close to the stars

      Дворец творчества, хоть и жил своей особенной суетливой жизнью бесконечного вдохновения, внешне походил на не слишком престижную гимназию, претендующую на бизнес-здание. Лица вокруг были уставшие, иногда недовольные, гораздо чаще высокомерные. Однако в жизни всегда приходилось чем-то жертвовать. Ради возможности танцевать Минхо часто приходилось жертвовать хорошим настроением и приятной компания.       – Что только не сделаешь ради искусства, – шутил Минхо, пытаясь сделать своё лицо менее кислым. Хотя бы ради Чана.       Дворец творчества стоило любить хотя бы за рабочую зону недалеко от буфета. Растягивая удовольствие, Минхо не спеша делал маленькие глотки кофе из бумажного стаканчика. На столе лежала домашка по предмету, название которого он даже не помнил. И делать её совсем не хотелось.       Сентябрь неторопливо уступал место зябкому, дождливому октябрю. С каждым днём лица студентов становились всё менее довольными, и Минхо больше не нужно было прилагать усилия, чтобы вписаться в общее настроение. За это он и любил осень – осенью никто не ждёт от тебя ежедневного счастья и наслаждения жизнью. Можно просто быть собой: пить не самый вкусный кофе из бумажного стаканчика, носить пальто, угрюмо бросать взгляды на неприятных людей в общественном транспорте. Полной грудью вдыхать осеннюю прохладу.       Минхо обернулся на звук незнакомого голоса рядом и столкнулся глазами с потерянной девушкой, скорее всего студенткой по обмену, нервно сжимающей руки. Она вопросительно смотрела на него, даже как-то немного жалобно. Минхо стало неловко, что он не расслышал её слов в первый раз.       – Извините, что? – он слегка улыбнулся, стараясь сгладить ситуацию.       Незнакомка повторила, и Минхо почувствовал себя ещё более неловко. Он не понял ничего из её ломанного английского. Захотелось провалиться сквозь землю. Минхо лихорадочно соображал, стоит ли ему поискать кого-то, кто сможет помочь, или просто открыть переводчик. Чертов английский, чтоб его...       – Hey, can I help you? – девушка резко и радостно обернулась, как утопающий, хватающийся за спасительную соломинку. Хвала небесам, нашелся человек, говорящий на этом языке мучений.       Голос спасителя показался Минхо знакомым, но ему всё ещё хотелось провалиться сквозь землю, поэтому он молча уткнулся в тетрадку с цифрами, в надежде, что все забудут про его существование. Но сегодня явно был не его день.       – Привет, – неловко раздалось над головой Минхо. Всё ещё ощущая собственную глупость, он с лёгким раздражением поднял взгляд и замер. – Я присяду?       Джисон слегка улыбался, указывая на стул напротив. Минхо кивнул и постарался расслабить лицо, зная, что получается плохо. Но Джисон казалось не обращал никакого внимания на напряжение собеседника.       Вот бы земля разверзлась и поглотила его прямо сейчас, целиком и…       – Что делаешь? – Джисон заинтересованно наклонился к столу, пробегаясь взглядом по упорядоченным цифрами в тетрадке. Минхо украдкой улыбнулся, не увидев, ни единой мысли в глазах Джисона. – Кошмар.       – Да, мне тоже не нравится.       – Восхищаюсь твоей тягой к знаниям.       – Это не тяга к знаниям, а завтрашний зачёт, – Минхо усмехнулся под наигранно разочарованный вздох Джисона. Атмосфера стала менее напряженной, в воздухе протянулась комфортная пауза. – Ты на репетицию?       Они не разговаривали со встречи в парке, в самом начале учебного года, и Минхо не до конца понимал границы допустимого общения и интереса между ними. Не то чтобы он не пролистал все соцсети Джисона в тот же вечер, просто из любопытства. И прослушал каверы на гитаре, опубликованные на его странице, из чистого, абсолютно невинного интереса. Все же недостаточного, чтобы добавиться в друзья.       – Да, жду Чана, задерживается на паре. Он всегда такой прилежный студент?       Минхо покачал головой и улыбнулся.       – Только первый месяц. Потом начинаются репетиции, и он живёт здесь.       – Ты видимо тоже, раз даже к зачёту тут готовишься. – Джисон бросал короткие взгляды в сторону тетради на столе, словно цифры неизменно притягивали его внимание к себе. Хотя и не вполовину так же сильно, как лицо Минхо.       – Ты хорошо говоришь по-английски, – сказал Минхо, пересиливая неловкость, когда желание поддержать диалог оказалось сильнее страха показаться глупым, и почти пожалел об очевидности комплимента, но увидел сияющую улыбку Джисона и расслабился. Расплавился под радостными лучами и пробирающим насквозь теплом.       – Я учился в Малайзии в начальной школе, – Джисон рассмеялся, глядя на удивленное лицо собеседника. — У тебя такое лицо, как будто я сказал, что прилетел с Луны.        Минхо действительно начинало казаться, что Джисон на самом деле пришелец. С внеземной привлекательностью и ангельским голосом. Взгляд проскользнул от слегка растрёпанных волос по мягким щекам до плавной линии челюсти, и в какой-то момент показалось, что так рассматривать кого-то уж слишком неприлично.       Чан неожиданно плюхнулся на кресло рядом с вскочившим Минхо, издавшим что-то между шипением и писком и двинувшим Чану локтём прямо между рёбрами. Джисон удержался, чтобы не засмеяться.       – Ты как всегда рад меня видеть, – улыбнулся Чан, приветственно кивая Джисону.       – А ты как всегда игнорируешь понятие «личного пространства».       – Я знаю, что тебе нравится.       – Много знаешь, плохо спишь.       Чан одной рукой обхватил плечи Минхо, прижимая его ближе, чем снова вызвал лёгкое шипение и недовольное лицо. Появление Чана одновременно принесло облегчение и непонятное раздражение.       – Ладно, нелюдимый отшельник, оставляем вас в гордом одиночестве, – Чан заглянул в тетрадь Минхо, – наедине с вашими пентаграммами. Спишемся вечером. Пойдём, Джисон.       Чан похлопал Минхо по плечу и направился в сторону тренировочных студий. Джисон слегка улыбнулся, подхватывая рюкзак, а Минхо ощутил укол разочарования. И задумался, чувствуя формирующийся комок внутри грудной клетки. Иногда ему бы стоило поменьше думать.       – Ты придёшь на нашу весну? – голос Джисона звучал лишь слегка заинтересованно, почти небрежно. Он остановился, внимательно смотря на Минхо поверх плеча, поправляя лямку рюкзака.       – Пока не знаю, зависит от расписания.       – Приходи.       Слова Джисона спокойно и уверенно соскользнули с языка, и он ушёл, прежде чем Минхо осознал их значение. Думать всё-таки стоит поменьше.