Ты — Чудо!

Арсений поправляет лисичку на лацкане пиджака, надевает очки, бросает последний взгляд в зеркало и выходит из гримёрки. Последнего мотора второго сезона шоу «Чудо» он ждал так сильно, что теперь летит в сторону сцены, окрылённый мыслями о скором отпуске. Осталось отснять последнего малыша, и он наконец-то будет свободен, как ветер. Бесспорно, Арсений любит собственное — пока что единственное за свои тридцать два года жизни и десять лет профессиональной карьеры — сольное шоу на телевидении и по праву им гордится: оно настолько пришлось по душе зрителям, что сразу после финала первого сезона было продлено ещё на два. Арсений любит детей и безусловно восхищается их талантами, искренностью и непосредственностью. Но он, по правде говоря, просто очень устал. Отбросив лишние мысли, он выходит после недолгой паузы из-за кулис в павильон, занимает своё место на диване, широко улыбается и под громкие овации зала объявляет заключительного участника этого пула. — Юмору все возрасты покорны? Можно ли шутить про воспитательницу в детском саду и не встать за это в угол? Когда проверять материал, если в саду строгое расписание: завтрак, прогулка, обед, дневной сон и полдник? В этом нам поможет разобраться юный стендап-комик Артём Шастун, встречайте! Под аплодисменты и радостные возгласы зрителей к дивану подходит задорный кудрявый мальчишка, активно машет своими ручками залу и подходит к ведущему. — Артём, привет! — Арсений протягивает руку, чтобы дать малышу пять, но в ответ маленькая и очень крепкая ладошка обхватывает его в подобии рукопожатия. — Здравствуйте, Арсений! — картаво, но очень лучезарно восклицает мальчик, садится на диван и начинает весело болтать ногами. — Давай знакомиться поближе. Сколько тебе лет? — Пять! — Артём дублирует сказанное, показывая соответствующее количество пальцев. — Ну, рассказывай, как тебя нелёгкая занесла в стендап в столь юном возрасте? Мне казалось, что обычно это участь разочарованных в жизни дяденек, у которых где-то что-то пошло не так. — То есть таких, как вы? — Артём заливисто смеётся, хоть наверняка не понял и половины услышанных слов, пожалуй, кроме «дяденьки», и Арсений не может не рассмеяться в ответ. А малец хорош, далеко пойдёт. — Да ты ещё и с прожаркой знаком! Похвально. И всё же, почему ты решил заняться юмором? — Я очень люблю смешить людей. Когда я рассказываю шутки, все начинают смеяться, и я тоже смеюсь, а смеяться я люблю, — сбивчиво отвечает Артём, и затем, после нескольких наводящих вопросов, рассказывает, что у него есть старший брат Антон, который очень смешно шутит и зарабатывает этим деньги, и Артём хочет пойти по его стопам, потому что обычная взрослая работа — это скучно. — То есть, у вас прямо семья юмористов? И как ваши родители к этому относятся? — Мама говорит, что я молодец. Но иногда просит шутить поменьше. Например, на прошлой неделе, когда я спрятал носок в холодильник, а она очень удивилась, когда его там нашла. — Получается, ты ещё и пранкер? Поразительная многозадачность! — картинно ахает Арсений под громкий смех зрителей, и затем вспоминает про ещё один важный вопрос. — А кто сегодня пришёл тебя поддержать? Мама с замороженными носками? Зал снова взрывается хохотом, и Артём смеётся с ним в унисон. — Нет, мама не смогла, она работает. Со мной пришёл мой брат Антон! А Арсений тут распинался про нелёгкую судьбу стендаперов. Упс, неловко вышло. Он поворачивается к залу и, проследив за направлением маленького указательного пальчика своего гостя, сталкивается взглядом с парой внимательных глаз. Бегло рассмотрев Антона, Арсений сразу замечает поразительное сходство двух братьев: одинаковая копна русых кудряшек, одинаковый овал лица, одинаковая лучезарная улыбка, даже худи с изображением стойки микрофона одинаковые. А этот Антон подготовился, похвально. — Антон, добрый день! — Здравствуйте, Арсений. — Расскажите, каково это, иметь потенциального конкурента по сцене в лице собственного младшего брата? Антон очаровательно фыркает в микрофон, и от смеха у него собираются лучики морщинок в уголках глаз. Отсмеявшись и дождавшись, пока гул в зале стихнет, он спешит ответить на заданный вопрос: — Да знаете, Арсений, как-то даже помогает держаться в тонусе. Мне, как разочарованному в жизни дядьке, приятно, что я хоть на что-то гожусь и могу быть для мелкого примером для подражания. Вот ведь жук. Арсений на секунду тушуется от ответной шпильки в свой адрес, но быстро собирается, одобрительно кивает на реплику Антона и улыбается в ответ. — Соглашусь, приятно вдохновлять людей. Это определённо, м-м-м, отличный способ побороть разочарование в жизни. Вы помогаете брату писать материал? — Если только буквально, — смеётся Антон, а следом и весь зал. — Он сам придумывает все сетапы и панчлайны, я только записываю за ним, потому что пока Артём умеет писать только очень медленно, печатными буквами и не всегда поворачивая буквы в нужные стороны. Ну и ещё помогаю выучить текст наизусть и выступаю в роли первого слушателя нового материала. — Что ж, это похвально, всем бы таких братьев, которые умеют писать русскую Я вместо английской R! Спасибо, Антон! А сейчас пришло время и нам послушать выступление юного таланта. Встречайте бурными овациями, будущая звезда стендап-сцены Артём Шастун! Снова звучат громкие аплодисменты, Артём подходит к маленькой стойке с микрофоном и начинает читать свой монолог про то, как его раздражают комочки в манной каше, обязательный дневной сон и необходимость делиться любимыми игрушками с другими детьми. Арсений пытается внимательно слушать каждую реплику, но его взгляд упорно соскальзывает в зал, чтобы выцепить из толпы одно конкретное лицо. И находит ведь. И уже не может оторвать от него глаз. Антон словно губка впитывает каждое слово брата, местами проговаривает одними губами реплики вместе с ним, смеётся над каждой шуткой, громко хлопает и так очаровательно переживает, что внутри Арсения что-то лопается. Он старается, правда старается не выпадать из контекста и смеяться вместе со зрителями над очередной шуткой малыша, но взгляд словно примагниченный возвращается в зал, и получается только смотреть-смотреть-смотреть. В какой-то момент Антон, будто почувствовав на себе чужое пристальное внимание, резко поворачивает голову в сторону ведущего и приподнимает брови в удивлении, и покрасневший Арсений усилием воли наконец заставляет себя переключиться на Артёма, который как раз заканчивает свой монолог. Чертовски непрофессионально, Арсений, соберись. Дальнейшие события ощущаются словно в тумане. Вот Арсений вручает Артёму подарок, вот тот стоит на огромном стуле и произносит свои пожелания телезрителям, вот зал в унисон скандирует, что Артём — чудо, и вот, наконец, выключаются все камеры. Только в этот момент Арсений понимает, насколько сильно он был напряжён весь прошедший час. Он шумно выдыхает и спешно направляется за кулисы. Мда, совсем его поплавило, не дело. Он же мастер своего дела, чуткий ведущий, переживающий за каждого малыша в студии. И что только на него нашло? Ему срочно нужен отдых, определённо, он просто переработал. С мыслями о скорой встрече с горячей ванной и мягкой кроватью он мчит по коридору к своей гримёрке, чтобы как можно быстрее переодеться и сбежать домой, но вдруг краем глаза видит маленький мельтешащий силуэт. Ну конечно, это Артём. Арсений разворачивается на сто восемьдесят градусов и направляется к мальчику, который потерянно хлопает глазами и находится на грани слёз. Арсений присаживается перед ним на корточки и слышит первые судорожные всхлипы. — Ну, тише, тише. Что случилось? — Я, я, — Артём начинает заходиться в рыданиях, — я потерялся. Антон шёл сзади, а когда я обернулся, его нигде не было. Я не помню, куда мне идти. В коридоре кроме них ни души. И где же хоть один чёртов администратор? Почему ребёнка оставили одного, без сопровождения? Арсений делает глубокий вдох и выдох, чтобы избавиться от резко накатившего раздражения. Нельзя напугать ребёнка ещё сильнее. — Мы найдём его с тобой вместе, да? — как можно мягче проговаривает он и ласково касается маленького плеча. Мальчик неуверенно кивает, но в компании знакомого человека явно успокаивается. Арсений подхватывает Артёма на руки и движется в сторону комнаты отдыха, в которой размещались сопровождающие юных талантов. — Давай представим, что мы играем в прятки? Раз-два-три-четыре-пять, мы идём Антона искать. Артём робко улыбается, окончательно успокаивается и быстро вовлекается в предложенную Арсением игру. Они ходят по коридорам, заглядывают в разные технические помещения, которые приводят мальчика в восторг, и, наконец, доходят до нужной комнаты. Но Антона там не оказывается. «Хорош братец, ничего не скажешь,» — на Арсения снова накатывает раздражение. Он принимает решение отвести мальчика в свою гримёрку, чтобы не сорвать и так потрепанную жизнью спину, и отправить на поиски горе-брата таких же горе-администраторов площадки. Он, в конце концов, ведущий, ему не по статусу носиться по коридорам и решать мелкие организационные вопросы. Дав ценные указания трём с трудом найденным в подсобке девушкам, он возвращается в комнатку и продолжает развлекать Артёма. Показывает ему свои костюмы, рассказывает заинтересованному мальчишке о своих буднях работы телеведущим и юмористическом прошлом, прикалывает свою брошь-лисичку, которая так понравилась малышу, на его худи и ровно в этот момент дверь со скрипом приоткрывается, и в дверном проёме показывается макушка обеспокоенного Антона. Артём, увидев брата, сразу бросается к нему и в порыве эмоций крепко вцепляется в его ногу, до которой только и способен дотянуться. Этот Антон оказывается просто огромным, подмечает Арсений, хотя он и сам не особо миниатюрный. Сбросив секундное наваждение, Арсений делает максимально серьёзное лицо и с укором смотрит на непутёвого братца-медвежонка: — Ну ничего себе, какие люди! Я уж думал, вы решили избавиться от потенциального конкурента по сцене таким изощрённым способом. Антон поднимает испуганный взгляд на Арсения и явно не сразу находится с ответом. Он треплет брата по макушке, отлепляет от своей ноги и нервно теребит верёвочки худи. — Я шёл за ним следом, — начинает тараторить он, — потом меня попросили уступить дорогу операторы, которым надо было срочно занести камеры, а когда они прошли, Тёмки уже нигде не было. Я зашёл в нашу комнату, потом в детскую гримёрку, но нигде его не нашел. Начал в панике бегать по коридорам, спрашивать у всех, не видели ли они моего брата, но все разводили руками. Если бы не та девушка, клянусь, я- — Тише, Антон, тише. Всё с вашим братом в порядке, — также мягко, как с ребёнком, говорит Арсений и снова тепло улыбается, чтобы успокоить не на шутку разнервничавшегося мужчину. Или, правильнее будет сказать, парня? Сколько ему вообще лет? Он сам сейчас выглядит, как маленькое потерянное чудо, ей богу. — Спасибо вам большое, — облегчённо выдыхает Антон и тянется к Арсению, чтобы крепко обнять. Такая тактильность для Арсения оказывается чем-то непривычным, поэтому его руки безвольно повисают вдоль тела, пока Антон, тяжело дыша, утыкается носом в его плечо, — спасибо. После сошедшей волны напряжения до Антона явно медленно доходит, что он только что сделал, глаза округляются в ужасе и он словно ошпаренный отпрыгивает от Арсения. — Я… извините, ради бога, оно само! Спасибо вам ещё раз, — судорожно мямлит Антон, и, взяв брата на руки, молниеносно исчезает в темноте коридора. А Арсений так и замирает в растерянности, не до конца понимая, что только что произошло. Ну и денёк.

***

Арсений допивает второй стакан виски и закусывает ломтиком сыра. Заведение и правда неплохое, атмосферное, спасибо Серёге, что вытащил его сюда, иначе так и сидел бы дома, максимум выходя на пробежки по утрам, и то через силу. Отпуск пошёл совершенно не по плану. После заключительного съёмочного дня вместо долгожданного облегчения на Арсения накатила лишь удушающая волна апатии, в природе которой он так до конца и не разобрался. Вернее, разобрался, но отказывался принимать причину своего состояния. Ну да, не с кем было разделить поездку на какое-нибудь условное сказочное Бали, ну и что, впервые что ли? Ну подумаешь, уже почти четыре года у него не было серьёзных отношений, да сдались они ему вообще, он карьеру строит, ему не до всякого баловства. Только этот чёртов Антон своими искренними в своём порыве медвежьими объятиями пробудил в Арсении усердно запрятанные в саму глубину подсознания переживания, и вырваться из плена навязчивых мыслей уже не получалось. В состоянии невыносимо тянущей тоски Арсений загуглил уже набившее оскомину имя с целью провести небольшое расследование о личности загадочного двадцатичетырёхлетнего комика Антона Шастуна из Воронежа. Он надеялся нарыть хоть что-то, что помогло бы хотя бы немного сбить этот дурацкий флёр иррационального очарования. В конце концов, он абсолютно безответственный, это ж надо было, потерять своего же родного брата, он не уважает чужие личные границы, и вообще… Но в итоге Арсений лишь наткнулся на его телеграм-канал, где Антон в кружочках показывал кошечек и собачек, с которыми умилительно сюсюкался, рассказывал об очередной фотосессии и делился абсолютно гениальными в своей простоте неловкими рецензиями на фильмы, и застонал от бессилия. Очнулся Арсений спустя четыре часа досматривающим его второй сольный концерт в бесконечно тупящем Ютубе. И ведь этот Антон действительно хорош на сцене, чтоб его. Смешной, харизматичный и такой невозможно красивый. Арсений со всей злостью захлопнул крышку ноутбука, швырнул его на диван рядом, и именно в этот момент его вырвал из транса звонок Серёжи. Ни секунды не сомневаясь, Арсений сразу согласился на первое же предложение друга выбраться куда-нибудь, напрочь прослушав, куда именно. Да и в целом, какая разница? Арсений доедает последний кусок сыра, когда в баре приглушают свет, а на сцену выходит заряженный молодой человек. — Всем привет! Я знаю, вы все долго ждали нашего сегодняшнего гостя, поэтому без лишних слов, встречайте, Антон Шастун! Зал взрывается радостным улюлюканьем, а Арсений переводит ошарашенный взгляд с Серёжи на сцену и обратно. По самодовольному лицу друга сразу становится понятно, что дело тут явно нечисто. — Ты знал? — шипит Арсений и в этот момент краем глаза замечает вышедшую на сцену долговязую фигуру. Серёжа только невинно пожимает плечами и демонстративно поворачивается всем корпусом в направлении сцены. Арсений его убьёт. Знал же, что не нужно никому рассказывать о своей минутной слабости. Тем более Серёге. — Всем здрасьте! Сразу скажу, материал абсолютно новый, вы первые, кто его услышит. Поэтому буду благодарен любой вашей реакции, — Антон буквально светится на сцене, и в жизни это выглядит гораздо, гораздо ярче, чем на видео. Арсений даже жмурится от резко нахлынувших эмоций. Их слишком много. Антон начинает свой монолог, а Арсений понимает, что снова не слышит ничего, ведь всё его внимание приковывает сам человек на сцене. Его ярка мимика, активная жестикуляция и брошь-лисичка на кардигане… Минуточку. Требуется некоторое время, чтобы Арсений переварил полученную информацию. Это же его грёбаная брошь. Что здесь вообще происходит? Арсений встряхивает головой, чтобы вернуть всё внимание к монологу, и именно в эту секунду сталкивается взглядом с Антоном. Снова, но в этот раз в противоположных ролях. Антон словно залипает на долю секунды, его речь сбивается, но он быстро собирается и продолжает вещать, как ни в чем не бывало. Ну вот, и в непрофессионализме человека не обвинить, да что ж такое. — В общем, я желаю каждому найти человека, который вовремя поможет отличить русскую Я от английской R. У меня всё, спасибо! Зал тепло провожает комика долгими аплодисментами, а Арсений чувствует резкую потребность выкурить пару сигарет. Схватив рубашку и накинув её на плечи, под ошарашенный взгляд Серёжи он пулей выбегает на улицу и глубоко дышит. Да что ж такое, ну не должно его, взрослого дядьку, так сильно переёбывать. Он хлопает по карманам, но запоздало понимает, что сигарет у него нет. Бросил перед началом съёмок, чтобы не отпугивать детей сигаретным шлейфом и не ставить свою репутацию в глазах их родителей под сомнение. Арсений разочарованно выдыхает, разворачивается, чтобы вернуться в бар, и именно в этот момент, конечно же, ему навстречу выходит Антон Шастун. Какой-то сюр, честное слово. — Арсений, добрый вечер! — Антон лучезарно улыбается и протягивает ладонь для рукопожатия. — Не ожидал вас здесь увидеть, очень рад! Какими судьбами? — Да есть у меня один товарищ, решил вытащить меня развеяться, сам не знал, куда иду. Арсений тут же жалеет о сказанном, потому что взгляд Антона тускнеет, хоть он и пытается держать лицо и продолжает улыбаться. Так дело не пойдёт. — Как Артём? — пытается разрядить обстановку Арсений. — Чудесно. Он, честно говоря, так вдохновился вами, что начал готовить новый монолог про поход на ваше шоу. — Снова помогаете записывать Я вместо R? Антон тушуется и переводит смущённый взгляд на носки своих кроссовок. Конечно, Арсений заметил, что тот наглейшим образом утащил его шутку. Ему ни капли не жалко, он в данный момент готов отдать ему их все. И не только шутки. — Лисичка, кстати, вам тоже очень идёт. После этих слов Антон становится красным, по ощущениям, с головы до ног, а кончики ушей готовы самовоспламениться в любую секунду. Надо же, в своих выступлениях такой дерзкий, а сейчас смущается, как школьник, вы только поглядите. Арсений победно улыбается, но решает перестать доводить и без того горящего от стыда парня. — Антон, я не хотел вас пристыдить или отчитать, — ласково, будто разговаривает с одним из участников своего шоу, начинает Арсений, — наоборот, я польщён. И то, что я пришёл сюда случайно, совершенно не значит, что я не остался под впечатлением от вашего выступления. Не только от выступления, откровенно говоря. И, кажется, я вам кое-что задолжал. «Была ни была, Арсений.» Антон поднимает взгляд, смотрит прямо в глаза напротив и снова лучезарно улыбается. Тепло, по-настоящему, и улыбка становится ещё шире, когда он видит, как Арсений приветственно вытягивает руки в его сторону. Антон незамедлительно падает в его объятия. — Спасибо, — выдыхает он снова куда-то в область Арсеньевой шеи. — Я, честно говоря, прихуел, когда вас увидел, но очень рад, что вы пришли. На самом деле, я с самых съёмок залип. Когда вы со мной болтали, думал, умру на месте. Шуточки ещё эти ваши. А когда увидел, как вы с Тёмкой в гримёрке общаетесь, даже не сразу решился зайти, засмотрелся и заслушался. А потом я так мощно обосрался своими спонтанными обнимашками, что сбежал, а ведь хотел у вас хотя бы номер телефона попросить. — Антон, давай уже перейдём на ты? — Арсений хихикает от внезапного признания и только крепче сжимает кардиган на спине. Лисичка ещё сильнее упирается ему в грудь. — Давай. И Арсений… — М? — Ты — чудо.

***

— Привет, ребята! Давайте поговорим о детских шоу талантов. Знаете, это такие мероприятия, где маленькие дети становятся суперзвёздами на один вечер, а потом возвращаются к нормальной жизни, в которой выпуск с их триумфом находит какой-нибудь умач из параллельного класса, и вот уже вся школа судачит, каким нелепым пиздюком ты был в свои пять лет. И до самого выпускного тебе это припоминают в самых разных неподходящих ситуациях. Представили? А мне и представлять не надо. Спасибо за ваши аплодисменты, приятно знать, что я не один такой. Как вы поняли, я сам когда-то участвовал в подобном шоу. Со стендапом, представляете? Там кто-то на руках проходил полосу препятствий, кто-то называл все существующие виды рыб, а я, пятилетний пиздюк, который ещё даже писать толком не умел, рассказывал монолог про комочки в манной каше и бесючих воспиталок. Спасибо ведущему, он очень сильно пытался выдавить из себя смех. И моему брату Антохе спасибо, он просто лучший. Специально для вас и для этих двоих, тот самый легендарный монолог на бис. Аккуратнее, не надорвите животики. Арсений сидит за самым дальним столиком, положив голову Антону на плечо, и искренне смеётся. Вот уж действительно, похлопайте, у кого было. Он помнит этот монолог от и до, а ещё помнит, как впервые увидел высокого кудрявого парня в зрительном зале и как стремительно развивались их отношения, помнит их первый поцелуй и первый секс, помнит бессонные ночи в попытках придумать концепт для собственного телевизионного юмористического шоу, разделённого на двоих, их горячие споры о форматах и образах, изнурительную подготовку и оглушительный успех. Всё помнит. В порыве чувств Арсений аккуратно под столом кладёт ладонь на колено Антона, а тот нежно накрывает её в ответ своей и легонько сжимает. И этим жестом без единого слова подтверждает, что да, было, а сколько ещё будет. Арсений смотрит на своё чудо и ни капли в этом не сомневается. Артём срывает бурные аплодисменты на своём первом открытом микрофоне.