Малахитница

      Когда-то давно, ох, давно это было... Когда сама мать-Земля была молода и наивна, и разгорячённая кровь-магма бушевала в её нутре, выплёскиваясь на поверхность, и будоражило её несметное число различных её порождений, когда гигантские континенты не закончили ещё свою дикарскую пляску, то уступая место кипящим, нахлынывающим в ярости океанским волнам, то вновь смыкаясь на земной коре, вздымаясь и опускаясь по несметному количеству раз в безумном метании... Тогда и появился великий Урал. В самом начале своего существования он был буен и исполнен сил, он бил своим исполинским хвостом по поверхности Земли, заставляя её содрогаться, и от рыка его разбегались другие горы. Так прошли миллиарды лет, и устала Земля, остыла, успокоились горы, и встали, наконец, континенты на места, где и по сей день остаются. Перестали волны морские кипеть, и великий Урал остановился на границе меж Европой и Азией: куда ж пойти? И там же и остался. Своей громадной тушей пересёк он весь материк, и до сих пор голова его свешивается в Ледовитый океан, а хвост теряется в оренбургских степях.       Шли столетия, за столетиями тысячи, миллионы лет мелькали мимо Урала, а он спал и спал своим вечным, богатырским сном. Постепенно громадные утёсы начали оседать, острые пики разрушаться, и по камешку, по песчинке стал оседать великий Урал под весом древности своей. В нутре его возникали разные породы горные, переливались они всеми цветами, какие только ни на есть на всей земле. Под гигантовым хребтом, рёбрами выветренными развивались изумруды, рубины, яшмы, крокоиты... Каменные жилы и занорыши самоцветные становились всё обширнее, и даже кое-где умудрялись самоцветы на поверхность выползти. Тогда из самого большого, самого великолепного, переливающегося всеми оттенками зелёного камня малахита появилась Хозяйка Медной горы. Лишь только открыла глаза свои дева-Малахитница, так и подчинились ей все самоцветы уральские, и стала она сердцем Урала великого. Силы много было в ней, много... Палаты были у ней подземные, богатые — страх! И все камнями переливаются... И войско было у ней — ящерки да змейки. Сидела она в палатах своих, камешки перебирала между пальчиками, любовалась сверканью их и хохотала. ‌      Но пришли на земли уральские люди, и стали добывать камни самоцветные. И были среди них и хорошие, и плохие. Кто-то за богатством наведывался, а кто-то и сам не желал, да крепостным был, подневольным. И кто в гору ни приходил, знала Хозяйка, что у него на душе лежит, и могла, если требуется, наказать — в камень превратить, в горе замуровать. А кто добр был, искусен да сердцем честен, тех жаловала Малахитница: то камешек нужный подсунет, то жилу подведёт. ‌      Но народ сказывает, опасно с Хозяйкой связываться. Показывается она человеку как девица красная: коса чёрная, длинная, глаза зелёные-зелёные, малахитом светятся. Платье у ней из малахита шёлкового, всеми цветами переливается; а заговорит — так смеётся всё, шутит... ‌      Коли люб ты ей — камнями одарит, поможет, но обманчиво это: кто ни встречался с ней, как выйдет человек из её покоев, так и другой сделается. Раньше весел был, а теперь глаза вроде и нечеловеческие; задумчив всё, не отпускает сердца его Хозяйка... Несчастлив он, не здесь думы его, и вскоре смерть настигнет такого человека. Всё-таки нечисть — Малахитница... ‌ «Худому с ней встретиться — горе, и доброму — радости мало».