Механические мечты

      Коридор тонул в полумраке, и ее легкие шаги гулко разносились в безлюдном пространстве. В такое время в Центре почти не было сотрудников, а андроиды находились в своих комнатах, больше похожих на камеры. Было тихо и спокойно. Шарлотта остановилась перед стальной дверью, контрастно выделяющейся на светлой стене. Она работала в Исследовательском отделении Института по изучению искусственного интеллекта и реабилитации андроидов уже три года, но до сих пор странно волновалась перед посещением этих машин, так похожих внешне на людей. Такие же тела, мягкая теплая кожа, поведение, полностью копирующее человеческое...       Они были созданы для войны. Их программировали в соответствии с этими задачами бездушными роботами, беспрекословно выполняющими приказы. Шарлотта не знала, почему их сделали такими... похожими. Но именно это в конечном итоге и привело к революции. Вид покалеченных и изломанных на войне тел, так похожих на их собственные, заставил население задуматься. И всколыхнуться в протестах. Люди жалели андроидов. Сочувствовали искусственным организмам, не способным испытывать боль, печаль, радость, счастье, любовь...       Целое движение, зародившееся в Европе и захлестнувшее вскоре весь континент, боролось за права машин на самоопределение и свободу выбора. Во всех крупных городах были созданы Центры, изучающие все аспекты мирного существования роботов. Их перепрограммировали, стирая память о войне. И изучали поведение в условиях свободного взаимодействия с людьми, чтобы понять, куда двигаться дальше.       Шарлотта заканчивала обучение в Стокгольмском Университете передовых электронных технологий как раз тогда, когда двери первого Центра открылись для того, чтобы принять в свои стены мечтателей, стремящихся изменить мир к лучшему. Она не была одной из них, но работать там было престижно, а увидеть вживую андроида девушка мечтала еще с детства, зачитываясь книгами Бредбери, Шекли и Стругацких. Реальность превзошла все ожидания. И Шарлотта ни разу не пожалела о своем выборе. Особенно сейчас, когда ее назначили куратором боевого андроида последнего поколения улучшенной модификации класса SU 1000-3.       Майкл. Так его прозвали ученые, работавшие с ним в лабораториях. Иногда она называла его так. Или просто Третий. Ему было все равно. По крайней мере его резкое угловатое лицо всегда оставалось бесстрастным, и Шарлотта мысленно окрещивала себя дурой за то, что ждала какого-то проявления эмоций от искусственного мозга. Он был холодным и невозмутимым, и отличался от других роботов, с которыми ей приходилось работать. Да, звучит странно, но у каждого андроида был свой характер. Возможно так на них влияли остаточные коды и небольшие различия в программах, которые позволяли им обучаться и приспосабливаться к изменяющейся среде, но что есть, то есть. Факт оставался фактом – роботы не были просто копиями друг друга, выпущенными с конвейера. И Майкл был самым сдержанным из них.       Шарлотта вздохнула еще раз, поправляя безупречно уложенные в пучок на затылке светлые волосы и разглаживая полы идеально выглаженного белого халата. Сдвинула очки к переносице и поднесла к электронному замку на двери браслет с чипом. Полотно с тихим шуршанием отъехало в сторону, пропуская ее в по-спартански строгую комнату с бежевыми стенами. Третий сидел за столом, занося данные в журнал на планшете. Андроидам предписывалось вести дневники и фиксировать там информацию о всех своих системных процессах.       Шарлотта осмотрела аккуратно застеленную кровать у дальней стены и небольшой шкаф. Все выглядело как обычно. Чисто, организованно и пусто. Она шагнула вперед, и Третий обернулся, одним плавным движением вставая со стула. Она перевела взгляд на его высокую жилистую фигуру. Андроидов этого поколения не создавали мускулистыми и мощными, и Третий был скорее худым и поджарым. Черный костюм, состоящий из свободных брюк и такой же рубашки, застегнутой на все пуговицы, идеально сидел на нем, только подчеркивая его педантичность и щепетильность. Серые бесстрастные глаза андроида встретились с ее голубыми, и он слегка склонил голову в приветствии.       — Добрый вечер, куратор. — произнес вежливо, как и всегда, спокойным и мягким тоном, и Шарлотта улыбнулась, наблюдая за тем, как он сделал пару шагов к ней.       Третий остановился в полутора метрах — расстояние с точностью подобранное, дабы не нарушать личное пространство, и сложил руки перед собой в выверенном жесте спокойствия. Весь его вид в безупречно сидящем костюме был воплощением холодности и собранности. Привлекательное симметричное лицо, обрамленное зачесанными назад темными волосами, не выражало никаких эмоций, и девушка вздохнула.       — Добрый вечер, Третий. Пойдем со мной.       Она шагнула к раздвижной стеклянной двери, отделяющей здание от сада. Это был привычный ритуал. Каждый вечер она приходила, чтобы проверить, как прошел его день, и поручить очередное задание. И он никогда не задавал лишних вопросов. Андроид и сейчас шел за ней послушно, молчаливо и совершенно неслышно. Лишь когда они вышли под простор неба, Шарлотта уловила, как шуршит трава под подошвой его ботинок да шелестят где-то вдали листья деревьев, потревоженные слабым ветерком.       — Еще дальше в сад, куратор? — неожиданно спросил робот, и его тонкие губы дрогнули едва заметно, искривляясь в подобии улыбки.       Шарлотта моргнула, думая, что ей наверное показалось, и этот едва уловимый намек на веселье в их легком изгибе нарисовал лунный свет и тени.       — Нет, прямо здесь. Что ты думаешь об этом цветке, Третий? — она указала на розовый куст, шикарный и пышный в своей обособленной красоте.       Он рос посреди сада один на поляне, окруженной графично подстриженными растениями и каменными лавками, а на его вершине распустился бутон и сиял алыми лепестками в отблесках звезд. Шарлотта подумала, что никогда еще не видела столь прекрасного зрелища, утверждавшего совершенство жизни. А андроид склонил голову к плечу странно похожим на человеческий жестом, как будто это простое движение помогало ему сосредоточиться, и молча изучал картину перед ним.       — Это роза. — наконец произнес он, прежде чем снова взять паузу и продолжить лишь через несколько мгновений. — Она красивая. Нежная.       — Сломай ее. — Шарлотта произнесла это собранным деловым тоном.       Как и многие разы до этого, озвучивая очередное задание. И как и прежде Третий посмотрел на нее непроницаемо и не выражая ни грамма удивления, прежде чем одним быстрым движением сломать стебель и растереть хрупкие лепестки меж пальцев, раздавливая цветок в руке.       — Готово. — андроид повернулся к девушке, и Шарлотта улыбнулась невесело, вздыхая.       — Да, готово.       — Что дальше? — Третий спросил, опуская изломанный цветок на скамейку.       Смятые алые лепестки контрастно выделялись на сером мраморе, таком же холодном и равнодушном, как и глаза Третьего, следящего за ее движениями, и девушка села рядом с мертвым теперь цветком, снимая очки и потирая переносицу пальцами.       — Ничего. Ты молодец. — она снова улыбнулась, вдыхая свежий ночной воздух полной грудью и поднимая глаза к небу, и андроид расположился рядом сохраняя свое привычное пустое выражение лица.       Лишь темная бровь изогнулась, выдавая намек на недоумение, когда он опустил глаза на ее губы, фиксируя несоответствие. Она казалась печальной, и Третий не мог понять, почему в таком случае она улыбается. Это было странно и необъяснимо. Она была странной, и робот продолжал смотреть на ее профиль, освещенный лунным сиянием, обрабатывая похвалу.       — Молодец. Хорошо. — он замолчал на мгновение, и Шарлотта повернулась к нему. — Я могу задать Вам вопрос, куратор?       — Задай, — она кивнула, позволяя, и робот продолжил, смотря в ее глаза не мигая.       — Почему Вы так часто меня хвалите? У меня нет эмоционального воздействия, как у человека. Так зачем произносить эти слова, когда они ничего для меня не значат?       — Они значат что-то для меня. Ты делаешь все правильно, как и положено машине.       — Разве это не очевидно? Разве я когда-нибудь сделал что-то неправильно?       В его голосе Шарлотте почудилась насмешка, которой не должно было там быть. Которой там быть не могло по определению. И она снова посмотрела в небо, вздыхая. Звезды были едва видны сквозь атмосферное загрязнение и защитный купол, и казалось почти удивительным, что их света еще хватало для того, чтобы видеть хоть что-то в этой ночи.       — Тебе не было жалко розу? — ее вопрос был внезапным и непонятным даже ей самой, и Третий тихо фыркнул, становясь еще больше похожим на человека.       — Это просто роза. — он замолчал на мгновение, прежде чем добавить задумчиво. — Хрупкая. Нежная.       — И ты ее уничтожил.       — Конечно. — еще один недоуменный взгляд на нее, и Шарлотта сжала пальцы на холодной поверхности лавочки, пытаясь оставаться равнодушной. — Разве это не моя функция?       — Да. Твоя.       — В таком случае мне нечего стыдиться.       — Нечего, Майкл. Ты молодец.       Они замолчали на мгновение, глядя в черное небо, оттененное радужными переливами купола, похожими на северное сияние, и Шарлотта замерла от внезапной фразы андроида, произнесенной тихим голосом.       — Роза была такой нежной.       — И теперь ее нет. — девушка повернулась к нему, всматриваясь в резкие черты идеального профиля.       — Да. — Третий кивнул медленно, и его голос стал еще тише, словно он пытался осмыслить причины своих странных реакций на такую рутинную вещь. — Слишком хрупкая. Такая хрупкая красота.       — Ты можешь идти, SU 1000-3.       Шарлотта вздохнула, прерывая робота, и он встал с лавки, снова собранный и невозмутимый. Окинул быстрым изучающим взглядом лицо девушки, освещенное лунным сиянием и шагнул в сторону, возвращаясь на дорожку, ведущую к зданию Центра.       — Хорошо. Спокойной ночи. Девушка проводила взглядом его удаляющуюся худощавую фигуру, скрывшуюся за кустами густой зелени и устало сгорбилась. Хотелось сидеть неподвижно до утра, слушая слабый шум ветра в листве и стрекотание ночных сверчков. Хотелось в отпуск. Хотелось, чтобы Третий вернулся...       Шарлотта погрузилась в мысли и вздрогнула, когда внезапно под уверенными четкими шагами зашуршал гравий, и на нее легла тень, заставив поднять глаза и встретиться взглядами с андроидом.       — Ты не должен здесь быть. — она нахмурилась, сдвинув к переносице тонкие брови.       — Я знаю. — Третий стоял перед ней, сцепив руки за спиной и впитывал каждое колебание ее эмоций, отражаемое на лице. Шарлотта была уверена, что даже ту мимолетную вспышку радости, сменившуюся недоумением, он сумел рассмотреть, и ей почему-то стало неловко. Это чувство усилилось после того, как робот продолжил. — Но я все равно вернулся.       — Зачем? — она и правда не понимала.       Она могла осознать свои желания. Глупые, человеческие. Заставлявшие ее сердце биться чаще в его странно волнующем присутствии. Но его нелогичные действия и мысли, порожденные вращением шестеренок в железном подобии мозга, внезапно стали загадкой.       — Я захотел увидеть Вас. — Третий ответил просто, и Шарлотта распахнула глаза в удивлении.       — У тебя сбой в программе? — это было разумное объяснение, андроиды не должны хотеть видеть кого-то.       — Нет. — Третий покачал головой, и уголки его губ приподнялись в слабом подобии улыбки — следствие мимикрии, или и правда какие-то новые процессы, обусловленные возможностью его софта к самообучению? — Функции в норме. Все системы работают, как положено. Это из-за Вас.       — Из-за меня? — Шарлотта откинулась назад, опираясь руками на холодную каменную поверхность лавки, и взгляд андроида скользнул по ее телу, задержавшись на тонкой линии шеи, где под кожей контрастно голубым выделялась вена, сбивчиво отсчитывая пульс и выдавая ее волнение.       — Ты делаешь что-то со мной... незнакомое. — Третий сказал, внезапно переходя от официально вежливого обращения к неформальному "ты", и девушка моргнула озадаченно. — Это ощущение... новое для меня.       — Иногда мне хочется, чтобы ты отказался уничтожить розы. — Шарлотта вздохнула, внезапно выдавая свои тайные мысли и отчаянное желание, чтобы наконец что-то получилось, чтобы он изменился и стал более похожим... на живое существо?       А андроид усмехнулся, устремив взгляд на горизонт.       — Розы – ничто. Цветки, листва... Все ничто. Я создан для другого.       — А ты помнишь, для чего ты создан? — так не должно было быть, и она встряхнула головой, разгоняя странный трепет внутри от его выбивающихся из системы слов.       — Конечно. Все еще помню мое задание. Уничтожать людей.       — Ты не должен помнить. Тебе стерли память.       — Верно. Нервная память была уничтожена, как и основное задание. Однако я все еще помню о цели своей миссии. Она встроена в мой процессорный блок, это автоматически.       Шарлотта помолчала, обдумывая его слова. Этот вечер отличался от предыдущих слишком многим. И возможно это изменит наконец что-то в будущем. Для Третьего и всех андроидов. И для нее тоже...       Она встала, кутаясь в полы халата от зябкого ночного воздуха, пропитанного запахами мокрой травы и цветов. Ее подопечный продолжал стоять, словно каменное изваяние, и девушка невольно улыбнулась.       — Увидимся завтра, SU 1000-3. — она развернулась в противоположную от Центра сторону, где находились здания общежития, в котором научные сотрудники могли остановиться, если им случалось задержаться на работе. И ее улыбка стала еще шире от спокойно уверенного ответа за спиной.       — Хорошо. Спокойной ночи, куратор. ***       Входя утром в здание Центра, Шарлотта уже знала, что ей нужно делать. Внутри странно трепетало и тянуло волнение вперемешку с нервозностью. Потому что если она ошиблась, и то, что она увидела вчера в Третьем, было всего лишь временным сбоем в программе... Что ж, тогда для нее все закончится очень плохо... Но она не могла, не могла больше игнорировать то маленькое теплое чувство, зародившееся в глупом сердце, обернутом крыльями неразумных сумасбродных бабочек, что щекотали сейчас живот в районе солнечного сплетения. Да, она дурочка, влюбившаяся в робота. И что с того? За всю историю человечества люди совершали и гораздо более нелепые поступки.       Шарлотта привычным движение поднесла браслет к двери и шагнула в комнату. Третий стоял у широких стеклянных полотен, открывавших вид на зелень за ними, разукрашенную вкраплениями цветов и подчеркнутую каплями дождя. Сегодня небо плакало, и она хотела, чтобы вопреки логике, это не стало плохим предзнаменованием.       Третий обернулся на тихий шелест двери. Невозмутимый, собранный, в неизменном черном костюме и с бесстрастным лицом. Серые глаза прошлись по ее фигуре, отмечая нервозность и то, как импульсивно она сжимала пальцы, комкая в них полы белого халата. Открыл рот, чтобы поздороваться, но Шарлотта перебила поспешно, шагнув вплотную к нему и останавливаясь так близко, что можно было рассмотреть черные вкрапления в радужках внимательно изучающих ее глаз.       — Сегодня день твоего теста, Майкл.       Ее голос дрожал, и робот приподнял бровь, не выдавая больше ничем недоумения. Лишь согласился спокойно, кивнув и растрепав темные пряди волос, одна из которых выбилась и упала на лоб.       — Да. Я должен выполнить задание. Это мое назначение.       — Да. Ты молодец, SU 1000-3. Ты всегда выполняешь задание. — Шарлотта сглотнула.       Посмотрела на окно, стекла которого были покрыты стекающими каплями. Мысли кружились и прыгали в водовороте смятения и возбуждения. То, что она собиралась сделать, выходило за рамки любых программ, и, наверное, ее бы за это уволили. Плевать. Она только молилась, чтобы это сработало.       — Верно. Я всегда выполняю задание. — Третий сместился, снова ловя ее взгляд.       Шарлотта вдохнула глубоко, будто перед прыжком в воду, и бросилась, как в омут головой, в свое безумие.       — Сегодня твое задание это я.       — Мое задание... это ты? — андроид переспросил и нахмурился.       Он не понял, чего она хотела от него, и скользил взглядом по ее лицу, пытаясь объяснить для себя странное поведение и не менее странные слова.       — Ты должен убить меня. — пояснила Шарлотта, и увидела, как Третий встряхнул головой и его глаза расширились.       Ее сердце затрепетало. Это было проявление эмоций. Возможно не в привычном человеческом понимании этого слова. Но это было другое поведение. Не его типичная холодность и отстранённость. И это дарило надежду.       — Ты... просишь меня убить тебя? — переспросил он тихо, и девушка шагнула еще ближе, почти касаясь грудью его груди.       Ей приходилось смотреть теперь на него снизу вверх, задирая голову, и она кивнула твердо, подтверждая, что он не ослышался.       — Это не просьба. Это задание. Твое задание.       Третий замолчал. Его тело замерло, а взгляд устремился в пространство позади нее. Секунда. Еще одна. Шарлотта ждала ответа, чувствуя, как бешено стучит сердце в груди, отмеривая ее нервозность.       — Как я должен это сделать? — наконец-то спросил андроид, и она вздохнула, почти ощущая покалывание на губах от его близости.       — Я тоже хрупкая, как роза. Все люди хрупкие. Это легко. — сказала и увидела усмешку, изогнувшую его губы, горькую и такую сладкую для нее.       — Легко... — Третий снова встряхнул головой.       — Ты готов?       Ее вопрос повис между ними. Третий молчал, а она смотрела, смотрела и смотрела в его глаза. Его рука поднялась и коснулась ее горла. Пальцы прошлись по коже легким касанием. Пальцы, способные ломать металл и крошить камень. И Шарлотта знала, что он может так же легко сломать и ее шею. Она знала и стояла неподвижно, впитывая прикосновение к коже и наслаждаясь им. Она точно сошла с ума. Ведь сейчас, в этот безумный момент она доверяла холодной машине, которая стала для нее дороже людей.       — Тебе жалко розы, Третий? — неожиданно спросила она и улыбнулась, увидев ответную улыбку на его губах.       — Да, жалко, куратор.       Его рука скользнула с шеи на ее талию и замерла там, даря ощущение спокойствия.       — Я рада, что ты меня не убил...       Шарлотта выдохнула облегченно. Расслабилась, находя ладонью другую его руку и переплетая их пальцы. Эмоции зашкаливали. Эйфория. Восторг. Удовлетворение.       — А ты ожидала, что убью? — Третий слегка сжал ее руку.       Это было ново для него, она знала. И улыбнулась снова, качая головой.       — Нет... Я знала, что не убьешь...       — Знала? Почему?       — Потому что ты больше не убийца.       — И кто же я тогда, куратор?       — Ты... Ты просто Третий. Или Майкл. Или тот, кто захочешь. Ты можешь выбрать, кем ты хочешь быть. И как тебе жить. Как бы ты хотел жить дальше?       Он помолчал мгновение. Никто никогда не спрашивал до этого у него, чего он хочет. Он привык следовать правилам и инструкциям, и вот это новое, оно было... абсурдно, но вместе с тем удивительно.       — Я хочу... Просто жить. — Третий ответил и наклонился ниже, когда ладонь девушки легла на его грудь.       Было необычно, но приятно. И если бы он был человеком, он мог бы с уверенностью сказать, что ему это нравится. И поэтому, когда Шарлотта спросила тихо:       — Хочешь, чтобы я была рядом?       Он не сомневался в том, что желает произнести.       — Да. Хочу.       — Тогда я буду.       Дождь за окном продолжал стучать в стекла. Они больше его не замечали. Странный робот, познающий неизведанное. И не менее странная девушка, доверившая ему жизнь. Единственное, что они знали точно, это то, что случившееся между ними изменит мир. Потому что мир меняют мечтатели. Странные девушки, полюбившие роботов. И роботы, научившиеся любить.