1
14 октября 2024 г., 01:23
Улицы Хогсмида, к счастью, были пусты к тому времени, когда Доён вышел прямо из паба «Три метлы». Он запихнул свой небольшой портфель подмышку и выпрямил подолы мантии — не хотелось, чтобы студенты видели его растрёпанным. Никогда нельзя было быть слишком уверенным, даже если ещё никто не прибыл. Всё-таки больше всего Доён ненавидел выглядеть непрофессионально.
Он двинулся по улице к замку, напевая песню. Доён любил начало нового года. Даже если больше не был студентом, та радость, которая приходила с прибытием в Хогвартс, никогда не угасала.
Каблуки его ботинок, блестящих и аккуратных, цокали по тротуару. Мужчина наслаждался тишиной. Это был его третий год в качестве профессора в «Школе чародейства и волшебства Хогвартс» — он всё ещё с трудом мог поверить в это. Директор связался с ним и пригласил на вакансию нового профессора Трансфигурации, когда появилось свободное место. Это был предмет, в котором он преуспел, будучи ещё студентом. В тот день, когда он проходил собеседование, Доён так сильно нервничал: руки дрожали, голос охрип, но он получил эту работу, став одним из самых молодых профессоров в Хогвартсе.
Проходя через ворота, Доён почувствовал прилив счастья. Ему повезло, что у него была такая работа. Если бы кто-то сказал ему семнадцатилетнему, что он будет профессором в Хогвартсе, то он бы подумал, что это вранье. Это было слишком похоже на сон.
Доён взглянул на часы и нахмурился. Если Тэён не поторопится, он пропустит церемонию распределения. К счастью, большой зал не был переполнен студентами. Вдалеке Доён мог слышать, как учащиеся начинают прибывать. Он благодарил всех святых за то, что он не был первокурсником. Как Декану факультета Слизерин и самому молодому профессору, ему всегда поручали информировать новеньких о процессе распределения. Однако в этом году он приехал прямо из исследовательского проекта в Бельгии. В отличие от прошлых лет, Доён не смог приехать раньше, как все остальные профессора, и поэтому профессор Чонджэ вызвался взять на себя обязанности декана. Доён был ему благодарен. Сам он был измотан работой, которую выполнял в течение последних пяти недель, изо всех сил пытаясь не показать свою усталость.
В конце зала стоял стол для преподавателей. Не каждое место было занято, но он увидел копну розовых волос и широко улыбнулся.
— Тэён! — Доён позвал своего лучшего друга. — Как, чёрт возьми, ты меня опередил?
Тэён повернулся, отрываясь от разговора с Сыльги, профессором Чар, и подарил Доёну свою зубастую улыбку.
— Ты просто медленный.
Доён подавил желание высунуть язык в отместку. Он мог почувствовать на себе взгляд другого профессора. Вместо этого он просто закатил глаза и сел, тяжело вздохнув.
— Эй, Доён, — тихо позвала Сыльги. — Как Бельгия?
Доён улыбнулся.
— Изнурительно, но полезно, — он оглянулся на Большой зал. — Рад вернуться.
Хогвартс всегда был его домом. То, что он прибыл сюда на несколько дней позже, чем обычно, ощущалось тяжело. Толпы студентов неслись через коридор в Большой зал, всюду слышалась взволнованная болтовня возвращающихся подростков, заполняющих замок. Доён поправил свою мантию и сел удобнее, его глаза были прикованы к двери. Не прошло и минуты, как студенты ворвались в зал. Он ярко улыбнулся, наблюдая, как слизеринцы занимают свои места. Несколько знакомых лиц выделялись для него, и он радостно помахал в ответ тем, кто узнал его. Джено, в частности, пуффендуец, который был невероятно одарен в Трансфигурации, подпрыгивал, чтобы привлечь его внимание. Заглушив смешок, Доён широко улыбнулся парню, когда тот уселся за свой стол.
— До сих пор не могу поверить, что ты Декан Слизерина, а не я, — ворчал Тэён рядом, когда в Зал вошли взволнованные, бледные первогодки.
Доён переключил своё внимание на лучшего друга.
— Ну, я здесь уже давно работаю.
Тэён прибыл в Хогвартс в качестве профессора только в прошлом году, что очень обрадовало Доёна. Узнать, что его самый близкий друг будет работать рядом с ним, было неожиданно.
— Хорошо, хорошо, — начал директор, успокаивая студентов. — Прежде чем мы начнем распределение, я хотел бы сделать объявление.
На этих словах Доён сел прямо, его подбородок вздёрнулся вверх от интереса.
— Как вы все знаете, наш предыдущий профессор Ухода за магическими существами, к сожалению, вышел на пенсию.
В Большом зале замолчали. Тот профессор никому не нравился. Даже Доёну, который пытался подружиться с каждым преподавателем Хогвартса. Директор похлопала в ладони.
— Но не бойтесь, — широко улыбнулась она. — Пожалуйста, поприветствуйте вашего нового профессора Ухода за магическими существами — Джонни Со.
Доён вежливо похлопал, но тут же побледнел. Его глаза метнулись к двери в поисках нового профессора. Она сказала Джонни Со?
Распахнулись двери, и в Зал вошёл человек, которого Доён надеялся больше никогда не видеть. Джонни стал выше, чем раньше, когда ему было 17 лет, его волосы были длиннее и непослушнее, но его улыбка, та широкая зубастая улыбка, которая могла помочь с чем угодно, всё ещё была такой же. И эти озорные глаза. Доён не думал, что они когда-нибудь изменятся. Он подавлял в себе желание соскользнуть с кресла, когда Джонни подошёл к столу профессоров. Тэён тихо рассмеялся. Доён стрельнул в него взглядом.
— Ты знал и не сказал мне? — Тэён смеялся сильнее. — Что в этом забавного?
Кашель вернул его внимание на остальную часть Зала, и он поднял глаза, чтобы увидеть Джонни, стоящего перед ним.
— Приятно снова тебя видеть, Дои, — Доён стиснул зубы, когда Со улыбнулся ему в последний раз, прежде чем сесть на свободный стул в конце стола.
Аплодисменты утихли, и началось распределение, но Доён не мог сосредоточиться. Не тогда, когда Джонни сидел не так далеко.
Доён любил то время, когда учился в Хогвартсе. Его друзья были потрясающими, профессора дарили знания, а оценки были идеальными. Но была одна вещь, которую Доён ненавидел. Одна вещь, которая была болью его существования. Джонни Со.
***
Доён помнит, как впервые встретил Джонни: это был их первый год в Хогвартсе. Он замечал гриффиндорца на совмещённых занятиях и в коридорах, но никогда не думал о нём. То есть, до дня отбора по квиддичу. Все своё детство Доён с нетерпением ждал того, чтобы войти в команду по квиддичу в независимости от факультета, поэтому, когда объявили пробы, он был вне себя от радости. Он не был сильно уверен в этом, ведь мало кто проходил в команду на первом курсе, но Доён был просто рад показать команде свой интерес к спорту. У него был целый план: появляться на пробах и демонстрировать, насколько он был увлечён игрой, затем — посещать все тренировки и матчи, чтобы команда увидела, насколько ему не всё равно. Доён надеялся, что капитан увидит его страсть и будет следить за ним в будущем. Именно таким образом он думал получить место в команде на втором или третьем курсе. Это был блестящий план, который Джонни Со полностью испортил. В день отбора команды Слизерина Доён рано пришёл на завтрак. Нервы и волнение не дали уснуть этой ночью. Он не знал, что его падение совсем близко. Когда он вошёл в Большой зал, то услышал громкий гул. Закатив глаза, Доён направился к столу своего факультета, уже привыкшему к шумному поведению гриффиндорцев. Внезапно он обнаружил себя на земле с жуткой болью в правой руке. Со стоном он посмотрел наверх и увидел Джонни, парящего над ним с обеспокоенным выражением. — Вау, чувак, мне так жаль, — он наклонился к Доёну. — Ты в порядке? Доён осторожно пошевелил рукой, ворча от боли. С осознанием случившегося на него нахлынул ужас. Он поднял свой полный ярости взгляд, чтобы посмотреть на гриффиндорца. — Ты сломал мне чёртову руку. Джонни сразу же нахмурился и наклонился, чтобы посмотреть на руку Доёна. После минутного осмотра он отодвинулся и слегка улыбнулся. — Похоже, да. Гнев наполнил Доёна, когда он сел, прижимая раненую руку к груди. Как голос Джонни мог звучать так, словно ему всё равно? — У меня сегодня отбор, — закипал Доён. Благодаря этому высокому лбу весь план полностью разрушен. Как он мог играть в квиддич, если его рука была совершенно бесполезной? — Прости, чувак, — сказал Джонни, глядя на своих друзей на другой стороне зала. — В следующем году будет возможность? Доён быстро поднялся и встал перед Джонни с горящими от злости глазами. Тот осторожно отступил, подняв перед собой руки. — Воу, воу, эй! — спокойно сказал он. — Не расстраивайся так. Это просто квиддич. Гневные слёзы угрожали политься из глаз Доёна, когда он отошёл. — Просто квиддич? — начал он, только чтобы повернуться назад, когда рука запульсировала от боли. Джонни двинулся вперед, чтобы помочь. Доён тут же отвернулся, сузив глаза. — Не трогай меня. Взглянув на обидчика в последний раз, Доён развернулся и последовал в лазарет. Уходя, он всё равно слышал, как гриффиндоры негромко смеялись. Слёзы наконец-то окропили щёки. После этого Доён в гневе наблюдал, как сам Джонни, будучи первогодкой, попал в команду Гриффиндора.***
— Как ты мог не сказать мне? Тэён даже не ответил на поставленный вопрос Доёна. Все, что он сделал, это слегка пожал плечами. — У меня не было времени. Доёну очень хотелось ударить своего лучшего друга по плечу. У Тэёна было достаточно времени, чтобы предупредить его о Джонни — он просто хотел увидеть этот шок. Церемония распределения только что закончилась, все недавно прибывшие слизеринцы сидели за большим столом, болтая со старшими курсами. На мгновение Доён позволил себе ощутить гордость. По крайней мере, Джонни не был Деканом Гриффиндора. Он ухмылялся про себя — вот тут уже он победил Джонни. Они вместе ходили в Хогвартс, даже были одногодками. Тем не менее, стереотипное соперничество между их факультетами, Гриффиндором и Слизерином, повлияло на них. Доён и Джонни были соперниками во всём: от игры в квиддич до успеваемости на занятиях. Естественно, они не ладили. Конкурентные позиции запрещали любую малейшую дружбу, которая могла бы быть между ними. После окончания Хогвартса они не видели друг друга. Доён участвовал в исследованиях по всему миру за несколько лет до того, как его взяли на работу профессором в Хогвартс. Джонни был в Румынии с драконами — это последнее, что он слышал о нём. Доён взглянул на Джонни, который сидел в другом конце стола. Казалось, он уже подружился с другими профессорами, смеясь вместе с ними. Доён стиснул зубы. Джонни всегда был раздражающе хорош в поиске друзей. Даже Тэён ладил с Джонни. Доён же всегда был другим, особенно, когда дело дошло до эффекта Джонни Со. Все любили Гриффиндор, особенно во время учёбы в Хогвартсе. Ещё одна порция смеха была от тех, кто сидел вокруг Джонни. Доён закатил глаза. Здесь Доён был главным. Он был более опытным, чем Джонни, и поэтому не за что было соревноваться. В этот раз жизнь в Хогвартсе с Джонни Со будет иной.***
Разочарование наполнило грудь Доёна, когда он посмотрел на разворачивающийся спектакль перед собой. Он думал, что слизеринцы верны ему, что ученики будут рядом с ним. Особенно Джемин. Префект, который был его гордостью и радостью, стоял в конце коридора и радостно разговаривал со слишком взволнованным новым профессором. Свет, который наполнял глаза Джемина, когда он говорил с Джонни бог знает о чём, добил Доёна. Даже Джено, фаворит Доёна, несмотря на то, что учился на Пуффендуе, тоже был там. Не раздумывая, Доён последовал вперёд по коридору. Студенты быстро разбегались у него на пути — они не привыкли к тому, что обычно собранный и весёлый профессор Трансфигурации выглядел так злобно. Обычно Доён считал, что он контролирует свои эмоции, но было в Джонни, который, очевидно, пытался украсть двух любимых учеников Доёна, что-то такое, что его так разозлило. Конкурентная натура внутри кипела, преображаясь в гнев. Джено засветился, как только увидел приближающегося профессора. — Профессор Ким! — радость на его лице ослепляла. — Как Вы сегодня? Не осознавая, Доён немного расслабился от слов юноши. На лице появилась небольшая улыбка, когда он взъерошил волосы Джено. — Замечательно, а как прошли твои летние каникулы? Джено сразу же начал рассказывать о своём визите в горы с братьями и о том, как они с Джемином несколько раз тусовались. Доён смотрел на ученика с любовью, совершенно забывая о присутствии Джонни, пока тот не покашлял. Настроение Доёна быстро испортилось. — Я только что рассказывал этим двум юношам о румынском Лонгхорне, которого изучал в Румынии, — Джонни говорил вежливо. Его глаза засияли, когда Джемин тут же издал визг. — О да! — он подтолкнул Джено. — Профессор Со так много знает о драконах. Он сказал, что у нас будет целый раздел о драконах! — яркая реакция Джемина и взволнованные выражения лиц двух мальчиков заставили Доёна мягко улыбнуться, несмотря на неприятное ощущение в груди. Джено нежно похлопал его по руке. — Он сказал, что может даже однажды отвезти нас в Румынию на экскурсию! Разве это не потрясающе? — Это очень мило с его стороны, не так ли? — произнес Доён сквозь стиснутые зубы. Джено и Джемин кивнули. — Профессор Со такой крутой! Он даже принёс конфеты на урок сегодня! — голос Джено прозвучал выше от растущего волнения. При упоминании урока парни выпрямились, успокаиваясь. — Э-э, — протянул Джемин. — Говоря об уроках... Доён покачал головой. — Давайте, не опаздывайте. Джено послал ему ослепительную улыбку и они побежали по коридору, игнорируя крики Доёна не спешить. Как только парни повернули за угол, Доён оглянулся на Джонни, нахмурившись. — Во что ты играешь? Джонни растерянно взглянул на него, нахмурившись. — Что ты имеешь в виду? — Доён фыркнул и скрестил руки на груди, уже смирившись с его поведением. Если и было что-то, в чём Со был очень хорош, так это в обмане других, когда заставлял кого-то думать, что он правда хороший человек. Доён знал его лучше. — В любом случае, — легкомысленно продолжил Джонни, кажется, принимая молчание Доёна. — Я слышал, что ты Декан Слизерина. — И что с того? — лёгкая улыбка коснулась губ Джонни, когда он взглянул на Доёна. Он всегда был намного выше всех остальных, даже во времена учёбы. Не осознавая этого, Доён слегка поднялся на носочки, стремясь соответствовать его росту. Забавный блеск в глазах Джонни подсказал ему, что эти действия не остались незаметными. — Поздравляю, Дои, — Джонни сделал акцент на прозвище. — Должность тебе подходит. Его слова тут же расстроили Доёна. — Не называй меня так, — огрызнулся он, сужая глаза. — И что это вообще значит? Джонни просто улыбнулся, похлопывая его по плечу. — Увидимся, — с этими словами он бодро двинулся по коридору, пока студенты на него пялились. Доён закатил глаза, игнорируя покалывание, которое исходило от его плеча, которого Джонни коснулся. Вместо этого он сосредоточился на раздражении, которое всегда появлялось только от одного вида Джонни. Фыркая, Доён повернулся и направился в свой класс с перекошенным от злости лицом. Как Джонни удавалось проникать ему под кожу, Доён не знал. Войдя в кабинет, он заметил, что студенты посмотрели на него, явно нервничая. Это не было похоже на Доёна, он никогда не опаздывал, тем более в первый же день. Добравшись до своего стола, Доён вздохнул. Если бы он закрыл глаза, то мог бы притвориться, разговора с Джонни просто не было. Через мгновение он развернулся лицом к своим студентам третьего курса, налепив на лицо яркую улыбку. Работа есть работа.***
Доён и Джонни технически не были соперниками до второго года обучения. Занятия сразу же стали более сложными. Доён тонул в учёбе, решив быть самым лучшим. Он даже не беспокоился о Джонни, тем более, он никогда не видел другую его сторону. Только в половине первого семестра Доён понял, что был не прав. Это был урок зельеварения, нелюбимый предмет Доёна, однако он всё равно был хорош в нём. Профессор оглашал оценки за эссе, и, как всегда, он сохранил свой высший балл напоследок. Вот почему это смутило Доёна, когда ему вернул эссе обратно. Он нахмурился, когда профессор встал перед классом, продолжая чего-то ждать. Было необычно, что кто-то, кроме него самого, имел высший балл. — Поздравляем Джонни Со с его эссе, — сказал профессор, вручая бумагу улыбающемуся Джонни. Доён был шокирован. Это был его первый урок зелий с Джонни, и он никогда не думал, что он разбирается в этой сфере. Что-то начало неприятно ныть в груди, когда Джонни вернулся на своё место с самодовольной улыбкой на лице. Всё будет хорошо, подумал Доён. Это просто случайность. Это не была случайность. С того дня Джонни оказывался первым почти на каждом занятии, как и Доён. Они соревновались в том, кто получит наивысший балл, и это длилось бесконечно. Хуже всего было то, что Джонни, казалось, даже не возражал. Он просто дарил Доёну самодовольную улыбку, продолжая разговаривать со своими друзьями. Он стал любимчиком, лучшим на каждом уроке, и с ним конкурировал только Доён. Доён поклялся себе победить Джонни Со во всём, в чём только мог.***
За последние несколько дней с начала занятий Доён не слышал ничего, кроме похвалы нового профессора «Ухода за магическими существами». Буквально вчера он вошёл в учительскую и обнаружил, что Сыльги и Чонджэ говорили о том, каким замечательным волшебником был Джонни. — О, Дои! — Сыльги взволнованно хлопнула в ладони. — Ты закончил ведь учёбу с Джонни, верно? Скрипя зубами, Доён кивнул, вздрагивая от восторженного визга, который издала Сыльги. — Он такой джентльмен. У меня был вопрос об одном существе, и он рассказал мне всё, что мне нужно было знать! На этом гул не остановился, а лишь превратился в описание того, каким красивым был Джонни. Что-то, что длилось слишком долго, по мнению Доёна. Он не понимал, как кто-то мог подумать, что растрёпанные волосы Джонни, могли быть привлекательными для кого-то? — Как думаешь, ты сможешь меня представить ему? — Сыльги спросила это с озорным выражением лица, хлопая ресницами. Вдруг Доён почувствовал, что его внезапно тянет блевать. Мысль о Джонни и Сыльги заставила что-то перевернуться внутри. Он быстро покачал головой, чтобы избавиться от этого чувства. Сыльги всё ещё смотрела на него. Доён закатил глаза в ответ на её выходку. Логично, он знал, что Сыльги шутит. Так почему же эта идея его так беспокоила? Может быть, по той причине, что Джонни был преподавателем в Хогвартсе всего несколько недель, и всё уже влюбились в него. Студенты поклонялись ему. Тем более, он так много знал о драконах. Все видели то, как молодые люди очаровывались подобным. Доён не мог поверить, что Джонни использует драконов, чтобы завоевать доверие студентов. Было абсолютно несправедливо, как быстро Джонни вписался и как все полюбили его. Первый год Доёна в качестве профессора был трудным как раз из-за его молодого возраста. Он знал, что ему ещё стоит доказать, что он достоин быть здесь, в Хогвартсе. Он едва помнит тот год. Для Джонни же происходящее — просто фарс. Все льстили ему, и это было так невероятно раздражающе. Доён фыркнул про себя, думая о том, как нарушитель спокойствия номер один на его факультете теперь поклоняется Джонни. Донхёк Ли был его болью. Несмотря на то, что он учился на Слизерине, пятый курс никогда не слушал Доёна. Он был печально известен своими розыгрышами и ещё больше тем, что улизнул после комендантского часа. Однако почему-то Донхёк любил Джонни. Доён видел, как эти двое взаимодействуют, и это было действительно странно. То, как Джонни правил в Хогвартсе, было за пределами его понимания. Доён вспомнил то чувство, которое наполнило его, когда он стал свидетелем сцены, где Донхёк и Джонни смеются вместе в библиотеке. Донхёк был одним из его студентов. Конечно, он большая заноза в заднице. Но дело в том, что Донхёк был слизеринцем, один из фаворитов Доёна, и он связался с Джонни. Сначала Джено и Джемин, теперь и Донхёк. Казалось, Джонни пытался украсть всех учеников Доёна.***
У Доёна был не очень хороший день. Во-первых, он проснулся поздно, почти полностью пропустив свой первый урок. Он выбежал из своей комнаты со взъерошенными волосами и в растрёпанной мантии. А что ещё хуже, так это то, что Джонни шёл по коридору как раз именно в этот момент, забавно улыбаясь при появлении такого Доёна. Затем он потерял план своего урока. Дело в том, что Доён любил планировать то, чему он будет учить детей каждый день. Всё лето было потрачено на создание ежегодного плана занятий — такого идеального и полезного, насколько это вообще возможно. Без него он словно ослеп. Технически, он мог бы просто импровизировать, но дело не в том, что он не был экспертом в области Трансфигурации. Доён просто не хотелось импровизировать. Разыскивая план занятия, Доён обнаружил, что повторяет всё действия предыдущего дня, бормоча себе под нос, пока направлялся в свой класс. Внезапное присутствие кого-то рядом заставило его подпрыгнуть. Он положил руку на грудь, ощущая, как бешено билось его сердце, и повернулся, увидев Джонни. Тот стоял рядом с широкой улыбкой на лице. — Чего ты хочешь? — спросил Доён с хмурым выражением лица. Он не в настроении иметь дело с Джонни сегодня. Со умело проигнорировал его вопрос. — Что ты ищешь? — Кто сказал, что я что-то ищу? Джонни тихо рассмеялся и провёл рукой по своим беспорядочно лежавщим волосам, чуть не сбив очки на макушке. — Ты ходишь по кругу и тупо пялишься в пол, Дои, — тот факт, что Джонни мог так хорошо читать его, бесконечно бесит. — Я сказал не называть меня так, — бормочет Доён под нос, потупив взгляд. Джонни снова проигнорировал его. Они шли по пустому коридору в тишине ещё несколько минут, прежде чем Доён потерял терпение. — Что ты хочешь, Со? — остановился он, подняв глаза. Джонни улыбнулся и вскинул бровь. — Тебе нужна помощь, не так ли? — Мне не нужна твоя помощь. Джонни ухмыльнулся. Сделал ровно то, что раздражающе привлекало Доёна. Ким немного покачал головой, потрясённый своими мыслями. — Ты бродишь уже несколько часов, — медленно сказал Джонни. — Похоже, тебе нужна помощь. Скажи, что ты потерял? Доён некоторое время молчал, прежде чем вздохнул, отведя взгляд. — План урока. Джонни рассмеялся. — Ты правда этим занимаешься? Увидев злое лицо Доёна, он поднял руки. — Хорошо, хорошо, — его глаза блеснули. — Когда ты видел план в последний раз? Из коридора донеслись, и они повернулись, увидев небольшую группу студентов, идущих в их сторону. Доён молчал до тех пор, пока студенты не повернули за угол, прежде чем вернуться к Джонни. — Вчера, — он прикусил губу. — Я ношу его с собой, куда бы ни пошел. — Так куда ты вчера ходил? Доён пытался не закатить глаза. — Ходил по всему этому дурацкому замку. На мгновение Джонни замолчал, нахмурившись. Доён позволил себе быстро рассмотреть его — как всегда, он был неопрятен: его волосы слишком длинные, Джонни отчаянно нуждался в стрижке, а очки на макушке вот-вот свалятся с головы. Мантия была растрёпана в области груди, как будто он что-то скрывал за ней. Джонни закашлялся, выбив Доёна из его мыслей. — Давай начнём с твоей комнаты, — ярко улыбнулся он. — Пойдём искать. Доён кивнул и направился вперёд. Он всё ещё пытался понять, насколько непрофессионально выглядел Джонни. После спальни Кима они вернулись в учительскую. Мужчины двигались в относительной тишине, что удивило Доёна. Он знал, как сильно Джонни любит поболтать. Внезапно из мантии Джонни раздался тихий шум. Растерянный Доён остановился и повернулся к нему. К его удивлению, лицо Джонни оставалось спокойным, и он смотрел прямо вперед, решительно игнорируя любые звуки, исходящие от его мантии. — Со? Джонни молчал, но его уши покраснели. После ещё одного звука Джонни сдался. — Не говори никому, пожалуйста, — заныл он, и Доён слегка опешил. — Пожалуйста, Дои. Игнорируя ужасное прозвище, Доён пристально приглянулся к движению за мантией Джонни. — Что это? Со вздохом Джонни протянул руку под мантию и вытащил кошку. Доён нахмурился, прищурившись. Стоп, это не кошка, а Жмыр. — Что это делает здесь? — на вопрос Доёна Жмыр зевнул, широко раскрыв пасть. Доён наблюдал, как Джонни ласково чесал существо за ухом. — Рози не нравится, когда её разлучают со мной, — ответил он, улыбаясь. Доён тупо уставился на него. — Их не пускают в замок. Джонни тут же повернулся, чтобы посмотреть на собеседника, и надулся. Это заставило Доёна отступить. Он почувствовал, как его уши тоже краснеют. — Пожалуйста, не говори, Дои, — попросил Джонни. Его глаза каким-то образом стали невероятно широкими. Доён закашлялся и посмотрел на Жмыра по имени Рози. Существо спокойно уставилось на него, млея в объятиях Джонни. — Хорошо, — вздохнул он, отведя взгляд, чтобы не смотреть на надутое лицо. — Но нам всё ещё нужно найти мой план урока. Улыбка осветила лицо Со. Доён боролся со своими покрасневшими щеками, отворачиваясь, чтобы двинуться вперёд по коридору. Как только они вышли во двор, Рози спрыгнула с рук Джонни, чтобы побродить по земле. Её львиный хвост развивался туда-сюда, когда она передвигалась. Не обращая внимания на Жмыра и её владельца, Доён с любопытством осматривался. Он приходил сюда вчера, чтобы сделать перерыв после того, как занятия закончились. Медленно подойдя к ближайшей скамейке, он заглянул под неё, но разочарованно вздохнул, ничего там не обнаружив. Внезапный гул напугал Доёна, и он повернулся, увидев небольшую группу студентов, громко разговаривающих в дальнем углу двора. Прищурив глаза, Доён увидел расстроенное лицо Джемина и сразу же направился к ним. — Что такое? — на вопрос профессора все студенты замолчали. Нетерпеливо Доён постучал ногой, когда Джемин вышел вперёд, держа недалеко от себя виновато выглядящего Донхёка. — Профессор Ким, — нервно начал Джемин, прежде чем был прерван сердитым студентом с Когтеврана. — Донхёк испортил мою одежду, сэр, — мальчик из Когтеврана закипал, вытянув руки вперёд, чтобы показать ярко-зелёную краску, которая осела на его мантии. Доён посмотрел на юношу, узнавая в нём студента пятого курса по имени Ренджун. Его мантия действительно была испорчена, полностью окрасившись в зелёный. Доён почувствовал раздражение, когда повернулся к нарушителю спокойствия. Донхёк пялился на Ренджуна. — Снич, — выплюнул он. — Почему тебе обязательно было донести на меня? — Ренджун двинулся вперёд, как будто хотел что-то сказать в ответ. Доён почувствовал всплеск чужих негативных эмоций. — Достаточно. Студенты сразу же успокоились и посмотрели на него. Доён расправил свою мантию и спокойно взглянул на Донхёка. — Мистер Ли, — парень уставился на него. — Минус десять очков Слизерину и наказание на неделю. Донхёк открыл рот в знак протеста, когда Доён снова прервал его. — И извинитесь перед мистером Хуаном. На мгновение во дворе стало тихо, но тишина быстро прервалась, когда Донхёк начал жаловаться. — Это несправедливо, Ренджун сказал, что Слизерин — ужасный факультет, — он топнул ногой по земле. — Меня тоже глупым назвал! Доён проигнорировал юношу, вскинув бровь. — Профессор Со не заставил бы меня это сделать, — буквально выплюнул эти слова Донхёк в ответ, надувшись, когда посмотрел через плечо Доёна на Джонни. — Ну, профессор Со не Декан вашего факультета. Мистер Ли? С разочарованным стоном Донхёк повернулся к Ренджуну, который выглядел слишком довольным. Со скрежетом зубов он извинился, очевидно, нисколько не желая этого делать. — Теперь вы, мистер Хуан, — Доён сопротивлялся желанию завыть, когда шокированный когтевранец посмотрел на него, очевидно, не ожидая, что Доён попросит и его извиниться. Через несколько секунд Ренджун повернулся к Донхёку, его лицо покраснело, и он тоже принес свои извинения. Доён почувствовал, что расслабляется. — Наказние распространяется и на Вас, — строго сказал он когтевранцу, прежде чем повернуться к другим студентам. — Уже поздно. Студенты кивнули, пробормотали что-то, прощаясь, и поспешили уйти в замок. Когда последний студент исчез из поля зрения, Доён позволил себе опуститься на ближайшую скамейку. Через мгновение рядом с ним сел другой человек. Ему даже не пришлось смотреть, чтобы узнать, кто это был. — Впечатляюще, — тихо сказал Джонни. — Я никогда не мог хорошо справиться с этим. Доён фыркнул, отнимая ладони от лица. — Умоляю, все дети любят тебя. — Конечно, но они не всегда слушают меня, — мягко улыбнулся Джонни. — Одна надутая физиономия Донхёка, и я бы отпустил его. Доён громко рассмеялся, воссоздавая образ надутого студента в своей голове. — Я плохо справляюсь с дисциплиной. Слова Джонни удивили Доёна. Он никогда не слышал, чтобы Джонни был плох в чем-либо, не говоря уже о том, что тот открыто признал это. Во времена Хогвартса он всегда был Мистером Совершенством. — Не то чтобы и я был в этом мастером, — ответил Доён, всё ещё думая о надутом студенте. — Пожалуйста, ты хорош во всем. Доён сел прямо, удивлённо взглянув на Джонни. Тот выглядел искренним и уверенным в своих словах, но глядел на собственные руки. — С каких пор я хорош во всем? Джонни тихо рассмеялся. — С первого курса, — теперь он смотрел в глаза Доёна. — Это было несправедливо. Доён на мгновение замолчал, думая обо всех годах, которые он провёл, беспокоясь о том, чтобы обогнать Джонни. Было забавно узнать, что они думали о друге друге одинаково. — Да ладно, ты был мистером Популярностью, — сказал Доён, опешив, думая о тех толпах людей, всегда следовавших за Джонни. Тот фыркнул в ответ. — У меня было только двое настоящих друзей или типа того, — его слова звучали почти грустно. Доён быстро замолчал, прерывая самого себя. Он думал о Джэхёне и Юте, двух других гриффиндорцах, которые всегда были рядом с Джонни. Внезапно Рози запрыгнула на колени Доёна, отвлекая его от потока мыслей. Джонни громко засмеялся, когда существо тут же свернулось там калачиком. — Ты ей нравишься. Удивленный Доён посмотрел вниз, позволяя небольшой улыбке появиться на лице. Он знал, что эти существа остерегались незнакомцев, особенно находившись рядом со своими волшебниками. Рози издала довольный звук, прижимая свою моську к ноге Доёна. Они сидели так некоторое время, наблюдая, как солнце исчезает с неба. Тишина вокруг была приятной, даже комфортной. Если бы 17-летнему Доёну сказали, что он проведёт целый день с Джонни Со и даже не захочет ударить себя ножом в глаз, он бы никогда в это не поверил. Джонни внезапно встал на ноги, поднимая Рози с колен Доёна. — Мы всё ещё не нашли твой план урока, — сказал он, заставляя Доёна встать со скамейки. — Идём. Доён встал с места, смахивая грязь со своего плаща. — Куда дальше? — спросил Джонни, посылая ослепительную улыбку в его сторону. Доён всегда ходил в совятню каждый вторник вечером, чтобы написать письмо своей семье. Это был график, который он сам себе и навязал, находя в нём утешение во время своих студенческих дней в Хогвартсе. Когда он вернулся сюда уже в качестве профессора, то не мог оставить этот ритуал. Когда они добрались до места назначения, совятня, к счастью, пустовала. Только несколько сов летали вокруг, остальные спали. Широко раскрытыми глазами Доён осмотрел территорию. Он надеялся, что оставил свой план урока здесь, когда приходил отправить еженедельное письмо домой прошлой ночью. За спиной он мог слышать, как Джонни входит, изо всех сил пытаясь держать на руках Рози, пытающуюся прыгнуть на ближайшую сову. Доён подавил смешок, видя на панику на лице Джонни, и тут же отвернулся, продолжая поиски. Он игнорировал звуки борьбы сзади, пока глаза бродили по пространству. Помёт сов и некоторые бродячие кусочки домашнего задания покрыли пол, но никакого плана урока. Как раз когда он собирался заныть от разочарования, позади что-то загрохотало. Быстро развернувшись на пятках, он увидел, как Джонни, одной рукой всё ещё крепко держа борющуюся Рози, другой подобрал ярко-фиолетовую папку, перенимая внимание Доёна. — Ты нашел её! — радостно воскликнул он, бросаясь вперёд, чтобы взять свой план урока. Джонни усмехнулся и кивнул. Доён был так рад наконец найти свой план урока, что даже не заметил, как близко они стояли, пока не поднял глаза. У него спёрло дыхание, а улыбка исчезла с лица. Сердце словно стучало прямо в ушах. Джонни наклонил голову вниз, чтобы разглядеть собеседника. Его длинные волосы свисали с лица. Тем не менее, он выглядел красиво, с любовью глядя на Доёна. Доён не хотел это признавать, но их разница в росте его на самом деле не беспокоила. На самом деле, ему это, вроде как, понравилось. Доён почувствовал, что краснеет от собственных мыслей, поэтому поспешно сделал шаг назад, опуская голову, чтобы посмотреть на свой план урока. Облегчение, которое он почувствовал, обнаружив пропажу, притупило нервозность. — Э-э... Спасибо, что нашел его, — он не поднял взгляд, заикаясь, но точно мог услышать улыбку в голосе Джонни. — В любое время, Дои. В кои-то веки Доён не почувствовал раздражения из-за прозвища. Вместо этого он покраснел ещё сильнее. Что с ним происходило? Всё, что он знал — то, что нужно выбраться из совятни. Он провел слишком много времени с Джонни Со. — Ну, — пробормотал Доён, обходя Джонни, чтобы добраться до двери. — Увидимся завтра. Когда он поспешил выйти из башни и спуститься по лестнице, то услышал яркий смех Джонни. — До встречи! Румянец не покидал лицо Доёна всю дорогу обратно. Уже закрыв за собой дверь своей комнаты, Ким прислонился к ней, слегка задыхаясь от того, как быстро он шёл. Медленным движением он положил свою ладонь на щёку. Его переполняла растерянность. Что только что произошло?***
Доён провёл большую часть времени в Хогвартсе, избегая Джонни Со, как в качестве студента, так и в качестве преподавателя, поэтому он не был уверен, почему чувствует себя виноватым сейчас. Это не имело абсолютно никакого отношения к тому, что Джонни был милым и любезным, помогая ему найти план урока. Доён даже наслаждался временем, проведённым с ним. Он быстро покачал головой, уставившись на свой завтрак. С ним должно было быть что-то не так. Может быть, он болен? Оторвав взгляд от еды, Доён почувствовал, как медленно краснеет, заметив, как Джонни входит в Большой зал. Он выглядел растрёпанным, как и всегда. На его мантии было несколько влажных мест, словно от слёз, а его волосы завивались, глаза сверкали от счастья. Они встретились взглядами. Джонни широко помахал ему. Выражение обиды, которое появилось на лице, когда Доён проигнорировал его, совсем не заставило Кима чувствовать себя виноватым. Огорченный Доён повернулся к обедающему Тэёну. — Я выгляжу больным? Медленно опустив ложку, Тэён переключился, чтобы посмотреть своему лучшему другу в глаза. Через мгновение на его лице промелькнуло веселье, и он покачал головой. — Ты отлично выглядишь, — он щёлкнул Кима по лбу. — Почему? — Доён нахмурился и потряс головой. Посмотрев в сторону Джонни, он наметил, что тот остановился для разговора с Донхёком, жестикулируя, а его лицо так и сияло. Доён почувствовал накатившую волну тошноты и повернулся к Тэёну, который с любопытством пялился на него. — Нет причины, — Тэён не выглядел так, будто поверил ему, но всё равно пожал плечами, прежде чем встать и потянуться. — В любом случае, чувак, — он похлопал Доёна по голове, хихикая, когда тот нахмурился и затрясся, чтобы поправить свою испорченную причёску. — Увидимся позже. Доён смотрел, как его друг покинул зал, и чужие слова эхом разносились в его голове. — Да, — прошептал он про себя, думая о том, как Джонни сказал ему то же самое. — Увидимся позже.***
Он мог вспомнить, как в школьные годы иногда действительно ладил с Джонни. С их ссорами и тяжёлыми характерами неудивительно, что их часто наказывали. Этот факт всегда злил Доёна: несмотря на то, что он был префектом, его всё равно отправили убирать класс профессора по Чарам. Также неудивительно, что профессора всегда заставляли их двоих отбывать свои наказания вместе, пытаясь позволить им разобраться в разногласиях. Это был субботний вечер, то время, когда наказание ощущалось хуже всего. Доён сидел на полу в классе и тёр его маленькой красной тряпкой. Дверь открылась, и вошёл Джонни, держа в руках свою тряпку. Доён просто закатил глаза и продолжил чистить. Он иногда задавался вопросом, почему профессора доверяли им двоим, оставляя наедине в классе. Это не имело значения, ведь он не позволит Джонни Со больше втянуть его в неприятности. Пара работала в относительной тишине, пока Доён не начал бормотать. Сначала он не замечал, что делает это, даже когда его бубнёж превратился в мягкое пение. Доён всегда любил музыку, а пение в школьном хоре было одним из его любимых занятий. Логично, что он будет напевать, чтобы заполнить холодную пустоту комнаты. Как только он понял, что делает, то замолчал. Его уши покраснели при мысли, что соперник услышал это. Доён был уверен в своём пении, но всё ещё он ощущал себя немного уязвимым. Он не думал, что Джонни заметил, пока тот не начал напевать ту же самую мелодию. Шокированный Доён взглянул на него только для того, чтобы увидеть, как тот целенаправленно пялится на пол. Он снова потупил взгляд, теперь оттирая грязь усерднее, ожидая того самого раздражения, которое всегда сопровождает его рядом с Джонни. Когда этого не произошло, он обнаружил, что тоже начал петь. Вскоре оба парня сидели вместе на полу, напевая известные мотивы. Тем не менее, как только профессор вернулся в класс, они прекратили и молчали до самой ночи. Произошедшее казалось странным, и если бы Доёна спросили об этом сегодня, он бы полностью отрицал факт произошедшего события, но это было приятным воспоминанием.***
— О нет, — прошептал Доён, его уши покраснели. — Эффект Джонни Со. Он сидел за своим столом, оценивая эссе, которые только что сдали студенты шестого курса, когда он внезапно осознал это. Он, Ким Доён, был под эффектом Джонни Со. — Что? Доён поднял голову, широко глядя на Донхёка, единственного человека в комнате, кроме Ренджуна. Два пятикурсника ворчали в передней части класса, усердно выполняя домашнее задание. Это было время отбывания их наказания, за которое отвечал сам Доён. Он покачал головой. — Ничего. Донхёк сузил глаза, но промолчал, прежде чем вернуться к своей работе. Рядом с ним Ренджун даже не взглянул наверх. Доён вздохнул, наблюдая за ними. Он ненавидел назначать студентам наказания, но знал, когда это было необходимо. Доён мог почувствовать зарождающуюся неприязнь между двумя студентами, поэтому он был полон решимости попытаться заставить их преодолеть это. Ужас внезапно охватил его, когда он понял, что делает именно то, что старые профессора делали с ним и Джонни. Он слегка шлёпнул себя по лбу и оглянулся на бумаги перед собой, однако никак не мог отвлечься от Джонни Со. Не мог перестать думать о том, как свои слишком длинные волосы Джонни заправлял за уши, или о том, как его очки всегда падали с макушки на нос. Никак не мог отвлечь свои мысли от яркого взгляда, который всегда, казалось, заполнял глаза Джонни, даже когда он дразнил других. Боже, Доён подумал про себя, закрывая глаза. Он облажался. Только в тот день, всего за несколько часов до задержания Донхёка и Ренджуна, Доён наткнулся на Джонни, из-за чего все документы посыпались из рук. Его тут же наполнило раздражение, но оно быстро угасло, когда Джонни широко улыбнулся и извинился, наклонившись, чтобы помочь собрать упавшие эссе. Доён покраснел, как абсолютный идиот, прежде чем нахмуриться и топнуть, игнорируя мягкий смех, который последовал за этим действием. Ренджун чихнул, и Доён взглянул вверх, прежде чем уткнуться головой в свои руки. Каждое взаимодействие, которое у него происходило с Джонни с тех пор, как тот помог ему найти свой пропущенный план урока, было просто странным. Он не понимал. Кажется, между ними не произошло что-то особенное в тот день. Доёну хотелось попросить Тэёна о помощи, но знал, что друг будет над ним смеяться. Эта идея заставила его надуться. — Профессор Ким? Доён быстро поднял взгляд, меняя выражение лица. — Да? Ренджун смотрел на него удивлёнными глазами. — Вы в порядке? Донхёк заглушил смех, получив взгляды от людей в помещении. — Отсоси, — пробормотал он. Раздражение, которое появилось на лице Ренджуна, было достаточно живописным, чтобы Доён отреагировал. Он отчаянно пытался сменить тему, прежде чем они бы ввязались в настоящую драку. — Я в порядке, мистер Хуан, спасибо. Ренджун слегка улыбнулся ему, прежде чем ещё раз бросил взгляд на Донхёка. Доён вздохнул, возвращаясь к своим эссе и игнорируя лязг стула, когда Ренджун ударил Донхёка по голени. Как раз когда он наконец-то начал вникать в эссе, дверь класса распахнулась. Испуганный Доён вскочил, увидев запыхавшегося Джонни, стоящего на пороге. — Со, — встал Доён, нахмурившись. — Всё хорошо? Джонни просто некоторое время смотрел на него, прежде чем выпрямиться и расправить свою мантию. — Могу поговорить с Вами буквально минуту, пожалуйста? Доён вскинул бровь, взглянув на двух студентов, которые выглядели такими же растерянными, как и он, прежде чем кивнуть. — Конечно. — Это не займет много времени. Доён целенаправленно посмотрел на Донхёка и Ренджуна, которые, казалось, цеплялись за каждое слово. К своему удивлению, Джонни покраснел, прежде чем быстро кивнуть. Всё ещё растерянный Доён вышел из своего класса, следуя за Джонни в коридор. В это время суток замок был почти пуст. Знакомый шум убедил Доёна о присутствии Рози, которая нетерпеливо сидела на выступе подоконника в коридоре. — Серьёзно? — спросил Доён. Джонни смущенно улыбнулся и почесал затылок. — Ей одиноко. Доён фыркнул и двинулся вперёд, чтобы погладить Рози, любуясь её пятнистой шерсткой. Он улыбнулся, когда она начала мурлыкать. Рядом неловко встал Джонни. — Что такое? На мгновение воцарилась тишина, после Джонни прочистил горло. Доён отвёл взгляд от Рози, его глаза наполнились любопытством. — Я... э-э, — Джонни выглядел так, будто вот-вот потеряет сознание. — Я просто хотел сказать тебе, что мне очень понравилось проводить с тобой время на днях. Сразу же Доён покраснел, его рука опустилась вниз. — Мне тоже понравилось. Его слова звучали тихо, но они были такими искренними. Как бы трудно это ни было признать, его время препровождение с Джонни было весёлым. Кроме того, он уже смирился с тем, что был под эффектом Джонни Со. Джонни, казалось, никак не отреагировал. — И хорошо, — он замешкался, смотря куда угодно, на что угодно, кроме Доёна. — Мне было интересно... не хочешь ли ты когда-нибудь сделать это снова. Доён наклонил голову в сторону. — Ты потерял свой план урока? — Нет, нет, — нервно рассмеялся Джонни. — Я не из тех, у кого есть план урока. На этих словах Доен ощутил раздражение. В замешательстве Доён заговорил: — Что это должно означать? На лице Джонни появилась паника и что-то ещё, что Доён игнорировал, скрестив руки на груди, стуча ногой. — Это не то, что я имел в виду, — по лицу Джонни скатился пот. — Мудрено, что у тебя есть план урока, действительно восхитительно. Их используют лучшие профессора. Доён не мог понять, издевался ли тот или нет. Эта мысль сбила его с толку. Он только что признался себе, что ему нравится быть рядом с Джонни, и теперь он смеётся над ним. Разочарованный Доён повернулся, чтобы вернуться в свой класс, когда чужая рука обхватила его запястье. Джонни развернул его обратно. Они снова смотрели друг на друга. — Я пытаюсь пригласить тебя на свидание. Внезапные слова Джонни ошеломили Доёна. Он распахнул рот от удивления. — На свидание. Разъяснение не было необходимым, но оно вывело Доёна из его транса. — Почему? Джонни улыбнулся, а его нервозность, казалось, немного исчезла. В своём сознании Доён зафиксировал, что рука Джонни всё ещё сжимает его запястье, а большой палец рисует маленькие кружочки на его коже. — Потому что ты мне нравишься, Дои. Снова это чёртово прозвище. Доёну это не понравилось, но он должен был признать, что каждый раз, когда Джонни говорил так, у него порхали бабочки в животе. — Я, ну, — заикался Доён, его лицо снова покраснело. — Сейчас? Джонни наклонил голову в размышлении. — Это не то, о чём я думал, но почему бы и нет? — Но я должен следить за мальчишками. Джонни ласково улыбнулся. — Они будут в порядке сами по себе. — И у меня есть эссе, которые нужно проверить. — Я помогу тебе позже. Голова Доёна, казалось, превратилась в кашу, когда он пытался придумать больше ещё вещей, которые должен был сделать. — Мне нужно покормить свою золотую рыбку. Джонни медленно отпустил запястье, но не отступил. — Ты хочешь или нет? Их тела до сих пор касались друг друга. Доён беспокоился, что Джонни сможет услышать его быстрое сердцебиение, пока он думает об ответах на вопросы. Он осмотрел Джонни. Его глаза, знакомые взъерошенные волосы и яркий взгляд. — Да, — выдохнул он. На лице Джонни сразу же появилась улыбка, и он двинулся, чтобы крепче взять руку Доёна в свою. Это заставило Доёна покраснеть, когда его потянули по коридору. За ними лениво последовала Рози. — Подожди, — быстро сказал Доён, останавливая их. — Я серьёзно говорил о мальчиках. Джонни приблизился, нежно улыбаясь. — С ними всё будет в порядке. Доён обнаружил, что дуется, беспокоясь о двух студентах. Взгляд Джонни, казалось, сосредоточился на этом движении. Прежде чем он смог сказать что-то ещё, на его губах внезапно появилось мягкое давление, а затем оно исчезло. Шокированный Доён уставился на Джонни, который всё ещё ослепительно лыбился. — Не волнуйся так сильно, — игриво сказал Со, утягивая его вперёд по коридору. — Пойдем. Оцепеневший Доён последовал за ним. Он поднял руку к своим покалывающим губам, и лёгкий румянец осел на его щеках. Джонни всё ещё улыбался ему. Доён сбросил руку с лица и побежал за Со, ощутив, что его конкурентная натура вышла наружу. На следующий день студенты шептались о двух профессорах, которые вместе бегали по коридорам поздно ночью. Они будут говорить о том, как Донхёк и Ренджун утверждали, что два профессора поцеловались. Они говорили о многом, но Доён не возражал. Доён даже не возражал бы, если бы Тэён начал дразнить его по этому поводу в течение нескольких недель. Доён попал под эффект Джонни Со.
