Diablerie

Знакомый запах. Он чувствует его, как только аромат достигает дверного проёма. Тело дёрнулось, когда он поднялся, взглянув на чуть взволнованного Садао с большим полиэтиленовым пакетом в руках. Позади него стоит Габриэль, показывая два больших пальца вверх, прежде чем Анзу хватает его за шиворот и уводит в другую комнату. В отличие от Себастьяна, у Садао было чуть больше свободы в передвижениях, всё же, он сохранил более человеческий вид. С большим количеством одежды он мог бы несколько слиться с толпой, хоть при этом и выглядел глуповато. Себастьян не посмел бы сказать ему, как глупо он выглядит. Но сегодня он надел лишь что-то вроде кофты с длинным рукавом и вырезом на спине, чтобы освободить крылья и спинные плавники. Бедняга был вынужден носить больше одежды из-за своей хладнокровности. — Что у тебя там? Пахнет вкусно. Садао осторожно входит внутрь, слушая, как его длинные когти стучат по полу, и мягко хватает длинную скамью, стоявшую в углу комнаты, подтягивая её хвостом и ставя перед Себастьяном. — Я принёс еды. Знаю, как ты устал от рыбы, — тихо говорит Садао, и Себастьян не может не согласиться. Здесь её было полно, да и охотиться оказалось просто. Себастьян был большой рыбой в малюсеньком  пруду. Он кладёт пакет и начинает вытаскивать вещи, при виде которых Себастьяна охватывает ностальгия. Пахнет маминой стряпнёй. — С большей частью я не знаком, Габриэль помог мне найти это. Он сказал, что ты любишь такое. Садао осторожно передал ему что-то, напоминающее кальцоне, и Себастьян сразу понял, что. Это была эмпанада. Иногда их наполняли сладким, а иногда мясом и сыром. Это были его любимые. — Подловил... — Несправедливо, что тебе приходится есть одно и то же. Так что... я подумал, что ты заслуживаешь другой еды. Твоей любимой. Себастьян просто смотрит, а затем берёт вещь. Она кажется слишком мелкой в руках, но ему всё равно. Он чувствует пикантный аромат, а слюна почти течёт изо рта. Он как можно осторожнее надкусывает кусочек, и, учитывая его размеры, она практически исчезает. Вкус сильный, он ярко взрывается во рту. Это не похоже на мамино блюдо, но всё же достаточно близко. Достаточно близко, чтобы на глазах выступили слёзы. — О... о, нет, неужели настолько плохо? Мне очень жаль, — тут же мямлит Садао, широко распахнув глаза и протягивая руку, чтобы попытаться забрать еду. Себастьян тут же сглатывает и качает головой, — Нет... нет, это вкусно. Просто давно не ел ничего подобного. Спасибо. — Не за что. Ты заслуживаешь той роскоши, которую у тебя отняли. И спасибо Габриэлю, он знал тебя лучше, чем я. Себастьян фыркает, ему следует поблагодарить брата. Подлый придурок пытался втянуть его в какую-то игру. Но он это ценил. — Сядешь со мной? Разделим эту трапезу? — Ты уверен? — Ага. Уверен.