Забудь меня.

Война в карточном мире унесла немало жизней. Простых горожан и военных. Медиков и командиров.

Конечно, правители своих стран тоже не мало настрадались. Множество шрамов по всему телу, тряска от одного грохота и постоянные ночные кошмары каждого из них — последствия кровавой войны, разгоревшейся изначальной только между двумя странами.

Куроградом и Империей.

К несчастью, смерть между восьмёркой клонов не обошла и их стороной. На поле боя по вине Бубнового короля пал главный союзник Пикового Короля. Его безрассудный валет.

Причина смерти для многих осталась тайной. Но виновник помнит тот день, будто это произошло совсем недавно.

      Затуманенное небо, окутанное столбом дыма от горящих военных установок. Частые оглушающие выстрелы с пушек, разносящиеся по-началу протяжным свистом, после которого следовал взрыв.       Десятки валяющихся на кровавой земле трупов из разных стран, в чьих глазах был виден нескрытый нечем страх и ужас. Некоторые из них лежали без конечностей, у некоторых были открытые ранения, из которых было видно мясо, а в редких случаях и кости. Грязь на их военной форме давно застыла, что если бы кто-нибудь и принялся её отдирать, то на вряд-ли смог мы избавить ткань от всех въевшихся пятен.       Уверенно стоящий перед ним Вару, держащий в своих окровавленных руках своё ружьё, быстро передвигался по полю боя. Осторожно, хитро и словно скользя по земле, словко на катке, он умело уворачивался от его огня, что летел прямиком в него.       Зелёные очки были разбиты вдребезги, и всё, что от них осталось — это хлипкая рама и пару осколков зелёных линз.       Данте не смотрел на его глаза. Его тело и разум были окутаны горячим пламенем, что болезненно обжигало плоть внутри.       Он безжалостно продолжал атаковать его. Зная, что он не умрёт.       Он был через чур уверен в своих способностях.       Вскоре запыхавшись, Пиковый валет слегка замедляется. Это и стало его последней и самой главной ошибкой. Резко вздрогнув, Бубновый король испуганно смотрит себе в ноги. Очередная медитация закончилась также, как все предыдущие. Ощущая ускоряющиеся сердцебиение в полуголой груди, перед красными глазами начинает всё расплываться. В груди стремительно быстро нарастало чувство вины и сожаления, что терзало провинившуюся душу. В отголосках памяти опять раздаётся душераздирающий крик и матершильная ругань пятого, после того, как тот начал гореть. Данте запомнил каждое его движение, каждое слово и звук. Он помнил тот день как самый страшный кошмар в жизни. Закрыв уши руками, а глаза крепко зажмурив, правитель Сукхаватии наклоняется к зелёной траве вниз. Лишь бы это прекратилось. Неосознанно открыв глаза, его вновь встряхивает. Тело начинает дрожать, когда внизу холма он видит смотрящий на него полупрозрачный силуэт покойника, который спокойно смотрел на него снизу-вверх. Его руки были сложены за спину, которую он держал слишком уж ровно. Начиная дрожать сильнее, Данте незаметно для самого себя убирает руки от ушей, шокировано смотря на пятого. Все слова повылетали из его головы, а язык во рту будто онемел. Всё, что мог делать Бубновый король — это смотреть вниз. На пятого, одетого по старому. В тот самый зелёный костюм с длинным плащом за спиной. Ни какой военной формы. Ни каких ранений или кровавых пятен. Его глаза вновь были плотно закрыты теми самыми зелёными очками, разбитые стёкла которых каждый из семерых выживших решил в тайне от других сохранить, как минимальную память о покойнике. Клоны ни смогли найти не его фото, не каких-либо других вещей, где мог бы быть запечатлён ещё живой Вару. Его тело в тот день сгорело до тла, а порох развеялся на ветру к утру следующего. Не было практически не каких подтверждений, что Пиковый валет вообще когда-либо существовал, за исключением разбитых очков и медленно, болезненно ускользающих воспоминаний в памяти семерых. Больше всего каждый из них опасался в один из дней проснуться и осознать, что они не помнят его от слова совсем. Ни его злорадной, полностью эгоистичной улыбки, ни самовлюблённого взгляда, ни какой-либо активной жестикуляции его тела. Забыть покойника, от которого остались исключительно расплывчатые воспоминания, казалось психологической пыткой. Медленно и осторожно Вару начинает подниматься на холм, подходя ближе к своему убийце. Остановившись в нескольких шагах, пятый отчётливо слышал его быстро бьющиеся сердце в груди, что казалось, сделай он ещё шаг, и Бубновый падёт прямо здесь, с приступом. Молча смотря на его испуганный вид выражение лица пятого не отражало никаких эмоций. Холодный, стальной и безжизненный взгляд, который с каждом перемещением пробивал трясущиеся тело до колких мурашек по всему туловищу, внимательно блуждал по Данте. Остановив свой взор на его красных глазах, в которых отражался испуг вперемешку с шоком и отчаянием Пиковый валет опускает руки по ширине боковых швов на одежде.       — Так ничего и не скажешь? Эхом, будто в вакууме, раздаётся неестественно реалистичный шёпот Вару, что так терпеливо ожидал хоть каких-то звуков на его внезапное появление. Смотря на прозрачное очертание покойника, на глазах Бубнового короля начинают наворачиваться жалкие слёзы, обжигающие его покрасневшие глаза. Дыхание становится прерывистым и рваным, а каждый новый вдох давался с тяжким грузом на лёгкие. Закрыв рот ладонью, Данте быстро моргает, из-за чего слеза скатывается по щеке, неприятно обжигая чёрствую кожу.       — Прости… Шёпотом, сдавленно говорит третий клон, не отрывая мокрых глаз от спокойного Вару.       — Прости… Я думал… Прости… Повторяя свои извинения раз за разом Данте всхлипывает, начиная всё больше рыдать. Слушая его извинения, Вару молча наблюдал за его страданиями, видя, что ещё одна капля и он впадёт в очередную истерику, крича и срывая свой и без этого хриплый голос. Пиковый валет делает шаг в перёд и присаживается на корточки. Положив свои предплечья на ляшки, а руки сложив в замок Вару, несколько секунд спокойно выжидает, ни как не реагируя на все слова Бубнового короля.       — Отпусти меня. Отрицательно закачав лохматой головой, Данте закрывает уши руками и склоняется чуть ближе к земле. Рыдая в захлёб, он сильнее давил ладонями на уши, лишь бы заглушить эту проклятую фразу, после которой клоны переставали видеть галлюцинации Вару. Как оказалось, с недавнего времени, после неожиданного психоза Трефового валета на одном из собраний, порой семёрка клонов замечала силуэт покойника в дали, что медленно приближаясь, всегда шепчал именно эту фразу, после которой он быстро растворялся в воздухе, исчезая на некоторое время.       — Нет! Нет! Не за что! Как я могу так просто отпустить тебя, когда я виноват в этом? Крича, Данте болезненно стискивает зубы, заглушая свои всхлипы. Тянущая боль в висках довила на разум, мешая здраво мыслить.       — Отпусти меня. Уже тише эхо раздаётся отголосками в закрытых ушах, давя на память и совесть. Силуэт расплывается, а Данте резко подорвавшись с места, пытается руками ухватиться за воздух. Его ладони проходят сквозь тело Вару и Бубновому ничего не остаётся, кроме того, как крепко вцепиться своими пальцами себе в плечи, тем самым «обнимая» самого себя. Он наклоняется ещё сильнее, упираясь лбом в зелёную траву, начиная жалостно мычать и всхлипывать, ощущая, как паника от того, что он не как не может повлиять на это, начинает быстро сгрызать правителя Сукхаватии с потрохами. Галлюцинация исчезает оставляя рыдающего Бубнового короля совершенно одного на пустом холме, с которого были видны все постройки и жители его государства.