Если мы целуемся - не значит, что мы друг другу нравимся

      Было одно всем известное правило. Хан Джисон и Ли Минхо друг друга ненавидели. Взаимные оскорбления и колкие замечания, подлянки друг другу, вечное соперничество — все это давно стало их обычной рутиной. Но, как известно, не бывает правил без исключений. Они все еще ненавидели друг друга, но стоило им остаться наедине…       Это была самая обычная вечеринка, организованная кем-то из их знакомых. Сразу, как увидели друг друга, Хан закатил глаза и фыркнул, а Минхо не удержался, чтобы не бросить язвительный комментарий по поводу внешнего вида Джисона. Весь вечер они язвили друг другу и обменивались колкими насмешливыми замечаниями, иногда переходя на легкий неосознанный флирт, возможно даже сами этого не замечая. Напившись, оба отделились от толпы, громко ссорясь из-за того, что Минхо толкнул Хана, из-за чего тот чуть не упал в бассейн. И так до тех пор, пока не оказались в одной из пустующих гостевых спален на втором этаже.       Минхо прижимал Джисона к стене, страстно впившись ему в губы. Хан схватился за его волосы, притягивая ближе, и тихо простонал ему в губы, блуждая руками по его телу. Минхо отстранился с тяжелым вздохом и наклонился к шее Хана, нежно покусывая и посасывая, зная, что это точно выведет Джисона из себя. Хан толкнул его в плечо, но недостаточно сильно, чтобы оттолкнуть, и прошипел.       — Минхо, блять, сколько раз я тебе говорил не оставлять эти чертовы засосы. Я заебался уже их замазывать и скрывать. — Минхо, казалось, вообще не воспринял слова Джисона всерьез. Он схватил его волосы на затылке, оттягивая голову назад, чтобы открыть себе лучший доступ к его шее, поцеловал кадык, провел по нему языком и усмехнулся.       — Ой, посмотрите, у кого голос прорезался. Можешь не прятать, они тебе очень идут. Заодно покажешь своей ненаглядной подружке, может, хоть после этого она перестанет липнуть к тебе, как банный лист. — Когда он говорил о девушке, что уже год бегала за Ханом, Минхо не мог скрыть раздражение и намек на ревность в голосе. И, будто подпитывая свои слова, он оставил засос на той части шеи, где одежда точно не могла скрыть. Если, конечно, Джисон не начнет ходить в шарфе в середине лета.       — Сука, — усмехнувшись, прошептал Хан, неосознанно потянувшись к волосам Минхо, чтобы прижать его ближе.       — Не выпендривайся, тебе ведь это нравится. — Ухмыльнулся Ли, прокладывая дорожку поцелуев от подбородка до ключиц. Джисон прикусил губу, чтобы не издать лишних звуков, и усилил хватку в его волосах, сжав почти до боли.       — Не зазнавайся, не забывай, кто первым на кого накинулся. — Минхо прошипел, но не предпринял никаких попыток остановить Хана. Он самодовольно улыбнулся и изогнул бровь.       — Не обольщайся, не накидывался я. И к тому же не то, чтобы ты был особо против. — Сказав это, Минхо снова захватил губы Джисона в яростном поцелуе, на ходу расстегивая пуговицы на его рубашке, проникая под нее к нежной и чувствительной коже. Хан судорожно выдохнул, когда пальцы Минхо начали блуждать по его телу. Он обнаружил, что наклоняется к прикосновениям парня, прося и жаждя большего, но не удержался, чтобы не ответить.       — Я не хотел тебя расстраивать. Заплакал бы еще и пошел бы жаловаться своему папаше, — Немного отстранившись, язвительно сказал Хан и усмехнулся. Минхо на его колкость ответил очередным болезненным укусом в шею, заставив Хана прошипеть и изогнуться. Ли поднял голову и посмотрел на Хана со смесью необузданного желания и вязкого чувства разочарования и может даже злости. Он ненавидел, как тот на него влиял. Как он мог одним лишь присутствием заставить его покрыться красными пятнами от злости, а сразу после утопить его в смущении. Хан его раздражал до мозга костей, но, несмотря на это, он не мог отрицать притяжение между ними и противиться ему.       — Закрой рот, Хан, пока я не заставил тебя это сделать, — без злобы пригрозил Минхо и перехватил руку Джисона, которая собиралась проскользнуть под его рубашку, и, ухмыльнувшись, поднес ее к своим губам. Затем мягко поцеловал, перед тем, как всосать в рот один из его пальцев, наблюдая за реакцией Хана.       — Блять, Минхо! — широко раскрыв глаза, застонал Хан, когда Минхо начал проводить по его пальцу языком и сосать его. После он вырвал свою руку и потянул его для нового поцелуя. С тихим рычанием Минхо ответил на поцелуй, с не меньшим жаром борясь с Джисоном за право вести и доминировать. Он слышал громкий бешеный стук сердца, но не мог понять это его или Хана. Тепло, исходящее от Хана, запах его одеколона, смешанный с потом и чем-то еще, которым обладал только он, опьянили и раздражали его, заставляя желать большего. Минхо тихо простонал и не разрывая поцелуй, он потянул руку вниз, чтобы через ткань джинсов схватить его за выпуклость. Затем медленно расстегнул пуговицу и молнию. Рука Минхо проскользнула внутрь, обхватив горячую плоть. Он начал медленно гладить его, наблюдая за любыми изменениями на лице Хана.       Хан застонал в поцелуй. Его бедра невольно дернулись, когда Минхо обхватил его пульсирующий член. Оторвавшись от поцелуя, Хан посмотрел в эти ненавистные глаза, которые как назло, каждый раз по какой-то неизведанной причине манили его и лишали дара речи. И за это Хан ненавидел Минхо еще больше. Плавным движением руки он оттолкнул его от себя и прошел вперед, направляясь к кровати, и с ухмылкой посмотрел на Минхо, который тут же последовал за ним, будто находясь под чарами. Джисон сел на кровать. Минхо, не отрывая взгляда от него, медленно и дразняще начал снимать с себя одежду. Его отросшие волосы падали ему на лоб, слегка прилипнув к нему из-за пота, а в глазах, которые смотрели на Хана, отражался чистый голод и необузданная похоть.       — Только посмотри на себя, где же твое обычное хладнокровие и контроль, Минхо? — подразнивающе усмехнулся Хан. Минхо на колкость никак не отреагировал. Он приблизился к кровати и подобно хищнику подполз к нему, пока их тела не оказались вплотную друг к другу. Минхо захватил рот Джисона в еще одном жгучем поцелуе. Руками он свободно и жадно исследовал каждый изгиб тела Хана. Затем отстранился и усмехнулся на явную провокацию от Хана. Он укусил затвердевший сосок Джисона и почти промурлыкал.       — Мое спокойствие и хладнокровие там же, где и твоя гордость, дорогой. Это ведь ты сейчас извиваешься подо мной, как последняя шлюха, — тем же тоном ответил ему Минхо, уже готовясь к возмущенной тираде Джисона. Но в вместо нее он услышал стон боли и удовольствия, когда он ещё раз прикусил его сосок.       — Какая ты все-таки сука, Минхо. — прошипел Хан, схватив его за волосы, оттягивая от своего тела. Минхо самодовольно ухмыльнулся и, облизнув губу, снова опустил руки на его пах.       — Что такое, принцесса, нечего возразить? Твоя умная головушка не находит больше саркастичных ответов? — Слова на языке Хана затерялись в низком стоне. Его рука скользнула по спине Минхо, царапая его кожу ногтями. Дыхание Джисона сбилось, он хрипло начал.       — Посмотрим, кто из нас будет стонать, как шлюха. — И, оттолкнувшись от кровати, поменялся с ним местами. Он навис над Минхо и медленно провел рукой по его груди, пока не достиг его паха. Хан провел рукой по нему через боксеры Минхо. Затем он приспустил их и выпустил на свободу разгоряченный орган и провел рукой по всей длине, лаская большим пальцем головку. Он посмотрел на Минхо с ухмылкой.       — Главное, не сдерживайся, милый. Пусть все услышат, как ты стонешь от моих прикосновений. — По телу Минхо пробежала дрожь, когда пальцы Джисона обвели контур его пульсирующей эрекции. У него перехватило дыхание, и он прикусил нижнюю губу, пытаясь сдержать стон.       — Блядь… Самоуверенный придурок… — Он сумел выдавить сквозь стиснутые зубы. Его голос был напряжен от едва сдерживаемого желания. Когда рука Джисона обхватила его ствол, крепко поглаживая его, бедра Минхо невольно дернулись вверх, ища большего трения. Из него вырвался низкий гортанный стон, приглушенный его сжатыми челюстями.       — Ммм… Чёрт… Не думай, что я не заставлю тебя кричать громче меня. Ты невыносимая сволочь. — Минхо насмехался, даже когда его веки затрепетали и голова откинулась назад от удовольствия.       — Что ты там бубнишь? Я посмотрю, как долго ты сможешь продержаться, — усмехнулся Джисон и медленно наклонился, облизнул головку члена, переведя взгляд на Минхо и, обхватив губами, начал посасывать. Хан дразнил, медленно посасывая, только головку, облизывая и иногда почти невесомо касаясь руками яиц Минхо.       Глаза Минхо распахнулись от ощущения теплого рта Джисона, обхватившего его чувствительный кончик. Сдавленный стон вырвался из его горла. Его пальцы сжались в простынях под ним, отчаянно хватаясь за опору. Его грудь вздымалась от прерывистого дыхания, пока он пытался сохранить контроль.       — Бляять… Хаан… — Он выдохнул, глядя на Джисона туманными глазами, потемневшими от похоти. Его бедра инстинктивно дернулись вверх, ища большего этого сумасшедшего всасывания.       — Играешь с огнем, милый… — задыхаясь, прохрипел Минхо. Его голос слегка надломился, когда язык Джисона обвился вокруг головки его члена. Одна рука грубо запуталась в волосах Хана, сжимая их достаточно крепко, чтобы причинить боль, пока Минхо боролся с желанием глубже вонзиться в это влажное тепло. Джисон снова выпустил член изо рта, поглаживая его рукой, размазывая вытекающий предэякулят по всей длине и ухмыльнулся:       — Я не слышу стонов. Громче, чагия, — насмешливо сказал Хан, а затем снова начал сосать головку. Не проникая глубже и оставляя Минхо желать большего. Голова Минхо металась взад-вперед по подушке. Его каштановые волосы дико растрепались, когда он издал гортанный стон. Дразнящие поверхностные посасывания его чувствительного кончика сводили его с ума от желания.       — Черт возьми, Джисон, — процедил он сквозь стиснутые зубы. Его хватка на волосах Хана крепла, пока тот не вздрогнул. Но даже когда Минхо зарычал от разочарования, его бедра качнулись вверх, чтобы встретиться со ртом Хана, ища еще больше этой сводящей с ума стимуляции.       — Я надеюсь, ты подумал о последствиях, начиная эту игру, — предупредил Минхо. Его голос был низким и грубым от желания. Его глаза, обычно спокойные и насмешливые, теперь были расплавленными лужами похоти, когда они впились в Джисона. — Если ты продолжишь в том же духе. Я не смогу долго сдерживаться…       Но Джисон, похоже, услышал забавную шутку. Он ухмыльнулся, продолжая сосать головку, посылая вибрации по телу Минхо. Затем с хлюпающим пошлым звуком выпустил член изо рта и облизнул губы. А после провел языком по всей длине, намеренно медленно. Сдавленный вздох вырвался из губ Минхо, когда горячий мокрый язык Хана скользнул по его стволу, покрывая каждый дюйм скользкой слюной. Его бедра невольно дернулись, толкая себя глубже в этот распаляющий жар.       — О, блять. — Минхо выругался себе под нос. Его пальцы почти болезненно впились в кожу головы Хана. Ощущение того, как язык Джисона так интимно его исследует, было почти невыносимым. Когда Хан достиг основания, Минхо почувствовал, как его контроль ускользает. Его кульминация быстро приближается. С натужным хныканьем он попытался отстраниться, отчаянно пытаясь продлить эту изысканную пытку.       — Подожди… Остановись, черт возьми! — резко выдохнул он. Его грудь вздымалась от напряжения. Даже когда он говорил, его тело предало его. Дрожь пробежала по нему при мысли о том, что Хан продолжит свое оральное нападение. Джисон ухмыльнулся и приподнял бровь.       — Ты уже готов кончить? Так быстро, дорогой? Но я еще ничего не сделал, — заговорил Хан насмешливым тоном и снова взял головку в рот, выпустив ее изо рта и высосав обратно, другой рукой массируя яйца Минхо.       Минхо издал сдавленный стон, пока Хан продолжал свое неустанное дразнение. Двойные ощущения его горячего рта и нежных пальцев с каждой секундой приближали его к краю.        — Ты… ты… садист чертов… — Он замолчал, не в силах сформулировать связные слова, поскольку удовольствие переполняло его чувства. Его бедра хаотично дергались, ища большего контакта, большего трения. Когда пальцы Джисона начали массировать его чувствительные яички, Минхо увидел звезды. Его зрение затуманилось от интенсивности стимуляции. Он балансировал на грани. Его освобождение было неизбежным. Если Хан скоро не смягчится.       — Пожалуйста… — Слово вырвалось отчаянным шепотом, едва слышным из-за биения его сердца. Гордость Минхо была разорвана в клочья, сведенная к мольбам об облегчении изысканных мучений, которые Хан причинил ему. Джисон победно ухмыльнулся и, выпустив член изо рта, приблизился к уху Минхо и язвительно прошептал.       — Ты уже умоляешь? Напомни-ка, что ты говорил о стонущей под тобой шлюхе? Тебе не кажется, что что-то пошло не так? — Затем он снова опустился и на этот раз взял его член в рот и всосал его как можно глубже, умело играя языком. Минхо резко ахнул, когда губы Хана снова поглотили его. Влажное тепло посылало электрические разряды по его телу. Он мог чувствовать каждый выступ и контур языка Хана, когда тот кружился вокруг его пульсирующего ствола, подталкивая его все ближе к точке невозврата. Насмешливые слова Джисона эхом отдавались в голове Минхо, еще больше разжигая пламя его возбуждения. Осознание того, что их позиции действительно поменялись и теперь он тот, кто молит о пощаде, в то время как Хан удерживает всю власть, только добавляло острых ощущений.       Отчаянно пытаясь сохранить хоть какое-то подобие контроля, Минхо запутался пальцами в волосах Джисона, слегка дергая в тщетной попытке замедлить неумолимый темп.       Джисон посмотрел на Минхо с ухмылкой. Его глаза сверкали озорством и похотью. Пока он продолжал сосать с экспертной точностью. Он постанывал вокруг ствола, ещё больше добавляя вибрации удовольствия.       Когда хватка Минхо усилилась в его волосах, Джисон усмехнулся. Звук был приглушен толстой плотью между его губ. Он отстранился ровно настолько, чтобы насмешливо прошептать:       — Что такое, принцесса? Слишком много удовольствия для тебя? — С этими словами Хан снова нырнул, принимая Минхо еще глубже, чем прежде. Его горло сжалось вокруг головки его члена, и он начал качать головой быстрее. Слюни стекали по его подбородку, когда он доводил Минхо до кульминации.       Минхо громко застонал. Бедра невольно дернулись, когда Хан взял его член глубже.       — Черт… ты… я сейчас… кажется, кончу… — Пальцы Минхо болезненно сжимают волосы Джисона, но в них нет злобы, только отчаянная потребность. Его дыхание становится прерывистым, грудь вздымается от усилия. Когда Хан отстраняется, чтобы подразнить его, Минхо немедленно реагирует.       — Ты ведёшь себя слишком самоуверенно для того… — Он замолк, не договорив, задыхаясь. Когда Хан снова принимает его целиком. Зрение Минхо начинает расплываться, сужаясь до ощущения горячего влажного рта Джисона, обволакивающего его. Он чувствует, как его оргазм нарастает, сжимается, пока не грозит поглотить его полностью.       — Джисон… мать твою! — Хан чувствует, как тело Минхо напрягается и дрожит вокруг его языка. Джисон сосет сильнее, втягивая щеки, чтобы создать максимальное всасывание, пока он выдавливает из Минхо каждую каплю удовольствия.       Джисон продолжает лизать пульсирующую головку его члена, вытягивая отголоски оргазма Минхо. Только после этого он отпускает дергающийся член. Хан садится, вытирая рот тыльной стороной ладони, глядя на Минхо с удовлетворенной ухмылкой.       — Должен признать, ты выглядел довольно… Жалко. — Он дразнит, протягивая руку, чтобы похлопать Минхо по щеке.       Грудь Минхо вздымается. Он тяжело дышит, пытаясь успокоить колотящееся сердце. Его тело все еще трясется от толчков, кожа красная и влажная от пота. Он смотрит на себя, затем снова на Джисона с хмурым выражением лица, пытаясь вернуть себе хоть какое-то подобие самообладания.       — Жалко? — Он усмехается, садясь прямее, несмотря на остаточные эффекты оргазма, — Я бы вряд ли описал этим словом получение полного удовольствия от того, что кто-то сосал мой член так, будто это самая драгоценная вещь, которая у него есть. — Минхо пытался звучать насмешливо. Его взгляд скользит по фигуре Хана, отмечая самодовольную улыбку и то, как пот стекает по его коже. Внутри него вспыхнула искра раздражения. Он приблизился к Джисону, больно схватил его за подбородок и в опасной близости от его губ сквозь зубы прошипел, стараясь казаться небрежным и не выдать нотки внезапной и ненужной ревности:       — Знаешь, ты слишком хорошо это делаешь. Это даже раздражает. Богатый опыт?       Джисон задыхается, когда Минхо резко хватает его за подбородок. Их лица находятся в нескольких дюймах друг от друга. Напряженность в глазах Минхо заставляет Хана дрожать. Он с трудом сглатывает, пытаясь сохранить зрительный контакт, несмотря на то, как близко они находятся.       — Раздражает? — Хан приподнимает бровь. В его голосе слышится намёк на веселье, несмотря на боль от хватки Минхо — Я думал, ты оценишь, что все твои прихоти исполняются.       Он слегка наклоняет голову. Его дыхание смешивается с дыханием Минхо, когда он говорит. Свободная рука Джисона тянется вверх, чтобы накрыть руку Минхо, нежно нажимая, чтобы побудить его отпустить хватку.       — Или это что-то другое, чем просто раздражение? Ты ревнуешь, Минхо? — Хан насмешливо спрашивает. Его губы касаются раковины уха Минхо, когда он шепчет.       Глаза Минхо опасно сужаются, и он сжимает челюсти, подавляя рвущееся наружу раздражение. Он снова схватил Джисона за подбородок, наклонился к его уху и прошептал:       — Я? Ревную? Только в твоих бредовых снах, Джисон. — И грубо впился в его губы болезненным поцелуем, крепко сжав одной рукой его подбородок, а другой рукой оттянув его голову назад за волосы. Губы Минхо врезаются в губы Хана в кровоточащем поцелуе. Его зубы впиваются достаточно сильно, чтобы заставить его вздрогнуть. Его тело плотно прижимается к телу Джисона.       Его хватка на подбородке Хана слегка ослабевает, но он продолжает держать. Его пальцы впиваются в нежную кожу. Другая рука Минхо скользит вниз по его волосам, чтобы обхватить горло Джисона, оказывая ровно столько давления, чтобы заставить его пульс участиться. Внезапным резким движением Минхо разворачивает Джисона , прижимая его к своей спине. Его бедра трутся о задницу Джисона. Минхо ухмыльнулся. Его губы коснулись раковины уха Хана.       — Ты понятия не имеешь, что я хочу сделать с тобой прямо сейчас, дорогой. — Он прикусил мочку уха Джисона, прежде чем провести языком по изгибу, посылая дрожь по его позвоночнику. Рука Минхо скользит по теплой коже живота Хана, прежде чем двинуться ниже.       — Теперь моя очередь играть. Надеюсь, ты еще не успел пожалеть, что начал эту игру. — Минхо промурлыкал, его голос сочился похотью.       Джисон, задыхаясь, выгибается назад. Под давлением его голова падает на плечо Минхо. Стон вырывается из него, когда он чувствует, как твёрдость Ли настойчиво давит на его задницу.       — О, я думаю, я достаточно точно понимаю, чего ты хочешь, Минхо. — умудряется пробормотать Джисон между хриплыми вдохами. Его собственное возбуждение растет с каждым прикосновением и покусыванием рта Минхо. Когда пальцы Минхо скользят вниз по его животу, Хан дрожит. Его кожу покалывает от предвкушения.       — Довести тебя до такого состояния определенно стоило всех усилий. — Хан усмехнулся. Его голос охрип от желания. С ухмылкой Минхо отстраняется ровно настолько, чтобы посмотреть в глаза Хана. Его собственные светятся озорством и чем-то еще, искрой искреннего интереса, который он редко позволяет кому-либо увидеть.       — Ну что ж, Джисон. Посмотрим, до какого состояния теперь я смогу тебя довести, — бормочет он. Его рука скользит еще ниже, дразня край боксеров Хана, прежде чем, наконец, погрузиться внутрь. Его пальцы находят свой путь вокруг пульсирующей длины Джисона, вызывая еще один вздох у него. Ухмылка Минхо становится шире, когда он начинает медленно и неторопливо гладить его, наслаждаясь видом своего конкурента, извивающегося под его прикосновениями.       Глаза Хана захлопываются, когда пальцы Минхо обхватывают его член. Его бедра невольно дернулись в теплой хватке. Тихий стон срывается с его губ, и он сильно прикусывает нижнюю губу, пытаясь заглушить звук.       — Блядь! — Он задыхается. Его грудь вздымается с каждым тяжелым вдохом. Ощущение руки Минхо на нем ошеломляет, посылая искры удовольствия по его венам. Когда его большой палец касается чувствительной головки, Джисон почти кричит. Его бедра трясутся от усилий удержать себя на месте. Он знает, что должен сопротивляться, что именно этого и хочет Минхо. Сломать его, доказать его слабость. Но, Боже, он не может заставить себя беспокоиться о том, чего добивается Минхо прямо сейчас. Все, что имеет значение — это ощущение его руки на нем, обещание освобождения, парящее где-то вне досягаемости.       — И все же, Минхо, ты такая сука, — хрипло усмехнулся Джисон, тяжело дыша.       Ухмылка Ли становится шире от реакции Хана, довольный тем, как он извивается под его прикосновением. Он слегка сжимает руку, наслаждаясь теплом и твердостью члена Хана в своей ладони.       — Сука, да? — Он мурлычет, наклоняясь ближе, чтобы горячо прошептать на ухо Хану. — Знаешь, твои слабые попытки сопротивления довольно милы. — Ловким движением запястья Минхо проводит большим пальцем по чувствительной нижней части ствола Хана, вызывая еще один вздох. Он тихонько хихикает. Звук глубокий и насмешливый. — Но может, хватит выпендриваться? Просто попроси меня взять тебя, и, может быть, тогда я исполню твое желание.       Дрожь пробегает по телу Хана. От прикосновения Минхо его дыхание перехватывает, когда он снова касается его самого чувствительного места. Джисон сдерживает стон, решив не доставлять Минхо удовольствия услышать его мольбы.       — Иди в жопу, Минхо, — выплюнул он, пытаясь казаться непокорным, хотя его тело выдавало его, выгибаясь навстречу руке Минхо. Несмотря на свои слова, Хан знает, что играет в опасную игру. Его член пульсирует в хватке Минхо, истекая предэякулятом в предвкушении. Жар между ними ощутим, и каждый инстинкт кричит ему, чтобы он просто сдался.       Но его гордость не позволит ему так легко сдаться. Пока нет. Поэтому он смотрит на Минхо. Его глаза горят от обиды и желания. Ли ухмыляется Джисону. Его глаза сверкают жестоким весельем, когда он наблюдает, как Хан сопротивляется его прикосновению. Минхо тихо засмеялся.       — Я восприму это за приглашение, — насмешливо сказал он. Его голос тихий и хриплый. Он крепко сжимает член Хана, вызывая у того сдавленный вздох. Минхо наклоняется ближе. Его волосы касаются щеки Джисона, когда он шепчет ему на ухо.       — Я мог бы заставить тебя кончить прямо здесь, прямо сейчас, просто прикоснувшись к тебе. И ты это знаешь. — Он покусывает мочку уха Джисона, прежде чем отстраниться. Его взгляд скользит по раскрасневшемуся, отчаянному лицу перед ним. — Так зачем же бороться? Расслабься, чагия. Я обещаю никому не говорить, как сильно ты любишь стонать подо мной, — снова насмешливом тоном добавляет Минхо.       Дыхание Хана прерывается, когда пальцы Минхо обхватывают его пульсирующую эрекцию, крепко сжимая. Дрожь пробегает по нему от интимного прикосновения, несмотря на его первоначальное сопротивление. Его бедра снова дергаются, ища большего трения. Когда теплое дыхание Ли касается его уха, глаза Джисона закрываются. Тихий стон срывается с его губ. Ощущение скольжения зубов по его чувствительной коже посылает толчки удовольствия прямо в его сердце.       — Еще одно слово, Минхо, и я сам тебя возьму, — должно было прозвучать как угроза, но из-за сбившегося дыхание прозвучала как мольба. Хан до крови кусает губы, когда его предательское тело выгибается навстречу прикосновению Минхо. Его разум лихорадочно работает, пытаясь примирить противоречивые желания, борющиеся внутри него: стыд, желание, жажду доминирующего внимания Минхо с затаенной обидой и гневом, которые он все еще чувствует к своему сопернику.       Минхо ухмыляется, чувствуя, как Джисон содрогается под его прикосновением, наслаждаясь своей властью над ним. Он крепче сжимает член Хана, медленно, дразняще поглаживая его.       — Это обещание или угроза, Хани? — мурлычет он низким и соблазнительным голосом. Затем резко кусает мочку уха Джисона, а после проводит языком по его ушной раковине. Его свободная рука скользит вниз по груди Хана, а ногти слегка царапают его затвердевшие соски.       — Знаешь, ты такой нетерпеливый. Я тут удовольствие растянуть пытаюсь, а у тебя лишь одно на уме, — язвительно усмехнулся Минхо, зарывшись носом в волосы Хана, вдыхая этот ненавистный, но в тоже время такой родной запах.       — Может, я нетерпеливый, а может, ты просто слишком много пиздишь, — вздохнул Джисон, запрокидывая голову. Он схватил Минхо за волосы и потянул его к себе для поцелуя. Воспользовавшись его секундой заминкой, он полностью выпутался из хватки. Минхо, повернулся и толкнул его в грудь так, что тот лег на кровать, потом сам сел на него сверху.       Удивленный вздох вырывается у Минхо, когда Джисон берет контроль и захватывает их губы в доминирующем поцелуе. Сначала он сопротивляется, но вскоре тает в объятиях. Его тело охотно отвечает на напористость Хана. Когда Джисон толкает его на кровать и садится на его бедра, Ли смотрит на него со смесью вызова и желания, горящих в его глазах. Его руки ложатся на бедра Хана, чувствуя тепло его кожи через тонкую ткань нижнего белья.       — Как очаровательно, — усмехнулся Ли, его голос хриплый от волнения. — Хочешь поиграть? Ну, давай, детка, удиви! — С озорной ухмылкой Минхо тянется, чтобы обхватить задницу Хана.       Джисон ухмыльнулся, наклоняясь, чтобы снова захватить рот Минхо в жгучем поцелуе. Он прижался бедрами к его бедрам, чувствуя, как его твердость прижимается к нему. Разорвав поцелуй, Хан провел губами по челюсти Минхо, нежно покусывая и посасывая.       — Как ты думаешь, Минхо, какие бы у нас были отношения, если бы мы не ненавидели друг друга так сильно? — Внезапно спросил Джисон. Он лизнул полоску на его шее, прежде чем покрыть ее небольшими укусами и поцелуями, затем уткнулся лицом в его шею и прошептал, — Ненавижу, как ты пахнешь. Это слишком раздражает… слишком опьяняет… Черт.       Хан откинулся назад, любуясь видом голого и раскрасневшегося под ним Минхо. Он потерся через нижнее белье о его эрекцию и тихо застонал, положив руку на грудь Минхо и опустив голову. У Минхо перехватило дыхание, когда он почувствовал, как губы Хана оставляют огненный след на его коже, а царапание зубов вызвало дрожь.       — Блядь, — прошипел Минхо, выгибаясь навстречу прикосновению Джисона. Его пальцы впились в простыни, костяшки побелели. — Мы бы в любом случае разорвали бы друг друга на части в течение недели. — Он ахнул, когда Хан начал тереться о его твердый член. Ткань боксеров Джисона была единственным барьером между их кожей. Бедра Минхо дернулись вверх, ища трения.       — Ты невыносим, — выдавил он. — Но знаешь, сама мысль о том, что ты будешь в моей власти без всякого давления или ограничений, звучит даже… очень заманчиво. — Злая ухмылка расползлась по лицу Джисона. Его глаза лукаво сверкнули.       — Ого. Кто-то только что признался, что без ума от меня или мне показалось? — промурлыкал он дразняще. Его голос был низким и соблазнительным. — Но есть что-то и восхитительное в наших нынешних отношениях, не так ли? — Хан наклонился, чтобы укусить Минхо за мочку уха. Его горячее дыхание вызвало дрожь по спине парня. — Острые ощущения запретного, прилив власти. Это будоражит. — Он провел языком по раковине уха Минхо.       Минхо содрогнулся под ласками Хана. Его тело жадно отвечало на каждое прикосновение и ласку. Стон сорвался с его губ, когда зубы Джисона скользнули по его чувствительной коже. Его сердце бешено забилось в груди.       — Я ни в чем не признаюсь, — слабо возразил Ли. Его голос был напряжен от едва сдерживаемого желания. — Но может, ты и прав. Запретный плод действительно манит, — Он потянулся, чтобы запутать пальцы в волосах Хана, притягивая его ближе, пока их губы не оказались всего в нескольких дюймах друг от друга. Глаза Минхо впились в глаза Джисона, наполненные пьянящей смесью похоти и неповиновения.       — И раз мы уже начали, сделаем так, чтобы это того стоило. — Слова Минхо тяжело повисли в воздухе. Между ними вызов и обещание в одном. Его взгляд не отрывался от Хана. Медленно, неторопливо Минхо провел рукой по груди Джисона, кончиками пальцев очерчивая контуры мышц и костей. Когда он достиг пояса его боксеров, он остановился. Его большой палец дразняще провел по ткани.       — Ты уверен, что сможешь это выдержать? — пробормотал Минхо. Его голос был низким и хриплым. — Я не буду сдерживаться, даже если ты будешь меня умолять. Так что, если ты хочешь остановиться сейчас, это твой шанс.       Его рука скользнула под пояс, пальцы поглаживали чувствительную кожу ниже. Минхо пристально следил за лицом Хана, будто ожидая его ответа. Хан прикусил губу, пытаясь сдержать стон, когда пальцы Минхо танцевали по его тазовой кости. Вызов в словах Ли вызвал дрожь в нем, опьяняющую смесь волнения и трепета.       — Ты себя секс-машиной возомнил, дорогой? — выдавил из себя Джисон, саркастически ухмыльнувшись. Он выгнулся навстречу прикосновению Минхо, желая больше этого электрического ощущения. Руки Хана нашли путь к плечам Ли, крепко сжимая их, словно пытаясь удержать водоворот желания, нарастающего внутри него. — Не обольщайся. Ты не настолько хорош. Да и все, что я сейчас вижу, это только то, что ты слишком много говоришь, — прохрипел Хан, глядя на Минхо с туманной смесью желания и похоти. Ухмылка скривила губы Минхо при словах Хана, его глаза сверкнули весельем и чем-то более глубоким. Он приблизился ближе. Его дыхание обожгло ухо Джисона, когда он прошептал:       — Я смотрю, у кого-то слишком длинный язык, да? — Его руки скользнули ниже, крепко сжимая бедра Джисона, когда он прижал его к своему телу. Минхо чувствовал жар возбуждения Хана даже сквозь ткань нижнего белья, и это заставило его собственный пульс ускориться. Он намеренно подал бедра вперед, позволяя Хану почувствовать его твердую длину. — Дерзи сколько угодно, малыш. Я по глазам вижу, что думаешь ты совершенно иначе, — промурлыкал Минхо, резко потянув Хана на себя уложив на кровать. Он покусывал линию подбородка Хана, прежде чем проложить дорожку поцелуев вдоль его горла.       Хан от неожиданности ахнул и застонал, когда бедра Ли настойчиво прижались к его собственным. Твердость, которую он там почувствовал, послала толчок желания прямо в сердце Хана.       — Минхо… — Он выдохнул. Его голос был хриплым от желания. Голова Джисона откинулась назад, предоставляя Минхо лучший доступ к уязвимой коже его горла. Его сердце колотилось в груди, как птица в клетке, отчаянно пытающаяся вырваться. Каждое прикосновение, каждое слово, каждое обещание раздували пламя его желания все выше и выше, настолько, что ему казалось, что он может воспламениться от интенсивности.       Глаза Минхо засияли торжеством. Он мог ощущать сладкую соль кожи Джисона, чувствовать быстрый ритм его пульса под своими губами. С тихим рычанием Минхо укусил горло Хана, успокаивая жжение языком, прежде чем проложить дорожку поцелуев до раковины его уха.       — Что, чагия? — прошептал он хриплым голосом. Одна рука скользнула вниз, чтобы обхватить задницу Хана, собственнически сжимая упругую плоть. Другая рука Минхо запуталась в волосах Джисона, потянув их достаточно сильно, чтобы причинить ощутимую боль.       Хватка на его заднице заставила Хана невольно сжаться, прижимаясь ближе к твердому телу Минхо. Хан выгнулся навстречу прикосновениям Минхо, жаждая большего количества этого электрического ощущения. Когда пальцы Минхо сжались в его волосах, оттягивая его голову назад, Джисон ахнул. Его бедра инстинктивно дернулись против твердой длины члена Минхо.       — Блять… Ждёшь, пока я начну умолять? — Джисон заскулил. Его разум был затуманен похотью. Он не мог думать ясно, не мог ничего сделать, кроме как поддаться побуждениям, которые брали верх.       Дыхание Минхо сбилось, глаза сверкали темным голодом. Он сжал волосы Джисона, наклонив его голову еще дальше назад, пока их лбы не соприкоснулись. Их прерывистое дыхание смешалось, создав пьянящую смесь желания и доминирования.       — Мм… Думаю, да… Это то, чего я хочу, — прошептал Минхо. Его голос был тихим и грубым от сдержанности. Он провел пальцем по линии подбородка Джисона, приподняв его голову. — Ну же, Хани, сделай это, — сладко пролепетал Минхо, с намеренной медлительностью наклоняясь. Его губы коснулись раковины уха Хана, прежде чем проложить дорожку из горячих поцелуев вниз по шее. Он нежно покусывал точку пульса, смакуя быстрое трепетание под зубами.       Хан вздрогнул от прикосновения Минхо. Его кожа покрылась мурашками, когда его губы исследовали его чувствительную плоть.       — П-пожалуйста… Минхо… Блять! — Хан снова заскулил в отчаянии, не уверенный, просил ли он большего или молил о пощаде. Его тело было словно под напряжением, каждое нервное окончание горело от ощущений.       Он чувствовал, как твердая длина возбуждения Минхо настойчиво давит на него, разжигая пламя его собственного желания. Хан инстинктивно покачал бедрами, ища трения, хотя и боялся подавляющего удовольствия. Он схватил Минхо за плечи, разрываясь между желанием оттолкнуть его и притянуть ближе. Низкий рык пророкотал в груди Минхо. От слов Хана его хватка на нем сжалась. Он чувствовал, как дрожит тело Джисона, слышал отчаянные судороги в его дыхании. Это сводило с ума.       — Уже умоляешь? Ожидаемо. Но должен отдать тебе должное, в этот раз ты держался дольше, — поддразнивающе промурлыкал Минхо. Его голос сочился озорным весельем. Он наклонился, его зубы задели раковину уха Хана. — Но я только начал, Джисон.       Быстрым движением Минхо перевернул Джисона на живот, прижав его стройное тело спиной. Он укусил Хана за шею, смакуя сладкий вкус его кожи.       — Формулируй почетче свои желания, милый, — приказал Минхо. Его горячее дыхание снова коснулось уха Джисона. — Попроси меня вежливо, и, возможно, я дам тебе то, чего ты желаешь. — Джисон за злобой и похотью посмотрел на Минхо, сжав зубы, затем медленно закрыл глаза.       — Возьми меня, черт тебя дери, Минхо, — прошептал Хан из последних сил.       На хриплую мольбу Джисона контроль Минхо лопнул. С рычанием он сорвал с Джисона единственный предмет одежды на нем боксеры и расположился между его бедрами, жадно толкая толстую головку члена ко входу.       — Как тебе будет угодно, душа моя, — ухмыльнулся Минхо. Его волосы в беспорядке упали ему на лицо. Быстрым мощным толчком Минхо погрузился по самую рукоятку в тесный жар Хана. Гортанный стон вырвался из него, когда Джисона стенки сжались вокруг его длины, затягивая все глубже.       — Бля… — Минхо выругался себе под нос. Его бедра начали двигать в неумолимом ритме. — Это чертовски приятно.       Сдавленный крик вырвался из горла Хана, когда толстый член Минхо снова вторгся в него, растягивая его восхитительно широко. Его спина выгнулась, ногти впились в плечи Минхо, когда он отдался сильному удовольствию.       — Сукаа. Ненавижу тебя, — выдохнул Хан. Его голос был хриплым от желания.       Каждый жестокий толчок посылал ударные волны через тело Джисон, подталкивая его ближе к краю. Его внутренние мышцы трепетали и спазматически сокращались вокруг члена Минхо, пытаясь выдавить из него все, что он мог.       По мере того, как внутри него нарастало давление, Хан чувствовал, как приближается кульминация, грозящая поглотить его полностью.       Глаза Минхо сверкнули озорством и похотью, когда он наблюдал, как Джисон извивается под ним. С гортанным стоном он еще сильнее врезался в тело Хана. Звук шлепка кожи о кожу разнесся по комнате.       — Взаимно, Джисони, взаимно, — прорычал Минхо. Его голос был низким и грубым. Он потянулся вниз, чтобы схватить бедра Хана. Головка его члена ударялась о простату Джисона, с каждым толчком посылая волны электрического удовольствия по его позвоночнику.       — Но знаешь, в такие моменты я понимаю, что иногда ты можешь быть... Не таким раздражающим, а даже… очаровательным. — прошептал Минхо, хрипло засмеявшись, обжигая ухо Джисона своим жарким дыханием. — Мне нравится видеть тебя таким. —Удовольствие переполняло Хана, когда мощные толчки Минхо снова и снова ударяли по его сладкому месту. Его спина выгнулась над кроватью, пальцы впились в плечи Минхо, когда он потерял себя в ощущениях.       — Бля… Быстрее! — закричал он. Его голос охрип от потребности. — Ты опять больше пиздишь, чем делаешь, — умудрился съязвить Джисон. Его бедра дернулись, чтобы встретиться с бедрами Минхо, отчаянно желая большего от этого невероятного трения. Его внутренние стенки крепко сжались вокруг вторгающейся длины.       — А ты все такой же нетерпеливый, чагия, — промурлыкал Минхо. Его голос был хриплым от напряжения. — Хотя это именно из-за этого я все ещё терплю тебя. — Он чувствовал, как Хан дрожит под ним. Его тело напряглось, как тетива, готовая лопнуть. Минхо знал, что они оба балансируют на грани, шатко ходят по острию ножа экстаза.       — Ну же, Хани, не будь бякой. Скажи что-нибудь приятное. Хоть раз, — подразнил Минхо. Его рука опустилась, чтобы погладить ноющий член Хана в такт его толчкам.       Хан не мог больше сдерживаться, когда слова и прикосновения Минхо подтолкнули его к краю. Его оргазм обрушился на него, как приливная волна. Его зрение затуманилось, когда удовольствие поглотило каждую клетку его тела.       — Да… Черт, — закричал Хан. Его бедра дико задвигались, когда он выдержал интенсивные волны освобождения — Минхо!.. — Его кульминация, казалось, длилась целую вечность. Его член пульсировал и извергал горячее семя на ласкающие пальцы Минхо. Несмотря на все это, Минхо продолжал неустанно долбиться в него, преследуя свой собственный пик с целеустремленной концентрацией.       Когда дрожь Хана, наконец, утихла, он рухнул обратно на кровать, задыхаясь. Его тело ощущалось бескостным, каждое нервное окончание гудело от удовлетворения.       Минхо жадно наблюдал, как Хан поддался экстазу. Его глаза, все ещё наполненные похотью, поглощали каждое подергивание и дрожь стройной фигуры другого парня.              — Ну, для начала неплохо, — хихикнул Минхо низким и грубым от похоти голосом. — Черт возьми. Я близко… — Он чувствовал, как его собственный оргазм нарастает у основания позвоночника, скручиваясь все туже и туже с каждым движением.       Бедра Минхо рванули вперед, вбиваясь в Хана с возрастающим пылом. Каждый толчок прерывался непристойным шлепком кожи о кожу. Комната наполнялась звуками их соития, вздохами, стонами и скрипом каркаса кровати под их страстными движениями.       — Минхо… — в мольбе простонал Джисон. Его спина выгнулась над матрасом, когда Минхо наклонил бедра, чтобы ударить по самой чувствительной точке. Сильнее Минхо.       Минхо с готовностью подчинился. Одной рукой сжав бедро Хана так сильно, что на завтра точно останется синяк, а другую просунул руку между их скользкими от пота телами, чтобы погладить подергивающий член Хана в такт его толчкам.       Пока Минхо продолжал вбиваться в Джисона, его толчки становились все более беспорядочными, движимые растущим давлением его собственного оргазма. Его пальцы сжимали бедра Хана почти болезненно, пока он преследовал свое освобождение.       — Блядь, Джисон… Это ахуенно… — простонал он сквозь стиснутые зубы. Его голос был напряжен от усилий сдержаться. С последним жестоким толчком Минхо погрузился по самую рукоятку внутрь Хана. Его член пульсировал, когда он изливал свое горячее семя глубоко в тело Джисона. Низкий стон снова вырвался из него, когда волна за волной удовольствия обрушились на него, оставив его дрожащим и опустошенным.       Когда отголоски оргазма утихли, Минхо рухнул на Хана, своим весом вдавливая его в матрас. Он уткнулся носом в изгиб его шеи, тяжело дыша, пытаясь нормализовать дыхание.       — Это было… Невероятно. — пробормотал он. Его голос был хриплым от удовлетворения. — Может ты и сука, Джисон, но кажется и от тебя есть какой-то толк. — слабо усмехнулся Минхо, оставляя нежные поцелуи вдоль линии подбородка Хана. Его руки собственнически бродили по его груди и животу. Хан закатил глаза и спихнул Минхо со своего тела. Его дыхание также было рванным и тяжелым. Он прошептал, даже не посмотрев в сторону Минхо.       — Блять, иди нахуй, Ли Минхо, — Минхо на попытки Хана уколоть засмеялся и игриво подёргал бровями.       — Я туда обычно только посылаю, знаешь ли. — Хан собирался что-то ответить, но его отвлек шум снаружи.       — Хенджин? Ты что тут делаешь? — Голос, который Минхо ни с одним другим не спутает, раздался почти рядом с дверью. По телу его пробежала дрожь. Он, широко раскрыв глаза, посмотрел на Хана, а тот уже подскочил на ноги и начал собирать свою одежду с пола. А голоса за дверью тем временем раздавались все ближе.       — А, Ёнбок, привет. Да так, я опять Хана потерял.       — Какое совпадение! Я Минхо ищу.       — Снова исчезли вместе? В таком случае нам стоить начать обыскивать ближайший лес, пока не найдем тело кого-нибудь одного.       — А может сразу двоих, чего мелочиться, — после раздался смех двух парней. — Я почти все комнаты в доме обыскал, осталась эта. Минхо точно не мог уйти, ничего мне не сказав. — Глаза Минхо расширились ещё шире. Они с Ханом второпях кое-как оделись, пока двое за дверью переговаривались между собой.       — Прячься! — шикнул Минхо на Хана.       — Где, блять? — Минхо, не раздумывая, схватил его за руку, затем подошёл к шкафу и, открыв дверь, толкнул туда Джисона, и прежде чем закрыть дверь, пригрозил:       — Если хоть пикнешь, ты труп. — Затем закрыл дверь шкафа и пошел к двери. Он резким движением открыл ее, заставив двоих парней за ней вздрогнуть, и, облокотившись о дверной косяк, принял максимально сонный и уставший вид, прежде чем раздраженно спросить.       — Что вы оба здесь, черт возьми, делаете? — Феликс радостно улыбнулся.       — Хоши, вот ты где. Ты что тут забыл? Если устал и хочешь поспать, идём, я тебя домой отвезу.       Хенджин прищурился, смотря на Минхо. Он попытался заглянуть внутрь комнаты.       — Ты там один? Хана случайно нет с тобой? — Минхо сглотнул, уголки его губ невольно дернулись. Он сложил руки на груди и с улыбкой смотря на Хенджина, ответил.       — Конечно, со мной рядышком на кровати лежит. — Феликс прыснул и закатил глаза. Хенджин усмехнулся и изогнул бровь. Его глаза все ещё внимательно изучали Минхо. После недолгого зрительного контакта он издал тихий смешок, затем положил руки на плечи Феликса и начал его уводить.       — Идём, Ёнбок. Кажется, Минхо сегодня остаётся здесь. — Феликс удивлённо вскрикнул, затем посмотрел на Хенджина, скептически изогнув бровь. Когда они чуть отошли от Минхо, Феликс не удержался от вопроса.       — Ты что, действительно думаешь, что там у него на кровати Хан лежит, что ли? — Хенджин, засмеявшись, покачал головой.       — Конечно, нет… Думаю, он уже его спрятал. — Брови Феликса поползли вверх. Он остановился и, оглянувшись на Минхо, который все ещё смотрел им вслед, и переспросил.       — Что? — Хенджин слегка надавил на его плечи, снова заставив идти вперёд, и улыбнулся, пожав плечами.       — Ничего… Пока что ничего.       Минхо проводил их удивлённым взглядом, затем раздраженно схватился за волосы и, покачав головой, вошёл обратно.       — Твой друг такой же раздражающий и любопытный, как и ты, Хан, — усмехнулся Минхо, открыв дверь шкафчика, в котором все ещё сидел Джисон.       Хан закатил глаза, толкнул Минхо в сторону и вышел из шкафа. Приводя в порядок одежду, он бросил       — Не беспокойся о Хенджине. Он не станет лезть, куда не надо. — После этого он направился к двери, но остановился, когда снова услышал голос Минхо.       — Что, даже не поцелуешь на прощание? — Насмешливо спросил Минхо, на что Джисон показал ему средний палец, поцеловав его, послал «воздушный поцелуй» а после, громко хлопнув дверью, вышел, оставив Минхо смеяться ему вслед. *** На завтрашний день все, как обычно, вернулось на круги своя.       — Эй, Минхо, это мое место. Встань! — Грубовато сказал, а точнее приказал Джисон, стоя над парнем, что удобно разлёгся на его стуле. Минхо широко ухмыльнулся и покачал головой.       — На нем не написано, что он твой. Но если ты так хочешь сесть именно здесь, то пожалуйста. — Минхо похлопал по своим коленкам, многозначительно посмотрев на Хана, играя бровями. Джисон положил руку на стол и, немного наклонившись к его уху, усмехнулся.       — Только в твоих бредовых снах, Минхо. — А после силой столкнул его со стула. Ли, который не особо сопротивлялся, ухмыльнулся ещё шире.       — Никакой оригинальности, да? Ну чтож, большего от тебя ожидать и не стоило. Когда-нибудь ты обязательно лопнешь от своей вредности, — насмешливо сказал Минхо и, отвернувшись, ушел.       — Ага, обязательно. Сразу после того, как тебя твое эго расплющит! — крикнул ему вслед Хан.       Феликс, который все то время наблюдал со стороны, нахмурил брови. И будто сам себе сказал.       — Иногда я не могу понять, они флиртуют или правда друг друга ненавидят. — Хенджин, который сидел с боку от Феликса, засмеялся, услышав его слова и, подмигнув, ответил на изначально риторический вопрос Ёнбока.       — Но ведь одно другому не мешает, не так ли? — Феликс посмотрел на Хенджина, глядя в его глаза, будто там он мог найти ответы. Затем слабая улыбка украсила его лицо, когда он откинулся на стул и снова посмотрев в сторону Джисона, ответил.       — Ты прав… Действительно не мешает.