Любовь — как желание касаться

      Любовь — как желание касаться. Что-то, что не уловимо заседает глубоко в сознании, что противоречит всем нормам приличия. Позволить себе коснуться человека, дотронуться до частички его глубокой и такой до дрожи манящей души — это как признаться в чувствах. Отметив про себя: «Я серьезно влип».       Однако душу Каэдэхары не то что страшно коснуться, а скорее не хочется оставить грязный рваный след. Нет никакого желания запятнать его, оставить после себя что-то липкое и развратное. Ведь по сравнению с Кадзухой — Скара совсем не пример для подражания. Сам по себе олицетворяет нечто неправильное. Ему остаётся лишь смотреть в стороне, изредка подумывая о том, что всё может быть по-другому. Но ведь это не так?       По борту корабля яро слышно постукивание проливного дождя. Скара в голове уже гадал, какие именно маты сейчас пролетают из уст Бэй Доу. Та никогда не скупилась временем, чтобы хорошенько воспользоваться всем, что собралось у неё по времени(явно не всегда доброго) пути на судне. Сам же Скарамучча мог даже позавидовать её необычному подходу к красноречию. Хотя сам, иногда, мог выпалить что-то, явно не совсем подходящее в бланк слов литературного содержания.       Судно шаталось из стороны в сторону, продолжая ходить по воде с ещё более объёмной скоростью. Если в первые дни своего прибытия на Алькор, знакомства с капитаном Южного Креста, он чувствовал себя, мягко описывая, отвратительно. То сейчас все резкие рывки и не предотвратимые шатания, казались уже чем-то успокаивающим и само собой разумеющимся.       Хочется выйти, почувствовать в полной мере брызги прохладный воды на своей коже. Ощущать как она струями будет стекать с тебя, оставляя после себя напоследок влажный след, и место для следующего потока воды. Даже после того, как Бэй Доу неисчислимое количество раз ругала Скарамуччу, за его ночные выходы на палубу, он никогда не откажет себе в таком удовольствие. Уж простит его капитан, но именно это заставляет его каждую ночь обдумывать всё более и более давящие на тяжёлую голову темы, отпускать их, и просто убеждаться, что он наконец-то свободен.       Со спины послышался укромный шорох, что заставил Скару резко дернуться, и искать его источник такими уставшими и тяжёлыми глазами. И, о Архонты! Из блеклой темноты показалась цепляющая, до жути знакомая, белая макушка. Кадзуха неловко улыбнулся, слегка поджав губу, и кропотливыми шагами направлялся в сторону Скарамуччи.       Тот, совсем не смог скрыть своего удивления. «Что он блять делает тут в такое позднее время?» — мигом пронеслось в голове Скары, но ничего вслух озвучивать он всё-таки не стал. Каэдэхара уже расположился рядом с ним, уставшим взгляд смотря куда-то в глубину воды, и не замечая всю ту влагу от воды, которая уже впиталась в его одежду и уже крепко прилегала к его худощавому телу.       Скара ни раз задумывался о том, какого Архонта Кадзуха настолько хрупкого телосложение. Иногда казалось, что ни жира, ни мышц в его теле вовсе нет. Хотя находится на этом корабле под командованием Бэй Доу уже само собой означало иметь при себе хорошую форму тела, накачанные мышцы, и глубокую усталость под конец дня.       — Снова не спится? - Подал голос Каэдэхара.       В ответ Скарамучча невозмутимо кивнул. Казалось, чтобы Кадзуха не сказал, это было бы похоже на колыбельную. Слушать которую хотелось бы вечность, без остановки, впитывать так, чтобы в итоге ничего не осталось, без остатка. Но это наверное было бы слишком эгоистично, да?       — Есть такое, сука так загонялся, все эти перевозки в Инадзуму скоро сума сведут. Казалось бы с Архонтом всё решилось, а казалось бы нихуя, — В конце концов ему осталось лишь просто выдохнуть.       Со стороны Каэдэхары послышался смешок. Всё вокруг ощущалось так, как должно было быть. Вокруг были звонко шумящие волны, которые обязательно несколько раз за разговор обволокнут кого-то в свои влажные объятия. Как будто после стольких дней прибытия на корабль от них можно было избавиться.       — Я люблю перевозки в Инадзуму. Возможно да, муторно, за то в этом что-то есть, — Как-то по-своему хмыкнул Каэдэхара, явно о чем-то задумавшись.       — Бля, ну по крайней мере погода подходящая, люблю чёт такое, — Скарамучча сразу почувствовал на себе пристальный, не менее задумчивый взгляд и вопросительно посмотрел в ответ.       — Мне тоже симпатизирует погода, она как будто заставляет...       — О многом задумываться, — В ответ неразборчиво пробубнил Скара, на что Кадуха в ответ ярко улыбнулся.       — Да! - Неожиданно вскочил Каэдэхара, слегка приблизившись, — Я имею в виду, да, как раз в этом вся прелесть нахождения на Альклоре.       Он неловко коснулся руки Скарамуччи, а потом тихо произнёс:       — Сладких снов, Скара, думаю я пойду спать, — Зевнув, попрощался Кадзуха.       Скарамучча махнул рукой в ответ, на прощание, резко почувствовав как сильно она горит.       Как же тяжело стало дышать, что-то непонятное ощущалось где-то глубоко внутри.       Он с интересом просто глупо смотрел на руку, а потом как-то удрученно выдохнул.

Любовь ведь — как желание касаться?