проводили бесчисленные часы, погружаясь в теорию и исследуя оптимальные пути использования различных форм сейда для достижения желаемых результатов. — Что ты сейчас изучаешь? — спросил Локи. — Я только что закончила курс лекций о других расах. Бровь Локи приподнялась. — Разве здесь этого не преподавали? — Только в общих чертах, и совершенно ничего о йотнар. К счастью для Локи, Сигюн как раз отвела взгляд и не заметила, как он вздрогнул. Он мысленно поблагодарил того, кто вызвал бурный взрыв смеха поблизости. — Полагаю так и есть, — сказал Локи. — Вот почему ты навещала поселение йотнар? — Да, — подтвердила леди Сигюн, убирая за ухо выбившуюся прядь светлых волос. — Они… они совсем не такие, какими я их представляла. — Не такие, — согласился Локи, чувствуя, как нечто внутри него расслабляется от полного отсутствия презрения и страха в её голосе. — Похоже, у нас было недостаточно информации о йотнар. — Я… — леди Сигюн замялась. — Я раньше не знала о королеве Бёстле. Локи рассмеялся. — Поверишь ли, что я тоже не знал? — Правда? — Хмм. Отец никогда не упоминал об этом, как и дяди Вили и Вё. — Ну, это объясняет отношение твоего брата к ним. — Да. Я ещё не успел рассказать ему о своём открытии. Сигюн поморщилась. — Это будет не слишком приятно. Локи скривился при одной только мысли, но знал, что это необходимо. Не только потому, что неведение никогда не приносит пользы, но и потому, что реакция Тора на новость поможет Локи понять, как его приёмный брат отреагирует, когда узнает правду о том, кто он есть. Эта мысль заставила Локи вновь обратить взор к главному столу, и он едва сдержал недовольную гримасу, когда заметил, как леди Хносс поднимается со своего места и внимательно смотрит в его сторону. Судя по всему, их уединение грозило закончиться раньше, чем он был готов это позволить. — Позвольте мне пригласить вас на танец, леди Сигюн, — произнёс Локи, протягивая к ней руку. Сигюн моргнула, явно удивленная неожиданным предложением, но вскоре её лицо осветила счастливая улыбка. — С удовольствием! Они оба всегда любили танцевать и были в этом весьма хороши. На самом деле, Локи никогда не испытывал большего удовольствия от пиров, чем во времена когда они были здесь вместе, ведь большую часть вечера они посвящали танцам. Ведя Сигюн влево, вокруг стола, ему удалось полностью избежать встречи с леди Хносс, хотя это не избавило их от множества взглядов, жадно следивших за каждым их движением, пока он выводил леди Сигюн на середину зала. Остро ощущая внимание, Локи держал между ними большее расстояние, чем обычно. — Прости, — прошептал он. — Это не твоя вина, — ответила леди Сигюн, непринуждённо переходя в чуть более формальную позу. Она всегда была красивой и изящной танцовщицей. — Так чем ты теперь занимаешься? — спросил Локи. Она всегда проявляла наибольшие способности в магии жизни и исцелении, однако Сигюн не желала ограничиваться ролью рядовой целительницы-сейдконы в Асгарде. Когда её отца назначили на службу в Альвхейм, она увидела в этом уникальную возможность обучаться у целителей льёсальфар, обладающими гораздо более широким и глубоким подходом к исцелению, чем даже леди Эйр. Когда Сигюн достигла возраста совершеннолетия и получила возможность вернуться в Асгард без родителей, Локи настойчиво уговаривал её принять предложение о престижном ученичестве, которое ей сделали у одного из самых известных целителей льёсальфар. Это была уникальная возможность, и, хотя Локи сильно тосковал по ней, он не хотел, чтобы она отказывалась от этого шанса ради него. Он был убеждён, что в будущем она обязательно пожалеет о своём решении, если откажется от столь важного предложения. Улыбка, озарившая её лицо, вызвала у Локи желание наклониться и поцеловать её, но он сдержал этот порыв. — Я наконец смогла начать обучение по исцелению ядра! — Правда? — спросил Локи, чувствуя, как боль в его ядре становится ярче от одной мысли о возможности исцеления. — Тебе уже приходилось заниматься практикой? — Норны, нет! — рассмеялась Сигюн. — Пройдёт ещё несколько лет, прежде чем мне позволят приблизиться к кому-то с повреждённым ядром. Короткая, глупая надежда, вспыхнувшая в душе Локи, угасла так же быстро, как появилась. Это было бы слишком большой удачей, но именно Сигюн он предпочёл бы доверить исцеление, будь у нее необходимые умения и опыт. Не то чтобы его родители имели полное формальное образование целителей сейдберанди (в Асгарде его не имел никто, и именно поэтому обучение Сигюн было столь важно), но его мать проходила подготовку целительницы как часть обучения воительницы ванадис, к тому же она знала его магическое ядро лучше, чем кто-либо другой, а отец обладал большими знаниями и опытом в области сейда ядра, чем кто-либо в Асгарде. Так что, хотя они и не были идеальным вариантом, это было лучшее, что Асгард мог предложить на данный момент. — Но тебе всё это нравится, — сказал Локи, закружив её. — О да, несомненно, — согласилась Сигюн. — На самом деле, я думаю, некоторые из моих книг могут тебя заинтересовать, даже если само исцеление не твоя сильная сторона. — Тогда я взгляну на них, когда ты вернёшься, — Локи сделал паузу. — Ты ведь всё ещё планируешь вернуться? — Да! — воскликнула Сигюн, глядя прямо на него, прежде чем её глаза метнулись по сторонам, и голос стал тише. — Да, Локи. Это не изменилось. На Локи нахлынули облегчение и радость и ему стоило усилий сдержать слишком широкую улыбку. — О, неужели ни один льёсальв не соблазнил тебя? — поддразнил он. В конце концов, они официально расстались из-за долгой разлуки, но Локи и не думал всерьёз о другой. Не дольше, чем на пару ночей. — Только из кратковременного любопытства, — призналась Сигин, снова взглянув на него. — Это, кстати, показало мне, где ты научился паре-тройке своих приёмов. Локи лишь тихо усмехнулся. Это было правдой: его визиты в Альвхейм и время, проведённое с разными любовницами там, многому его научили. Особенно в сравнении с куда более сдержанными асами и ванами. Его взгляд вновь вернулся к Сигюн, когда ему пришла в голову ещё одна мысль. — Никогда, когда мы были вместе. Всё это было до того, как мы начали встречаться. — В этом я никогда не сомневалась, — заверила его Сигюн. — Хорошо. Он, возможно, никогда не смог бы сравниться с ней в преданности (в отличие от других, он не был настолько самонадеян, чтобы думать, будто может сравниться с богиней, чьё имя символизирует верность), но сама мысль о том, чтобы изменить ей, была ему отвратительна. Богом лжи и хаоса он, может, и был, но давно понял ценность того, чтобы рядом был кто-то, кто знал, что может доверять ему безоговорочно, и кому он сам мог доверять в ответ. — Я бы хотел, чтобы этот вечер ты провела со мной, — сказал Локи, осознав, что песня подходит к концу, а он всё ещё не готов расстаться с ней. — Что вы, Ваше Величество, — слегка поддразнила Сигюн, прежде чем стать серьёзной. — Вокруг тебя теперь столько народа. И стража… Локи мгновенно понял, что она имела в виду, когда ее голос затих. Было так просто забыть о своём нынешнем положении, ведь всё казалось таким привычным и естественным, пока Сигюн снова находилась в его объятиях. — Я мог бы забрать тебя из твоих покоев так, что никто бы и не заметил, — предложил Локи. Хотя всегда находились такие личности, как леди Хносс, которым было безразлично, а иногда даже приятно, чтобы все знали, где они провели ночь, он и леди Сигюн проявляли гораздо большую осторожность — до тех пор, пока не осознали, что их отношения представляют собой не мимолетное увлечение. Репутация Сигюн не допускала иного. Улыбка Сигюн была одновременно игривой и застенчивой, когда Локи в последний раз закружил её перед завершением песни. — Да, — ответила Сигин, глядя на него из-под ресниц и приседая в реверансе. Локи стоило немалых усилий не унести её прочь прямо сейчас, наплевав на приличия и политику, но он сдержался. Позже, позже… — Моя леди, — формально произнёс Локи, когда вывел её с танцевальной площадки. Он сделал это нарочно рядом с лордом Адальгримом, чтобы дипломат мог легко перехватить его, как только он отойдёт от леди Сигюн, и советник не подвёл. — Ваше Величество, — поприветствовал лорд Адальгрим. — Лорд Адальгрим, — ответил Локи, прежде чем взглянуть на двух мужчин, сопровождавших его. — Лорды Биргир и Квасир. — Локи, — вдруг раздался голос Тора рядом. Он подошёл ближе и протянул брату Гунгнир, в то время как лорды приветствовали его. Локи принял Королевское Копьё, хотя был несколько удивлён внезапным появлением брата. Обычно к этому времени на пиру Тор уже успевал довольно крепко выпить и вовсю шумно развлекался. Однако сейчас он, казалось, почти отчаянно держался поближе к Локи, несмотря на то, что раньше Тор предпочитал избегать компании, подобной той, где оказался, любой ценой. — Я закончил составление прогнозов на развитие ситуации, о которой мы говорили ранее, и распорядился доставить их в ваш кабинет, — сообщил лорд Адальгрим. — Спасибо, — ответил Локи, с любопытством взглянув на лорда Биргира. — Как идут переговоры с Нидавеллиром? — Медленно, — нахмурился лорд Биргир — Очевидно, они намерены оспаривать каждый пункт, который мы поднимаем. Локи также нахмурился. — Это нормально? — Нет, — ответил лорд Биргир. — Думаю, они стремятся воспользоваться нуждой Асгарда в своих интересах. — Только не говорите, что мы позволим им так поступить! — проворчал Тор. — Мы должны диктовать условия, а не они. — К сожалению, в ситуации, когда наши потребности больше, мы не можем себе этого позволить, — сдержанно пояснил лорд Адальгрим. — Однако это можно использовать в наших интересах. — Как именно? — спросил Тор с явным недовольством. — Затягивание обсуждений сейчас нам на руку, — ответил Локи. — В условиях активных военных действий это создало бы нам дополнительные проблемы, но если нам удастся достигнуть мирного соглашения с Лафеем, возможно, нам вовсе не потребуется столь большое количество дополнительного вооружения. — В таком случае нам будет выгодно не заключать договор с доккальфар до тех пор пока не станет известнен результат переговоров с Йотунхеймом. — заключил лорд Биргир. — О, да, понимаю, — сказал Тор, нахмурившись. Локи пришлось прикусить язык, чтобы не отпустить саркастическое замечание. Если им повезет, то Асгарду не понадобятся ни оружие, ни договор о его приобретении. Доккальфар будут этим недовольны, но для Локи это было лишь приятным бонусом. Следующие два часа прошли в общении с различными придворными и дипломатами, и Локи удалось так всё устроить, что ему больше не пришлось танцевать, при этом не выглядя так, будто он избегает дам. Он просто умело создавал возможности подойти к себе новым просителям, как только казалось, что навязчивые леди уже слишком близко. Тор, к удивлению, оставался рядом, и хотя это было знакомо в каком-то смысле, всё же ощущалось совершенно чуждо — ведь теперь внимание искали его, а не Тора, и старались заслужить благосклонность не брата, а его самого. Локи чувствовал себя так, будто оказался в каком-то сюрреалистическом сне, и мог лишь догадываться, что чувствует Тор. — Закончили? — устало спросил Тор, когда поток желающих поговорить с Локи наконец иссяк. — Норны, да! — прошипел Локи себе под нос. — Быстрее, пока кто-нибудь не передумал. Тор усмехнулся, но сразу направился к ближайшему выходу. Локи сделал лёгкий жест пальцами, и в тот же миг эйнхерии в зале перестроились. Этот манёвр, хоть и далеко не незаметный, не оставлял сомнений в своей цели — и теперь, когда всем стало ясно, что он уходит, вряд ли кто-то решился бы его задержать. — Не припомню, когда в последний раз пир показался мне таким скучным и утомительным, — сказал Тор, пока они ждали в коридоре, когда перестроится охрана Локи. — Тебе не обязательно было оставаться со мной, — заметил Локи. Несмотря на жалобу, настроение его заметно улучшилось — он наконец покинул Большой зал и думал о том, что Сигюн согласилась провести остаток вечера с ним. — Я больше не могу есть и пить, как раньше, — надувшись, сказал Тор. Было видно, что его что-то гнетёт. — Я понял, о чём ты говорил касаемо дам, или, по крайней мере, некоторых из них. Леди Хносс не сводила с тебя взгляда всё то время, пока ты общался с лордом Квасиром, леди Снотрой и леди Сигюн. А, Локи мог понять, почему это осознание вызывало у Тора отвращение. — Брат, скажи мне правду, — начал Тор. — Все они были такими? — Что, женщины, с которыми ты спал? — уточнил Локи, а затем, увидев кивок брата, продолжил: — Нет, уверен, не все, но твоё положение и титул, скорее всего, привлекали многих из них. Это, вероятно, было правдивее, чем Тор хотел услышать, но брат сам спросил, и если это заставит его задуматься в будущем, Локи не видел в этом вреда. — Тогда как мне узнать кто из них искреннен? — Будь осторожнее и смотри, чем они на самом деле интересуются, — ответил Локи, двинувшись вперёд, как только генерал-лейтенант Ингвар, казалось, удовлетворился построением охраны. — Поможешь мне, брат? — спросил Тор. — Я не хочу… особенно потом… — Потом? — Ну, когда я соберусь жениться… когда-нибудь. Локи едва не рассмеялся при виде выражения лица Тора, когда тот произнёс это слово. — Ты полагаешь, что у тебя будет выбор, — сказал Локи. Это всегда было одним из его величайших страхов: что Один устроит для него политический брак, и он окажется связан с той, кто принесёт Асгарду наибольшую выгоду. А возможно, даже что ему придётся покинуть Асгард из-за этого, хотя это могло бы быть меньшей проблемой — в зависимости от того, куда его отправят. Тор бросил на него странный взгляд. — Почему бы и нет? — Почему ты… — начал Локи. — Тор, если отец решит, что политический брак выгоден, ты правда думаешь, что кто-то из нас смог бы сказать «нет»? — Политический брак? — Тор моргнул в ужасе. — Нет, он бы так не поступил! — Почему нет? У него самого — такой. И, судя по выражению шока, промелькнувшему на лице брата, Тор этого явно не знал. — Брак матери и отца был политическим? — воскликнул Тор с недоверием. — Хмм, как часть мирного договора между асами и ванами, — ответил Локи. — Разве ты не помнишь из наших уроков политики? — Нет! Локи не нашёлся, что на это ответить, и потому промолчал. — Разве ты не можешь просто запретить все такие браки сейчас? — спросил Тор спустя мгновение. Локи рассмеялся. — Нет. — Но… — Как будто отец не смог бы просто отменить это позже, если бы захотел. Тор нахмурился. — Сегодняшний пир был ужасен. Нам нужны больше таких пиров, как тот, что был около пятисот лет назад, когда стая гусей каким-то образом попала в Большой зал. Помнишь? — Помню ли я? — недоверчиво переспросил Локи с насмешкой. — А кто, по-твоему, их впустил? — Подожди, это был ты? — Разумеется. Громкий смех Тора снова вызвал у Локи приступ веселья, даже несмотря на то, что он заметил нахмуренное лицо генерал-лейтенанта Ингвара. — Что случилось, генерал-лейтенант? Уверен, даже вы могли заметить, насколько забавна была реакция некоторых придворных, — поддразнил Локи. — Меня больше интересует, как вы это провернули, — ответил генерал-лейтенант Ингвар. — Мы так и не смогли выяснить, как это было сделано. — Локи, поставивший в тупик эйнхериев в таком юном возрасте! — рассмеялся Тор. — Только ты мог это сделать, брат. — Именно, только я, — ответил Локи. — Уж не ждёшь ли ты, что я раскрою все свои секреты, Ингвар? — Если в безопасности Идавёлля есть брешь, Ваше Величество… — Её нет, или, по крайней мере, нет такой, которую мог бы использовать кто-то посторонний, — успокоил его Локи. — Это не только очень сложный сейд, но и нужно, чтобы охранные чары признали и приняли сейдмада, а они настроены только на отца, мать и меня. — Ты ведь собираешься использовать это снова, не так ли, брат? — спросил Тор. Локи бросил на брата косой взгляд. — Может быть. Тор, явно забыв о своём ослабленном состоянии, попытался дружески толкнуть его плечом, но лишь отскочил от плеча Локи и отшатнулся в другую сторону. Локи не смог сдержаться и рассмеялся, когда одному из эйнхериев пришлось подхватить его брата. — Ай, это не смешно, — возмутился Тор, сердито глядя на него и потирая плечо. — На другой руке у меня до сих пор трёхцветный синяк в том месте, где ты меня ткнул! Это лишь усилило веселье Локи. — Считай это расплатой за все те разы, когда ты сбивал меня с ног или заставлял уворачиваться, потому что был слишком воодушевлён и забывал сдерживать свою силу. — Такого не случалось уже веками! — Первое, может быть, — парировал Локи, — но не второе. Это случается всякий раз, когда ты перепьёшь или чересчур возбуждаешься. Пауза. — Правда, брат? Локи лишь вздохнул, услышав изменившийся тон голоса Тора. Он вовсе не стремился разом указать брату на все его недостатки — просто он так привык к тому, что его либо игнорируют, либо отмахиваются от его слов, что Локи и сам не замечал, что теперь, когда есть шанс быть услышанным, не может не говорить подобные вещи. И насколько его брат порой не осознаёт очевидного. Всё это лишь показывало, насколько сильно Тор обычно не воспринимал его всерьёз. Может, и к лучшему, что брат выбрал себе другого советника, несмотря на мнение лорда Рагнвальда. Советник, которого так легко и охотно игнорируют, вовсе не стоит того, чтобы им быть. — Прости, Локи, — продолжил Тор, не дожидаясь ответа. — Я никогда не делал этого специально. Тор всегда извинялся, если понимал, что поступил неправильно, — к сожалению, случалось это нечасто. Но Локи сейчас был в слишком хорошем настроении, чтобы придавать этому значение, и лишь слегка изогнул губы в улыбке. — Знаю, — просто ответил он. — Хорошо, — сказал Тор, снова придвигаясь ближе, закинул руку на плечи Локи, наклонился и, на этот раз, понизил голос так, что даже эйнхерии не могли их услышать из-за шума, который создавала их небольшая процессия. — Так почему ты направляешься в свои покои один? — Тор! — возмутился Локи, не в силах сдержать смех. Иногда его брат был до смешного предсказуем. — Что? — спросил Тор. — Даже не беря в рассчëт тех, у кого явно были меркантильные намерения, в зале было несколько дев, с которыми ты уже уединялся прежде. Локи моргнул, удивлённый тем, что брат замечал эти случаи. Не то чтобы он пытался скрыть это от Тора, но всё же… Пожалуй, его не всегда полностью игнорировали или не замечали. — Не говоря уже о леди Сигюн, — добавил Тор. — Чьё присутствие ты явно отметил. Почему ты не пригласил её к себе в покои? — Спокойной ночи, Тор, — сказал Локи, давая брату понять, что они уже почти у его покоев. — Локи, — настаивал Тор. Он покачал головой и выскользнул из хватки брата. — Спокойной ночи, брат, — уступил Тор. И только потому, что брат отступил так быстро и просто, Локи, пройдя ещё несколько шагов, обернулся. — О, и Тор, — окликнул он. — Я её пригласил. Локи сопроводил слова небольшим жестом, который они придумали давным-давно, чтобы обозначить телепортацию. Локи знал, что брат поймёт, что он имеет в виду, учитывая обстоятельства. То, как Тор откинул голову и рассмеялся, подтвердило Локи, что он был прав.