О чем молчат легенды

— Алан! Алан не бросай трубку! Не бро… Что б тебе провалиться! От досады — братцев сожитель опять не пожелал с ним разговаривать — Лиам чуть было не запустил телефон в полет через всю комнату, но вовремя остановил занесенную было для броска руку. Разобьешь смартфон — пока купишь новый, пока туда-сюда, а вдруг Майкл перезвонит? Младший Фрейзер пытался связаться с братом вот уже вторые сутки. Он начал вызванивать Майкла в субботу, чтобы напроситься в гости. Или наоборот, позвать старшего к себе в Лондон. Да! Так было бы даже лучше — вдруг Майкл не потащил бы с собой любовника? Не то чтобы Ли не любил Алана, тот был неплохим, в общем-то, парнем, но иногда его капризы и недовольство, которое возникало вдруг, буквально на пустом месте, сводили Лиама с ума. Как это брат уживается с Кэйдом? У Майкла самого характер тот еще, а вдвоем с Аланом они, бывало, могли утомить даже такого терпеливого человека, как Лиам. Нет, поначалу, когда братец только познакомился с этим… Как его?.. Кулинарным блогером, мать моя женщина! — Так вот когда голубки только познакомились, Ли нарадоваться на эту сладкую парочку не мог. Майкл и Алан смотрели друг на друга, а Лиаму казалось, что в их глазах мелькают те самые дурацкие мультяшные сердечки, и все это было до хрена сентиментально, но Ли рядом с братом и его возлюбленным отчего-то сам себя чувствовал совершенно счастливым. Должно быть, чужое счастье заразительно. Сейчас те самые сердечки иногда все еще включались, словно лампочки, в глазах Майкла, когда он смотрел на Алана, но почему-то последние года два Лиам уже не ощущал то самое чувство беспричинной радости, какое возникало у него рядом с этими двумя. Ли не думал, что отношения брата и его парня разладились. Нет конечно! Понятно, что нельзя двадцать четыре часа в сутки, семь дней в неделю, двенадцать месяцев в году и так из года в год сверкать, словно открытка ко дню святого Валентина. Между Майклом и Аланом уже не так искрит. Но Лиам помнил, как поначалу он едва ли не завидовал старшему — брат-то нашел свое счастье. А Ли так и прыгает из одной койки в другую, нигде не задерживаясь дольше, чем на несколько месяцев. Но каждому свое — философски рассуждал младший из братьев Фрейзер, меняя одну постель на другую, и продолжая чуть-чуть завидовать брату. Но и радоваться за него тоже. Так вот Ли хотел повидаться с Майклом. Они давно не проводили время вместе так… Основательно, не урывками, не «я буду в Лондоне по делам, давай встретимся, у меня будет полчаса». Они давно не разговаривали. Как раньше. Как братья. Ли скучал по старшему. Тем более сейчас, когда у него неожиданно образовалось до фига свободного времени. Вот уж действительно никто не мог ожидать, что его, Лиама Фрейзера, на целых две недели отстранят от службы без сохранения заработной платы. И за что? За то, что он посмел отвесить комплимент Сюзи Томпкинс из секретариата! Да вашу ж маму! Что это за мода такая? Чуть что — сразу обвинять порядочного человека черти в чем! И вообще! Скоро, если так дело пойдет, как прикажете знакомиться с девушками? Да что там! Если так дальше дело пойдет, как, скажите на милость, у нас будут рождаться дети? Вымрем, как мамонты! А что? Вот взять их, Фрейзеров — от старшего с его плюс один детей не дождешься. Одна надежда на младшего. И тут облом. Да к тому же чуть было с работы не поперли. Хорошо, что отделался вынужденным отпуском за свой счет. Конечно же, Ли хотел «поплакаться» в жилетку братцу. Поэтому и начал вызванивать его прямо с самого утра в субботу. Но телефон брата без устали повторял Лиаму, что «абонент сами знаете где, а вы идите по всем известному адресу». Младшенький сначала не переживал ни разу — ну подумаешь, решил брательник поваляться подольше в койке со своим капризным любовником, таки имеет право. Но когда Майкл не ответил в обед, Ли насторожился. Вечером, услышав в трубке приятный женский голос, посылающий его сами знаете по какому адресу, Ли занервничал и позвонил Кэйду. Тот трубку взял, но вместо голоса Алана Лиам услышал грохочущую музыку и чьи-то пьяные визги. Он пытался доораться через эту какофонию до братова любовничка, но безуспешно. На следующее утро все повторилось, правда, с некоторыми изменениями. Брат был вне зоны доступа, Алан, взяв трубку, пробормотал, что, во-первых, он спит, а во-вторых, чтобы Лиам катился к черту. Лиам катиться к черту не желал, а хотел знать, где этот самый, черт возьми, его любимый брат и почему он отключил телефон. Где-то после обеда Ли все-таки дозвонился до Алана. Видать, тот проспался. Но в настроении пребывал скверном. О чем и сообщил Лиаму. А также о том, что понятия не имеет, где находится Майкл. — То есть как это ты не знаешь? — Ли в первый момент даже не осознал до конца, что ему хочет сказать Кэйд. — Вы разве вчера не вместе отдыхали… Ну где вы там зависли-то под музыку? — Я был с друзьями, — томно зевая, сообщил Алан. — Я рад за вас с друзьями, — поморщился Ли. — Позови Майкла к телефону, будь добр. — Лиам, ты тупой? — еще раз зевнула трубка. — Тебе говорят: я понятия не имею, где твой брат. И вообще, можешь передать этому кобелю, когда его разыщешь, что домой может не являться… — Подожди-подожди! — растерялся Лиам. — Что значит «кобелю» и «не являться»? Вы что, поссорились? — Мы не ссорились, — Ли послышалось, как на том конце провода Кэйд расстроенно вздохнул. — Ой, да идите вы оба, Фрейзеры! — капризно протянул Алан и отключился. Больше в тот день Ли дозвониться ему не мог. Вечером, устав слушать чужой механический голос в трубке, Лиам, снедаемый беспокойством — Майкл ни за что бы не исчез вот так, не предупредив, он не бросил бы Алана, — помчался в аэропорт и ближайшим рейсом улетел в Эдинбург. Столица Шотландии встретила младшего Фрейзера мокрым снегом и ветром. Стуча зубами — надо было надеть куртку потеплее, — Ли посеменил к стоянке такси и, оказавшись в салоне, попросил водителя включить обогреватель. И хорошо, что догадался не отпускать такси — он звонил, стучал в дверь, но в дом, который снимал Майкл на пару со своим парнем, его никто не пустил. Без особой надежды Ли набрал номер Алана и даже не удивился, услышав в трубке грохот вечеринки. Да что ж такое-то! Он пнул от досады дверь и, развернувшись, припустил к машине по дорожке, выложенной веселым бежевым гравием. Такси доставило Фрейзера младшего прямиком в управление полиции Эдинбурга. Там, на счастье Лиама, служил его однокашник — Джон Грегсон. И, видимо, чтобы компенсировать тревогу предыдущих дней, Джон в этот выходной день оказался на месте. — Дела, Ли, дела, будь они неладны! Приходится торчать в конторе. — Джон крепко обнял Фрейзера. Не то чтобы в Академии они были не разлей вода, но было дело, чудили. Да еще и как! — Жена скоро на порог не пустит, — грустно улыбнулся Грегсон, — и я ее понимаю. Ты сам-то как? Семья есть? Ли отрицательно помотал головой. — И правильно! — похлопал его по плечу Джон и поинтересовался, что же привело Лиама в Эдинбург. Услышав, что его сокурсник разыскивает брата, полицейский сделался серьезным. — Да какой разговор, Лиам! Сейчас поднимем сводки, посмотрим… — он щелкнул мышью, выводя на экран ноутбука информацию, — так… когда он, говоришь, перестал на звонки отвечать? — Его партнер говорит, что Майкл уехал в пятницу утром. — Куда уехал-то? — Да черт его знает! Алан пьет, похоже, без просыху! — от досады Ли ударил себя кулаком по коленке. — Ну смотри, в общем, сам, — и он пустил Лиама за компьютер. Тот, просмотрев сводки, облегченно выдохнул — ни в одном происшествии, произошедшем с пятницы в Эдинбурге, мужчины с приметами, подходящими Майклу, не участвовали. Ни в больницах, ни, слава богу, в моргах, никого с именем Майкл Фрейзер не было. Неопознанных было всего трое: две женщины и один старик. — Это в городе, Джон, а в Шотландии… — Ноут твой, Ли, — пожал плечами Грегсон. — Но ты бы уточнил у его сожителя, куда твой брат уехал, чтобы не терять время. — Дохлый номер! — скривился Лиам. — Надо звонить его сотрудникам. Если Майкл уехал по работе, то наверняка должен был сказать в офисе, куда именно. — Точно! — кивнул Джон. — Где работает твой брат? Конечно же, в конторе Майкла по случаю выходного трубку никто не взял. Но уже через пять минут, пробив личные телефоны сотрудников агентства, Лиам звонил некоему Заку Бренту. — Майкл? В пятницу? — Зак чуть подумал, прежде чем ответить. — А! Точно! Я слышал, как он говорил Натали, что собирается в пятницу смотаться на север, в Инвернесс, кажется. И еще через пять минут словоохотливая Натали Браун, администратор офиса, сообщила Лиаму, что ее шеф накануне подписал договор с некой Сарой Спенсер на продажу особняка недалеко от Инвернесса. — Спенсер-гров или Спенсер-корт, как-то так, я точно не помню, — прощебетала Натали. — Это не совсем наш профиль — жилые дома. Но Майкл взялся за эту работу, потому что его знакомые попросили. И как раз в пятницу он должен был в этот Спенсер-что-то-там поехать, посмотреть дом. Поблагодарив девушку, Лиам нажал «отбой». Ну хоть какая-то ясность! — Я свяжусь с Инвернессом, — предложил помощь Грегсон. — Уже поздно, ты поезжай завтра прямо с утра… — Я не могу ждать до утра, Джон, — взмолился Лиам, и, дождавшись, когда бывший однокурсник переговорит с дежурным офицером полиции Инвернесса, помчался в ближайшую контору по аренде транспорта. Был поздний вечер, когда Ли, уставший, голодный и снедаемый тревогой, добрался до своих инвернесских коллег. — Инспектор Малкольм, — пожилой офицер, слегка располневший, но все еще пытающийся держать себя в форме, протянул Лиаму сухую ладонь. — Детектив Фрейзер, Скотленд-Ярд, — пожал протянутую руку Лиам и достал свой значок, отмечая, что рукопожатие вышло довольно крепким, чего он никак не ожидал от мистера Малкольма. Вообще инспектор полиции Инвернесса не произвел на Ли особого впечатления. И дело было не столько в возрасте, сколько… Во всей фигуре пожилого полицейского Лиаму виделась какая-то медлительность, неповоротливость. Мистер Малкольм был похож скорее на преподавателя чего-нибудь такого… — Ли на секунду задумался, представляя, что бы мог преподавать этот человек — что-нибудь вроде литературы или изобразительного искусства, вот на что бы он сгодился, по мнению Лондонского молодого коллеги. Но несмотря на молодость, Ли прослужил в полиции достаточно, чтобы понимать, что внешность бывает обманчива. И гораздо чаще, чем мы думаем. — Я хочу объявить в розыск своего брата, Майкла, — начал Лиам, когда получил разрешение присаживаться. Удобно расположившись в кресле напротив инспектора Малкольма, он достал из кармана ручку и попросил лист бумаги. — Хорошо, пишите, — кивнул головой Малкольм, и на какое-то время в кабинете воцарилась тишина, нарушаемая только сосредоточенным сопением Лиама. Прочитав изложенные в заявлении факты, инспектор Малкольм немного помолчал, пристально глядя на Фрейзера. Как будто бы изучал. Хотел составить свое мнение. Ли под этим взглядом чувствовал себя несколько неловко, однако же разглядывание выдержал. — Вот что я вам скажу, коллега, — наконец-то заговорил хозяин кабинета. — Ваше беспокойство за брата по-человечески мне совершенно понятно. Но я так же совершенно четко вижу в вас стремление бежать впереди паровоза и ринуться на поиски родного вам человека, очертя голову… — Послушайте, — перебил говорившего Лиам. — Я не первый год служу, и я знаю, что такое субординация. Из уважения к вашему возрасту я… — Мой возраст здесь ни причем, — досадливо покачал головой инспектор Малкольм. — Я хочу донести до вас простую мысль. Уж коль скоро вы обратились ко мне с заявлением, — и он приподнял и встряхнул исписанные Лиамом листы бумаги, — то я ожидаю от вас, что вы не будете, потрясая значком лондонской полиции, всюду совать свой любопытный нос, путаться у меня под ногами и мешать вести расследование. — Майкл мой брат! — горячо возразил Лиам. — Брат, понимаете? Я уж догадался, что вы будете настаивать, чтобы я ехал домой да там дожидался результатов следствия. Я бы и сам так на вашем месте поступил. Но я не уеду. Я не буду вам мешать. Не буду путаться под ногами, более того — я буду вас слушаться во всем. Только позвольте мне присутствовать. Неофициально, разумеется. — А в Лондоне… То есть я хотел сказать, кто будет вести ваши дела в ваше же отсутствие? — Я отстранен, — честно признался Лиам. — Только этого мне не хватало! — фыркнул инспектор. Дэвиду Малкольму оставалась пара месяцев до того дня, когда можно будет выйти на пенсию. И за годы службы он повидал всякого. Чего инспектор не терпел, так это когда в его работу вмешивались посторонние. Вот такие вот резвые ребята, как этот Лиам Фрейзер. Горячий — хоть прикуривай! Понятное дело, брат пропал, и у младшего в заднице свербит его найти. Дело-то, скорее всего, яйца выеденного не стоит. Поссорился с любовником этот… Майкл, точно! Да и отвалил на пару дней погулять-натрахаться. Только вот… Спенсер-гров… — Ну хорошо! — потер ладонь о ладонь инспектор Малкольм. — Если обещаете слушаться и не путаться под ногами, то я, пожалуй, разрешу вам завтра с утра поехать со мной в Спенсер-гров. Управляющий поместьем, Дункан МакКоннел, мой старинный приятель, и я договорюсь, чтобы он принял нас завтра прямо часиков так… в семь. — А можно пораньше? — взмолился Лиам. — Да что утра ждать?! Человек же пропал! — Мистер Фрейзер, — недовольно поморщился Малкольм. — Мы не будем беспокоить порядочных людей посреди ночи. Уверяю вас, если бы в Спенсер-гров произошло что-то из ряда вон выходящее, я бы уже знал об этом. Уверен, что ни управляющий, ни нынешняя хозяйка поместья не имеют никакого отношения к исчезновению вашего брата. Боюсь, он не добрался до поместья. — Что?! — воскликнул Лиам. — Вчера вечером на полицейскую стоянку была доставлена машина… — Малкольм неторопливым жестом выудил из стопки бумаг одну, нужную ему, и протянул Лиаму. — Черный Форд, седан, госномер… так… По документам автомобиль принадлежит некоему Майклу Фрейзеру. Мой коллега, который обнаружил брошенный автомобиль неподалеку от местечка Каллоден и — кстати! — поместья Спенсер-гров — как и полагается в таких случаях, отыскал в базах контакты мистера Фрейзера. Он звонил ему на мобильный телефон, но тот был отключен. Так как найденный автомобиль не проходил ни по одному из уголовных дел, а также не числился в угоне, то мой коллега не особо-то и торопился с поисками владельца, тем более, что сегодня у него выходной… — Правильно, чего торопиться, подумаешь — человек пропал. — Мистер Фрейзер! — повысил голос пожилой инспектор. — Извините, — буркнул Ли. — Извините. Могу я осмотреть машину? — Да пожалуйста! — сделал широкий приглашающий жест мистер Малкольм и поднялся из-за стола. На стоянке он выдал Фрейзеру перчатки: — Смотрите не наследите, детектив, — предупредил он Лиама. Как будто ребенка предупреждает, честное слово! Ли засопел и полез в автомобиль. Впрочем, обыск ничего не дал. Документов в машине обнаружено не было. Так же как и телефона, кошелька и любимой Майклом фотокамеры, которую тот наверняка взял с собой. На заднем сиденье валялась початая бутылка воды, а в бардачке нашлись влажные салфетки да лента презервативов. — Ох, Майки! — покачал головой Ли, пересчитывая кондомы, — куда ж тебе столько-то? Больше в машине ничего интересного не было. О чем он и сообщил Малкольму. На следующее утро полицейские встретились в отделе, чтобы вместе поехать в Спенсер-гров. Управляющий, мистер МакКоннел, уже ждал их, разбуженный ранним звонком инспектора. — Дэвид! — вместо рукопожатия он важно поклонился полицейскому. — Давненько-давненько… — Доброе утро, Дункан, — в свою очередь так же кивком поприветствовал его мистер Малкольм. — Это мой коллега, детектив Фрейзер. У нас к тебе пара вопросов. — Обожаю, когда ты такой важный, Дэйв, — с этими словами Малкольма и Фрейзера впустили в замок. Управляющий Спенсер-гров также, как и инспектор полиции Инвернесса, уже начал стареть. Это был все еще довольно привлекательный мужчина, высокий и сухопарый, совершенно лысый, однако имеющий довольно пышную бороду ярко-рыжего цвета. Впрочем, Лиам заметил несколько ниток седины, прорезавших эту рыжину. Щеки Дункана были усыпаны веснушками, отчего вид управляющий имел совсем даже не серьезный, напротив, он казался Лиаму человеком, любящим хорошую шутку или даже розыгрыш. Впрочем, Ли помнил о том, как обманчива бывает внешность. — Кто там, мистер МакКоннел? — услышал Ли женский голос, и тут же в гостиную, куда проводил их Дункан, вошла невысокая — Лиаму до плеча не достанет — молодая женщина, светловолосая, сероглазая, худенькая… Никакая, в общем-то. Хотя… Фигурка у нее что надо, — отметил Фрейзер. — Это господа из полиции, мистер Фрейзер и мистер Малкольм, — представил вошедшей гостей управляющий. — Я Сара. Сара Спенсер, — сама представилась девушка. — Мистер Фрейзер? Но… — Я брат Майкла, — протянул ей руку полицейский. — Меня зовут Лиам. И мы здесь, потому что Майкл… Он… — Вы знакомы с мистером Фрейзером, риелтором, не так ли? — задал вопрос инспектор Малкольм, видя замешательство младшего коллеги. — Разумеется, — кивнула головой Сара. — У меня договор с вашим братом, — и она, пожалуй, с некоторой долей сочувствия посмотрела на младшего Фрейзера, — он должен был помочь мне с продажей Спенсер-гров. — Как давно вы встречались с Майклом? — Во вторник, — ответила мисс Спенсер. — Мы встречались в его конторе в Эдинбурге. Обычно я живу там. Если не улетаю в командировки… Я журналист… Так вот, мы встречались во вторник и подписали договор. Все, больше я мистера Фрейзера не встречала. — Он должен был приехать осмотреть дом, не так ли? — задал следующий вопрос Малкольм. — Да. Он звонил мне в четверг, чтобы я предупредила мистера МакКоннела. — Мистер МакКоннел, вы принимали мистера Фрейзера в Спенсер-гров? — обратился инспектор к управляющему. — Думаю, что если бы мистер Фрейзер почтил этот дом своим присутствием, тебя бы здесь не было, Дэйв, дорогой? — То есть Майкл не приезжал? — упавшим голосом уточнил Лиам. — Нет, молодой человек, ваш брат не был в Спенсер-гров. Ни в пятницу, ни когда еще. Я прождал его целый день после звонка мисс Спенсер, но он так и не объявился. — Вы пытались с ним связаться? — Ну разумеется! — кивнул головой Дункан. — Сара оставила мне его телефон. Но он был выключен все время. — Я собиралась позвонить сегодня в его агентство недвижимости, — нахмурилась мисс Спенсер, — знаете ли, договор есть договор. Но вы говорите… Что значит он пропал? — Его нет дома, его машина найдена неподалеку от Каллодена, а он сам не отвечает на звонки, — объяснил Лиам. — Я очень прошу, если вы что-то знаете… — Боюсь разочаровывать вас, сэр, но ваш брат здесь не появлялся, — сочувственно посмотрел на Лиама мистер МакКоннел. — Мы можем осмотреть дом? — Ли вскочил с кресла, куда ему предложили сесть, и огляделся. Они находились в довольно просторной комнате, отделанной в светлых тонах. Такая… очень дамская комната — решил про себя Ли. Но ремонт здесь уж точно не помешал бы — обои кое-где отстали, и пол был довольно потертым. Как и мебель — всему этому, наверное, лет сто — решил младший Фрейзер. Старый. Очень-очень старый дом. — У вас есть ордер? — подозрительно прищурился управляющий. — Брось, Дункан! — махнул рукой пожилой инспектор. — Ордер нужен был бы, если бы я вас в чем-то подозревал. Мы же с моим молодым коллегой просто хотим осмотреть дом. Если вы не против, мисс, — и он отвесил почтительный поклон Саре. — Да… да, мы не против. Но Майкл действительно здесь не был, — мисс Спенсер выглядела по-настоящему расстроенной, когда она отворила дверь, жестом приглашая Лиама следовать за ней. — Я покажу вам помещения наверху, мистер Фрейзер, — предложила она, — а Дункан пусть покажет остальные комнаты вашему коллеге. Ли послушно поплелся вслед за Сарой. Напрасно он надеялся, что осмотр дома хоть чем-то им поможет. Оба они — управляющий поместьем и его хозяйка — не выглядели способными держать взаперти его брата. Да Майкл еще и не дался бы ни одному, ни второй. Чтобы схватить Майкла, понадобилась бы сила как минимум двух взрослых и сильных мужчин. Или пистолета, зажатого в твердой женской ручке, — вдруг подумалось Лиаму. Впрочем, зачем бы мисс Саре угрожать оружием его брату? Они закончили осмотр довольно быстро — дом внутри был не таким большим, каким казался снаружи. — А что там? — Ли указал рукой на неприметную дверь под лестницей, когда они с Сарой спустились со второго этажа. — Там что-то вроде кладовки, — объяснила мисс Спенсер. — Мы с мистером МакКоннелом собираем вещи… Знаете, те, которые я планирую забрать с собой, а не оставлять новым хозяевам Спенсер-гров. Мы складываем их в этой комнате. — Могу я взглянуть? — попросил Лиам. — Конечно, — Сара открыла дверь, пропуская Ли вперед. — Уверяю, ваш брат не валяется там, связанный, вместе со стопками книг и старым столовым серебром. И только увидев, как нахмурился её спутник, Сара поспешила принести извинения: — Простите меня, мистер Фрейзер. Это была дурацкая шутка. — Почему вы решили продать дом? — спросил Лиам, пропуская мимо ушей её извинения. — Не так легко расстаться с домом, которым владели столько поколений ваших предков, это правда, — чуть помолчав, ответила ему Сара, и голос её уже не был таким веселым. — Я выросла в этом доме, но сейчас, когда родители умерли, ни к чему держать такую махину. С тех пор, как меня отдали в колледж, я редко бываю здесь, в основном в разъездах, работа, знаете ли… Да и содержать дом накладно. К тому же, он давным-давно требует ремонта. Я надеюсь, что новый хозяин придаст Спенсер-гров былое очарование. — Или сделает из него бездушную гостиницу среднего пошиба, — отчего-то грусть мисс Сары передалась Лиаму. — В любом случае, решение принято, — тряхнула головой мисс Спенсер, отчего светлые, вьющиеся волосы красиво рассыпались по плечам. Лиам подзавис, глядя на то, как утреннее солнце, заползающее в высокое окно, щедро поливает теплыми лучами золото волос. Красиво. Очень. — Вот, видите? — Сара обвела широким жестом комнату. — Здесь нет ничего для вас интересного. — Эти картины, — Лиам заметил несколько портретов в тяжелых рамах, что стояли у противоположной стены. — Ваши родичи? — Некоторые из них, — кивнула головой Сара. — А некоторых я даже не знаю, представляете? Ли подошел поближе. Не то чтобы он был знатоком живописи. Но его всегда поражало — как может один человек с точностью нарисовать другого. — Должно быть, за эти портреты можно выручить неплохие деньги, — предположил он, — старая школа, все дела… — Я пока не планирую их продавать, — ответила ему хозяйка дома. — Что ж… Боже! — вдруг вырвалось у Лиама, и он, не спрашивая разрешения, протянул руки к картине, которая приютилась в самом углу, и он бы ни за что не заметил её, если бы случайно не бросил взгляд в ту сторону… Впрочем, не случайно. Мисс Спенсер как раз подошла к окну, чтобы поправить занавеску… — Что такое? — обернулась на его крик Сара. — Не может быть! — охнул Лиам, разглядывая написанного маслом и, по всей вероятности, много-много лет назад… Майкла! — Вы видите, Сара? Видите? — и он повернул картину так, чтобы девушке было лучше видно. — Это же мой брат! Но как… — Вау! — Сара провела пальцем по старой краске, обводя портрет по периметру. — Как это я не заметила, когда встречалась с вашим братом? Действительно, сходство поразительное… Но я, как уже говорила, редко бываю в Спенсер-гров. Я хорошо помню разве что парадные портреты первых Спенсеров, что висят в большом зале… Но это… Ли прекрасно понимал девушку: когда ты провел от силы час-полтора в современном офисе, беседуя с человеком, одетым в деловой костюм, то вряд ли сопоставишь этого самого человека, не выпускающего из рук мобильный телефон или, к примеру, не спускающего ноутбук с колен, вот с этим вот, на картине. Честное слово — не картина, а постер исторического фильма! — Это Майкл, понимаете вы? Это мой брат! — взволнованно проговорил Фрейзер. — Этот человек не может быть вашим братом, Лиам, — Сара мягко коснулась его плеча. — Картина написана как минимум полтора века назад. Если не два. Поверьте, я разбираюсь в живописи… Ли внимательно рассматривал изображенного на портрете человека. Это, вне всякого сомнения, был Майкл. Его глаза. Его нос. Его губы. Вот только… Одет он был как-то странно. Словно и впрямь стал актером в фильме про старинные времена. И еще шрам. Довольно глубокий шрам, расчертивший левую щеку. У Майкла не было шрамов на лице. Что за чертовщина? — Тут надпись, — приглядевшись, заметил Лиам. — Вот здесь… Черт, неразборчиво! В левом нижнем углу, действительно, были какие-то буквы, стершиеся со временем. — Можно мне взять портрет? — попросил младший Фрейзер. — Пожалуйста, Сара! Я верну его. Только отдам экспертам… Вдруг картина написана сейчас, только выглядит, как старая? — Боже, Лиам! — мисс Сара посмотрела на него, как на умалишенного, да он, наверное, сейчас так и выглядел. — Поверьте, картина на самом деле написана очень и очень давно. И мужчина, на ней изображенный, никак не может быть вашим братом! Мистер Малкольм и мистер МакКоннел, привлеченные в комнату разговором на повышенных тонах, встревоженно переглянулись. «Спенсер-гров…» — подумал про себя пожилой инспектор.