Циничная крыса

— Ты не такая, как остальные, Джейн! Ты ещё можешь встать на правильный путь. Сотрудничай со мной, и я обещаю тебе справедливый суд! Ты получишь снисхождение, Джейн!       Офицер Чжу Юань издала смешок, но тут же прикрыла рот рукой и виновато посмотрела на Сета. Брошенный на него взгляд офицера Цинъи не выражал ничего конкретного, и воображение Сета дорисовало поверх равнодушия брезгливую жалость. Он потупился, дёргая ключ на открытой жестяной банке и мечтая исчезнуть.       Он не должен был здесь находиться. Строго говоря, они все не должны были находиться в комнате отдыха сотрудников по окончании своей рабочей смены. И если коробочки с едой на обеденном столе вполне вписывались в представление Сета о том, что сотрудникам Собеза позволено приносить на работу, то запотевшие банки пива тянули в лучшем случае на выговор с занесением в личное дело, а в худшем — на увольнение. Тем не менее, Сет, вместо того, чтобы пойти домой отсыпаться, сейчас сидел на жёстком, обитом кожзамом диванчике и держал в руках открытую банку. И даже сделал первый глоток, который перевёл его из разряда образцово-показательных служащих в стан злостных нарушителей дисциплины. Он бы никогда не поступил так опрометчиво, рискуя собственным рабочим местом и репутацией своей семьи… Если бы не Джейн Доу.       Она явилась в отделение под вечер, неся пакеты с логотипом какой-то закусочной, в которых что-то подозрительно булькало, и у Сета сразу возник вопрос — как она протащила алкоголь мимо охраны на входе? Он незамедлительно его задал, а Джейн сообщила, что пожарную лестницу никто не охраняет, и это абсолютно возмутительно и крайне недальновидно, и она собирается написать по этому поводу докладную, но пока не решила, на кого именно. С точки зрения Сета, возмутительным было её поведение — начиная с проникновения на охраняемый объект по пожарной лестнице и заканчивая тем, что, проходя мимо него в комнату отдыха, она почесала его за ухом. Вся Джейн была возмутительной, циничной, безнравственной, склонной к авантюрам нарушительницей правил, и самым ужасным в ней было то, что она обладала уникальным даром подбивать на нарушение правил всех остальных, так что когда она сказала, что сейчас они будут праздновать успешное завершение операции по обезвреживанию банды Горных Львов — никто не смог ей возразить. Даже Сет. — А потом он сказал: «Джейн, я вижу в тебе свет! Я спасу тебя! Я укажу тебе верный путь!». — Я такого не говорил, — буркнул Сет, не отрывая взгляда от банки. — Да? — Джейн приложила палец к губам в притворной задумчивости. — Наверное, это был кто-то другой. Вас так много, всех и не упомнишь.       Она над ним издевалась. Чем дольше они сидели в этой комнате, заедая пиво курицей в кисло-сладком соусе и жареным рисом, тем сильнее в Сете зрело подозрение, что его позвали на эту вечеринку в качестве главного развлечения. Он — пиньята, по которой лупят палкой. Мальчик для битья, клоун для… кхм.       Что-то мешало ему поставить на стол пиво, попрощаться и уйти. Джейн расхаживала вокруг, очень артистично и вдохновенно рассказывая историю его позора, Сет следил за ней краем глаза, и в мыслях его проносились строки из памятки о борьбе с буллингом на рабочем месте. В соответствии с инструкцией, ему следовало подать жалобу в отдел кадров, но у него были сомнения касательно того, что отдел кадров примет жалобу на сотрудника, не состоящего в штате. И касательно того, что он правда хочет на неё жаловаться.       Когда Сет слышал выражение «агент под прикрытием», он представлял себе нечто иное. Ведь что для секретного агента самое главное? Правильно — чтобы плохие парни его не рассекретили и не отправили в каверну на съедение эфириалам. Или на дно океана с ногами, замурованными в таз с цементом. Секретный агент должен быть тихим и невзрачным, таким, чтобы когда он стоит рядом, подслушивая секреты мафиозного клана, никто не заметил его присутствия и не запомнил его лицо.       Джейн Доу была вызывающей. Её плавные жесты, вкрадчивый голос, дерзкие манеры и, конечно же, привлекательная внешность, не оставляли ей ни единого шанса быть незамеченной. Сет прятал глаза, делая вид, что в жизни не видел ничего интересней пивной банки, но исподтишка следил за Джейн, и его взгляд то и дело падал на её качающиеся в такт походке бёдра и обтянутые короткими шортами ягодицы. Она сняла куртку и бросила на спинку дивана, её грудь под полупрозрачным топом вздымалась на каждом вдохе и подпрыгивала, когда Джейн сопровождала свой рассказ особенно экспрессивной жестикуляцией. В общем, Сет на самом деле совсем не хотел ни жаловаться, ни уходить, он хотел остаться, смотреть на неё и слушать её, пусть даже своим безумно красивым голосом она сейчас рушила его и без того хрупкий авторитет среди коллег. — И с того самого дня я иду по пути добра, смело глядя в будущее, которое ещё никогда не было таким прекрасным, — подвела итог Джейн и опустилась на диван рядом с Сетом. — Спасибо тебе, мой герой, если бы не ты, я бы никогда не оставила своё бандитское ремесло.       Она подалась к нему и протянула руку, чтобы потрогать его за ухо. Сет отпрянул. — Не смешно. — Разве? — удивилась Джейн. — А Чжу Юань смеётся.       Сет посмотрел на офицера Чжу Юань, и та отвела взгляд, изображая огромную заинтересованность офисной микроволновкой. Джейн взяла со стола своё пиво и закинула ноги на столешницу. — Они чистые, — сообщила она на возмущённый восклик Сета и указала на ботинки. — Из такси сразу на пожарную лестницу.       Никто кроме Сета никакого недовольства не выказал, поэтому он тоже эту тему развивать не стал. Джейн можно всё. Она не в штате, она слишком крутая, чтобы что-то ей запрещать, а завтра у неё, может быть, уже будут новые документы на новое имя, так что и выговор за распитие алкоголя на рабочем месте делать будет некому. — Почему ты не пригласила нас отпраздновать в бар? — спросил он, глядя, как Джейн пьёт из банки и с хрустом кусает спринг-ролл. — Потому что если я буду разгуливать по барам с копами, мне придётся потратить весь выплаченный Собезом гонорар на пластическую операцию.       Прозвучало логично. Тайному агенту не стоит на каждом углу демонстрировать свои тесные связи с представителями власти, если он хочет продолжать карьеру тайного агента. Сет смотрел на Джейн и думал, что было бы обидно, если бы ей пришлось менять внешность, и мир лишился бы этого маленького вздёрнутого носика, игривой улыбки, хорошеньких мышиных ушек и бездонных бирюзовых глаз. Все эти мысли о разнообразных частях её тела наводили Сета на подозрение, что Джейн Доу ему нравится. Возможно даже, он хочет Джейн Доу.       Пиво в его банке не убывало. Он вообще не очень любил пиво, но ничего другого Джейн не принесла, а Сет сказал себе в начале попойки, что не следует отрываться от коллектива, если хочешь в него вписываться. А сейчас его терзали сомнения, что причина, по которой он сидит здесь с пивом, имеет хоть какое-то отношение к коллективу. Причина, вероятно, была в заброшенных на стол длинных ногах и сдавленной нижним краем шорт полоске голой кожи.       Он так увлёкся, рассматривая украдкой Джейн, что совсем не участвовал в дальнейшей беседе. Девушки что-то обсуждали, периодически заполняя комнату отдыха взрывом весёлого смеха, а Сет грел в руках банку и изо всех сил пытался не представлять на её месте, между своих ладоней, тонкую талию, подчёркнутую кожаным ремнём. Очередной полёт его фантазии прервала офицер Чжу Юань, которая встала из-за стола и с внезапным треском закрыла пустой контейнер из-под еды. — Извините, — она удивлённо посмотрела на контейнер, — не ожидала, что он так сделает. — Никто никогда не ожидает, — ответила офицер Цинъи, — жизнь — череда непредсказуемых событий, что как стремительный оползень накрывает путника на тропе великих свершений.       Чжу Юань открыла рот, покачала головой и закрыла рот. Сет отвлёкся от созерцания ног Джейн, а та подняла пивную банку. — Так выпьем же за великие свершения. — Мне хватит, — возразила Чжу Юань, — не все здесь работают по ночам, некоторым завтра рано вставать. — У работы в штате тоже есть свои преимущества, — утешила её Джейн, — стабильные выплаты, аванс, профсоюз, полис ДМС, тринадцатая зарплата… Вдохновляющие речи патрульного Лоуэлла каждый день. — Мне тоже пора, — Сет встал, решив, что его терпение наконец-то закончилось, — а то меня ночью в общежитие не пустят. — Как тебя могут не пустить? — удивилась Чжу Юань. — Ты же за комнату платишь. — Для коменданта это веским аргументом не является. Я уже один раз ночевал в кофейне на соседней улице, больше не хочу, там стулья неудобные. — У вашего коменданта нет сердца, — заметила Джейн, — как можно было оставить такого пушистого милашку на улице? А если бы тебя похитили? Снова.       Сет отвернулся, вылезая из-за стола и надеясь, что лицо не выдаст его смущение резко нахлынувшей краснотой, как это случалось, когда он был ребёнком. Она тебя дразнит, Сет. Милашка — это не комплимент, это издёвка. Всё, что она говорит — одно сплошное издевательство. — Идите, — великодушно махнула рукой Джейн, — я здесь приберусь.       Чжу Юань и Цинъи засобирались и в скором времени удалились, попрощавшись с коллегами. Сет замешкался, глядя, как Джейн собирает со стола пивные банки. С одной стороны, было не очень вежливо оставить её убираться в одиночку, пусть даже она сама затеяла это празднование. Хорошие гости всегда помогают хозяину прибраться после вечеринки. С другой — она даже на своём рабочем месте бардак разгрести не может, Сет каждый раз с ужасом проходил мимо её стола, ожидая, что шаткая конструкция из папок и бумаг рухнет на пол. Вдруг, если он сейчас уйдёт, она бросит уборку и сбежит, и потом им придётся объясняться перед начальством за пьянку на рабочем месте. Он взял пустой пакет и начал сгребать туда коробки из-под еды. — Уже не боишься опоздать в общежитие? — спросила Джейн, не глядя на него. — Я что-нибудь придумаю. На крайний случай, всегда есть пожарная лестница.       Она усмехнулась, отошла к раковине, вылила остатки пива из банки и смяла её. Сет ожидал какой-нибудь шутки о том, что милый пушистик даже банку пива не осилил, но Джейн почему-то ничего не сказала, открыла кран, намочила тряпку и вернулась к столу.       Ему определённо не стоило смотреть, как она перегибается через столешницу, чтобы тщательно её протереть. Он даже мысленно закричал себе: «Не смотри! Не смотри туда! Нельзя смотреть на задницы своих коллег, даже если они не состоят в штате! Всё, ты проиграл». Обтянутые шортами оттопыренные ягодицы полностью завладели его вниманием, он зачарованно уставился на то, как они вздрагивают в такт энергичным движениям рук, трущих липкое пятно от нечаянно пролитого пива, и когда Джейн выпрямилась, суетливо попятился, озираясь по сторонам, соображая, куда бы приткнуться, чтобы она не заметила его однозначную реакцию на её во всех смыслах выдающийся тыл. Только жалобы в отдел кадров на сексуальное домогательство ему не хватало. Или отдел кадров не примет жалобу у внештатного сотрудника? Да какая разница, в любом случае его стояк сейчас крайне неуместен.       Он зашёл за подлокотник дивана как раз вовремя, чтобы обернувшаяся Джейн ничего не заметила. Она вернулась к раковине, чтобы помыть руки, а Сет смотрел на пакеты с мусором, думая, что он может быстро схватить их и прошмыгнуть на выход. А на улице ночной холод, свежий воздух, он проветрится и успокоится. Джейн шагнула к дивану, чтобы забрать куртку, висящую на спинке дивана с краю, прямо возле Сета. Он замер, прижавшись к подлокотнику, глядя, как она протягивает мимо него руку и чувствуя, как её грудь касается его спины. Напряжение усилилось, а на место разумному ожиданию, что Джейн наденет куртку и уйдёт, пришло безотчётное желание задержать её любой ценой. — Я ведь оказался прав на твой счёт, — произнёс Сет. Голос прозвучал хрипло и глухо, и он сглотнул. — Прав? — ироничным тоном спросила Джейн у него за спиной. Очень близко, почти над ухом. — Это когда же? — Когда сказал, что ты не такая, как те бандиты. Я был прав. — О да, вы сразу раскусили меня, патрульный Сет Лоуэлл. А я ведь думала, что моя актёрская игра безупречна. — Ты очень старалась. Даже ударила меня, — напомнил Сет. — Ты что, до сих пор дуешься? — Она отошла, огибая стол, и облокотилась на спинку дивана с противоположной стороны. Сет посмотрел в насмешливые бирюзовые глаза. — Ну хочешь, ударь меня в ответ — и мы будем квиты. — Не хочу. Я хочу знать, почему ты издеваешься надо мной за то, что я подумал о тебе лучше, чем ты пыталась себя мне представить. — Потому что ты слишком высокого о себе мнения, — не раздумывая, ответила Джейн. — Кто? Я? — недоумённо уточнил Сет. — Это неправда. — Ты не знал, кто я на самом деле, — пояснила Джейн, — но был так уверен в силе своего красноречия, что без колебания попытался переманить меня на свою сторону. Что это, если не излишне завышенное самомнение? — А может быть, всё дело в том, что я вижу тебя насквозь? — разозлился Сет. — Ты не настолько загадочная и сложная, какой пытаешься казаться. — Неужели, — Джейн сузила свои красивые глаза, — думаешь, что знаешь меня? — Думаю, что знаю о тебе гораздо больше, чем ты хочешь демонстрировать окружающим. — Что ж, — Джейн выпрямилась и сложила руки на груди, — расскажи мне, кто я. Но учти, что потом я расскажу тебе — кто ты. — Идёт, — Сет тоже отлепился от дивана. Праведный гнев сбил всё возбуждение, и он почувствовал себя гораздо уверенней. У него завышенное самомнение. Ага, конечно. — Начинай, — позволила Джейн, будто ему нужно было её разрешение. — Во-первых, очевидно, Джейн Доу — не твоё настоящее имя, — поделился наблюдением Сет, — вряд ли имя секретного сотрудника Службы общественной безопасности невероятным образом совпало с кодовым обозначением неопознанного трупа или анонимного свидетеля. — Какой ты проницательный, — едко прокомментировала Джейн, — никто, кроме тебя, не смог бы прийти к такому выводу. — У меня, касательно твоей личности, накопилось много выводов, — не смутился Сет. — Итак, Джейн Доу. Умная, красивая, храбрая, дерзкая, изворотливая, нахальная, острая на язык, склонная к рискованному поведению нарушительница правил. Актриса и притворщица, которая, вероятно, никогда не задерживается на одном месте, чтобы не раскрыть ненароком свою настоящую личность. И, как у каждой актрисы, у Джейн Доу есть одна слабость.       Он замолчал, выдерживая провокационную паузу и смело глядя Джейн в глаза, уверенный, что она не сможет сдержать любопытство. Если бы она не хотела знать, что он о ней думает, этого разговора бы не случилось. — Какая? — оправдала его ожидания Джейн. — Тебе нужна публика. Без благодарных зрителей спектакль разыгрывать не интересно. Как только все ушли, ты перестала меня задирать, потому что никто не увидит, какая ты артистичная и остроумная. И во время нашей совместной операции твои харизма и жажда внимания сыграли с тобой злую шутку. Босс «Львов» решил, что ты слишком наглая и метишь на его место, и захотел от тебя избавиться. Если бы я работал под прикрытием, я бы вёл себя скромнее. Но ты не можешь — тебе нравится купаться в лучах славы, и это черта твоего характера вступает в противоречие с профессиональной стезёй, которую ты выбрала. — Любопытные выводы, — после короткой заминки произнесла Джейн. — Скажешь, я не прав? — Моя очередь, — проигнорировала она его вопрос, — Сет Лоуэлл. Очевидно, тебя именно так и зовут, ведь кто в здравом уме откажется от такой прославленной фамилии. — Сразу по больному, да? — А ты думал, я буду тебя щадить? — Нет, — покачал головой Сет, — после удара в печень я сразу понял, что милосердие в число твоих добродетелей не входит. — И всё-таки ты дуешься. — Наверное, потому что ты не извинилась. — Я точно извинялась, ты просто не помнишь. — Я не стану дуться меньше от того, что ты держишь меня за дурака. — Подумай, почему так происходит, — Джейн широко распахнула бирюзовые глаза, изображая невинное выражение лица. — Ты пытаешься обвинить меня в том, что ты меня буллишь? — Итак, Сет Лоуэлл — неженка и пушистая капризуля! — одарила его Джейн нелестными эпитетами и, подтянувшись на руках, села на стол, закинув ногу на ногу. — Мнительный, чувствительный и тревожный. Из тех, кто не может уснуть среди ночи, вспоминая, как пять лет назад ему нахамила продавщица в продуктовом магазине у дома, и запоздало выдумывает ей достойный ответ. — Как это сочетается с завышенным самомнением? — Я в тебе ошиблась. Ты простодушный, бесхитростный, прямой как палка, восторженный дурачок, который всерьёз считает, что преступника можно обратить на светлую сторону. — У меня получилось, — напомнил Сет, — тот парень согласился дать показания против банды. — Чтобы скостить себе срок, — закатила глаза Джейн, — ты же не думаешь, в самом деле, что он раскаялся в грехах и перешёл на сторону добра? Он просто трус, который испугался, что арест неизбежен, и решил согласиться на выгодные условия от сотрудника Службы безопасности. — Ты не веришь, что человек может раскаяться? — Я верю, что искреннее раскаяние члена преступной банды встречается так же редко, как единорог в балетной пачке. — Просто ты сама — лгунья, поэтому уверена, что все люди лгут, — парировал Сет. — А ты наивный котёночек. — Лучше быть наивным котёночком, чем циничной крысой. — Ой, что я слышу! — Джейн театрально прикрыла рот ладонью. — Расистское оскорбление. — Я не это имел в виду, — смутился Сет. — Я знаю, — Джейн спрыгнула со стола, и зашагала вдоль него, медленно приближаясь к Сету. — Что ещё можно сказать о патрульном Сете Лоуэлле? Он трудолюбив, целеустремлён и упрям. Всегда старается делать свою работу на совесть и следовать правилам. Больше, чем посрамить честь семьи, боится только навсегда остаться в тени старшего брата.       Она остановилась напротив него, в полуметре, внимательно глядя Сету в глаза. Чего она ждёт? Что он расстроится? Разозлится? Начнёт оправдываться? Если она действительно хочет его задеть, пусть ещё добавит, что он мажор из блатной семьи, которому с рождения всё легко даётся. Ему такое уже не раз говорили. — Ещё патрульный Сет не любит острую еду и мало пьёт, — резко сменила она тему, сделав к нему один короткий шаг. — Да, — согласился Сет, — когда в следующий раз решишь устроить пьянку на рабочем месте, принеси что-нибудь и для меня тоже. — Банку тунца? — Это сарказм? — Точно, вспомнила! — Джейн шагнула снова, приблизившись на весьма интимное, с точки зрения Сета, расстояние. — Патрульный Сет Лоуэлл плохо распознаёт сарказм.       Она стояла слишком близко. Настолько, что достаточно было чуть наклониться, чтобы его коснулась её грудь под полупрозрачной майкой. Куртку она так и не надела, поэтому ничто не помешало Сету разглядеть кожу, просвечивающую через ткань, а у него на этот раз не было ни единого шанса скрыть от неё свой внезапный стояк. Он замер с каменным лицом, вдыхая исходящий от Джейн запах имбиря и жгучего перца. Она коснулась рукой его плеча, не прикрытого форменным жилетом Собеза. — Патрульный Сет прекрасно сложен, — вкрадчивым голосом продолжила она, — у него красивое тело и очаровательная мордашка.       «Очаровательная мордашка» была так же далека от подходящего комплимента мужчине, как «пушистый милашка», но Сет уже поплыл от звуков её голоса, и любая сказанная фраза ласкала ему слух. Пока Джейн медленно обходила его, ведя пальцами по плечу, он перебирал в уме подходящие ситуации реплики, ища ту, которая переведёт их взаимодействие в более тесное. «Сходим куда-нибудь вместе»? «К тебе или ко мне»? «Обычно я не занимаюсь сексом на первом свидании, но для тебя сделаю всё, что захочешь»?       Джейн прижалась к нему сзади, касаясь грудью спины, её длинный тонкий хвост обвил его лодыжку, а рука с острыми коготками — торс. Сет склонил голову, следя за тем, как ладонь ползёт вниз, минуя ремень, и ложится на ширинку. — У патрульного Сета, — прошептала Джейн, опаляя дыханием его затылок, — большой… твёрдый… крепкий… член.       Очевидно, жалобу в отдел кадров на сексуальное домогательство писать никто не собирался. Сет так точно. Он сейчас не то что жалобу не смог бы сформулировать — он бы и двух слов связать не смог, соображения хватало лишь на то, чтобы послушно кивать, соглашаясь с каждым словом. Большой… твёрдый… да, я такой… Давящая на пах рука вдруг пропала, хвост хлестнул по ногам, Джейн отстранилась, лишая его приятного ощущения тепла её тела, и предстала перед ним с гадкой ухмылкой на лице. — Но, к глубочайшему сожалению всех женщин Нью-Эриду… — тон из вкрадчивого и соблазнительного превратился в насмешливый и ехидный, — патрульный Сет Лоуэлл — девственник. — Я не девственник, — просипел Сет и сразу же пожалел, что открыл рот. — Не лги мне, — ещё шире улыбнулась Джейн, — ты явно из тех, кто заносит молодую жену на руках в супружескую спальню и лишается с ней невинности на белоснежных простынях. — У меня была девушка. В школе. И в академии.       Зачем он перед ней оправдывается? Она же снова издевается, ей просто нравится его дразнить, потому что она наглая, бессовестная крыса. Беги, Сет, она тебя сожрёт, именно это крысы делают с маленькими милыми котятками. Стоп. Это она внушила ему, что он котёнок, он не котёнок, он взрослый ко… мужчина. — Я ни за что не поверю, что ты занимался сексом с девушкой без намерения на ней жениться. Ты слишком правильный для подобного безрассудства. — Почему ты такая… — произнёс Сет, сжимая руки в кулаки и шагая к ней. — Какая? — спросила Джейн, отступая. «Гадина», — подумал Сет. — Заноза, — произнёс он вслух менее грубое оскорбление. — А почему ты такой милый, маленький, пушистый девственник?       Последняя капля упала в чашу его терпения, и Сет мог поклясться, что слышал плеск и шум воды, выходящей из берегов. Именно этот шум окончательно заглушил в его голове все доводы рассудка, над которыми воссияла неоном и люминесцентными лампами единственная очень громкая мысль: «Сейчас я покажу тебе милого девственника». Он схватил Джейн за руку, дёргая на себя, и впился поцелуем в пахнущие имбирём губы. Вторую руку положил ей на затылок, удерживая её за волосы, чтобы она не могла увернуться. Даже если её это разозлит, по крайней мере, она свалит и наконец-то перестанет его мучить, а он сможет вернуться в общежитие на свою одинокую кровать, и навсегда запомнит, что ему не следует связываться с Джейн Доу.       Она ответила на поцелуй. Приоткрыла рот, позволяя ему скользнуть языком между расслабленных губ, и положила свободную руку ему на плечо, легонько царапнув ногтями кожу. Сет отпустил её запястье, которое от злости стиснул слишком сильно, и обнял Джейн за талию, крепче прижимая к себе. Вот почему нельзя было сразу так? Почему нельзя сказать: «Поцелуй меня, Сет». «Ты мне нравишься, Сет». «Давай сходим на свидание, Сет». Надо пригласить её на свидание. Сейчас он ещё немножко насладится прикосновениями к мягким губам и тонкой талии под его ладонью, и скажет ей: «Джейн, ты мне нравишься, давай где-нибудь поужинаем вместе. Только не в общаге, а то меня точно оттуда выселят. Как насчёт отеля? Или у тебя?». Он всё целовал её, параллельно соображая, какими бы словами объяснить, что он её хочет, не говоря прямо, что он её хочет, а Джейн толкала его в плечо, пока не дотолкала до стола. Сет упёрся в край столешницы поясницей, и услышал щелчок своего ремня. — Хочу тебя, — шепнула Джейн ему в губы, избавив Сета от необходимости сказать это первым. Но подкинув ему новую проблему.       Патрульный Сет Лоуэлл, образцовый сотрудник Собеза, ответственный и дисциплинированный, обязан был остановить грядущий разврат, потому что какой же он будет образцовый сотрудник после секса на рабочем месте. Но тот Сет, у которого в паху сейчас орудовала изящная ладонь, надавливая на вставший член через ткань форменных брюк, догадывался, что если он спросит у Джейн: «Что, прям тут?», она снова обзовёт его девственником и не согласится ни на какое свидание. Рациональная его часть твердила ему, что «девственник» — это и не оскорбление вовсе, и вообще, шла бы она… работать, ещё неизвестно, кто больше потеряет, если секс у них так и не случится, но эмоционально после всех её подколов он был в полном раздрае, и чей-то жалкий голос в голове кричал ему: «Не дай ей уйти, сделай всё, что она захочет!».       Она толкнула его в плечо, и Сет понял, что его склоняют не просто к сексу на рабочем месте, а к сексу на обеденном столе для сотрудников в комнате отдыха. Ну почему? Вон же диван рядом! Откуда у неё эта склонность всё делать насколько это возможно не по правилам?       Несмотря на возмущение, он всё же сел на стол и отклонился, уперевшись руками за спиной и глядя, как Джейн забирается на него сверху. В обуви на обеденный стол. Конечно же. И он, конечно, не скажет ей на этот счёт ни слова.       Всё это как будто происходило не с ним — начиная с момента, когда он сделал первый глоток пива, и заканчивая этой секундой. Патрульный Сет Лоуэлл не пьёт на рабочем месте, не занимается сексом на обеденном столе и не снимает с женщины одежду раньше, чем хотя бы сводит её в кино. Похоже, тлетворное влияние Джейн гораздо сильнее, чем эффективность его душеспасительных бесед.       Она уложила его на спину и наклонилась, касаясь губами шеи, покрывая её поцелуями, прикусывая, проводя языком, оставляя влажные дорожки, холодящие кожу. Сет выдохнул, чувствуя, как она вдавливается промежностью в его пах, извивается на бёдрах, трётся о него через одежду. Всё, назад дороги нет, никакая сила сейчас не заставит его слезть с этого стола. — Если нас кто-нибудь здесь застукает — меня уволят, — произнёс он. Не жалуясь, просто констатируя факт. — Я возьму всю вину на себя, — утешила Джейн и прильнула поцелуем к его губам.       Глухой стук подсказал Сету, что обувь она всё же скинула, но ему уже было всё равно, потому что его увлекли более достойные его внимания вещи. Тёплое дыхание с ароматом имбиря, настойчивые прикосновения блуждающих по его телу рук, пряди мягких волос, щекочущие шею. Он схватил Джейн за талию, сжимая её, скользнул ниже, с трудом протиснувшись за пояс шорт, и смял в ладонях ягодицы — мягкие, упругие и, почему-то, на ощупь чуть более прохладные, чем остальное тело. — Ты замёрзла? — спросил он, уклонившись от очередного поцелуя. Джейн удивлённо посмотрела на него, и Сет решил, что сейчас его опять назовут дурачком, но она улыбнулась и ответила: — Да. Поможешь мне согреться?       Он кивнул и безотчётно потянулся за ней, когда она выпрямилась и села на его бёдрах, стягивая через голову топ. Сдавленная чёрным бюстгальтером грудь оказалась у его лица, он потянулся к застёжке, но нащупал на спине только гладкую ткань. — Спереди, — подсказала Джейн.       Сет мысленно чертыхнулся, произнёс про себя: «Клянусь, я не девственник», схватился за скрепляющий чашки крючок, расстегнул — и его взору предстала высокая округлая грудь с дерзко торчащими сосками, в один из которых он незамедлительно впился ртом. Джейн издала тихий вздох, прикусила край его уха, отчего у Сета по спине побежали мурашки, и привстала на коленях, стягивая с себя шорты вместе с бельём. Она сидела на нём, совсем голая, безумно красивая, её грудь лежала в его ладонях приятной тяжестью, её голос будоражил его слух сладкими стонами каждый раз, как он осторожно прихватывал губами и зубами затвердевшие соски, но, как бы все эти возбуждающие факторы ни кружили Сету голову, едва настойчивые пальцы расстегнули его ширинку и оттянули ткань трусов, высвобождая член, он вспомнил об одной важной вещи. Джейн замерла, сжав член ладонью и глядя, как Сет тянется к своей поясной сумке, отброшенной ею на стол, и достаёт оттуда презерватив.       Наверное, с её стороны это выглядело так, будто он всегда носит с собой средства защиты на случай, если ему перепадёт, что как будто подтверждало её версию о том, что у него высокое самомнение. На деле же он просто всегда таскал с собой мини-аптечку. Бинты, жаропонижающее, заживляющую мазь… ну и презерватив, мало ли чего. Джейн вырвала блестящий квадратик у него из руки и прикусила уголок. — Если бы я про него не вспомнил, тебе бы даже в голову не пришло, что надо предохраняться, да? — не упустил Сет возможность упрекнуть её в беспечности. — Нет, — Джейн разорвала упаковку белоснежными зубками, — я как раз собиралась достать свой. — Что-то не верится.       Она не стала его переубеждать, да и самому Сету расхотелось продолжать этот диалог сразу же, как она надела на него презерватив и опустилась на его член. Не будь этот секс таким спонтанным, да ещё и в общественном месте, он бы, конечно, уделил больше времени прелюдии, но ладно, покажет свои умения Джейн в следующий раз, в более подходящей обстановке. А сейчас можно расслабиться и получить удовольствие от быстрого секса, которым рулит она. Грех жаловаться.       Но ему всё-таки хотелось пожаловаться. Потому что, глядя на то, как Джейн двигается, приподнимаясь и насаживаясь обратно, до упора, Сет испытывал смутное ощущение, что он ей тут не особо-то и нужен, и её «хочу тебя» означало «хочу твой член — к сожалению, в нагрузку к нему идёшь ты, поэтому, так и быть, оставайся». Как только она взяла нужный ей темп, все поцелуи и объятия сошли на нет, она вцепилась в его плечи, прыгая на члене, издавая громкие, бесстыдные стоны, будто они не в полицейском участке, где её могут услышать ночные дежурные, а в одинокой хижине в чаще леса. Он потянулся к её лицу, чтобы закрыть рот поцелуем, но она толкнула его на спину, а сама откинулась назад, упираясь руками в его бёдра, двигаясь всё быстрее, извиваясь и выгибаясь. Её грудь подпрыгивала в такт каждому движению, и это завораживающее зрелище заслонило собой угнетающие мысли, вернув Сету нужный настрой. Потом будет разбираться в чувствах, сейчас есть занятия поинтересней. Смотреть, как Джейн запрокидывает голову и открывает рот, жадно хватая воздух. Слушать, как она стонет на каждом выдохе. Прикасаться к ней, гладить нежную кожу, обхватывать ладонями талию, сжимать бёдра и ягодицы.       Когда особенно громкий стон ознаменовал наступивший оргазм, Сету уже было абсолютно плевать, что их кто-то услышит. Все мысли ушли, осталось только желание кончить, которое заставляло его раз за разом толкаться в мокрую, горячую, узкую глубину, придерживая за талию сидящую на нём Джейн, до тех пор, пока неимоверное напряжение не переросло в такое же неимоверное облегчение.       В наступившей тишине Сет слышал собственное дыхание. И собственные мысли. Джейн слезла с него и принялась собирать одежду, он сел, стянул презерватив, завязал его узлом и огляделся, ища, во что бы его завернуть, чтобы выкинуть потом в какую-нибудь уличную урну. Застегнул ширинку, спрыгнул со стола, кинул презерватив в пакет с мусором, посмотрел Джейн в спину и озвучил то, что сейчас крутилось в его голове. — Может… как-нибудь… сходим куда-нибудь вместе? Где-нибудь поужинаем. Можно подальше отсюда, чтобы никто не увидел тебя в компании копа. — Нет, — ответила она, не поворачиваясь. — Почему? — спросил Сет, чувствуя себе попрошайкой. Тебе сказали «нет» — вот и отвали. Но он не может просто отвалить, ему нужно узнать ответ. — Ты сам сказал — я нигде надолго не задерживаюсь.       Сет смотрел, как она одевается — натягивает на безупречную задницу узкие чёрные стринги, застёгивает лифчик, влезает в шорты, скользил взглядом по ровной спине, узкой талии, широким бёдрам — и ему впервые за долгое время хотелось разораться. На женщину так вообще, наверное, первый и последний раз. Подойти к ней, развернуть к себе, тряхнуть за плечи и спросить: «Да что с тобой не так?! Почему ты такая стерва?!». Вместо этого он спросил: — Зачем ты со мной переспала? — Не знаю, — она повернулась к нему с улыбкой, которая сейчас показалась Сету особенно раздражающей, — может быть, в качестве благодарности за то, что ты прикрыл меня от того парня своим прекрасно сложенным телом. — Я это сделал не ради благодарности. — Обычно именно таким бескорыстным и благородным рыцарям и достаётся награда, — заметила Джейн, надевая куртку.       Сет не чувствовал себя так, будто получил награду, скорее, наоборот — будто у него отобрали что-то. Превратили что-то очень важное для него в развлечение, способ скрасить ежедневную рутину, мелочь, о которой можно упомянуть между делом на семейном обеде с родителями. «Как прошла твоя неделя, Сет?». «Отлично, я обезвредил преступника, посмотрел новый сериал и занялся сексом с коллегой прямо на работе». «О, а что за сериал?». Кто вообще придаёт значение такой ерунде? Он придаёт. — Выбросишь мусор? — спросила Джейн, стоя на пороге. — Неудобно с пакетами на пожарной лестнице.       Сет кивнул, глядя, как она открывает дверь. Скажи ей что-нибудь, пусть знает, что ты к ней чувствуешь, что для тебя это не ерунда, заставь её задержаться надолго. Ничего убедительного в голову не пришло. — Наверное, я и правда бесхитростный дурак, но я просто не мог поверить, что такая красивая девушка в самом деле может быть злодейкой. — Зло часто бывает привлекательным, — ответила ему Джейн, прежде чем выйти за дверь, — запомни это как следует, иначе попадёшь в беду.