Lying angles at home

She walks to school with the lunch she packed

Nobody knows what she's holding back

      Цзян Яньли было шесть лет, когда все это началось. Или, по крайней мере, это было её первое воспоминание о произошедшем. Она тренировалась с матерью в шести искусствах — отрабатывала движения и никак не могла выполнить их верно. Всего несколько движений бёдрами, и плавное руками. Однако из-за собственной неуклюжести она не могла в этих трёх движениях добиться грации и плавности мастера. Юй Цзыюань уже начала раздражаться, когда Яньли вдруг упала на бедро. Её крик стал последней каплей.       Юй Цзыюань развернулась, резко, как паук настигающий добычу, и ударила дочь цзыдянем — первоклассным духовным оружием — чем разрушила зачатки духовной основы Цзян Яньли. Хлыст обвился вокруг её тела, оставив глубокую рану от левого плеча до правого бедра, и лишь чудом кончик не задел её лица, ударив по тыльной стороне руки. Она вскрикнула и упала на землю.       — Отведите её в комнату, — Юй Цзыюань махнула рукой служанкам.

Wearing the same dress she wore yesterday

She hides the bruises with the linen and lace ohhh

The teacher wonders but she doesn't ask

      Три дня. Прошло три дня, прежде чем ей разрешили поесть или получить медицинскую помощь. Только после того, как Вэй Чанцзе узнал, что случилось с Цзян Яньли, ей оказали необходимую помощь. Но сделать уже ничего было нельзя. Ее хрупкий дух был сломан и в течение трех жизней не сможет полностью раскрыть свой потенциал.       Яньли знала, что именно по этой причине Вэй Чанцзе покинул секту и отправился странствовать с женой и маленьким сыном. Она не задавалась вопросом, почему он так злится на ее отца за то, что сделала ее мать, пока не услышала, что именно Цзян Фэнмянь приказал никому не помогать ей за то, что она расстроила Юй Цзыюань.

It's hard to see the pain behind the mask

Bearin' the burden of the secret storm

Sometimes she wishes she was never born

Through the wind and the rain she stands hard as a stone

In a world that she can't rise above

But her dreams give her wings and she flies to a place where she's loved

Concrete angel

      — Ей просто нужно быть красивой, — говорила Юй Цзыюань о своей дочери.       Мать никогда не била ее после того случая, а приказывала это делать служанкам. Словно Яньли была слишком испорчена, чтобы ее касались материнские руки. Цзян Яньли до сих пор носит шрам от удара хлыстом, которым ее ударили, когда ей было шесть лет. Тонкий, растянутый и в основном выцветший, он тянулся от плеча до бедра, а на тыльной стороне руки был неисчезающий след, который она, когда ее спрашивали, списывала на несчастный случай в детстве.       Она так и не поняла, почему лгала. Догадывалась, что в глубине души знала, что мать поступила с ней неправильно, но, несмотря ни на что, все еще надеялась получить её любовь.

Somebody cries in the middle of the night

The neighbors hear but they turn out the light

A fragile soul caught in the hands of fate

When morning comes it'll be too late

      Яньли понимала, что ученики знают об издевательствах, которым подвергались она и ее брат. Изредка кто-нибудь набирался храбрости и помогал им или приносил еду, когда без этого наказание могло их убить. Но последствия таких действий были самыми плачевными. Часто это приводило к «трагическому несчастному случаю» на ночной охоте. Яньли все еще слышала крики. Она прекрасно понимала, что каждая смерть лишь усугубляет их наказание, но из эгоистических побуждений не могла отказаться от помощи.

Through the wind and the rain she stands hard as a stone

In a world that she can't rise above

But her dreams give her wings and she flies to a place where she's loved

Concrete angel

      Потом они стали свободны. Или, по крайней мере, они так думали. Но старые привычки умирают с трудом. Вэй Ин не мог не создавать проблем, чтобы отвлечь внимание от неё и Цзян Чэна. Цзян Чэн не мог расслабиться из-за сверхсознания, что заставляло его обороняться и проявлять агрессию по отношению к новому окружению. Из-за тревоги он не мог нормально разобраться со своей депрессией. Яньли старалась казаться как можно более кроткой и милой. Когда она только заболела и Вэнь Цин ухаживала за ней, Вэнь многое заметила. Наблюдая за тем, как Не Хуайсан покидает павильон целителей, она подумала, что, возможно, не только Вэнь Цин была внимательна.

A statue stands in a shaded place

An angel girl with an upturned face

A name is written on a polished rock

A broken heart that the world forgot

      Пока лекари осматривали ее и А-Чэна, она не переставала удивляться, наблюдая, как ее младший брат медленно поддается лекарям пока они тыкают и щупают его, проверяя его пульс, цокая языком и проверяя его ребра, которые были в синяках и шрамах. Кто-то из ее братьев заговорил? На самом деле, она посмотрела в сторону дверей, которые, как она чувствовала, охранял младший Не, это мог быть любой из них. Прежде чем она успела задуматься над этим, дверь в палату распахнулась и она ахнула.

Through the wind and the rain she stands hard as a stone

In a world that she can't rise above

But her dreams give her wings and she flies to a place where she's loved

      Не Минцзюэ вошёл в комнату держа её приемного брата на руках. Он звал целителей. Неужели?.. Яньли снова проверила, и увидев, как слабый выдох покинул тело Вэй Усяня, почувствовала, что снова начинает дышать. Слезы отказывались течь. Они застряли, как комок в ее горле, просто наполняя ее глаза, но никогда не переливаясь через край. Она застыла. Яньли подпрыгнула и почувствовала, как ее сердце колотится, и ее мир снова начал двигаться, когда кто-то положил руку ей на плечо.       — А-Цзе… а-Цзе… — голос Цзян Чэна звучал далеко и хрипло.       Ноги Яньли подкосились и она рухнула на пол, как сломанная колонна. Цзян Чэн упал рядом с ней.

Concrete angel