Сказ о капитане, что влюбился в русала...

Говорят, что русалки никогда не влюбляются, они ведь безжалостные существа без души. Только вот это всё страшилки для детей, которые могли утонуть в море без присмотра родителей. Хотя…не всё было сказкой на самом деле. Русалы убивали, но не детей или простых людей, в отличие от сестёр и матерей сирен. Русалы убивали только пиратов. Их хорошо обучали для удачных рейдов на охотников за морскими сокровищами. Но был один русал, который…заинтересовался пиратом. Это был Ёсан. Подводный принц, самый младший во всей своей семье среди братьев-русалов и сестер-сирен. На него были бы большие надежды, но он был совсем не простым русалом. Его хвост цвета жемчуга переливался перламутром, он был меньше размером и глаза его светились яркой лазурью. Это больше присуще его сестрицам, но объяснить такой феномен юноше никто не собирался, хотя везде доносились перешептывания королевской семьи, что Ёсан продолжит наследный род, где только благородную партию найти, хороших русалов ведь немного. Это смущало младшего сына морского царя, но узнать об этом побольше, даже со своей безграничной любопытностью он не спешил. Но на гладь воды он спешил как только первые лучи солнца озарялись. Так он впервые увидел Сана, что возвышался на палубе рядом с рулевым и громко отдавал приказы команде. Его блондинистые волосы переливались на солнце, а вены на шее напрягались от любого повышения голоса. Тогда Ёсан и положил свой глаз на него, несколько дней часами напролет наблюдая, как команда изо всех сил ищет сетями что угодно в воде. Глупо однако, но другого им и не дано ведь. Все в подводном царстве знали, что грядет сильный шторм и что эту шайку потопит море, если они вовремя не закончат «рыбалку». Корабль удалось спасти от смертоносной воронки, но пришлось оставить посреди воды, спасаясь самим. Сан был последним, кто покинул корабль, даже не задумываясь о том, что может умереть, потому что не умеет плавать. И тогда на сцену вышел Ёсан, рискуя своей жизнью тоже, чтобы спасти пирата. Его сносило волнами, он был слаб сам по себе, но тащил на себе мужчину до самого берега. Русал паниковал, не знал что ему сделать, чтобы человек пришел в себя, а потому беспомощно хлопал его по лицу. — Давай же, очнись, пожалуйста… — проговаривал он, как вдруг пират зашелся в кашле, выплёвывая воду, которой успел наглотаться. — Слава морской владыке… — выдохнул он и завороженно коснулся чужой щеки своей нежной рукой. Пират как быстро пришел в себя, так и быстро подскочил на ноги, оглядываясь вокруг. Ёсан к тому моменту уже мигом отполз к скале, выглядывая из воды только своими ярко-лазурными глазами, что не мог не заметить мужчина, которого он спас. — Что за чертовщина…- произнес он, когда русал скрылся под водой. Несложно было догадаться, что именно охотник за такими как он спас его жизнь, что было чудесами, ведь русалы топят пиратов, жестоко убивая их под водой, но это значило, что слухи об этой бухте не врут… Прошло два дня, а Ёсан не смог найти себе места и будто потух. Он тихонько наблюдал за кораблём, прячась за скалами и томно вздыхал. Это ускользнуло от всего его семейства, но не смогло быть упущеным паре глаз мурен, что незаметно наблюдали за ним. И вот очередной день, когда Кан отправился на поверхность, чтобы обреченно-влюбленно смотреть, как капитан судна расхаживает по палубе, как по пути домой его перехватили эти самые мурены, которых он легко узнал. И так же знал, что тётя-колдунья сможет помочь ему. Заклинание не было трудным в процессе и своих условиях: Ёсан отдает свой голос, чтобы получить человеческий облик. И вроде должен же быть подвох, что-то, за что колдунья получит выгоду, причём крупную, но как ни крути теперь у русала было 3 дня, которые он будет человеком. Глаза его стали голубыми, но такими же необычными и нечеловеческими, будто он с другого мира. На берегу его, совсем без одежды встретила королевская стража, что патрулировала близ воды. Его выкупали, одели прилично и познакомили с наследным принцем — Чон Юнхо. Помимо всего прочего оказалось, что близился бал маскарад, на котором принц обязан избрать себе жену и получить своё наследство. Эти дни до торжества Юнхо рассказывал Ёсану все на свете, обучил его некой грамоте и показывал королевство начиная от каждого закоулка замка, заканчивая местным рынком, на котором Кану показалась знакомая блондинистая макушка, но времени выяснять не было. И вот, день бала настал. Оба принца нарядились в белые костюмы и такие же белые маски, и пока Юнхо можно было с легкостью узнать, немой незнакомец, чьё имя в замке так и не узнали, был загадкой. Пираты прибыли на бал в черных костюмах и черных масках, выделяясь среди всеобщего сбора, только вот капитан их выделялся блондинистыми волосами, но никто ничего и не подозревал. Кану было некомфортно, слишком много людей, что закружили его и обступили в танцах друг с другом, можно сказать, что он с трудом выбрался из толпы, врезаясь в кого-то. Кого-то крепкого и чуть выше него. Он поклонился, тут же оглядываясь в поисках принца. Без него было некомфортно. — Вы кого-то ищете? — отозвался мужчина, который хотел приглядеться к лицу хрупкого юноши, которого, кажется, даже коснуться страшно. — не беспокойтесь, здесь вас никто не обидит.- Он подошёл ближе, внимательно, насколько это возможно через маску, оглядывая незнакомца, и слабо улыбнулся, осторожно коснувшись своей ладонью чужого плеча. К сожалению своему, Ёсан не мог ответить и всё же обратил свой взор на мужчину, смотря во все глаза. Он моментально узнал кошачий взгляд капитана пиратского судна, его широкие плечи и смуглую, медовую кожу. Все, что он мог ответить, это благоговейно вздохнуть, смотря и почти не моргая своими необычного цвета глазами. Сан обратил внимание на то, что парень не мог ему ответить, и сделал вывод, что тот просто не может разговаривать, потому и молчит, не давая ответа на его вопрос. И как только парень поднимает взгляд, он замирает, будучи в сильнейшем шоке от увиденного: это те самые глаза. Он видел их, когда был на берегу, чудом спасённый от злого рока судьбы. Это был тот, кто спас его. Но в голове стоял только один вопрос: как он оказался здесь…? — У вас… Чудесные глаза.– ошарашенно прошептал капитан, впрочем, сразу же убрав ладонь с чужого плеча. Мало ли, ему некомфортно. Он не стал говорить о своих догадках вслух, предпочитая просто умолчать, но сам факт того, что он узнал эти глаза сразу же, до глубины души поразил его. — Да и вы в целом выглядите просто волшебно… Думаю, вы вполне способны дать согласие на танец со мной, правда? — и осторожно подаёт свою ладонь парню, в глубине души надеясь, что тот не откажется и не сбежит. Ёсан от смущения из-за комплимента капитана прижал руки к груди, а на внезапное приглашение на танец Кан только нетерпеливо закивал и смущенно подал свою холодную и тонкую руку. Теперь он не обращал внимания на людей вокруг, для него теперь остался только незнакомый капитан, чью жизнь он спас. с поданной рукой он тут же положил вторую на плечо мужчины, ближе к шее. На удивление, даже лично для себя, Сан сильно осторожничал с до боли очаровательным парнем: ему самому пришлось подхватить партнёра за место чуть ниже талии, покрепче сжать тонкую, бледную ладонь в своей, и медленно влиться в небольшую группу таких же танцующих людей. Точнее, пар людей. Возможно, Из-за различия цвета костюмов они выделяли на фоне других сильнее всего, но Сана это мало волновало, ведь перед глазами стоял только этот парень и его застенчивый, но в то же время пронзительный взгляд, что пробирал до глубины души. Он ничего не говорил, так как понимал, что толковых ответов не получит, но чужие глаза явно говорили намного больше, чем если бы он мог говорить и общался с ним. Парень всё же был очень неумел в танце и изза невнимательности спотыкался, но оттого он только ближе жался к крепкому мужчине, постепенно обнимая его плечи рукой, чтобы не упасть. «У тебя 3 дня, племянничек, чтобы возлюбленный твой тебя поцеловал.» — вспоминалось в голове юноши. и вспомнилось ему, что сегодня — тот самый третий день. К рассвету он вернет свой облик, а время уже было далеко за полночь. В глазах Ёсана заплескался страх и надежда, что может быть?.. но страху было больше. Сан понимал, что рано или поздно им придётся расстаться, ведь бал скоро закончится, близилось утро, но тот факт, что молчаливый незнакомец так настойчиво взял его за руку и не отпускал после окончания танца, глядя на него с какой-то странной надеждой в глазах (или ему уже чудится), явно удивило и заинтересовало Сана. Он позволил себе остаться рядом с парнем ещё на немного. Впрочем, не не был удивлён, когда они оказались (а точнее, парень увел его) в более тихом, безлюдном месте, где было так спокойно, что на мгновение Чхве даже было непривычно от той тишины, которая царила здесь. — Устали от людей, не так ли? — первым делом спрашивает Сан, понимая, что глупая маска на лице уже порядком раздражает, и потому снимает её ненадолго, осторожно касаясь пальцами раздраженых участков кожи, которые натерлись из-за этой маски. Он отчасти понимал желание парня побыть в тишине и спокойствии, и потому не возражал совсем. Русалу хотелось уйти. Хотелось покинуть дворец с мужчиной, чьего имени так и не довелось узнать всё ещё. К тому же маска тоже очень сильно натирала юноше, потому, как только они пришли в укромное место, он снял с себя маску, потирая поврежденные участки нежной как бархат кожи. На вопрос он кивнул, смущенно опуская взгляд, как только увидел пирата без маски. Ёсан очень нервничал в компании этого мужчины, его так хотелось коснуться, а ярое желание завладеть всем его вниманием чуть ли не пожирало Кана изнутри. Так близок и так недосягаем. Но сейчас русалу хватило смелости на одно: взять ладонь Сана двумя руками раскрытой и вырисовывать одним пальцем буквы. Юнхо научил его алфавиту и поэтому он мог представиться хотя бы так. «ё… с. а… н. вроде верно…» — пробегало в голове парня, когда он поднял взгляд на Чхве, чтобы услышать от него что-нибудь. Сан внимательно наблюдал за чужими движениями, и когда парень поймал его ладонь, начиная выводить… Буквы? Он упёрся взглядом в свою ладонь, по которой изящный тонкий палец медленно выводил очертания букв, и Чхве, кажется, даже замер, задержав дыхание, по ощущениям угадывая буквы. — Ëсан…? — слабо выдыхает блондин, застывая на мгновение снова, когда видит милую улыбку, и слабый кивок, подтверждающий, что он «прочитал» Всё правильно. — Какое очаровательное имя… А меня зовут Сан. Чхве Сан… Милое различие всего лишь в одной букве, правда? — кажется, вся та спесь и высокомерие, которая присутствовала при нём ранее, испарилась, словно её и не было. С этим буквально хрустальным парнем не хотелось быть чересчур грубым и резким, напротив — в его сторону лишний раз дышать было страшно, не то что касаться. Возможно, именно поэтому он ведёт себя настолько… Смирно и не похоже на своё обыденное поведение. «Сан…» — вырисовывает в своём сознании юноша, с блеском смотря на мужчину. И правда, само очарование. Сан. Ёсан произносит это имя одними губами, его шепот даже не слышен, только легкое придыхание. Он отпустил ладонь пирата и протянул свою ладонь, как для знакомства. «Приятно познакомиться, Чхве Сан.» — говорил он одними глазами, но имя мужчины произнес губами. Сан слабо смеётся, когда Ëсан протягивает ему руку, но всё же из чистой вежливости пожимает ее, почти сразу же чуть сменив положение и оставив мягкий поцелуй на холодной, тыльной стороне чужой ладони с улыбкой. — Мне тоже очень приятно, Ëсан. — да, он запросто прочитал по взгляду парня, что тот «говорил», а его имя, которое было произнесено одними губами, почему то вызвало безумный восторг, что выразился только лишь в слабой улыбке. Сильно проявлять свои эмоции он не планировал, хотя понимал, что личность Ëсана в целом вызывает в нём дикую бурю эмоций. — Это же ты… Я тебя помню, я видел… Твои глаза. — неожиданно, даже сам от себя такого не ожидая, выдал Чхве, только после сказанного осознав, что ляпнул. Было ли ему стыдно? Нет, совсем не было. Ему просто было безумно интересно, не ошибся ли он. Хотя такие глаза… Трудно спутать с кем-либо другим. От поцелуя на руке остался горячий след, а бледная кожа покрылась ярким румянцем, вызывая у Ёсана улыбку, которую даже скрыть невозможно, так он был не против такого жеста. Только Сан упомянул о том, что помнит его, Кан тут же оживился, закивав и скоро раскрывая чужую ладонь, жестами пересказывая то, что было. Вот он показывает волны, корабль…как кто-то прыгает с корабля. За своим «рассказом» он и не заметил, что приблизился очень близко, но смотрел он на свои ладони, вдруг сжав в них Санову. Сан послушно внимал каждому чужому жесту, улыбаясь тому, как оживился Ëсан, стоило ему только услышать, что его узнали и помнят. Он усмехнулся слабо, замечая, как трепетно Ëсан сжал его ладонь в небольших своих, но вторую, свободную руку, поспешил положить на худое плечо, слабо погладив. — Я тебя понял. Это ты вытащил меня из воды, спасибо тебе. И человеком ты стал явно с помощью магии, правда? — его догадки были более чем правдивы, раз Ëсан отчаянно закивал, будто радуясь тому, что Сан такой догадливый. Хоть Ёсан и понимал, что пират очень догадливый, но на его вопрос не сразу осмелился ответить кивком. Он увел взгляд и закусил губу от легкой тревоги. Вдруг он перевел взгляд на окно, которое было практически позади от него и округлил свои глаза в ужасе. «время уже так быстро пролетело?» — вопрошал он в голове и тут же обернулся обратно на Сана и встал, не сразу отпуская его руки. Он бы сказал, что ему пора или как ему снять заклятие без последствий, но голоса ведь нет… Он пятился назад, с досадой смотря на мужчину, за которого зацепился всей душой, ради которого отдал голос и рискнул жизнью. Он почувствовал жжение в горле и понял, что ему и вправду уже пора бежать, чтобы его не увидели другие люди. Иначе это будет страшнее смерти от руки пирата. — В чем дело…? — Сан нахмурился сразу же, когда заметил взгляд Ëсана, направленный на него, полный ужаса и одновременно горькой досады. Он был очень удивлён, так как вроде и не успел сказать ничего ужасного или плохого. — Ëсан, у тебя всё хорошо? Беспокойство за парня, возникшее из ниоткуда, заставило его сделать шаг… Ещё шаг, вслед за Ëсаном, который поспешно отступал. В итоге, конечно, отступать было некуда, так как парень оказался прижат к мраморной колонне, а Чхве подошёл опасно близко. — Тебе плохо, у тебя какие-то проблемы? Ёсану становилось горько от обиды расставания, но сейчас уже ничего не подействует… остаётся бежать. Слеза предательски покатилась по щеке и Кан, оставив совсем невесомый поцелуй на щеке Сана, побежал прочь из дворца. Он бежал в сторону берега, роняя слёзы, что ценнее жемчуга. Русал уже ощущал, как голос приходит к нему, а дышать изза появляющихся вновь жабров становится всё труднее. Сан на пару секунд просто опешил, когда Ëсан оставил на его щеке поцелуй, и не мог сдвинуться с места даже тогда, когда парень стремительно скрылся из его поля зрения. Он смог оправиться от шока только через пару минут, и почти сразу сорвался следом, мысленно понимая, куда и в какую сторону бежать. Только вот… луч восходящего солнца коснулся белоснежной кожи тогда, когда до берега было ещё несколько метров и вдруг Ёсан упал. Былой костюм на бал разорвался в клочья, а сил ползти в воду было ужасно мало и русал внутренне паниковал, отчего делал себе только хуже. Слава Богу, что Чхве не ошибся. Правда, из-за увиденного зрелища пришлось подавить в себе все эмоции, кроме как желания помочь. Ему пришлось даже на пару секунд закрыть глаза, чтобы не смотреть на мучения того, кто теперь не мог дышать обычным воздухом, прежде чем осторожно приблизиться к чужому телу, распластанному на песке, и наклониться ближе, на колени встать рядом, только чтобы шепнуть: — Тихо, я рядом… — и почти сразу же поднять на руки. Поднять осторожно, едва касаясь хвоста, так как не понаслышке он знал, что это особо чувствительная часть. Ему нужно было сделать всего пару шагов, прежде чем русал почувствовал бы воду, и дальше сделал бы всё сам. Но нет, он, несмотря на внутренние противоречия и даже на то, какой наряд на нём, зашёл в холодную воду по пояс, даже чуть выше, и только после этого осторожно отпустил Ëсана со слабой улыбкой, позволяя ему самому уже полностью окунуться в спасительную воду. Кан почти что потерял сознание, но он чувствовал, что его подняли и несли до того момента, пока вода не коснулась и без того холодной кожи русала. Ёсан громко начал глотать воду, освобождая легкие от кислорода. Только прийдя в себя, он внезапно отплыл на метр так точно и смотрел на Сана проницательным взглядом, как когда спас его. " Он… что? " — думал Ёсан. — Ты…- заговорил он, когда немного больше вылез из воды. — . спас меня? — русал мысленно не узнавал свой голос и отвык говорить за эти несколько дней. — Ну да. Это правда меньшее, что я мог сделать. — солнце постепенно, медленно выползало из-за горизонта, освещая лицо блондина, стоявшего по пояс в воде, и слабо улыбающегося. Возможно, не этого ожидаешь увидеть, когда говоришь про серьёзного, и вроде бы опасного пирата… — Так ты выглядишь в разы лучше, и голос твой, как я и думал, звучит бесподобно. — усмехается он слабо, чувствуя, как по затылку идут мурашки из-за того, как вода слабо холодит кожу. Он внимательно всматривается в чужие глаза, всматривается в то, как изменился, хоть и не полностью, но явно в лучшую сторону Ëсан, и тихо выдохнул. — Тебя никто не хватится, не переживай. Принц, наверное, уже занят совершенно другим. — возможно, это звучало как некое утешение для Ëсана, который… А в чем дело? Причины, по которой русал стал человеком на пару дней, он не знал, а догадки были столь абсурдны, что верить в них не хотелось, и потому он просто вопросительно склонил голову в бок. Видимо, ожидая объяснений. — Я не…- он увел взгляд. — не переживаю о принце. Он хоть и заботился обо мне, но он забудет обо мне, скорее всего. — чуть заострённые уши покрылись румянцем — я хотел встретить тебя, Сан. — признался он. Прокрутив в голове комплименты мужчины, шатен сразу спрятался почти до глаз в воду от смущения. Но снова всё было обречено на разлуку. Ёсана забрал его ньянька, он же советник Пак Сонхва, а Сана окликнула его команда, что покинули бал. До самого вечера Кан не мог выйти на поверхность и увидеть пирата, он ведь даже не смог с ним попрощаться уже нормально… А Сан прождал до самого заката, как вдруг из воды вышла макушка юноши. — Ты всё время сидел здесь… ждал меня? — прозвучал смущенный голосок русала. — Надеялся… — выдохнул Сан, подходя к скале и присел рядом с залезшим туда же Ёсаном. Они говорили до поздней ночи. Кан не смогу не признаться мужчине в чувствах, которые были хот и взаимны, но обречены на провал. — Жемчужинка… ты же понимаешь, что мы не сможем… — он коснулся холодной кожи, утирая кристальную слезу. — наш корабль отплывает через неделю. — констатировал факт он. Конечно, это давило, резало острием по самому нежному во всем естестве Кана. С того вечера они виделись каждый день, Сан ждал русала, а тот проводил весь день в компании пирата, говоря обо всем на свете и слушая истории о приключениях Чхве. Но вот наступил последний день, а Ёсана всё не было и это тревожило пирата. А русал был со своим отцом на важном разговоре. — Ёсан…ты самое драгоценное, что у меня есть. Ты ведь понимаешь, что если уйдешь к пирату, твоя жизнь может быть обречена или же обретена новыми красками. Готов ли ты на данный риск и уверен ли ты в нем? — конечно подводный принц ожидал такого от великого морского владыки что угодно, но не такого. — Да, отец, мне жизнь не мила без него. — после последовало долгое прощание с семьей и долгие наставления в новую жизнь. Только пират хотел покинуть берег и пойти на корабль, как из воды послышался всплеск и он увидел, как Ёсан ступал в прекрасных одеждах на песок, освещенный лунным светом. Это было немыслимо. Сан подлетел к юноше и подхватил его в свои объятия, кружа вокруг себя. — Жемчужина моя… — выдохнул он, расцеловывая чужое лицо. Встреча с отцом русала прошла гладко, Чхве получил дельные наставления насчет сына и проводил того вместе с советником, который даже пустил слезу, прощаясь с любимым и самым младшим ребенком. С следующего утра началась новая жизнь для русала и его возлюбленного капитана.