И тень твоя рассеется, как только взойдёт солнце.

Я хочу дотронуться до него, хочу провести ладонью по бледной коже, подцепить белые одеяния и расправить складки на нем, но кончики пальцев проходят насквозь, словно этого человека никогда не существовало. Словно я пытаюсь дотронуться до призрака и вместо тепла тела ощущаю мерзкий холод, замораживающий кровь в венах.

Мо Жань закрывает глаза и проваливается в сон, где в очередной раз видит его. Никак иначе, как настоящего небожителя, чья кожа мерцает под лунным светом, а волосы, струящиеся вдоль спины, колышутся от легкого дуновения ветра. Он встречает прибывшего Вэйюйя лёгкой улыбкой, не произнося ни слова. Его лицо не выражает ярких эмоций, но Мо Жань знает, что его ждали. У них двоих есть целая ночь, чтобы провести это время один на один. Время, когда они принадлежат только друг другу. Мо Жаня давно не интересуют люди, окружающие его в реальном мире. Ему безразличен кокетливый смех девушек, ему безразличны «случайные» прикосновения парней, желающие привлечь внимание. Солнечный свет теперь ассоциируется с полным одиночеством, а утренняя трель птиц - сигнал о скором исчезновении маленького рая. Лишь лунный свет и стрекот сверчков радуют душу, лишь лёгкие прикосновения божества пробуждают давно забытые чувства в потаённых углах сердца, вынуждая сердце биться чаще. Но сколько бы ночей ни прошло, Мо Жаню никак ни удавалось своими руками коснуться этого человека. Сколько бы раз он ни пытался взять его за руку или притянуть в крепкие объятия - белая тень всегда ускользала, оказываясь на несколько шагов дальше. Был ли этот человек реальным? Был ли он человеком вовсе? Имел ли он физическую оболочку? Или это действительно спустившиеся на землю божество, которое хочет забрать Мо Жаня за собой? Хотелось уткнуться в волосы, которые наверняка были мягки, словно шёлк. Хотелось прошептать в них, чуть ли ни проскулить, как забитый щенок, всего несколько слов, ощущая ответное тепло от чужих рук: – Где же мне тебя найти.. Существуешь ли ты?.. Существует ли он? Всю ночь Мо Жань следует за полюбившимся силуэтом, пытаясь догнать его. Пытаясь словить и никогда не отпускать. Следует вглубь непроглядного леса, сквозь густую листву, следуя за божественным сиянием, ускользающим из под самых рук, но эхом слушая мягкий смех, рассеивающийся в кронах деревьев. И именно из-за него продолжая идти вперёд и не отставать. Мо Жань обязан догнать, обязан прижать к себе и победить в этой борьбе, отныне наслаждаясь этим смехом в своих руках. И он почти догнал, касаясь пальцами белоснежной ткани. Но звёзды почти пропали из вида, а в небе появились кроваво-красные разводы восходящего солнца. Эта ночь закончена, время вышло. Звук будильника вырывает Мо Жаня из сладких грёз. Наступило утро, а белоснежный силуэт растворился с последним сиянием луны. Теперь Мо Вэйюй ожидает несколько часов бесполезного скитания по этому миру, в ожидании наступления тьмы. Хочется взвыть и взмолится этому божеству, чтобы оно предстало пред ним вновь, чтобы дало надежду на их встречу здесь, в мире смертных. Выпадет ли Мо Жаню такая возможность? Мо Жань выходит на нужной ему станции метро и обходит столпившихся у дверей поезда людей. Он уже опаздывает на пары, но краем глаза замечает до боли знакомую фигуру. Резко обернувшись в сторону состава, Мо Жань начинает выискивать лик, который каждую ночь видит во снах. Вглядываясь в каждого прохожего, извиняясь перед теми, с кем он спутал своего небожителя, он похож на сумасшедшего, который зависим от своих видений. Он действительно сошел с ума? Он действительно так одурманен мыслью встретить того, кого видит только за закрытыми веками? По платформе разносится звук оповещения об отбытии поезда, эхом отражаясь от стен, и в этот момент Мо Жань видит его. Внутри состава, за стеклами окон стоит человек, смотрящий своими глазами феникса, словно в саму душу. Тонкие губы растягиваются в нежной улыбке, похожей на немую похвалу. Время остановилось и только поезд тронулся со своего места, унося вслед за собой эту улыбку и свет янтарных глаз. В ушах слышится биение сердца, а в голове красным цветом полыхает одна единственная фраза. – Он существует..