"Я хотела твое тело."

Джон лежал на кровати, устремив взгляд в потолок. В комнате стояла тишина, нарушаемая лишь тиканием часов, но это только усиливало чувство беспокойства. Прошло всего три дня с тех пор, как Лололошка уехал на отдых за город. Эти дни тянулись бесконечно, потому что Джон не мог перестать следить за ним. Он видел всё: посты, сторис, фотографии. Ло улыбался, окружённый друзьями, отдыхал у бассейна, словно ни о чём не беспокоился. Всё это было невыносимо для Джона. “Он снова улыбается,” — подумал Джон, листая очередное фото в соцсетях. Это была обычная картинка: Ло с друзьями, беззаботно болтающие о чём-то под тёплым солнцем. Но в голове Джона каждое подобное изображение становилось напоминанием о том, что он был всего лишь зрителем. В клубе, когда Лололошка сказал что они как братья близнецы, это казалось забавным. Но теперь это ощущение двойственности только усиливалось. Они были похожи. Джон не мог отрицать этого. Иногда даже в зеркале ему казалось, что он видит не своё лицо, а лицо Ло. Это чувство угнетало его, заставляло задумываться: почему у Ло всё получается, а он, Джон, остаётся в тени? Ло жил той жизнью, которую Джон всегда мечтал вести — на сцене, в центре внимания, с армией поклонников. “Я мог бы быть на его месте,” — подумал Джон, сжав кулаки. Этот голос в голове становился всё громче. Он чувствовал, что мог бы сделать всё не хуже, чем Ло. Возможно, даже лучше. Зависть росла, превращалась в постоянную мысль, которая преследовала его днём и ночью. Джон поднялся с кровати и подошёл к окну. За ним простирался серый город, сливаясь с его настроением. Он снова вспоминал всё, что видел в соцсетях. Счастливый Ло, друзья, развлечения. А Джон? Он просто сидел здесь, наблюдая за чужой жизнью. Несправедливость этого давила на него. Но внезапно что-то изменилось. Джон замер, чувствуя, как внутри всё постепенно становится на свои места. Он снова вернулся к кровати и сел, обдумывая новые мысли. до этого он думал что хотел занять место Ло, жить его жизнью. Но сейчас, глядя на всё это с другой стороны, ему стало ясно: он не хотел быть Ло.

Нет.

Он хотел быть рядом с ним.

Джон понял, что настоящая мечта заключалась не в том, чтобы отнять у Ло его славу, а в том, чтобы стать частью его мира. Они могли бы выступать вместе, делить сцену, каждый в своём свете, каждый со своей историей. Вместо того чтобы пытаться стать Ло, Джон хотел быть тем, кто дополняет его. Это осознание принесло неожиданное спокойствие. Он больше не чувствовал себя подавленным или завистливым. Джон понял, что для того, чтобы исполнить свою мечту, ему не нужно было быть кем-то другим. Нужно было стать лучшей версией себя. Той, кто сможет выступать вместе с Ло, кто сможет быть замечен, но на своих условиях. “Я не хочу быть в тени, но и я не хочу быть им,” — подумал Джон, вдохнув полной грудью. “Я хочу быть рядом.” Джон сидел на краю кровати, обдумывая это новое осознание. Мысли в его голове начали складываться в чёткую картину. Он всегда завидовал Ло, потому что тот был в центре внимания, был тем, кого все хотели видеть, слушать, знать. Но ведь Джон никогда по-настоящему не хотел подменять его. Он не стремился просто взять его место, он стремился к признанию, которое было у Ло. И теперь стало ясно, что борьба за внимание — это не тот путь, которым он хотел идти. Джон встал и прошёлся по комнате, ощущая, как давление, что тяготило его последние дни, начало спадать. Он вспомнил, как в детстве, сидя в своей комнате с гитарой в руках, мечтал о большой сцене. В те моменты Ло ещё не был для него соперником. Они оба просто мечтали о музыке, о том, чтобы быть услышанными. И тогда всё казалось простым: Джон любил музыку, любил выступления, и этого было достаточно. Со временем, когда Ло стал популярнее, Джон начал чувствовать, что его мечта как будто уходит дальше от него. “Я не хочу быть его копией,” — сказал он себе, глядя на своё отражение в зеркале. — “Я хочу быть тем, кто стоит рядом с ним на сцене.” Джон представил это: они с Ло на сцене, каждый в своём ритме. Они не соревнуются друг с другом, они дополняют друг друга. Эта мысль показалась ему удивительно правильной. Он сел за стол и открыл ноутбук. Теперь, когда план стал яснее, ему нужно было начать действовать. Сначала надо было написать письмо Ло. Простое, честное письмо, где он расскажет о своих чувствах, и извинениями за преследование. Пальцы быстро заскользили по клавиатуре, и через несколько минут на экране появилось короткое сообщение: “Лололошка, здраствуй. Мне нужно поговорить и извинится перед тобой. Я думал об этом долго и понял я вел себя неподобатель. Жду вашего ответа. Джон.” Он перечитал письмо и почувствовал лёгкую дрожь. Джон знал, что это риск, но всё же чувствовал, что это правильное решение все же написав это. Отправив письмо, он встал и снова подошёл к окну. За окном город уже погружался в вечерние сумерки, огни улиц загорелись, освещая тихую осеннюю ночь. Джон вдохнул прохладный воздух, чувствуя, как его сердце медленно успокаивается. Он впервые за долгое время почувствовал себя легче. Эти три дня, наполненные раздумьями и сомнениями, привели его к главной мысли: быть самим собой было важнее, чем быть чьей-то тенью. Он не хотел больше пытаться стать кем-то другим, он хотел быть человеком, который вносит свой вклад, который идёт своим путём — рядом с Ло, но на равных. С этими мыслями он вернулся к своей гитаре, взял её в руки и начал наигрывать старую мелодию, которую когда-то придумал когда был на могиле своей кошки..Музыка наполнила комнату, и Джон наконец почувствовал, что он на своём месте.