Дорога до Чхорвона

– Ты, блядь, издеваешься, да?! Хосок таким злым Юнги, кажется, за всю жизнь не видел. – Нет, я был занят тем, чем должен, – Тэхён сидел прямо перед ним на дурацком стуле и кусал губы. В доме они были втроём. Сокджин сразу после возвращения утащил Чонгука прогуляться и всё разузнать, а Хосок остался. Остался и теперь чувствовал себя очень неуместно. – Мы обсуждали, что в твои задачи входит отводить тварей от отряда, а не устраивать ебучее шоу с возможностью сдохнуть. И ладно, я уже привык, что ты постоянно рискуешь собой, но ты потащил ещё и Хосока! – дело точно дрянь, Юнги редко называл его просто по имени, только если не справлялся с эмоциями и ему нужно было так отстраниться. – С ним бы ничего не случилось. Он гораздо лучше, чем я… – Тэхён не договорил. У него взгляд был обиженный, колкий, и он на Хосока не смотрел, словно его там не было. – Боги, Тэхён! Ты потащил его хуй пойми куда, потому что посчитал, что он настолько хорош?! А ты не думал заранее обсудить с ним, что вас там ждало? Твой способ… – Юнги замолчал, с досадой поморщился и очень выразительно посмотрел на Хосока. И тот наконец решил вмешаться: – Всё в порядке, правда. И мне понравилось, – Хосоку показалось, что Тэхён посмотрел на него слишком неоднозначно. А Юнги только закатил глаза. – Хоба, не влезай и не оправдывай его. Ты не знаешь, что здесь происходит и что он творит. Тэхён прикусил губу, как-то резко сгорбился и весь потускнел. – Я хотел повеселить хёна. Я бы никому не дал ему навредить. Ты же знаешь, – прозвучало так проникновенно, что по спине мурашки пробежали, – Юнги, я же за вас двоих… Тэхён не договорил, резко вскочил со стула и вылетел на улицу, захватив свою кожанку. Что у него в голове за бардак царил, Хосок даже представить себе боялся. Юнги так и остался хмуро стоять, пока Хосок не решился сдвинуться. И только после этого обернулся к нему, устало потерев переносицу: – Не стоило тебе вмешиваться и поощрять это. Тэхёну после смерти бабушки остатки здравого смысла сорвало, и он словно проверял себя на прочность. Я еле заземлил его и заставил успокоиться, а теперь снова, – Юнги с досадой поморщился. Хосок ощутил неприятный холодок внутри. – Мы с ним поговорили про прошлое. На его слова Юнги вскинул бровь, но скепсис из взгляда не ушёл, и Хосок почувствовал себя неловко. И что он хотел сказать? Особенно, если между Тэхёном и Юнги всё было так, как он видел. – Это чудесно, Хоба, но я бы не верил всему, что он несёт. Тэхён, если вбил себе что-то в голову, будет до последнего упираться, это его способ защиты. Хосоку не хотелось спорить. Ему в этих словах показалась какая-то угроза и ревность, и лучше было перестать лезть. Он постарался снизить напряжение. – В любом случае, я сделаю всё, чтобы защитить его на вылазках. Чтобы ему ничего не навредило. Я обещаю, – Хосок заметил, как Юнги мрачно усмехнулся на это. – Если успеешь. У него синдром защитника и идея-фикс спасти весь мир. Это может тебе помешать. – Да плевать. Ты меня знаешь, я упрямый, – Хосок заулыбался, наконец увидев на лице у Юнги ответную улыбку. – Тогда я попрошу тебя поговорить с ним? Меня он сейчас будет игнорировать. А я боюсь, что если оставить без надзора, он вернётся в город. Просто чтобы выпустить пар. – Сложно тебе с ним, да? – Хосок улыбнулся, попытавшись показать, что всё в порядке и он понял, но Юнги посмотрел на него как-то слишком задумчиво и выдавил только «ага». Хосок решил больше не уточнять. Юнги держался странно, но мало ли что изменилось за это время? Он и раньше не любил про отношения говорить, а тут мог и отвыкнуть в принципе, и торопить его Хосок не хотел. Тэхён же был кем-то вообще незнакомым. В нём почти ничего не осталось от того мальчишки, которого Хосок знал, и открывать его нового было безумно интересно и увлекательно, но в то же время Хосок не знал, как подступиться. И не знал, зачем ему это было нужно. Он был уверен, что тот уже сбежал, но Тэхён сидел поодаль от дома с Чонгуком и с улыбкой слушал его. Будто только что не выглядел как несчастный и потерянный щенок, которого отчитали за проступок. Правда, стоило ему увидеть Хосока, как тут же стух и опустил взгляд. Хосок только покачал головой. В таком настроении ни о каком контакте и речи не могло идти. Похоже Тэхён был уверен, что ничего хорошего тот ему не мог сказать. Поэтому Хосок дружелюбно улыбнулся и помахал рукой, а потом пошёл искать Сокджина. С Чонгуком Тэхён был в безопасности. Тот ему не даст глупости творить, Хосок был в этом уверен, потому что сам обещал Сокджину не лезть на рожон и не искать проблем. Хосок мысленно посмеялся, что Юнги не помешало бы перенять методы Сокджина. Пусть тот и был с Чонгуком не в таких отношениях, но заставлял к себе прислушиваться. Сокджина нигде не было, и когда, сдавшись, Хосок подошёл спросить у Чонгука, тот хмыкнул: – Он ещё час назад сбежал пообщаться со старейшиной деревни. Сказал, что я бестолочь и не понимаю, кого увидел. – А он пояснил? – Хосок едва сдержал улыбку. И старался не коситься на Тэхёна, который усиленно делал вид, что не обращал на него внимания. – Ага. Сказал, что этот мужик был известным поваром из телевизора. – Ну, да, – Тэхён пожал плечами и с теплом улыбнулся, – бабушка обожала его шоу. – Возможно, мама тоже любила смотреть, но я этого не помню, – Чонгук произнёс и тут же замер, загнанно перевёл взгляд на Тэхёна. Молчание начало затягиваться, и он всполошился, быстро затараторив: – Я проверю, как там Сокджин. А то его давно не видно, может, совсем дедом себя почувствует, что мы тогда делать будем? – Ага, – Хосок кивнул, он-то эту панику во взгляде уловил, а Тэхён не понял. Он удивлённо вскинул бровь, но заговорил только после того, как Чонгук сбежал: – Что на него нашло? – Он был совсем мелким, когда всё началось, даже ты не таким пиздюком был, – Тэхён на эти слова фыркнул, а Хосок продолжил: – И он почти не помнит того, как жили раньше. От этого он чувствует себя неловко и избегает любых разговоров о прежней жизни. Тэхён опустил голову, и Хосок снова увидел в нём испуганного и сломленного мальчишку из прошлого. И потом тот вздохнул, ссутулившись. – Я могу его понять, наверно. Гуки сказал, что никто из его родных не пережил вторжения и о нём заботились соседи, а после люди в поселении, пока он не сбежал с вами. Если бы… если бы у меня не было бабушки и Юнги, я бы тоже хотел забыть о прошлой жизни. Хосок склонил голову, внимательно слушая его. Даже сейчас, при упоминании Юнги, у него в голосе сразу столько тепла и мягкости появлялось, что невозможно было это игнорировать. Оно и не удивительно. Хосок целых десять лет потерял с ними обоими, а теперь пытался понять всё за несколько дней. Чтобы только избавиться от внутренних противоречий и недосказанности. Он не сдержался, протянув руку и растрепав Тэхёну волосы. Будто хотел этим жестом и успокоить, и показать своё участие и заботу. Тэхён вздрогнул и неловко улыбнулся: – Со мной всё в порядке, хён. Спасибо тебе, столько лет прошло, а ты всё заботишься, – Тэхён протянул тихо, будто даже недоумённо, и Хосок тихо хмыкнул. – Ты же продолжаешь так меня звать. – Тебе не нравится? Просто это то, как я ощущаю правильно, – Тэхён моментально насторожился, будто дикое животное. И Хосок задумался, прежде чем отвечать. Нравилось. Это «хён» у него отзывалось где-то глубоко внутри и было невероятно приятно. Тэхён так только к нему обращался, и это создавало иллюзию особенности. Очень опасную иллюзию, в которую хотелось поверить. – Всё хорошо, Тэхён. Я не против, – он постарался подобрать максимально нейтральную окраску своим словам, чтобы это не звучало так, что он этим наслаждался, а то это было уже полным провалом. Тэхёну не стоило даже догадываться о том, что после стольких лет он не просто был готов обратить на него внимание. – Хорошо, – Тэхён с мягкой улыбкой кивнул и задумчиво прикусил губу. Молчание затянулось, и Хосок хотел было заговорить сам, но тот вздохнул: – Я поступил некрасиво. Юнги прав и отчитал меня за дело. Просто я хотел… – Мне понравилось, – Хосок заулыбался, ободряюще и тепло, – мы оба увлеклись этой игрой. И неплохо потанцевали. – Ага, раз уж это единственные доступные нам теперь танцы, – Тэхён хмыкнул, после чего медленно поднялся на ноги. Хосок никак не мог привыкнуть, что пусть ненамного, но тот был теперь выше. – Будем танцевать так, будто на нас смотрит весь мир, – Хосок подавил в себе предложение вспомнить вдвоём, как это было раньше, для души и без музыки. Это точно было совсем неуместно.

***

Они жили в поселении уже неделю, а Хосок не знал, как быть и куда себя девать. Обычно, если они знали, где был тот, кто мог рассказать им про цель поисков, то найти этого человека не составляло труда. Но Хосок не мог заставить себя спросить у Юнги или Тэхёна, будто боялся, что это поставит на их воссоединении крест. Со стороны выглядело так, будто их обоих устраивала жизнь под Тэгу, а Хосок не мог задерживаться слишком надолго. В это упиралось всё. В один из дней Сокджин вернулся к их домику от старейшины. Он устроился прямо напротив Хосока и заговорил, не думая о том, что это могло быть неуместным при остальных. Для Сокджина Юнги и Тэхён были по умолчанию своими, раз Хосок знал их так долго. – Бессмыслица. Чон Вон сказал мне, что тот, кого мы ищем, ушёл из деревни пару лет назад. Вроде бы отправился в Сеул. Конечно, мы шли в ту же сторону, но я надеялся, что по пути мы хоть что-то раскопаем. – То есть, мы опоздали? – Хосок нахмурился, и тут же поймал любопытный взгляд Тэхёна. Если Юнги в тот момент, когда они заговорили, отвернулся, будто ему не хотелось присутствовать при чём-то личном, то Тэхён заинтересованно подался ближе и на слова Сокджина даже чуть приоткрыл рот и облизнул губы. – Вы о чём? Хосок не смог отмахнуться и сказать, что это не важно. – Мы не просто так ходим от поселения к поселению. Не только из-за того, что по разным причинам, но для каждого из нас потерялось понятие «дом», – Хосок заговорил тихо, и Тэхён сначала нахмурился, а потом понимающе кивнул. От внимания не укрылось, какой многозначительный взгляд он кинул на Юнги, и как тот поджал губы. И Хосок не смог отвернуться, когда Юнги посмотрел на него. Его нежелание слышать было ощутимо, будто Юнги уже догадался, что Хосок мог сказать, и не хотел этого. Но остановиться он уже не мог. – Однажды мы услышали, что люди говорят про военную базу, с которой всё это началось. – Юнги… – Тэхён заговорил торопливо, но у него голос сорвался. Юнги с досадой вздохнул и подошёл ближе, сжал его плечо. – Обсудим наедине. Хорошо? Хосок видел, что Тэхён хотел возразить, но лишь поджал губы и недовольно кивнул. Юнги же сел рядом и расслабленно растянулся на стуле. Немного помолчав, продолжая поглядывать на Тэхёна, он протянул: – Да, был такой человек в деревне. Но Цзяэр уже давно ушел. Его толком никто и не слушал. Видимо, решил пойти туда, где будет больше желающих ему поверить. – Тогда нам нужно идти за ним к Сеулу. Да, Хосок? – Сокджин сказал с таким видом, будто то ли действительно не заметил напряжения, то ли специально игнорировал окружающих. И Хосок почувствовал на себе прожигающий взгляд. Впервые он не хотел смотреть на Тэхёна в ответ. Вместо этого кивнул и неопределенно выдавил «ага», что ещё ему оставалось? После этого разговора осталась какая-то недосказанность, и Хосок постарался подобрать момент, когда Юнги будет один. Это оказалось сложно и пришлось ждать до следующего утра. Тэхён постоянно крутился рядом, будто чувствовал свою вину, и от Юнги не отходил. Это выглядело и забавно, и одновременно пробуждало внутри такую зависть, что Хосок запретил себе даже пытаться развить мысль. Это могло перерасти в то, что он не хотел бы в себе увидеть. Но Тэхён, тенью возвышавшийся над Юнги, и при этом заискивающий и канючивший, был слишком милым, чтобы он не задерживал на нём слишком долгие взгляды. Настолько внимательные, что перед сном Сокджин насмешливо протянул: «А говорил, что у тебя здесь не было никакого интереса. На отсутствие интереса так не засматриваются, а?» Хосок и не засматривался. Он надеялся, что так и было, только Тэхён сломал в нём что-то очень важное, потому что после новой встречи он будто пророс в голове и заполнял почти все мысли. Хосок нервно посмеялся, заметив, что даже Чонгук с любопытством повернулся к ним, чтобы лучше слышать. – Я и не засматриваюсь. Давай посчитаем, что у вас коллективные галлюцинации. – А это не сложно. Особенно, в адрес Сокджина, – Чонгук засмеялся, тихо и тоненько, когда Сокджин с возмущением потянулся к нему. В доме спальных мест почти не было, поэтому в свободной комнате они расстилали свои спальники. И теперь Сокджин перевалился через Хосока, достаточно болезненно проехался коленом по бедру и боку, чтобы добраться до Чонгука. Хосок фыркнул, отвернулся и сдвинулся в спальник Сокджина. Пока позади него слышалась возня и сдавленные вскрики Чонгука – явно Сокджин щипался, – он решил, что нужно было воспользоваться моментом и уснуть, чтобы избежать дальнейших расспросов. А утром Тэхён свалил в поселение, чтобы уточнить время следующей вылазки в город, и у Хосока появилась возможность поймать Юнги. Тот всё ещё смотрел хмуро и раздосадовано, но хотя бы не пытался сбежать. – Я что-то не то сделал, да? – Хосок решил начать аккуратно, может, даже издалека. Юнги закатил глаза и поморщился. Его обычная реакция, когда нужно было поговорить о какой-то неприятной теме, которой было не избежать. – Да если бы в тебе был дело. Я не знаю, Хоба. Тэхён грезил этими фантазиями очень долго. Но я пообещал его бабушке, что буду защищать его, и пока мы сидим здесь… Он в большей безопасности будет, чем мотаясь хер пойми где. Я… – Юнги с досадой цокнул языком, – и без этого не справляюсь, потому что его невозможно удержать от вылазок. Я пробовал, но он в прямом смысле начинал сходить с ума и закрывался в апатии. Его невозможно на месте удержать. И только мы пришли к компромиссу, как появляешься ты и… Все мои старания по пизде. – Юнги, – Хосок почувствовал себя виноватым, подошёл ближе и мягко коснулся его плеча, – прости. Я не хотел вносить смуту в вашу жизнь. Я вижу, как много ты значишь для Тэхёна, и я уверен, что… – он замолчал, нервно усмехнувшись, – чёрт, извини, но мне сложно говорить то, что я должен. Потому что я не хочу, чтобы вы оба оставались. Я хочу, чтобы мы больше не расставались и не потерялись. – Я тоже этого хочу, – Юнги устало выдохнул и наконец выдавил улыбку, посмотрев ему в глаза. – Но я почти уверен, что, если запереть тебя в деревне, ты начнёшь сходить с ума, как и он. На удивление, вы с годами стали похожи. – А-а-ащ, не начинай, а? – Хосок нервно хохотнул. – Я вообще не представляю, что у него в голове и как ты это вытягиваешь. У тебя невероятное терпение. – У меня нет другого выхода, кроме как проявлять это самое терпение, – Юнги насмешливо фыркнул, – повторюсь, мы эти годы оставались единственной семьей друг для друга. И я рад, что ты выжил и появился. – Юнги, я действительно не шучу, – у Хосока сел голос от волнения, потому что он тоже не привык откровенничать, но чувствовал, что обязан был попробовать. – Я хочу, чтобы вы пошли с нами. Обещаю, что буду следить за тем, чтобы Тэхён не попал в неприятности и не пострадал. И я сделаю всё, чтобы не нарушить данное тебе слово. – Знаешь, кто является его главной бедой? – Юнги насмешливо вскинул бровь. – Он сам. Если справишься с этим… Впрочем, я не могу с тобой согласиться прямо сейчас и бросить всё. Прости, Хоба. Это не такое решение, которое можно быстро принять. – Я не хотел бы снова потерять тебя и… вас обоих, – Хосок проговорил последнее с отчаянием и тут же пожалел об этом. Взгляд у Юнги стал более внимательным и цепким. И Хосок понял, что зашёл слишком далеко, и тот догадался о его интересе. Для Юнги его эмоции всегда были как открытая книга. И от этого стало неловко. – Давай забудем об этом разговоре? Хосок ощутил тревогу. Его глупость могла стоить им дружбы. Будто мало того, что он хотел нарушить их порядок жизни и вытащить за пределы поселения. Хосок сейчас откровенно признался в том, что не просто так был готов защищать Тэхёна, но и был в нём заинтересован. – Боги, Хоба, перестань всё усложнять, – Юнги поморщился, – не думал, что всё это так изменило твои вкусы, вот и всё. – А твои будто нет? – Хосок хотел посмеяться, что Юнги раньше с парнями не флиртовал, и вообще, но под его насмешливым взглядом вздохнул. – Тогда я не знал, как тебе сказать об этом. Мне казалось, что это прозвучит стрёмно. А потом Тэхён признался и… я порадовался, что вы оба не знали, что я не только с девчонками мутил. – Ты думал, что я скажу ему, что ты напиздел? – Юнги закатил глаза. – Спасибо, что тебе уже не девятнадцать. Ты был полнейшим долбоёбом. – Я в курсе, – Хосок заулыбался, – но и ты был не лучше. – Ну конечно, – Юнги хмыкнул, – дай мне время подумать. Я не хочу им рисковать. И тебе не позволю хуйни натворить и сбить его с толку. – Юнги, ты за кого меня принимаешь? – Хосок поджал губы, почувствовав обиду. – Я же вижу, что вы и… я бы никогда. – Что, блядь? – Юнги нервно засмеялся, замахав рукой. – Ты ёбу дал? Я свои вкусы не менял. Хосок замер и недоверчиво посмотрел на него. Юнги насмешливо фыркнул, придя в себя и снова собравшись. – Расскажешь, что ты себе надумал, а? – и тут же поморщился: – Вы собираетесь уходить. Не береди ему душу, Хоба. Он и так долго не мог забыть о своей влюблённости. Сейчас он хотя бы счастлив, насколько это возможно в наших условиях. – Я и не собирался, Юнги, – Хосок сглотнул. Ему было не по себе. Будто проговаривая свои эмоции и увлечения, он признавал, что внутри было ещё слишком много живого, что не отболело и делало его слабым. – Я не уверен, что мне это нужно. Юнги помолчал, с прищуром посмотрев на него, а потом покачал головой и усмехнулся. Правда, ничего больше не сказал, и Хосок почувствовал, что у того в глазах было больше сочувствия и понимания, чем он хотел бы увидеть, и от этого сдавило горло. Впрочем, спасибо, что Юнги никак не стал это комментировать, и Хосок смог собраться и взять себя в руки. Но легче от этого разговора не стало. Тэхён сбежал от них в деревню прямо перед закатом. И Хосоку показалось, что тот перед этим смотрел на него слишком долго, кусал губы, но так ничего и не сказал. А у Хосока внутри неприятно сдавило от мысли, что тот делал и с кем проводил время.

***

– Хён, осторожно! Хосок среагировал на голос и вовремя обернулся, чтобы в ту же секунду отпрыгнуть в сторону. На его месте оказалась одна тварь и вспорола воздух когтём. Внутренне Хосок содрогнулся – ещё немного и он оказался бы нанизан на этот самый коготь. Он много раз видел, как они пробивали человека насквозь и подкидывали как куклу. Но рефлексировать и бояться было некогда. В руках оказалась излюбленная бита, и Хосок тут же кинулся вперёд, ударил по лапе, что бита заскрежетала по когтю, и отпрыгнул. Тэхён накинулся на тварь с другой стороны. Он выглядел взбешённым и испуганным одновременно. И Хосок рыкнул: – Назад! Сюда ты не вмешиваешься! Не хватало ещё, чтобы Тэхён в таком состоянии лез. Хосок видел, что он слабо контролировал себя, а подходить к делу нужно было с холодной головой. Тэхён отпрыгнул и зашипел на вдохе, но не на тварь. Хосок не глядя чувствовал, как тот его прожигал взглядом. Упрямый идиот. Юнги был прав, когда говорил, что Тэхён был невыносим. Хосок выдохнул резко, через нос, усмехнулся, ещё раз прыгнув на тварь и ударив. – Или ты нападаешь спокойным, или ты труп. Забыл про правила, Тэхён? – это прозвучало резче, чем Хосоку хотелось бы, но зато был шанс, что тот понял. И хорошо, что Тэхён больше не делал попыток вмешаться. Хосок в одиночку разобрался с тварью, и тут же подошёл к нему. У Тэхёна моментально расширились зрачки и взгляд застыл на бите, но он ни на сантиметр не сдвинулся. – Я был не прав, хён, – он произнёс очень тихо и виновато, и у Хосока моментально весь запал ушёл. – Я испугался за тебя и… – Тэхён, – Хосок мягко выдохнул и протянул к нему руку. Хотел было коснуться щеки и погладить, но вовремя понял, что это выглядело бы слишком, поэтому запустил пальцы ему в волосы и растрепал. – Как в танце. Помнишь, чему я учил? – Спокойствие и хладнокровие, как бы не было внутри, – у него взгляд стал совсем открытым и наивным, словно снова перед Хосоком был тот нелепый мальчишка. – Я тебя понял. – Хорошо, – Хосок с улыбкой отстранился. Лишь бы не было видно, как его самого свой порыв смутил. Сплошное блядство, но с Тэхёном у него контроль над эмоциями и собой сдавал. Выдохнув, он уже хотел было сказать, что не стоит задерживаться и пора дальше, но Тэхён его опередил. – Хён, нужный нам магазин чуть дальше. – Ага, понял, – Хосок кивнул и почувствовал себя совсем неловко, когда Тэхён снова оказался совсем близко. Его желание поговорить ощущалось физически, будто его распирало и он едва контролировал себя и свои действия. И Хосок не выдержал: – Тэхён, всё нормально? – А? Да… Наверно, – тот замолчал, и Хосок мог видеть краем глаза, как тот кусал губы, прежде чем выдохнул и произнёс скороговоркой: – Хён, вы правда верите, что можно найти место, откуда всё началось? – Я… – Хосок помнил свой разговор с Юнги, но сейчас он услышал пустоту в голосе у Тэхёна, и не смог ответить, как нужно, и соврать. – Я не знаю. Но даже если этот шанс меньше процента, я готов рискнуть. Иначе зачем оно всё. Понимаешь? От тихого «да» на выдохе, с облегчением и одновременно тоской сдавило сердце. Тэхён больше ничего не спрашивал, он отвлекся на то, ради чего они зашли в Тэгу, и Хосоку только гадать оставалось, что он так потревожил в Тэхёне, что тот замолк и даже по пути к деревне был погружён в себя. И вместо того, чтобы на ночь сбежать в деревню, Тэхён первым ушел в комнату Юнги. Хосок сидел с Юнги до последнего. Они избегали разговора про то, что делать дальше, и всё равно Юнги постоянно хмурился и зависал, уходя в себя. И под конец, пробормотав «это останется на твоей совести», ушёл к себе. Видимо, Тэхён всё же не уснул, и Хосок не мог разобрать слов, но слышал приглушённый гул их голосов. И когда ложился спать, отметил, что они оба вышли на улицу. Видимо, не хотели будить и избегали любых свидетелей. Хосоку должно было стать стыдно, но вместо этого внутри разливалась надежда. Был шанс, что они не расстанутся, а снова будут вместе. Потому что, если совсем честно, он внутренне был готов отказаться от поиска, чтобы быть рядом и не терять больше Юнги и Тэхёна. Впрочем, с Тэхёном было сложно. Как сильно Хосок к нему стремился, также сильно и избегал, боясь и своей реакции, и того, что это могло быть нужно лишь ему одному. Будто Тэхён переболел и отстрадал детские чувства, и теперь у него не осталось ничего, кроме уважения и дружеского тепла. И если десять лет назад Хосоку эта влюблённость не сдалась, теперь он её жаждал. И при этом не понимал, зачем. Столько лет ему хватало простого секса без лишних обязательств, а с Тэхёном это не работало. Почему-то с ним казалось неправильным просто потрахаться, если того это ещё могло заинтересовать. У Хосока перед глазами вставал образ из прошлого и что он «хороший и замечательный», и не хотелось предавать детскую уверенность в этом, пусть даже этот самый Тэхён вырос и у него с моральными терзаниями проблем не было. С учетом, как редко он ночевал дома и возвращался к рассвету. Хосок лишних вопросов не задавал, не считал, что имел на это право. Через пару дней после того ночного разговора, он застал Юнги с Сокджином. Они что-то обсуждали, и тот казался очень раздосадованным. – Да плевать. Смысл уже чинить и исправлять? – Юнги тогда заметил Хосока, выпрямился и отряхнул руки. Они с Сокджином сидели перед треснувшим уличным очагом, где разводили огонь, когда готовили ужин. Очаг не выдержал и по боку пошла крупная трещина и отвалился кусок. Юнги усмехнулся, явно не слишком довольный, но все же протянул, пусть и с сомнением: – Будем считать, что это к началу новой жизни. Мы пойдём с вами, Хоба. Я бы тоже не хотел снова терять тебя хер пойми на сколько. – Юнги… – Хосок ощутил смесь эмоций – радость, предвкушение, восторг и… стыд. Он был уверен, что решение принадлежало в большей степени Тэхёну, который додавил. Это ему на месте не сиделось. И Хосок не был уверен, что так было правильно, как бы не радовался этому сам. – Ты уверен? – Нет, блядь, у меня у виска держат пистолет, и я молю о пощаде, – тот хмыкнул, прищурившись. А потом покосился на Сокджина и пихнул его в бок: – Я же говорил, что они друг друга стоят. Оба ведут себя как идиоты. – И при этом мы им доверяем, – Сокджин хохотнул, а потом махнул рукой, – Хосок хотя бы не влияет плохо на Чонгука. Где этот мелкий засранец теперь стал пропадать, я даже не знаю уже! – Расслабься. Тэхён за ним проследит. Чонгук действительно в деревне словно вздохнул иначе, и пару раз Сокджин осторожно заговаривал с Хосоком, что, если тот решит остаться, лучше не отговаривать. Для Чонгука лучше где-то обосноваться и жить нормально, чем подвергать себя опасности рядом с ними, не имея никакого дома. Хосок и не собирался с этим спорить. Наверно, если бы он не был таким эгоистом, он предложил Сокджину в какой-нибудь из дней уйти вдвоём, пока все спали. Потому что так правильнее всего. Но он не хотел отказываться от Юнги и Тэхёна, и теперь радовался. – Мне кажется, Сокджина это и беспокоит, – Хосок хохотнул, а потом подошёл ближе, и не сдерживаясь больше, обнял Юнги. – Не буду скрывать, я рад. – Ещё бы ты не был, – Юнги задушено протянул, – из-за тебя мне придётся вспоминать, каково это. – Ну, точно не похоже на наше путешествие от Тэгу до Кванджу, – Хосок только улыбнулся шире, – но ты останешься в восторге. Обещаю. – А сказал ты это таким тоном, что я сразу же пожалел. – Хочешь сказать, что я растерял за эти годы всю харизму? – Хосок засмеялся, как когда-то давно, снова почувствовав себя дурным и юным, без тяжести того, что им приходилось переживать ежедневно. Да и Юнги улыбнулся ему в ответ также легко и широко, у него даже складка между бровей разгладилась, и он перестал казаться таким серьёзным и угрюмым. Видимо, им обоим на пользу пошла эта встреча и принятое решение. Хосок не мог объяснить почему, но чувствовал это. – А она у тебя была? – Юнги фыркнул, но ответить Хосок не успел. – На меня тогда хватило. Да, хён? – Тэхён подошёл незаметно и очень тихо, и теперь довольно улыбался. Только улыбка дрогнула и взгляд стал виноватым, когда он посмотрел на Хосока. – Прости. Я не хотел переходить грань и… – Это было смешно, – Хосок перебил, улыбнувшись, и тот с облегчением выдохнул. – Я так давно не видел Юнги настолько воодушевлёным! – Тэхён, – Юнги постарался придать голосу серьёзность, – договоришься и оставлю тебя тут. – Вместе с Чонгуком, – Сокджин вмешался, и тут же пожалел об этом. Чонгук подошёл к ним с уже обиженно поджатыми губами. – Куда ты без меня собрался, старик? Ты же можешь забыть, как ходить даже, – он пихнул Сокджина в плечо. Не то чтобы сильно, но явно ощутимо, что у Сокджина на лице отразилось. Он фыркнул «паршивец», прежде чем пихнул в ответ. Так могло продолжаться очень долго, поэтому Хосок попытался сменить тему. – Предлагаю выдвигаться через три дня. Послезавтра как раз будет вылазка, поучаствуем в ней и для себя, и для деревни, раз мы забираем с собой лучшего, – он улыбнулся, заметив, как Тэхён прикусил губу, смущённо отведя взгляд. – Через четыре. Мне нужно время, чтобы уладить дела в деревне, – Тэхён произнёс тихо, с досадой, будто только до него дошло, что означало уйти из поселения. – Не увлекайся только, – Юнги протянул насмешливо, – иначе это растянется на месяцы. – Эй! – Тэхён возмущёно повысил голос. – Четыре дня. Обещаю. Ты же не против, хён? Последнее он произнёс, уже повернувшись к Хосоку, и у него столько мольбы было во взгляде, что Хосок при всём желании не смог бы отказать. И ему показалось, будто Тэхён специально обращался именно к нему, проверял реакцию и следил. Хосок не мог его за это винить. Пусть уж лучше тот удостоверится, что всё в порядке и успокоится, чем между ними останутся недосказанности. И Хосок сделает всё, чтобы так и было. Он знал, каково это – заниматься чем-то с тем, кто хотел слишком многого. В его поселении был такой, и полгода, что они находились рядом, были самыми ужасными. Парень не понимал отказов и в желании покрасоваться и привлечь внимание стал совсем бесстрашным. А в итоге подставился на вылазке. Хосок не хотел пойти таким путём. Ему вообще казался неприличным любой лишний вздох в сторону Тэхёна с учетом их прошлого. – Почему я должен быть против, если тебе это нужно? Мы заботимся о потребностях всех в группе, – Хосок сказал осторожно, и услышал насмешливо-обиженное «ну конечно» от Чонгука. Сокджин тут же потянул того в сторону со словами «нужно поговорить», и спорить с ним было бесполезно в такие моменты. Чонгуку можно было только посочувствовать. С другой стороны, тот сам признавал, что мало понимал об окружающем мире, и ему проще было довериться им двоим, чтобы быть в итоге уверенным, что это для его же пользы. Правда, когда они остались втроём, повисла неловкая тишина. Тэхён как-то сразу стих и перестал улыбаться, задумчиво прикусил губу, немного пожевал её и вздохнул: – Пожалуй, я пойду? – Не хочешь терять времени? – Юнги вскинул бровь и ядовито хмыкнул. Тэхён помрачнел, бросил на Хосока совершенно нечитаемый взгляд и поджал губы. – Мы же уходим. Скорее всего, навсегда, – и добавил извиняющимся тоном, будто чувствовал свою вину перед Хосоком: – До завтра, хён. Хосок кивнул. А что ему ещё оставалось? Он чувствовал на себе задумчивый взгляд Юнги, но тот молчал до тех пор, пока они не остались одни. И даже после этого какое-то время прожигал глазами, а потом поморщился. – У меня остался виски. Будешь? – Я выгляжу настолько жалко, что ты хочешь меня споить? – Хосок хохотнул. – Перестань нагнетать. Я не знаю, что именно происходит и насколько всё плохо, но я уже говорил, что не собираюсь страдать как школьник и кусать локти. И в принципе не планирую ничего делать. Это было бы пиздец как тупо. – Да и без этого будет, – Юнги кивнул, – но не тупее, чем вообще всё то, что происходит и вокруг нас, и у нас. Смотри, до чего меня довели, что пришлось согласиться и идти. Вы же оба без меня не справитесь. – Ты о чём? – Хосок моментально насторожился, и Юнги с досадой поморщился. – Он был готов сорваться с места и пойти с тобой. Несмотря на то, что я был против. Ты не до конца понимаешь, насколько для Тэхёна это важно. Видимо, я тоже не понимал, раз надеялся, что смогу отговорить его. Но я всё ещё за него отвечаю. Может он и вымахал как шкаф, но в голове у него до сих пор слишком много глупости, чтобы я его оставил. Поэтому… – Юнги отвернулся и ушёл к дому. Хосоку потребовалось время, чтобы всё переварить, и только после этого он пошёл следом. Юнги ждал его в основной комнате. С двумя стаканами, на дне которых плескались остатки припасённого виски. Взгляд у него был очень задумчивый, но всё же он улыбнулся, когда передал стакан и несильно стукнул по его боку своим. – Наше здоровье, Хоба. Не думай, что я играю в жертвенность. Возможно, мне тоже нужна была такая встряска. В любом случае, мы приняли решение и через четыре дня свалим отсюда нахер.