Как склеить флориста, если ты всего лишь Хан Джисон?

      — Да не хочу я, мам! — истерично дёрнувшись прямо на ходу, воскликнул Джисон. Несколько прохожих, покосились в его сторону, так что он прокашлялся и продолжил уже тише. — Мы что, в каменном веке живём, какое ещё свидание вслепую?       — Какая разница, в каком веке? Тебе почти уже тридцать, а ты до сих пор ни с кем не встречаешься! — одинаково возмущённым и расстроенным тоном ответила женщина. Джисон закатил глаза. — Ёнджи, дочь госпожи Хон, хорошая и приличная девушка, я её с детства знаю.       — Очень за неё рад. Но я тут при чём? — пнув коленом дверь продуктового, вопросил Джисон. Схватив кимбап с тунцом и банку газировки, он спешно отправился на кассу.       — При том, что сегодня в восемь ты идёшь с ней на свидание.       — Мам! Я тебе игрушка какая или что? — в очередной раз не сумев сдержаться, выкрикнул он. Кассир уставился на него во все глаза. Джисон, неловко склонив голову, извинился, оплатил покупки и вылетел на улицу. — Не пойду я никуда, ясно? Уговаривай сколько тебе вздумается, жалуйся кому хочешь и сколько хочешь, я тебе впутывать меня во всё это не дам. Я уже достаточно взрослый, чтобы самостоятельно распоряжаться своей жизнью!       Джисон поставил свой не самый полезный обед на стол перед магазином и сел за него, собираясь быстро перекусить в одиночестве. Через полчаса заканчивался его обеденный перерыв и ему нужно было успеть вернуться в компанию до того, как начальник начал бы в очередной раз отчитывать его.       — Ах ты ж… Всё сказал? — не переставая говорить на повышенных тонах, бросила в ответ мать. — В восемь часов. И цветов купить не забудь, паршивец!       — Не пойду я… — начал было снова отрицать Джисон, но трубку уже повесили. — Да ну, она это серьёзно что ли?! Вот же блин…       Оставшийся рабочий день Джисон провёл за раздумьями над тем, что он должен был делать в сложившейся, увы, далеко не в его пользу, ситуации. Сидя перед монитором компьютера, он так ни разу и не взглянул на документы, которые отправил ему начальник для составления недельного отчёта. Потому что мысли его были где-то совсем уж далеко от всего этого.       Конечно, сначала он хотел просто проигнорировать внеплановое свидание и, как и собирался в пятницу вечером, пойти домой, да выпить пива за просмотром какого-нибудь шоу по телевизору. С чего вдруг ему надо было менять свои планы по чьей-то прихоти? Вот ещё! Размечтались!       Затем он подумал о том, что кидать девушку, которая, возможно, придёт и будет ждать его в назначенном месте, будет совсем уж по-скотски. Что он, нелюдь какой-то, чтобы так с человеком поступать? Вдруг окажется, что она тоже не в восторге от этой затеи и легко примет отказ?       В конце рабочего дня Джисон получил нагоняя от своего начальника, который оказался крайне недоволен тем, что Хан бездельничал полдня, а затем с незаконченной работой на флешке и поручением доделать всё до завтрашнего утра направился на поиски цветочного.       Он решил, что придёт на встречу, скажет, что ему это неинтересно, вручит в качестве утешения, если оно вдруг понадобится, букет цветов, и с лёгкой душой уплывёт к себе домой пить пиво, есть жареную курицу и смотреть какое-нибудь телешоу по типу «Остров любви».       Ну вот чем не идеальный план?       Довольный собой Джисон, заприметив первый попавшийся ему на пути цветочный магазин, направился прямиком к нему. Входная дверь была украшена какими-то лианами с большими розовыми бутонами цветов, названия которых Джисон знать не знал, но об их красоте спорить бы не стал. Он, в отличие от остальных, целиком и полностью понимал и разделял любовь всех женщин к таким прекрасным созданиям природы как цветы. Потому даже притормозил перед тем, как войти, чтобы полюбоваться декорацией.       Войдя в небольшой магазинчик, Джисон сразу же ощутил сладкий аромат, витающий в воздухе. Так пахла красота. Такая разная, порой не такая уж идеальная и совершенно субъективная красота. Для кого-то эталоном красоты были плотные бутоны ярко-алых роз, для кого-то — аристократично-белые, экстравагантные, но при этом нежные лилии, а кому-то красота виделась в больших составных букетах, сочетающих в себе прелесть каждого цветка, удостоенного в нём места.       У Джисона разбегались глаза. Повсюду в огромных вазах стояли самые разные цветы: от крошечных ромашек, до величественных подсолнухов. На открытых полках стояли цветы в горшках всех цветов радуги. Джисон остановился посреди небольшого помещения и, прикрыв глаза, вздохнул полной грудью. Неужели он действительно мог насладиться всеми этими невероятными запахами просто зайдя в цветочный магазин в центре города? Никаких тебе выхлопных газов, режущих глаза духов пожилых женщин и многогранных ароматов, исходящих от мусорных баков. Только цветы. Только красота.       — Простите, господин, я могу вам чем-нибудь помочь? — откуда ни возьмись послышался мягкий мужской голос.       Джисон распахнул глаза и спешно огляделся. За пустующим минутой ранее прилавком стоял довольно высокий молодой человек с тёплыми блондинистыми волосами, растрёпанными в разные стороны, и мило улыбался, походя прищуром глаз на лисицу. Рукава его клетчатой рубашки, спрятанной под форменным фартуком с именным бейджем на груди, были закатаны по самые локти, открывая вид на крепкие руки. Несколько верхних пуговиц были расстёгнуты.       Джисон сглотнул.       Точно ли он попал в цветочный магазин, а не на Сеульскую неделю моды?       — Здравствуйте, — отмерев, но так и оставшись на месте, поздоровался Джисон.       — Добрый вечер, — не переставая улыбаться, поприветствовал в ответ парень, который, казалось, собрал в себе красоту каждого цветка, что находился здесь. — Хотите что-то конкретное или вам нужна помощь?       Джисон продолжал молча стоять на месте с самым тупым выражением лица на всём белом свете и молча пялиться на человека перед собой.       Нет, серьёзно! Как этот… красавчик мог работать обычным флористом, а не покорять фэшн-индустрию в эту самую секунду?       — Вам букет для девушки? Или хотите порадовать маму? — обойдя прилавок и остановившись напротив Джисона, спросил парень.       Чёрт возьми, вблизи он выглядел ещё красивее!       Джисон закашлялся, прикрыв рот свободной от портфеля рукой. Сердце в его груди начало отстукивать самую настоящую чечётку, явно намекая скорее отвести взгляд от идеального лица. Глаза Джисона скосились на бейдж на груди работника.

      «Чонин»

      И имя красивое. Ну вот и что ты будешь делать…       — Вы в порядке, господин? — обеспокоено поинтересовался… Чонин. — Могу предложить вам воды?       — Нет, я… всё нормально, — замотал головой из стороны в сторону Джисон. — Простите. Мне нужен… букет для… девушки.       — Отлично, — снова улыбнулся флорист, позволив Джисону разглядеть ямочки на его щеках. Да он что, издевается?! — Вы знаете, какие цветы ей нравятся? Розы или, может, пионы? Или мы могли бы составить букет из разных цветов?       — Не знаю, — переведя взгляд на стоящие за стеклом высокие вазы, до отказа заполненные свежими веточками самых разнообразных растений, ответил Хан. В помещении внезапно стало очень душно. Потянувшись к воротнику рубашки, он пальцами растянул душащий его галстук. Дышать легче, увы, не стало.       — Что ж… тогда, может, есть чувства, которые вы хотели бы выразить на языке цветов? — воодушевлённо продолжал Чонин, стоя рядом с Ханом и любовно глядя на ещё не раскрывшиеся бутоны нежно-розовых пионов. — В прошлые века язык цветов считался одним из самых красочных способов рассказать о самых глубоких чувствах. Многие народы использовали цветы, чтобы выразить благодарность, оказать поддержку, признаться в любви или попросить у близкого человека прощения. Иногда цветы могут передать чувства намного ярче, чем самые красноречивые слова.       — Я хотел бы извиниться перед ней, — ответил Джисон, повернув голову вправо и снова посмотрев на флориста. Тот на вид был абсолютно спокоен. В каждой черте его точёного профиля, можно было прочесть непоколебимый покой и умиротворение, которых Джисону в тот момент явно не хватало. Сердце всё никак не успокаивалось, мечась по всем углам его тела. — Попросить прощения.       Парень растянул губы в мягкой улыбке и слегка склонил голову набок.       — Извинение — это смелый и благородный поступок, который требует немало мужества, — сказал он, ткнув кончиком языка в уголок губ. — Умение извиняться всегда вызывает у меня уважение к человеку. — Чонин, наконец, перевёл взгляд на Джисона, который всё не переставал пялиться на него. — Белые цветы. Они выражают искренность, доброту и чистоту ваших чувств. Разве не идеально для извинений?       Глядя прямо в эти тёмно-карие глаза, излучающие только лишь теплоту и чистый свет, Джисон не мог вымолвить ни слова. Он просто глупо закивал, соглашаясь с тем, что сказал ему ангельской красоты флорист по имени Чонин.       — Отлично. Вы хотели бы монобукет или составной?       — Ч-что, простите? — непонимающе нахмурил брови Хан, но Чонин лишь мило хихикнул, спрятав улыбку в кулаке, и поспешил пояснить:       — Букет из одного вида цветов или из разных?       — Сделайте на свой вкус, — не в силах сделать выбор, заключил Джисон. — Вы точно побольше моего в цветах разбираетесь.       — Сделаем всё в лучшем виде, — по-ребячески ударившись своим плечом о находившееся в критической близости плечо Джисона, пообещал флорист. — Можете подождать возле прилавка. Это не займёт много времени.       Отойдя к прилавку, Джисон упёрся ладонями в деревянную столешницу и смог наконец вдохнуть полной грудью. Чувствовал он себя так, будто пробежал стометровку за рекордные тринадцать секунд. Вот и надо же было именно в этот цветочный магазин зайти… Да если бы он знал, что тут такие… такой… работник работу работает, то носа своего ни за что сюда бы не сунул!       Простояв пару минут вот так, спиной к светловолосому красавчику флористу, собирающему для Джисона букет, и успокоившись, Джисон медленно оглянулся. И чёрт возьми, было бы лучше, если бы он этого не делал.       Чонин стоял, повернувшись боком к Хану и слегка нагнувшись вперёд, и с задумчивым видом разглядывал цветы, выбирая подходящие. В его левой руке уже лежало несколько длинных стеблей разных видов цветов с белыми бутонами. Джисон обязательно обратил бы внимание на то, что это были кустовые розы и гвоздики, но кое-что другое привлекало его куда больше.       Контраст, который создавали сильные мужские руки с длинными жилистыми пальцами, ловко и одновременно с тем трепетно обхватывающими хрупкие бутоны, чтобы вытянуть очередной цветок из вазы, нельзя было описать никакими словами. То, как этот человек заботливо относился к обычным цветам, которых вокруг росло полным-полно, казалось Джисону чем-то невероятным. Его аккуратные, но точные движения гипнотизировали, не позволяя Джисону оторвать от прекрасных, словно выточенных из мрамора рук свой взгляд. Ему даже не было стыдно за то, как нагло он пялился, позволив челюсти отвиснуть, а сердцу сжаться.       — Добавим к букету немного веточек эвкалипта? Или хлопка? О, хлопок и правда популярен сейчас, девушки в восторге от него!       Джисон и не заметил, как Чонин закончил выбирать цветы для букета и вернулся к нему, зайдя за прилавок и аккуратно уложив на него неразборчивую массу из белых цветов. Его голос был сладок как свежий мёд и бархатен как самый дорогой велюр.       Джисону захотелось удариться лбом об стену, чтобы выбить из головы все эти дурацкие мысли.       Сладок как мёд? Серьёзно?!       — Давайте и то, и другое, — отмахнувшись от собственных мыслей, поспешил ответить Хан.       — Вашей девушке точно понравится, — улыбаясь себе под нос и довольно шустро выстраивая грамотную композицию из самых разнообразных цветов, пообещал флорист. Его пушистые светлые волосы делали его похожим на одуванчик. Щёки Джисона слегка порозовели при мыслях об этом.       — О? — непонимающе нахмурился Джисон, потерев подбородок. — Девушке? — Этот парень что, подумал, что… — Нет, нет, она мне не девушка! — поспешил опровергнуть слова парня Хан.       — Нет? — удивился флорист, на секунду прервавшись и глянув на Джисона.       Тот слегка смутился под его заинтересованным взглядом, но всё же заставил себя объясниться.       — Нет. — Тяжело вздохнув, Джисон потёр переносицу пальцами. — Моя мать устроила мне свидание вслепую, а мне это совсем не интересно, но и мудаком быть я не хочу. Вот и решил купить букет в качестве извинений, — отчеканил он как на духу. — Наверное, это всё же звучит по-мудацки.       — Вовсе нет, — мотнув головой, флорист перехватил готовый букет левой рукой, а правой принялся отрезать ленту. — Это довольно благородно с вашей стороны. — Джисон глянул на него, но он по-прежнему легко улыбался, плотно перетягивая стебли толстой пластиковой лентой. — Многие на вашем месте даже не явились бы. Вот что уж точно звучит совершенно по-мудацки, — хохотнул он, заставив улыбнуться и Джисона.       — Правда так думаете?       — И зачем бы мне лгать? — усмехнулся Чонин. — Обернём бумагой или просто добавим декоративную ленту? — задал вопрос он, отклонившись от рассуждения о том, был ли Джисон мудаком на самом деле. Хан указал пальцем на светлую атласную ленту. — Ваша мама должна гордиться, что её сын вырос таким джентельменом. Сейчас это редкость.       Неужели Джисон, обычный смертный, и впрямь имел честь общаться с этим невероятной красоты и доброты ангелом? Вот так просто? Чем же он заслужил эту очаровательную улыбку, этот тёплый взгляд и самые приятные во всём мире комплименты в свою сторону от этого парня? Парня, красивее которого Джисон не встречал ещё никогда.       И ладно если бы только внешне тот был настолько красив, это всего полбеды. Но Джисон за те жалкие пятнадцать минут, что они были знакомы, смог ясно увидеть, насколько Чонин был красив внутренне. Добрый, галантный, аккуратный ко всему, тёплый и открытый душой всему миру. Вот таким был этот парень со светлым именем Чонин, выведенным вручную на бейджике.       — Ваш букет, господин, — протянув пышный светлый букет из роз, хризантем, гвоздик и лизиантусов, с добавлением веточек эвкалипта и пушистого хлопка, прервал раздумья Джисона парень. — С вас сто пятьдесят тысяч вон.       Джисон достал из своего потрёпанного кожаного портфеля бумажник и отсчитал нужную сумму наличными. Поблагодарив, флорист принял оплату и выдал чек, пожелав напоследок:       — Удачи вам, господин.       Что ж, вот и всё.       Джисон поблагодарил парня, развернулся и зашагал на выход, но, схватившись за дверную ручку, остановился. Он вдруг понял, что не сможет уйти отсюда, не зная точно, увидятся ли они вновь. Сможет ли он ещё хоть раз увидеть лицо этого ангела и полюбоваться им хотя бы секунду?       Отпустив ручку, он снова развернулся на сто восемьдесят и за несколько широких шагов вернулся назад. Чонин, копошащийся под деревянной столешницей, заметив его, резко вскочил на ноги.       Вот блин, кажись и впрямь не судьба Джисону насладиться холодным пивом и курочкой под «Остров любви»…       — Что-то забыли? — поинтересовался он, оглядев пустой прилавок. Джисон несколько секунду молчал, топчась на месте.       — Простите, можно узнать, во сколько вы заканчиваете? — прочистив горло, тихо спросил он.       — Чт… зачем вам это знать? — неловко улыбнулся флорист, сложив жилистые руки на груди.       — Просто… не хотели бы вы поужинать со мной сегодня… после работы? — нервно сглатывая слюну и стараясь не замечать того, как сильно потели его ладони от волнения, продолжал Джисон. Он едва ли верил, что действительно решился спросить.       — Вы приглашаете меня на свидание после того, как рассказали, что собираетесь кинуть девушку на свидании вслепую? — делано возмутился флорист, разинув рот. — Да как вы…       — Нет же, я просто… — Джисон прикрыл глаза ладонью. Насколько же ему было неловко! — Всё совсем не так. Я ведь и не собирался ни с кем встречаться, это всё моя мать устроила, так что…       — В десять вечера, — перебил его твёрдый голос.       От неожиданности Джисон вздрогнул и замолчал.       — Ч-что?       — Я заканчиваю в десять, — повторил флорист.       Убрав ладонь от лица, Джисон наткнулся на искрящуюся самой чистой добротой и искренностью улыбку. Он не мог поверить ни тому, что услышал, ни тому, что увидел.       Серьёзно?.. Серьёзно?!       — О… хорошо, — заикнувшись, кивнул он и ткнул пальцем в дверь позади себя. — Я только… извинюсь перед ней. Туда и обратно, хорошо? Вы только… никуда не уходите, слышите? — счастливо разулыбавшись, залепетал Джисон и попятился к выходу. Чонин, хохотнув, кивнул ему. — Я быстро!       — Подождите! — окликнул его парень, когда он уже почти вышел из магазинчика. — Скажите хоть, как вас зовут?       Едва не запутавшись в собственных ногах, Джисон ответил слишком уж громко.       — Д-джисон. Хан Джисон!       Чонин улыбнулся ему во все тридцать два и ответил уже после того, как Джисон скрылся за дверью.       — Приятно познакомиться, Хан Джисон.